Глава 7

Утром, едва раскрыв глаза, я увидела, Пятку, стоящую посреди комнаты.

— Ну что, горемычная, будем дружить? — протянула к ней руку, пытаясь прикоснуться. Она попятилась, но не прыгнула как обычно под кровать или под шкаф. Только настороженно наблюдала за моими действиями. Хм, чем все-таки она смотрит и слушает? Ногтями что ли? Не понятно.

Я тихонько прикоснулась к иссохшей коже, осторожно провела пальцем. Она вытерпела! Не сбежала!

— Скучно было одной полночи сидеть, да?

В ответ щелчок — то ли согласие, то ли пренебрежительный жест, дескать было бы по кому скучать. Снова потянулась к ней, намереваясь потрогать еще раз, но больше фамильного отношения она терпеть не стала и уползла под кровать Хессы.

Подруга спала без задних ног, тихо похрапывая. Лицо сплющилось об подушку, губы смешно сложились трубочкой. Во сколько ведьма вернулась домой — я не знала, но точно позже меня. После ночной отработки я так крепко спала, что попросту не услышала ее появления.

Мне снились странные сны. То бесконечные лестницы, то темнота, крадущаяся за мной по пятам, то два мага — ледяной, да огненный, в два голоса, отчитывающие меня за проступок. То я падала, то летала, то холодный воздух по спине скользил, то чей-то голос настойчиво звал вниз, во тьму.

Поднялась с кровати, взяла из шкафа старенькое, и оттого очень мягкое полотенце, и пошла в душевые. Времени впритык, но мне до дрожи хотелось смыть с себя пыль Старого Крыла. Мне казалось, что за вчерашний вечер я насквозь пропахла старостью и запустением, запах въелся в волосы, в кожу, пропитал изнутри.

В душевых было сумрачно и прохладно, я стащила с себя платье, аккуратно сложив, оставила его на лавочке и ступила в закуток, с металлической лейкой на потолке. Забившись в сторону, вытянутой рукой окрутила старые краны, пытаясь настроить воду — сначала лилась ледяная, но постепенно температура выровнялась, и я зашла под колючие струи. Постояла минуту, прикрыв глаза и просто наслаждаясь, а потом начала мыться. Тщательно натерлась жесткой мочалкой, намылила волосы, зажмурив глаза и отплевываясь.

По ногам скользнуло холодным воздухом. Видать, кто-то еще пожаловал в душевые, оставив распахнутой входную дверь. Смыла пену с лица и осторожно выглянула из своего закутка. Дверь закрыта. В душевой пусто. Только мои вещи скромно лежали на лавочке. Показалось что ли?

Снова холодом повело. Я нахмурилась, зябко поежилась и нырнула обратно под теплые струи, торопливо смывая остатки мыла. Не знаю, откуда тянуло, но простудиться мне совсем не хотелось. Надо комендантше пожаловаться, что в душевых сквозняки гуляли. Пусть решает вопрос, пока на дворе теплое время года.

Обтерлась, обмотала волосы полотенцем и бегом припустила с свою комнату, потому что время поджимало. После отработок с Дежурным надо было явиться к куратору и отчитаться о проделанной работе. Стоило поторопиться. Миола и так меня не любила, и опоздания еще больше выведут ее из себя.

В комнате схватилась за палочку, высушила волосы, которые тут же завились в непослушные кольца, надела свежую одежду и сразу почувствовала себя другим человеком.

— Вита, — раздался хриплый голос, когда я уже направлялась к дверям.

— Привет, соня! Как погуляли?

— Отлично, — она сладко зевнула и улеглась поудобнее, после чего с укором посмотрела на меня, — ты так и не пришла.

— Не вышло, — развела руками, — отработка случилась не из легких. Потом расскажу.

— Миола над тобой издевалась?

— Хуже. Она отдала меня в лапы Дежурному. Джеру!

Она поперхнулась и подскочила на кровати.

— Да ладно? И как прошло? Рассказывай! — засыпала меня вопросами, а в черных глазах дикое любопытство загорелось.

— Потом! Все потом. Я опаздываю, — показал ей язык и выскользнула в коридор, — до завтрака надо успеть к куратору, отчитаться о вчерашнем вечере.

Академия потихоньку оживала. Студентки выползали из своих комнат и вереницей тянулись к душевым, и я порадовалась, что успела покончить с водным процедурами до столпотворения.

Башня Провидцев встретила меня тишиной и благородным сумраком. Перед кабинетом Миолы я остановилась, пытаясь собраться духом перед очередным нагоняем. Не знаю по какому поводу, но он непременно состоится. В этом я уверена.

Аккуратно постучала и дождавшись ласкового «входите», распахнула дверь.

Не знаю, кого именно ждала кураторша, восседавшая за своим рабочим столом, но встретила меня добродушной улыбкой, которая померкла, сразу, как только она поняла, кто пришел.

— А, это ты, — хмыкнула недовольно и уткнулась носом в журнал, — зачем пришла?

— Насчет отработки, — смиренно склонила голову, боясь встречаться с ней взглядом.

— Да. И что с твоей отработкой? Сделала что-нибудь полезное? — одарила меня скептичным взглядом.

— Я провела там весь вечер и половину ночи, клеила зачарованные книги, — я торопливо рассказала о своих трудовых подвигах.

— Вон как, — Миола искоса на меня взглянула, и снова опустила взгляд на пожелтевшие листы, — прекрасно. Я спишу три балла с твоего штрафа.

— Три балла? — у меня дар речи пропал, — за ночную отработку? Да за мытье полов и уборку в аудитории больше снимают!

— Ты хочешь оспорить мое решение? — фея сурово смотрела на меня. — может, ты лучше знаешь, как справедливо распределить штрафы?

— Нет, я…

— А может, сядешь в мое кресло и начнешь руководить факультетом? — продолжала она, заводясь все больше, — давай, вперед, садись.

Поднялась со своего места и приглашающе указала на него.

— Смелее. Давай, покажи, как надо работать и учить нерадивых студенток!

— Я просто хотела сказать, что ночная отработка сложнее, чем уборка в аудитории, — у меня от обиды аж ком поперек горла встал, лишая голоса. Это несправедливо! Она специально ко мне цеплялась!

— Мне лучше знать, что сложнее! — припечатала Миола, — так что…

Закончить ей не дал отрывистый стук в дверь.

Незваный гость не стал дожидаться распоряжения, а смело шагнул внутрь.

— Доброе утро! — раздался за спиной невозмутимый голос ледяного мага.

* * *

— Мисс Миола, здравствуйте! Аравита, — скупо кивнул в мою сторону, приветствуя и как бы признавая, что я немного важнее чем, табуретка или коврик у порога.

— Доброе утро, мистер Норхолл, — кураторша расплылась в вежливой улыбке. К магам, тем более с таким потенциалом как у Верхнего ледяного, она относилась со сдержанным почтением.

— Я не помешал? — парень был сама учтивость. Стрельнул в мою сторону голубыми глазищами и отвернулся к куратору.

— Мы, как раз с вашей вчерашней подопечной, обсуждаем результаты отработки.

— Надо же! Какое совпадение! И я по тому же вопросу пришел, — он всплеснул руками, изображая удивление. Мне поплохело. Сейчас он как расскажет о моих ночных скитаниях по Старому Крылу, и получу я вместо уменьшения штрафов еще десяток другой лишних ШаБов.

— Да? — Миола оживилась. Старая лиса была в курсе, что мы с ним далеко не в дружеских отношениях, и теперь предвкушала историю об очередном моем косяке, чтобы потом подвести неутешительный итог, выплюнув пренебрежительное «позорище».

— Я подготовил бумаги. Все как полагается. Даже успел заверить их у своего декана, — Джер невозмутимо протянул ей свиток.

— Ваша ответственность очень похвальна, молодой человек, — кураторша с довольной улыбкой забрала у него документ.

— Теперь извините. Мне пора, — ледяной ретировался так же быстро, как и появился, даже не взглянув на меня.

Мерзавец.

Мисс Миола развернула свиток и пробежала взглядам по строчкам. Нахмурилась. Еще раз перечитала. С подозрением посмотрела на меня, так что я сжалась, мечтая провалиться сквозь землю. Что этот гад там написал? Выставил меня бестолковой курицей? Неумехой? Набросил баллов за то, что я едва не убилась на старой лестнице?

— Двадцать баллов! — просипела она, и мне совсем подурнело. Этот упырь добавил мне двадцать баллов? Да как-то? Что он о себе возомнил???

— Я ни в чем не виновата! — выкрикнула, не в силах справиться с негодованием, — я старалась, делала все, что он говорил! Все!

— Он так и написал, — потерянно пробубнила она, — и списал с тебя сразу двадцать баллов. Безумец! И зачем-то, не посоветовавшись заверил документ у главного по Дежурствам.

Я ошарашенно уставилась на нее. То есть как списал двадцать баллов? Это же максимум, который можно убрать за один раз! Чем я такую радость заслужила? Вчера орал на меня как ненормальный, а сегодня сделал такой щедрый подарок? С чего бы это?

В его благие намерения, и желание сделать мне приятно — я не верила. Этот ледяной гад явно что-то задумал! Он просто так не делает НИ-ЧЕ-ГО!

Кураторша бессильно всплеснула руками, не зная, что делать. Дежурный имел право списывать баллы по своему усмотрению, и она никак не могла повлиять на его мнение.

Двадцать баллов! Да это практически треть моего долга!

Жизнь сразу стала веселее и красочнее.

Миола заметила мою блаженную улыбку, поэтому ядовито произнесла:

— Рано радуешь, Аравита. У тебя осталось еще тридцать пять. И, зная твою безалаберность, уверена, что в вскоре это количество увеличится. Можешь идти!

Я не заставила себя просить дважды, и, вежливо попрощавшись с расстроенной феей, выскочила в коридор.

Только там смогла выдохнуть и немного придти в себя. Нервно осмотрелась по сторонам, не зная то ли радоваться, то ли плакать.

Как бы не вышла боком мне эта внезапная щедрость ледяного мага.

Когда я вернулась в комнату, Хесса уже привела себя в порядок и теперь сидела на кровати, а возле ее ног топталась Пятка.

— Что-то она больно общительная сегодня.

— А ты посиди столько времени взаперти. Еще не так заскучаешь, — усмехнулась подружка, рассматривая нашего страшненького питомца, — помыть бы тебя, Пятка. Да в порядок привести, а то больно ты неказиста на вид.

Пятка щелкнула пальцами и гордо скрылась под шкафом.

— Надо же, обиделась!

— Пойдем завтракать, а то я со вчерашней отработкой пропустила ужин, — как ни странно я только сейчас это поняла, когда живот грустно заурчал. Бедняга уже привык, что я забываю в него регулярно закладывать пищу, и был рад даже самому маленькому черствому кусочку.

— Ты обещала мне рассказать, как прошло, — напомнила Хесса, поднимаясь с кровати, — мне жуть как интересно, чем ты занималась ночью в Старом Крыле с молодым красивым магом.

Одарила меня ехидной улыбкой, думая, что смутит. Ха! Как бы не так!

— Ты хотела сказать, с двумя молодыми красивыми магами? — ухмыльнулась я и показала ей язык, — Нольд тоже там был.

— Вита! Колись давай! Я сейчас лопну от любопытства! — подскочила ко мне ведьмочка.

— Сначала завтрак, потом все остальное.

В столовой, как всегда, оживление. В выходные завтрак начинался немного позже, чтобы студенты могли поспать, поэтому все выбирались из своих комнат после девяти.

Наш любимый столик уже был занят, поэтому мы обосновались в другом конце зала, в самом углу. Я сидела лицом ко входу и могла видеть все, что происходило.

Сначала появилась Эльвира. То ли ночка выдалась бурная, то ли чувствовала она себя не очень, но видок у Верхней был странный. Обычно гладкие волосы в этот раз небрежно собраны в хвост, лицо бледное, под глазами темные круги от недосыпа. Она растеряно посмотрела по сторонам и, заметив своих подружек, за одним из столиков, направилась к ним.

Мне до нее дела не было, если честно, даже злорадствовать не хотелось. Тем более в столовой появились другие Верхние — ледяной маг и его компания. Они заняли свое привычное место, и я руку на отсечение даю, что Джер обернулся туда, где мы обычно сидели, а заметив за тем столиком других студентов, он нахмурился и отвернулся.

Это что такое было? Мне может кто-нибудь объяснить?

Не показывая вида, я продолжала завтракать, переговариваясь с девчонками, а сама краем глаза наблюдала за ледяным. Он то и дело оборачивался. И уже после пятого раза все сомнения отпали — он высматривал именно меня.

Что-то не по себе стало от такого пристального внимания.

Спустя пару минут к ним присоединился белобрысый. И он тоже первым делом посмотрел туда, где обычно наша компания сидела. Нахмурился, вопросительно глянул на приятеля. В ответ тот еле заметно повел плечами.

Мне отчего-то захотелось сползти под стол. Чего им от меня надо? Мне вчера их общества хватило выше головы!

Еда перестала казаться вкусной и аппетит напрочь пропал. К счастью, ведьмочки, голодные после вчерашней гулянки быстро все смолотили, а сидеть над пустыми тарелками ни у кого желания не было. Поэтому мы взяли подносы с пустой посудой и направились к выходу.

Нольд все-таки заметил меня. Впился взглядом, чуть заметно толкнув в бок ледяного. Тот прищурился, словно барс перед прыжком и не отрываясь смотрел в спину, пока я не вышла из столовой.

Да что ж такое?

* * *

— Девоньки, какие планы на сегодня? — спросила Коко, самая бойкая и выспавшаяся из всех ведьм.

— Я буду спать, — промычала Хесса.

— Мы собираемся в город, — хором сказали Винни и Бланка.

— А мне надо в библиотеку, — горестно призналась я.

— Какая ты скучная, Вита, — набросились на меня подруги.

— Девочки, милые, у меня экзамены, — простонала, не скрывая печали, — я сама не рада, но ничего поделать не могу. Надо хоть что-то почитать, подготовиться. Вдруг письменные задания будут, а у меня в голове пусто.

— Слушай, да когда ж ты к нам перейдешь? — всплеснула руками Винни, — сколько можно себе нервы мотать. И не говори, что маме обещала.

— Но я обещала.

— Отстаньте от нее, — отмахнулась Хесса, — она упорная, как баран. Если решила быть феей, значит станет. Не факт, что хорошей…

— Ну спасибо, поддержала! — рассмеялась я.

— Всегда пожалуйста, — улыбнулась самодовольно ведьма. — А вообще, давай нам зубы не заговаривай, а лучше расскажи, как вчера все прошло.

Вот же любопытная! Ничем ее с пути не сбить.

В итоге мы все завалились в нашу комнату, и я рассказывала подругам о том, как провела вечер в компании двух Верхних. Они слушали, открыв рты, засыпали меня кучей вопросов, и даже, по-моему, позавидовали. Хотя, как по мне, то завидовать совершенно нечему, особенно тому, как ледяной меня полоскал после того, как я чуть не свалилась в шахту. Кстати, об этом я девочкам не рассказала. И о том, как меня увлекло вглубь Старого Крыла тоже смолчала. Пусть это останется моей тайной. Моей и двух магов.

Спустя час все занялись своими делами. Я отправилась в библиотеку, девчонки в город, а Хесса, выпроводив всех из комнаты, завалилась на кровать, отвернулась к стенке и со словами «не кантовать» натянула одеяло по самые уши.

Мне, не смотря на сложную ночь, спать совершенно не хотелось. Наоборот я была полна сил и энергии, поэтому к библиотеке шла, чуть ли не вприпрыжку.

Сложив магический пропуск в прозрачный куб, я пошла вдоль нескончаемых полок к своему любимому месту. Между двух стеллажей, у пыльного окна, выходящего, на каменную кладку крепостной стены, был втиснут небольшой столик, за которым едва ли уместятся два человека. На один из стульев я бросила свой потрепанный рюкзачок, а сама пошла к сектору нашего факультета.

Взяла пару книг с основами фейской магии и одну по специальному курсу распознавания — на большее мне времени точно не хватит. Подумала, реально оценила свои силы и рабочий настрой, и одну книгу с основами поставила обратно. Перебор. Не осилю.

После чего вернулась к столику, уселась поудобнее и, настроившись на длительную, плодотворную работу, погрузилась в чтение нудных текстов. Мне иногда казалось, что все эти учебники писали с одной целью — вогнать в уныние бедных фей. Ну кому интересно читать про методы распознавания истинных желаний? Или про технику держания волшебной палочки? Все равно все делали по-своему. Может и не все, но я-то точно.

То ли дело учебники для ведьм! Я сама их с удовольствием читала. Зельеварение! Сглазы! Привороты! Магия природы! Основы некромантии!

— А кто это у нас тут скучает? — раздался голос над самым ухом.

Я подскочила, едва успела зажать себе рот руками, чтобы не завизжать от неожиданности. Шум и крики в библиотеке — строго под запретом, вплоть до недельного отстранения.

— Иди отсюда! — прошипела, глядя на сияющую физиономию белобрысого

— Фу, Вита, как грубо! — улыбнулся в тридцать два зуба, и переложив мой рюкзачок, плюхнулся на стул рядом со мной.

Я в полнейшем недоумении уставилась на огненного мага, не понимая, чего ему от меня надо.

— Зачем ты пришел?

— Тяга к знаниям.

— Да ты читать-то, наверное, не умеешь, — проворчала, открывая учебник, — и вряд ли в состоянии запомнить хоть что-то.

Нольд только рассмеялся:

— У меня абсолютная память, фея.

— Угу, — фыркнула с издевкой, — ты даже мое имя запомнить не в состоянии.

— Открой любую страницу, — он кивнул на мою книгу.

Недовольно цыкнув, сделала как он просил — открыла страницу, на которой шел сплошняком текст, без картинок.

Огненный подвинул ее к себе, пробежал взглядом по строчкам, а потом одним пальцем подтолкнул в мою сторону.

— Проверяй.

Он заговорил, монотонно пересказывая только что прочитанный текст, слово в слово, без единой ошибки. У меня аж глаза на лоб полезли.

— Это как это? — ошарашенно уставилась на него.

— Я же говорю, абсолютная память. Сразу запоминаю то, что прочитал.

Мне бы такую особенность! Мне приходилось часами сидеть над нудными фейскими трактатами, а в итоге через неделю в голове не оставалось ничего.

— Везет, — протянула с долей восхищения.

— Я — Верхний, феечка. Я много чего умею, что тебе и не снилось.

— Особенно хвастаться.

Ничего не ответил, только хмыкнул самодовольно.

Тем для разговоров у нас не было, поэтому я отвернулась, перелистнула книгу на первую страницу и начала читать, надеясь, что огненный маг уйдет. Нольд не уходил. Продолжал сидеть рядом, лениво постукивая пальцами по столу. Этот звук чертовски раздражал. Тюк. Тюк. Тюк.

Я раз покосилась на его пальцы. Два. Три.

Мои грозные взгляды наглец игнорировал, поэтому я незаметно потянулась за палочкой-по-голове-дуракам-стучалочкой. Я уже со счета сбилась, сколько раз дубасила своим грозным оружием этого наглеца, и останавливаться на достигнутом не собиралась.

Нольд мои действия все-таки заметил, перехватил кровожадный взгляд на руку и поспешно ее убрал. Знал мерзавец, что со мной шутки в плохи. В гневе я ого-го-го какая страшная.

Прошло еще полчаса. Я смотрела в книгу, но не видела ничего. Растерянным взглядом водила по одной и той же строчке сто раз, не улавливая смысла. Присутствие огненного мага нервировало все сильнее.

— Ты так и планируешь здесь сидеть? — сердито захлопнула книгу и развернулась к нему лицом.

— Да, — огненный невозмутимо меня рассматривал.

— Тебе нечем больше заняться?

— Нет.

Вот как с ним разговаривать?

— Нольд, чего тебе от меня надо? — устало спросила у парня, которого в последнее время стало слишком много в моей жизни.

— Может, я соскучился, — снова усмешка, в этот раз холодная, неуютная.

— Ты терпеть меня не можешь, — напомнила услужливо, — забыл?

— Фея, просто занимайся своими делами, и не обращай на меня внимания, — дал равнодушный совет.

Легко сказать, не обращай внимания, а попробуй-ка сделай это, когда рядом сидит бугай, внезапно воспылавший ко мне странным интересом. Хотелось уйти, но над головой сгущались мрачные тучи предстоящих экзаменов. Да и не привыкла я сбегать от трудностей.

Поэтому скрипнула зубами, снова подтянула учебник ближе к себе и рывком открыла, да так, что кем-то оставленный лист бумаги взмыл к верху, красиво перевернулся в воздухе и спикировал мне на макушку.

* * *

Огненный засмеялся, а я раздраженно схватила лист, скомкала его и бросила в специальную корзину.

— Вдруг там что-то важное? Чьи-то секреты, — заговорщицким тоном предположил Нольд.

— Плевать.

— Или любовные письма…

— Ну и что, — фыркнула и покосилась на корзину.

— Я бы на твоем месте посмотрел.

— Возьми, да посмотри.

— Лень, — привалился к спинке стула, ногу на ногу закинул и глянул на меня насмешливо.

Я снова склонилась над книгой, прочитала пару абзацев, опять ничего не поняла. Остановилась, устало потерла виски и…полезла в корзину за скомканным листом. Ну а что? Вдруг действительно что-то важное, полезное? Может ответы на вопросы к экзамену, подсказки какие-нибудь. Да хоть бы и любовные письма. Падка я до чужих секретов, что поделать.

— Ты неисправимо любопытна, — покачал головой огненный.

— Отстань! — лист расправила и пробежала взглядом по единственной строчке, — ерунда какая-то. Насильно забранная — ключ, отданная добровольно — замок. Знаешь, что это может означать?

— Фея, ты — прогульщица, да? — участливо поинтересовался, склонившись чуть ближе ко мне, — это слова, выбитые на обратной стороне печати Альшаны. Только не говори, что не знала!

— Знала. Просто Тебя проверяла, — соврала, не моргнув взглядом, но потом стушевалась.

— Ну-ну, — он мне не поверил, посмотрел остро. — а ты знаешь, зачем эта печать нужна?

— Она сдерживает тварей из Запределья, чтобы они в наш мир не совались. — я вспомнила эту печать. Тяжеленный каменный диск, полметра в обхвате, испещренный письменами на древнем языке. Был ли от него какой-то прок, или это только мифы — я не знала. Артефакт не произвел на меня впечатления.

— Они суются, еще как, — сказал Нольд уже без усмешек, — За Южным Барьером, в Когтистых горах, на острове Тури. На самом деле разрывов много, где-то мельче, где-то крупнее. Печать Альшаны на дает случиться прорыву здесь, в Академии.

— Разве это возможно?

Парень оглянулся по сторонам, и убедившись, что никого нет поблизости, сказал тихо, серьезно, так что волосы на руках дыбом встали.

— Прорыв был. Сотню лет назад. В катакомбах под Старым Крылом. После этого его и закрыли.

— Правда? — посмотрела на него недоверчиво. Вдруг опять издевался, рассказывая небылицы?

— Правда, — кивнул огненный, — Помнишь, я тебе вчера историю рассказывал, про девушек, что погибали в подвалах? Так это была не шутка…

— Ты опять надо мной издеваешься?

— Даже не думал. Прорыв действительно был, к счастью, обнаружили его вовремя, не дали раскрыться полностью, иначе последствия были бы ужасными. Верховные маги говорили, что воронка, раскройся она до конца, была бы размером с город. И через нее к нам бы пролез кто-то пострашнее лерхов или мильганов.

— И как же его нашли?

— Девушки стали пропадать. Сначала по одной, потом парами. Все следы вели в подвалы. Поисковая группа отправилась туда, в надежде отыскать пропащих, а нашла только их останки и тварей из Запределья, пытающихся прорвать Границу.

— Почему этого нет в учебниках?

— Смеешься? Какие учебники? Об этом только в серьезных книгах написано. В трудах магистров, потому что раньше никогда не случались прорывы в стенах учебного заведения. Если интересно — в хранилище полно информации. Да и здесь есть, но в закрытой секций, куда у маленькой бестолковой феи нет доступа, — хмыкнул он, рассматривая мою любопытную физиономию.

Я собралась обидеться за «маленькую бестолковую фею», но сдержалась. Обижаться можно на родных и близких, на тех, кто важен, а с этого то, что возьмешь? Верхний. Этим все сказано.

Мне действительно было любопытно, если передо мной был кто-то другой, а не белобрысый маг, я бы пристала с расспросами, а так пришлось прикусить язык.

— Вот попадешь на очередную отработку в Старое Крыло, поищи в Хранилище. Или можешь спросить подробности у Джера, его выпускное исследование как раз по этой теме.

Надо же, какими серьезными вещами занимался ледяной маг, кто бы мог подумать. С виду — балбес балбесом.

— Вот еще, — фыркнула, отворачиваясь, — не буду я у него ничего спрашивать!

— Как знаешь, — Нольд зевнул, — ладно, надоело мне тут с тобой просто так сидеть…

— Уже уходишь? — спросила с такой искренней надеждой, что он рассмеялся.

— Размечталась, феечка. Пойду, возьму что-нибудь почитать, — он двинулся вдоль стеллажей, потом обернулся и хмуро произнес, — а ты сиди здесь и никуда не лезь!

Я не собиралась никуда лезть. Я хотела сбежать по-тихому от Верхнего, который почему-то решил потратить свой день на меня. Собрала вещи, и на цыпочках покралась прочь, веря в то, что мне удастся улизнуть. Но вывернув в очередной узкий проход, наткнулась огненного мага и его угрюмый взгляд:

— Куда собралась?

Я поежилась от сурового тона. Внезапно опять стало холодно, будто ледяной рукой по спине провели.

— Мне надоело. Приду позже, — попыталась его обойти, но Нольд перегородил дорогу.

— Сбегаешь?

— Устала от твоего навязчивого общества!

Карие глаза полыхнули огненными искрами. Маг злился, и я не понимала почему.

— Я вообще не понимаю с чего ты ко мне привязался и весь день как привязанных ходишь следом. Влюбился что ли? — с вызовом глянула на него.

Парень растерялся, заморгал растерянного от такого смелого предположения, а потом засмеялся цинично так, надменно.

— Вот наивность.

Его тон меня оскорбил. Оттолкнув его в сторону, проскочила дальше, к стойке, за которой сидел седой библиотекарь с длинными кустистыми бровями. Сдала одну книгу, а вторую сунула в рюкзачок, забрала свой пропуск и, не оборачиваясь, быстрым шагом покинула библиотеку, чувствуя, как ледяной маг пристально за мной наблюдал.

Чем я заслужила такое внимание Верхнего? Ума не приложу.

День прошел зря: позанималась плохо, ничего толком не повторила. От силы десяток листов прочитала, а остальное время или спорила с белобрысым или слушала его сказки о прорыве.

Эх, не сдам я эти проклятые экзамены. Завалю, и винить кроме себя некого.

* * *

В комнате меня ждал сюрприз.

Хесса лежала на животе, на кровати, и высунув от усердия язык красила ногти Пятке, обвязанной розовой ленточкой, с бантиком посередине.

— Все, гордый зверь сдался? — поинтересовалась, усаживаясь на свою кровать, и с интересом наблюдая за тем, чем они занимались.

— Я же говорила, просто время нужно, чтобы она привыкла, освоилась.

— Что ты с ней делаешь?

— Не видишь, что ли? Красоту навожу! — она чуть отстранилась, придирчиво осматривая результаты своих стараний, — я ее отмыла, ногти подстригла. Теперь крашу.

Необычайно тихая Пятка замерла, не шевелилась, не прыгала, не щелкала.

— Что-то она у тебя пришибленая какая? — с подозрением покосилась на нашего комнатного питомца.

— Лак боится смазать. — пояснила довольная ведьмочка, — Модница! Да, Пяточка?

Та аккуратно пошевелила мизинчиком.

— Может это вообще не она, а он, — предположила я.

— Да ты что? Смотри какая хорошенькая, изящная, маленькая. Девочка!

«Девочка» стояла на кровати и почти сияла от удовольствия, едва пошевеливая пальчиками.

— Как в библиотеке? Хвосты подтянула?

— Плохо там сегодня, — вспомнила белобрысого гада и нахмурилась, — шумно, мух назойливых много. Здесь позанимаюсь.

— Обед во всю идет. Пойдем?

— У меня режим строгой экономии. Сдам экзамены — пойду в пекарню Ла Брей, куплю вишневого пунша и большой кусок пирога. Отпраздную.

— И ради этого будешь ходить голодной?

— Я уже привыкла есть два раза в день. Переживу. Сама-то пойдешь?

— Шутишь? Да меня после вчерашнего до сих пор мутит. Завтрак с трудом удержала.

— Кто-то слишком хорошо погулял? — язвительно спросила у подруги.

— Кто завидует? — ответила она в тон мне.

Посмотрели друг на друга и рассмеялись. Как же здорово, когда есть с кем поговорить, по-доброму поворчать, поприкалываться друг над другом.

Взяла в руки книгу, прихваченную из библиотеки, устроилась поудобнее на кровати и начала читать, стараясь не отвлекаться на ласковое ворчание Хессы, воркующей над Пяткой.

Без огненного мага дело пошло веселее, я смогла сконцентрироваться на тексте, и не вздрагивала каждую секунду, чувствуя на себе посторонний взгляд.

И все же, почему он сидел со мной? Что за странное желание быть рядом? Какой-то должен быть в этом потаенный смысл. Я уверена.

Вскоре я замерзла, поэтому натянула повыше одеяло, легла на бочок, положив книгу перед собой. Щеку подперла рукой и продолжила читать, сладко позевывая.

— Вита! — раздался дикий вопль подруги.

Я испуганно подскочила на кровати, пытаясь понять, что к чему. Проклятье! Заснула все-таки!

— Смотри! — подруга пальцем указывала на стол и от изумления не могла закрыть рот.

Я обернулась и обнаружила поднос, на котором стояли маленькие кастрюльки и тарелки.

— Это нам? — шепотом спросила она, словно боясь спугнуть неожиданную добычу.

— А кому еще? Подарок от Саида.

Сон как рукой смело. Я скатилась с кровати и побежала к столу. Сунула нас в одну кастрюльку — густой наваристый суп, с крупными кусками мяса и сметаной. Во второй кастюльке картошечка, заправленная душистым маслом из трав, а на блюде под крышкой большой, аппетитный кусок запечённого мяса, которое обычно только избранным доставалось. А еще графин с прохладным лимонадом и плетеная корзиночка с румяными ломтями хлеба.

Живот радостно заурчал «ура, сейчас пожрем!», а Хесса, которая до этого совершенно не хотела есть, подалась вперед, принюхалась и через миг, оказалась рядом со мной, жадно облизываясь.

Мы наложили полные тарелки супа, и сосредоточенно стуча ложками, принялись за еду. Было так вкусно, что не хотелось тратить время на слова. Мы просто ели, щурясь от удовольствия и радостно поглядывая друг на друга.

— Вкушнота, — прошамкала Хесса, отпиливая себе большой кусок сочного мяса.

— Угу, — только промычала я, потому что рот набит был.

Это был самый замечательный обед за все время пребывания в академии, и в этот миг я себя чувствовала себя непередаваемо счастливой.

И как обычно, в такие моменты непременно что-то случается, чтобы вернуть с небес на землю.

Когда мы перешли к лимонаду, запивая сытную трапезу, раздался грозный стук в дверь.

Так стучать мог только один человек. Наша коменданша. Леди Ровена. Впрочем, от леди там мало что было — суровая коренастая женщина преклонного возраста, с каркающим голосом, как у старой вороны, единственной прекрасной густой бровью, плавно перетекающей с одного глаза на другой. Она походила на гнома с Северных Рудников, а особо злые языки поговаривали, что даже состояла с ними в дальнем родстве.

Мы испуганно вскочили из-за стола и заметались по комнате, пытаясь спрятать следы преступления. В академии существовало строгое правило — никакой еды в комнатах. Тех, у кого находили съестное, ждало наказание — десять штрафных баллов и недельная работа в отряде, по выведению вредителей.

— Открывайте! Я слышу, что вы там, — прокаркала Ровена, а мы засуетились еще больше. Стараясь не звенеть посудой, я отнесла поднос в шкаф, а Хесса тем временем, стирала со стола крошки, удаляла все последствия праздника обжорства.

У Ровены были ключи от всех комнат, поэтому она не дождалась, пока мы ей откроем — сама отперла дверь и бесцеремонно шагнула внутрь.

Мы с подругой замерли, как два истукана, глупо хлопая глазами и не в силах произнести и слова.

Коменданша повела носом, принюхиваясь, ее глаза хищно сузились.

— Пахнет едой! — вынесла вердикт, смерив нас таким взглядом, что Хесса тихо пискнула, а у меня задрожали колени.

— Нет, нет. Что вы! Вам показалось, — совсем неубедительно пролепетала я.

— Вы меня за дуру держите? — Ровена нахмурилась еще больше и прошла дальше, вглубь комнаты.

Придирчиво осмотрела стол, заглянула за шторы, без спроса открыла мою тумбочку, согнулась в три погибели, рассматривая скудное содержимое. Ничего не найдя, проверила тумбочку ведьмы и снова недовольно нахмурилась.

Осмотрелась по сторонам и остановила свой пронырливый взгляд на старом шкафе. У меня сердце в пятки ушла, когда она с азартом гончей бросилась к нему.

Ну все. Нам конец.

Не скрывая торжествующего вида, распахнула створки и скуксилась. Посмотрела на верхних полках, на нижних, вздохнула сердито и закрыла шкаф. Мы с Хессой обменялись непонимающими взглядами. Неужели не заметила?

Ровена еще походила по нашей комнате, суя любопытный нос во все щели, но так ничего и не обнаружила.

— Сегодня вам повезло, — проскрипела напоследок и пошла на выход, — но учтите, я за вами присматриваю.

Едва за ней закрылась дверь, как мы на перегонки бросились к шкафу. Распахнули его и убедились, поднос, вместе с грязной посудой исчез.

— Ай да джинн, ай да молодец, — восхитилась подруга, а я совершенно искренне произнесла:

— Спасибо огромное за обед. Было очень вкусно. И за помощь спасибо, без тебя у нас бы были большие проблемы.

Перед нами показался легкий дымок, а в центре едва различимая рука с поднятым кверху большим пальцем.

Хорошо все-таки иметь в друзьях джиннов. В который раз убеждаюсь, что они — замечательные ребята.