Глава 47

Я открываю дверь и не верю своим глазам. В руках у Арестова букет из алых роз. Не огромный, не навороченный, просто семь длинноногих роз в скромной упаковке с ленточкой. – Хотел поздравить тебя с новой работой, – он протягивает их мне. – Немного припоздал, но лучше, чем никогда. – Спасибо, – принимаю букет. – Чай будешь? – Да, – он входит в прихожую. Я иду на кухню. Включаю чайник, ставлю цветы в вазу. Запах потрясающий, так бы и зависла носом в них. Ладно, не палимся, завариваем чай. Интересно, что дальше будет? Вот попьём чая, он спросит как мои дела, я такая «отлично, а твои», и всё такое, а потом что? Внезапный поцелуй между чайными бокальчиками? Мне кажется лучший момент меня поцеловать был при входе, но он им не воспользовался. Не хотел? Нет, ну для чего-то же он пришёл, явно не только ради запоздалых поздравлений. Он входит на кухню. Я ставлю на стол печенье и наливаю в чашки чай. Существеннее ничего нет, если бы предупредил, когда явится, может быть и было бы. Но это не точно. – Как дела? – точно по моему сценарию спрашивает он, отпив глоток. – Отлично, как твои? – Мне нужна твоя помощь. – О, как… – Да. Завтра у моего хорошего друга день рождения и я должен там быть. С тобой. Господи, Алиса, какая же ты дура… Уже не бог весть что себе нафантазировала. Наивность из тебя ещё выбивать и выбивать. – Просто скажи, что я плохо себя чувствую, и иди один, –  отвечаю. – Не вариант. Там может присутствовать Марго. – Это точно день рождения твоего друга? – ухмыляюсь. – Единственного из моих друзей, с кем Рита до сих пор общается. Он хоть и заверил меня, что её не будет, но я не исключаю сюрпризов. А мне с ней пересекаться накануне развода, да ещё и одному, сама понимаешь. – Нда, особенно если ты будешь пить… там глядишь и развод станет не актуальным. – Прекрати. – Не, ну а что, ты же уже спал с ней по пьяни. – Ты пойдёшь со мной или нет? Деньги, как я понял, тебе сейчас не так актуальны, поэтому честно не знаю, что тебе предложить… – он убирает палец от виска, и тот повисает в воздухе. – И не надо мне ничего предлагать. Я пойду с тобой. Хоть перспектива встретиться с твоей женой меня мягко сказать удручает. Считай это моей благодарностью за всё, что ты для меня сделал. Но на этом всё. После я тебя видеть не хочу. – Спасибо. – Мог бы не лгать вчера, что скучаешь. – Я и не лгал. – Да хватит тебе уже. Я не маленькая девочка. Если бы ты действительно скучал по мне, ты бы пришёл раньше, а не тогда, когда тебе что-то нужно. – Я бы вообще не пришёл, – он допивает залпом чай и ставит чашку на стол. – Мне правда не хватает тебя, и мне это не нравится. У тебя сейчас начинается новая жизнь. Сегодня ты в Москве, а завтра ещё где-нибудь. Начнёшь порхать по съемкам и гастролям. И я абсолютно уверен, что взлетишь ты высоко, – он по-доброму улыбается. – У тебя к этому талант, нужно было только сбросить груз. А я останусь здесь. Никому не нужный, всеми забытый, теперь уже даже не тренер. И я не хочу, словно престарелый папик, пребывать в постоянном напряге, где и с кем носит мою птицу. Так что меня устраивает твой вариант. Помогаешь мне в последний раз, и больше меня не увидишь. Я громко сглатываю слюну. Немного плывёт в глазах. Отворачиваюсь за чайником и промаргиваюсь. – Так… завтра, значит? – наливаю новый чай в его чашку. – Во сколько и где будет мероприятие? – В его загородном доме. Я заеду за тобой в пять. Дресс-код вечерний. – А сколько будет народа? – Человек сто пятьдесят,, судя по прошлогоднему опыту. – Дружелюбный у тебя друг, однако! – Тех, кого можно назвать друзьями, там от силы пять-шесть. Остальные нахлебники, подхалимы и прихвостни. – С классной публикой мне предстоит завтра знакомиться. Если ещё и Марго заявится, чувствую, вечер будет незабываемым. – Надеюсь, её всё-таки не будет. Хочешь, съездим, выберем тебе платье? Если ты сейчас не занята, конечно. – У меня уже есть платье на этот случай, – думаю о том, что купила, когда поехала в Паризьен. И сидела там в гордом одиночестве. – И ничего к нему не надо? – Неа. – Ясно. Тогда я поехал. – Езжай. Молча провожаю его. Сухо прощаемся. Закрываю за ним дверь и иду на кухню. Цветы обалденно пахнут, свежие. Жаль, они были не к чему.