Сезон 1 Серия 2

– Ты письмо читал? – задумчиво следил за моими передвижениями чёрный, а красный доставал из кармана такой же конверт, который я выкинул из куртки. Держать в замахе трубу становилось не просто глупо, это уже выглядело по-идиотски. Нападать наперевес с вилами и сковородой на меня никто не торопился, как и тащить вариться в кипящий котёл, и я опустил своё оружие самообороны, подходя ближе к парням. – Я видел похожее письмо, но не успел его прочитать. А что там? – вытянув шею, попытался заглянуть в него. Хмыкнув, красноволосый протянул его мне. Взяв в руки плотный лист бумаги, по которому вились золотом слова, прочитал: “Приветствую тебя, будущий маг! Если ты читаешь эти строки, значит, в тебе есть кусочек нашего мира – магическая искра Ильсарры и артефакт-искатель избрал тебя для обучения в Великой межмировой академии Изумруд. Условия очень просты: ты сам выбираешь свой путь. Как только за тобой закроется дверь, для тебя начнётся новая, совершенно непривычная жизнь, полная приключений, тайн и загадок. Ты пройдёшь опасное испытание, подготовленное нашими наставниками, и раскроешь свой дар или вернёшься к скучному, обыденному существованию… Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести. Если ты готов – просто порви конверт. И да помогут тебе священные звезды Ильсарры!” Рука дрогнула, опуская письмо. – Так я что, типа избранный? – не веря в происходящее, уставился на парней. – Не типа, и пока не избранный, – хмыкнул черноволосый. – В письме же написано, что надо пройти испытание. Мы и сами толком ничего не знаем, что ждёт нас. Мы, как и ты, только что попали сюда. Правда, нам велел войти в одну из этих арок, – кивнул он на периметр. Я растерянно оглянулся по сторонам, вновь пробегаясь взглядом по помещению и пытаясь услышать этот их “бесплотный голос”. – А почему я ничего не слышу? – растерянно посмотрел на них. – Видимо, потому что у тебя при себе нет письма. Я правильно понял, что ты его потерял? – задумчиво оглядывая меня, поинтересовался черноволосый, а я кивнул, подтверждая его догадку и возвращая письмо. – Мы подходили к каждой арке и прислушивались к себе. Может, и тебе это поможет. Куда больше всего потянет, туда и шагай, – ухмыльнулся красный. – А вы уже определились? – с подозрением глянул на братьев. – Конечно, – хмыкнули оба одновременно и разошлись в разные стороны. Красноволосый сразу нырнул в арку, подсвеченную красным огнём, а черноволосый притормозил у арки с чёрным ониксом, и оглянулся на меня. – Рыжик, встретимся на той стороне, удачи тебе! – шаг в туман, и его не стало, а я остался один в этом странном зале. Стоило подумать, хочу ли я учиться магии в этой межмировой и какой там ещё академии. Нужно ли мне это? И тут же счастливо ухмыльнулся: такая удача выпадает не всякому. Раз мне повезло, так уж точно не откажусь и попытаю своё везение. Поудобнее перехватив кусок железной трубы, бросать её здесь казалось как-то неправильно, подошёл к первой арке, подсвеченной голубым светом. Меня обдало ледяной стужей, и по коже побежали мурашки. Никогда не любил зиму, лёд и холод. Поёжился, словно от озноба, пошёл дальше. Розовая арка тянула к себе, обещая интересную жизнь. Но желание узнать, что же в остальных арках пересилило, останавливая меня от шага в неё. А вот красная всколыхнула что-то горячее и родное в душе. Захотелось войти в неё, тем более что и красноволосый парень нырнул в неё, значит, будем вместе учиться. Я почти сделал шаг к ней, но что-то в душе потянуло меня дальше. Так идя от арки к арке и не находя ничего интереснее красной, уже собирался вернуться к ней, когда добрался до той, куда ушёл черноволосый парень. И захлебнулся от эмоций: тьма ластилась ко мне, словно котёнок, заигрывая и зовя. Она не обещала ничего, она была готова сама стать всем для меня. Все остальные не проверенные арки были мгновенно забыты. Больше ничего не ища и не раздумывая, шагнул под своды тьмы. Переход произошёл мгновенно. Только что я находился в портальном помещении, и вот уже стою на кладбище, заинтересованно оглядываясь по сторонам и рассматривая готичный пейзаж в свете полной луны. “Ночь и тишина, данная на век, Плачет дитя, а может быть, и не человек…” – пропел на мотив известной песни. Стоп! Но ведь тут, действительно, плачет ребёнок: тоненько, надсадно, захлёбываясь от ужаса. Я не переносил слёз девчонок и детей, меня от них переклинивало. В такой момент я мог реально убить того, кто обижал беспомощного и слабого. А здесь точно находился маленький ребёнок. Наверное, потерялся и не нашёл дороги среди могил, решил я, определяя направление по звуку. Возмущение современными “Яжматерями” подняло голову. Смотреть надо лучше за детьми, а не пялиться в экраны телефонов. Эту дуру бы одну оставить ночью на кладбище и посмотреть, как она заголосит. Ну как можно было ребёнка потерять? Возмущаясь, двигался вперёд максимально быстро, обходя очередное старинное надгробие и оставляя в стороне вросшую в землю гробницу. Звук раздавался из-за низкой, но широкой усыпальницы, туда-то я и поспешил, разглядывая её. Наверное, в ней хоронили усопших какого-нибудь старинного рода из поколения в поколение, уж слишком вычурной она была с барельефами и лепниной. Луна светила ярко, и мне было видно всё, как в пасмурный день, и даже лучше. Серебристый свет делал всё более контрастным и выпуклым. Плач приближался, а значит я шёл верно, и это добавляло уверенности, что с ребёнком будет все хорошо. Ночных кладбищ и темноты я не боялся давно. Сколько раз, доказывая парням выше и шире меня в плечах, что я не слабак и кишка у меня не тонка, ночевал на кладбище и в заброшенных “домах с привидениями”. Никогда и ничего мистического, и потустороннего не встречал. Даже было обидно, что не видел ни зомби, ни ходячих скелетов, ни призраков, ни прочей нежити. А так было бы классно замочить какого-нибудь зомби, как в компьютерных стрелялках. Но приходилось всегда возвращаться в реальность и понимать, что игра – это не настоящая жизнь, где если кто-то умер, то это навсегда. Спокойно выйдя из-за угла усыпальницы, остановился в шоке. Мозг отказывался воспринимать то, что видели глаза. Мужчина и женщина уже с трудом отбивались от наседающих мертвецов разной степени разложения: от чистеньких скелетов, до почти свежих трупов. А за их спинами рыдал на вид пятилетний ребёнок, в ужасе прижавшись спиной к склепу. На раздумья времени не оставалось. Перехватив удобнее металлическую трубу, которую так и держал в руке, ринулся на помощь, снося башку ближайшей нежити. Мертвяки, почувствовав ещё одного живого, поворачивались ко мне, пытаясь увидеть своими оловянными глазами. Но я же мелкий и шустрый. Во всех драках я выигрывал не силой, а быстротой, ловкостью и хитростью, выматывая противника, а потом нанося один точный удар. Так и тут, я плясал, появляясь то в одном месте, то выныривая в другом, и нанося серьёзный урон мертвякам, как в своих любимых играх. Это называется, сбылась мечта идиота. Но нежити не становилось меньше. Казалось, что она, наоборот, прибывает, а ведь я точно уложил уже не меньше десятка. Оглянулся на “родителей”, как я для себя обозначил пару. Женщина упала с разорванной рукой, пытаясь уползти за спину мужчины и остановить кровь, перетягивая рану куском ткани, оторванным от платья. Это было не хорошо, ей срочно требовался врач. Глянул на мужчину, он держался только на силе воли, с трудом поднимая руки для очередного удара, который с каждым разом становился слабее. И тут пришло осознание: нам не выстоять до утра, да и сбежать не выйдет. Мы стояли в полном окружении.