Глава 12

Лина

После универа я пулей несусь домой, хоть туда я совсем и не хотела идти. Вообще. Сидеть одной в четырех стенах кажется так себе перспективой, но других нет, и настроения нет, а еще у меня сердце заходится как после марафонского забега. Но так ведь быть не должно! Мне должно быть плевать, мне должно быть все равно.

Мне все равно. Он просто наглый студент и все, мне все равно, мне все равно! Вот только сколько ты это ни произнеси, легче не становится и иначе ситуацию воспринимать я не начинаю. Все только хуже становится, потому что какие-то незнакомые чувства сейчас начинаю испытывать. Чужеродные и неправильные. Будто бы я падаю в пропасть, но страха при этом нет, есть чувство предвкушения.

Чокнутая. Ты летишь с обрыва в бездну и ждешь этого? Серьезно? Мне приходится остановиться и заставить себя встряхнуться. Раз, второй. Соберись, соберись, мать твою, до кучи, приди в себя в конце концов. Прикусываю многострадальную нижнюю губу, поднимаю потухший взгляд в небо. Но ответов там не найти.

Бездумно бредя по улицам города, я понимаю, что что-то произошло. Случилось. Ворвалось. Внезапно и скоропостижно. От меня же теперь ничего не зависит. Да я просто себя накручиваю, да, просто накручиваю, все ведь как раньше, да? Самовнушение штука тонкая, рано или поздно начинаешь верить в то, что ты Чебурашка.

Оступившись на кочке, в панике координируюсь, чтобы не упасть, а затем сажусь на близстоящую скамейку. Ну не может быть со мной все просто, так? Не может. Это было бы скучно и не в моем стиле.

Надо просто забить на ситуацию и отпустить ее, как будто эта проблема и не моя вовсе. Ему ведь надоест за мной плестись. Надоест рано или поздно, и пусть лучше, конечно, рано.

За этими нерадужными мыслями меня застает звонок смартфона. Я не глядя отвечаю, и, клянусь, услышав голос подруги, мне даже становится легче.

— Линка-малинка, а? Ты как там? Как новое место работы?

На последнем вопросе волоски на теле медленно начинают вставать дыбом. Да уж, место работы отличное, просто замечательное.

— Привет, Люба. Нормально. Ты как?

— Не слышу энтузиазма в голосе, Линок.

Хихикнув, я пытаюсь придать своему голосу веселости. Наигранной веселости, да.

— Все в порядке, работы много. Так ты как?

— Отлично, вот тоже устроилась на работу и хочу с подругой отпраздновать это мероприятие. Можешь даже своего нудного взять, я не против. Ничто не испортит мне настроение.

Люба и Петя не нашли общий язык, и кажется мне, что никогда не найдут, потому что она абсолютно уверена, что он мне не походит, а Петя спит и видит, как бы мы перестали общаться, потому что Люба, по его скромному мнению, на меня плохо влияет. Я люблю их обоих, и говорю об этом открыто, что выбирать не собираюсь, и нечего заставлять меня делать выбор, которого я не сделаю. Так что мы стараемся видеться тет-а-тет. А тут аттракцион невиданной щедрости. Прямо-таки поверить не могу своим ушам.

— Петя уехал, так что я абсолютно свободна, — загробным голосом выдаю, перебирая в руках ключи от квартиры. В нашу годовщину я буду совсем одна, в то время как он снова в командировке. Наверное, я выхожу замуж не столько за Петра Залужного, сколько за компанию «Битрик», потому что она постоянные спутница любого события, связанного с моим женихом.

— Ой пусть…э-э-э-эм ну вот и отлично. Тогда сегодня мы с тобой идем в наше место, — переполненным радостью голосом резво отвечает подруга.

Я могу предугадать, что именно она хотела сказать, но решаю просто пропустить это мимо ушей. «Наше место» звучит настолько громко, что я бы не рискнула назвать клуб, в котором я была один раз и то уснула за барной стойкой, «нашим местом». И да, уснула я не пьяная, а просто уставшая после очередного рабочего дня, выжавшего меня словно губку.

Хорошо, что раньше в этом клубе работал брат Любы кальянщиком, вот посему в кабинете для персонала я и подремала на кушеточке, и никто меня не трогал, а я была этому рада.

Только я могу уснуть в ночном клубе. Считаю это супер-способностью.

В другой раз, возможно, мне пришло бы в голову предложить абсолютно другое место, но сейчас что-то в голове щелкает. Возможно обида, возможно, пережитый всплеск эмоций, но я соглашаюсь, не раздумывая ни минуты. А раньше я бы нашла тонну отговорок, которые Люба успешно бы перекрутила и переубедила бы меня в обратном.

— Хорошо, идем в клуб.

В следующие два часа я только то и делаю, что привожу себя в порядок и скрываю любые упоминания усталости и печали. Но Любу не провести, она меня читает как раскрытую книгу, и даже тонна макияжа не поможет — она все равно все поймет.

Мне почему-то до чертиков не хочется ей все рассказывать, даже несмотря на то, что Люба моя единственная лучшая подруга.

И под «все» я имею в виду не только проблемы в отношениях, теперь я четко могу сказать, что они есть, я имею в виду ситуацию в университете.

Кажется, узнай об этом хоть кто-то — я сгорю от стыда.

Как я и думала, особого энтузиазма у меня не появляется, ни с первым часом, ни со вторым. Разницы особо нет, но зато я выпиваю второй бокал шампанского и даже поддерживаю беседу с подругой, чьи глаза горят просто как фейерверк.

— Он такой, ну просто такой, ты себе представить не можешь… — мечтательно восклицает, делая очередной глоток брюта. Как она может пить эту кислятину, я не понимаю. Конечно, я не великий знаток в спиртном, но понимаю в общих чертах, что вкусно, а что похоже на кислющий лимон.

Он — это новый глава службы безопасности в компании, где она работает. И о нем я слушаю уже второй час, но, если быть точной, второй час и пятнадцатую минуту своей жизни. Вся проблема Любы в том, что она влюбляется не в тех. Не в добряков и порядочных парней, а в угрюмых плохишей, от которых за версту несет опасностью. Так и живем, вечно спасая кого-то от чего-то. И это надо перебороть, иначе она будет гулять по одним и тем же граблям как по бульвару. Чего стоит только ее бывший, в борьбе с которым и самой бы ей не помешала охрана.

— Да что с тобой говорить, правильная девочка. Нет в тебе духа авантюризма, — пронзительно произносит, прищуриваясь и склоняя голову набок.

— Во мне нет духа садомазохизма, — хмыкаю в ответ, безразлично окидывая взглядом окружающее пространство.

— Спорно, если смотреть на Петьку. Ты, конечно, извини, но он нудный, как газета восьмидесятых, а еще скряга, так что жить с ним все равно что практиковать садо-мазо, а я бы лучше практиковала БДСМ или на крайняк уже МЖМ.

На последней фразе мои глаза плавно выкатываются из орбит. И не потому, что я вдумываюсь в смысл сказанного, нет. Просто я замечаю своего студента, а он пока что не замечает меня, но зато стоит и лыбу тянет какой-то блондинке, и потому я резко разворачиваюсь, прикрывая лицо копной волос. Глупая. Как будто тебя это реально сможет спасти от него. Как же. А хотя чего мне переживать, он явно нашел себе новую жертву. Да почему же жертву, по ее лицу видно полное удовлетворение от ситуации. Мне плевать.

Вообще все равно. Не думать, не думать, не думать!

— Мать, ты чет побледнела, — Люба как всегда умело считывает мои реакции, а я мысленно отвешиваю себе звонкую оплеуху.

— Все в порядке, может мы домой уже пойдем. Скучно тут сегодня, — сбивчивым голосом отвечаю, а у самой мурашки по телу устраивают вальс, да сердце в панике отбивает чечетку.

Люба начинает взирать на меня как на врага народа с ноткой обиженной девочки лет эдак пяти, у которой отобрали игрушку. Ясно. Не скучно.

— Скучно? Сейчас будет стриптиз, какой скучно? Все самое интересное впереди.

В смысле? Какой стриптиз? Я в панике приподнимаю голову и вижу, что реально на сцену начинают выходить мужики практически в чем мать родила. Ну нет, в самом деле? Нет, я на такие мероприятия не хожу.

— Ты чего мне не сказала, куда мы идем?! — пищу злобно на подругу, а та лишь ехидненько улыбается в ответ.

— Надо же тебе показать, что есть другие тела. Более красивые. Накаченные и просто охеренные. А то прилипла к своему пирожку, хер оторвешь. Сначала парни в программе, потому девушки, вот после парней и отчалим.

— Люба… — хочется много чего сказать, но меня прерывают.

— Да хватит уже хандрить, епрст! Есть очень много интересных мужиков вокруг, я просто хочу, чтобы ты посмотрела и отвлеклась от вечно работающего жениха, который к тебе уже невесть сколько месяцев точно не прикасался. А эти будут касаться, к тебе так вообще бесплатно.

— Очень смешно, Люб. Еще скажи, что доплатят, лишь бы прикоснуться, — подхожу ближе к подруге и сверлю ее недобрым взглядом. Да кто ж знал?! Я на такие мероприятия в жизни не ходила и ходить не собиралась. Я вообще считаю это мерзостью, что для парней, что для девушек и не понимаю этого. Пялиться на чужих полуголых мужиков или баб, чтобы что? Я не верю, что после таких вечеров все остаются верными до гробовой доски. Уж увольте, а я резко негативно отношусь к таким проявлением слабости со стороны как мужчин, так и женщин.

Мне это претит.

— Ну доплатят они, допустим, мне, но да ладно. Хорош бузить, будет весело. Я обещаю… — подруга обнимает меня за плечи, но я мягко отталкиваю ее, стараясь удержать дистанцию. Меня в этом плане уже не уговорить.

Мда, а теперь понятно, что тут делает он. Конечно, Алан Агеев просто не мог пропустить такое важное событие. Уже вот и нашел себе дамочку для утех, а скоро на сцене их будет больше. Бери любую — выбирай только размер груди и жопы, а так все они готовы на все ради денег. Мерзость.

Как же это все грязно, низко и просто отвратительно.

— Люб, ты как хочешь, а я пошла домой, — разворачиваюсь и ухожу с твердым намерением смыться отсюда как можно скорее, а у меня для этого есть аж две причины. И обе очень уж веские, чтобы просто стоять и разглагольствовать о чем бы то ни было. А с Любой я поговорю потом, когда она, как минимум, протрезвеет и поймет вообще, что меня нельзя обманывать, хотя бы просто потому, что мы лучшие подруги.

— Лин, ну чего ты как маленькая девочка? Ты уже выросла, тебе уже даже порно можно смотреть! — кидает мне в ответ как раз в тот момент, как я сталкиваюсь с кем-то довольно сильно и малоприятно. Подняв глаза, я вижу перед собой…о черт.