Глава 33

Проснувшись утром, я устало поморщилась, чувствуя, как ноет все тело. И как я вообще могла забыть о менструации? Понадеялась, что в этом мире нет этого каторжного процесса? Захотелось поменять женскую физиологию? М-да, уже двадцать семь лет, а ощущение, что в душе еще пятнадцать. Вера в чудо наше все!

Хмыкнув про себя, я скосила взгляд на лежащего рядом со мной мужчину. И ведь не побоялся лечь со мной болезненной. Хотя, по тому, как Морис рвался вчера в мою кровать, думаю, его бы ничего не остановило, даже конец света. И, чего уж скрывать, по крайней мере, от себя, это довольно приятно, когда ты нужна кому-то не только в цветущем виде, но и в весьма примятом. Меня месячные и раньше не красили, хотелось убить кого-то в прекрасный день их нового начала, когда спину и низ живота тянет так, что выворачивает наизнанку, а в этом мире – это вообще верх всяких пыток!

– Проснулась? – сонно пробормотал Морис, уткнувшись носом мне в волосы и с шумом вдохнув. – Как ты себя чувствуешь?

– Ну… – пробормотала я, даже не представляя, как лучше объяснить свое состояние. – Пока не умерла.

– Надеюсь, от кровавых дней не умирают, – сипло выдохнул мужчина, обняв меня одной рукой.

«Кровавые дни»

М-да, от такого названия ничего хорошего ждать, точно не стоит. Кто вообще придумал  этот вандализм? Нельзя было назвать трудными днями? Плохими днями? Нет, конечно, понятно, почему кровавые дни, но о таком точно подруге на ухо не зашепчешь, с таким-то названием.

– Не умирают, – вздохнула я, тоже надеясь на это.

Замолчав, я попыталась вспомнить, что же вчера произошло, а то мои воспоминания были какими-то обрывочными, и едва не передернула плечами. Мужчины, конечно, обо мне позаботились, как смогли. Врачей вызвали, в ванную комнату на руках отнесли, все гигиенические принадлежности где-то раздобыли. Даже одеться помогли, когда я, разобравшись с бабушкиными панталонами, которые шли здесь вместо обычной прокладки или тампона, вывалилась из душа с голой грудью. Зависли, правда, на несколько долгих секунд, разглядывая мои скудные прелести, но помогли.

В тот момент мне было не до стеснения, но сейчас-то я прекрасно понимаю, что насколько бы я не была раскрепощенной, для этого мира это слишком. Да и чего там, для меня тоже слишком, когда пялится не один предполагаемый любовник, а четыре. Сразу появляется чувство, что ты маленькая тростиночка, которую даже один из них с легкостью может переломить, а уж все четыре. Странное чувство боязни и запретного удовольствия в купе с разыгравшейся фантазией, которая услужливо подкидывает картинки более тесного знакомства.

– Нам нужно на испытания… – вяло пробормотала я, прекрасно понимая, что идти мне сейчас вообще никуда не хочется.

– Никаких испытаний, – серьезно выдохнул Сантис, присев на своей кровати и взлохматив волосы.

– Прекрасная новость, – кивнула я, улыбнувшись мужчине уголком губ.

И хоть в первую секунду того, как Сантис посмотрел на меня и Мориса, обнимающего меня поперек живота, я и испытала какое-то подобие стеснения, то так же быстро оно улетучилось. Во-первых, ничего предосудительного я ни с одним из мужчин не делала, а во-вторых, ни один из мужчин никакого дискомфорта от такого «общения» явно не испытывал, по крайней мере, недовольства на лице или бешено выпученных глаз точно не было. К тому же не стоит забывать, что для них такой вот странный союз – это норма, и они с пеленок привыкли к нему, в отличие от меня.

– Я сейчас скажу, чтобы тебе принесли таз с водой, сделаешь все нужные водные процедуры в комнате, – кивнул сам себе Сантис.

– А я попрошу для нас завтрак в комнату, – спрыгнув со второго этажа кровати и начиная разминать шею, пробормотал Тарин.

– А вы что, не пойдете на испытания? – слегка нахмурилась я.

– Нет, мы будем рядом с тобой, – мотнул головой Нирвел.

– Но, как же?

– Твое здоровье для нас в приоритете, – прошептал Морис, пальцами пробежавшись по моим ребрам. – Да и нам нужно поговорить.

– О чем? – озадаченно выдохнула я, запрокинув голову и посмотрев в глаза мужчине.

– О том, что ты от нас скрываешь… – прошептал он, лаская взглядом мое лицо.

Не думаю, что сейчас, только проснувшись, я выгляжу не то, что красивой, даже вполне обычной, но Морис смотрит на меня так, что внутри все замирает. Определенно это непередаваемое чувство трепещущего внутри сердца. Да и я уверена, большинство дам отдали бы многое, чтобы хоть когда-то увидеть такой вот взгляд – трепетного обожания. Тот самый, которым опытные актеры награждают своих партнерш в фильмах. Вот только сейчас я была уверена на все сто процентов, что мужчина не играет и не врет. Никто из них не врет. И это… пугает.

Взрослая дама уже, а меня реально пугает то, на что я, не будь дурой, соглашусь. Ведь соглашусь? Просто не прощу себе, если не соглашусь. Или все-таки откажусь? А что? Пусть вопрос с постелью мы как-то решим, не маленькие все-таки, придумаем, как быть, то дальше что?

Нам нужно будет приходить к общему консенсусу. Мне нужно будет следить не только за своими совами, но и поступками, чтобы никого не обидеть. А если я полюблю кого-то больше, а кого-то меньше? Вот даже сейчас, я как бы им всем доверяю, все-таки они поклялись своей магией, но все равно больше всех доверия у меня к Нирвелу. Он, зная все и без клятвы, не побежал трещать о том, что я девушка на каждом шагу!

Да и ладно с этим всем, опыт правильного общения придет со временем, но как быть с детьми? Мне же каждому рано или поздно придется подарить по малышу! Это же я многодетной мамой, как минимум четверых деток буду! А я не знаю, как с одним справиться! И дети – это не шутки, это очень и очень серьезно, а я только за осознанное материнство!

Блин, даю руку на отсечение, что никто бы не смог меня так настроить, как я сама! Был бы сейчас кто-то рядом и говорил мне, как плохо быть женой четверых мужчин, я бы определенно еще бы поскандалила и приводила доводы по поводу того, как это хорошо, а с собой и не поспоришь особо, все аргументировано.

– А вы быстро… – пробормотала я, очнувшись от своих мыслей.

Мужчины были уже одеты, явно умыты и выглядели довольно свежо. Одна я все еще лежу растрепанная, думая о наших отношениях. Идиотизм!

Не успела я еще хоть что-то сказать, как в дверь постучали и через несколько минут Сантис занес в комнату таз с водой. Сам!

Немного заторможено умывшись и, попросив мужчин отвернуться, я привела себя в относительный порядок и чего уж скрывать, заглянула в панталончики, проверяя, как там все. Как оказалось, панталоны все-таки немного лучше прокладок, если не учитывать внешний вид. Они, кроме того, что не протекают, так еще и как-то там самоочищаются, оставаясь вполне белоснежными и свежими.

Сев за круглый стол, на манер турецких маленьких столиков, прямо на полу, мы приступили к завтраку, и до меня наконец-то дошел смысл сказанных Морисом слов. Он хотел что-то узнать. То, что я скрываю. Интересно только, где я прокололась? И стоит ли мне отпираться, придумывая отговорки? Парни грудь мою голую видели, мы можно сказать, довольно близки.

А что? Я – иномирянка! Чем не конструктивный диалог?

– Я иномирянка! – брякнула я и сама же застыла, закрыв лицо одной рукой.

– Что?

– Кто?

– Как это?

– Ты головой случайно не ударилась?

– Точнее не иномирянка, а как бы правильно это сказать… – протянула я, совершенно не обидевшись на скептический вид мужчин. Я бы тоже не поверила, еще бы посоветовала обратиться к хорошему психотерапевту или психиатру, если первый не поможет. – Иномирная душа? Ну, тело этого мира, а душа из другого…

– Э-м… – содержательно поддержали меня все четверо мужчин.

– Короче, моя душа переместила из другого мира в это тело. Элениэль покончила с собой и умерла, а ее место заняла я – Дрязгова Элеонора. Как-то так, – развела я руками, мило улыбнувшись ошарашенным мужчинам.

Определенно новость о том, что я девушка, а не парень, они восприняли куда как адекватнее. Да и одно дело переодеться, а совсем другое – оказаться из другого мира, пусть только душой и мозгом. Любой бы офигел!

– Это… – начал Сантис.

– Это… эм… – продолжил за него Тарин.

– Довольно… – внес свою лепту Морис.

– А я знал, то что-то здесь не так! – громко рявкнул Нирвел, заставляя всех вздрогнуть.

– Только не надо меня на опыты… – заискивающе улыбнулась я, скривившись от боли в пояснице. – Клятвенно обещаю никому ничего плохого не делать, вообще не отсвечивать и быть паинькой! Готова магией поклясться!

– Лучше соглашайся замуж за нас выйти, – буркнул Нирвел тихо.

– Чего? – совсем растерялась я, нахмурившись.

Вот тебе и конструктивный диалог! Все друг друга поняли, все обсудили и пришли к общему консенсусу. Прямо идеальная пятерка из нас вышла! Любо-дорого смотреть, желательно издалека.

– А что? – хмуро продолжил Нирвел. – Мне уже кажется, что я с ума схожу! Если не одно, то другое! То я думал, что становлюсь извращенцем, даже немного свыкся с этой мыслью, а после оказалось, что ты девушка. После, казалось бы, мы рассказали тебе о своих намерениях ухаживать, а тебе это вообще не надо и ты мечтала всегда об одном спутнике жизни. Спасибо, Феликсу, просветил! То есть, теперь, когда каждый из нас без ума от тебя, мы, возможно, оказались по разным сторонам баррикад и стали соперниками.

Нирвел тяжело дышал, но, как мне кажется, даже немного свободнее выдохнул после своей речи, превращаясь чуть ли не в буддиста с умиротворенным лицом. Определенно его все накопившееся терзало и не давало нормально дышать. Вот только его слова...

Конечно, в чем-то мужчина прав, но ведь я ни в чем не виновата. Я ничего не обещала и повода не давала! Или давала? Все-таки, если думать, как люди этого мира, то определенно не только повод дала, но еще и открыто себя предложила, по крайней мере, вчера, когда с голой грудью стояла перед ними и позавчера, когда в одном белье щеголяла.

– Судя по твоей логике, я вообще за баррикадами остался и вне конкуренции, – невесело хмыкнул Сантис. – Мне же, как принцу, собратья нужны.

После слов Принца, все мужчины, как один выжидающе на меня посмотрели, а я… реально смутилась.

Смутилась и разозлилась! Я же им тут душу свою нараспашку открываю. Все о себе рассказываю, хотя меня не раз предавали и сейчас я, не считая их клятвы, могу довериться только своей интуиции, которая никогда меня не подводила. И что получаю взамен? Их предложение выйти замуж? Это… это… несправедливо!

– Хорошо! – буквально прорычала я, хватаясь за низ живота, который пронзило адской болью.

– Что?

– Ты согласна?

– Тебе плохо?

– Эля! Что с тобой?

Кто и что орал, я уже не слышала. Я, реально, выпала в осадок от всего происходящего и своего ответа мужчинам. Нет, конечно, я могу сейчас что-то им наплести, что они не так меня поняли и так далее, но я же не дура в самом деле. Да и болит все!

Я вообще объятий хочу, ласковых слов и обещаний, что все будет хорошо. Могу же я хоть иногда побыть просто девочкой-девочкой? Да и прав Феликс, где его только носит, прав во всем! Это я просто в себе запуталась, а мужчины хорошие. По крайней мере, пока.

– Я умру, если эта каторга будет каждый месяц… – захныкала я, завалившись на бок.

– Что именно? Кровавые дни? – медленно растирая мне спину, учтиво поинтересовался Сантис. – Так они же раз в десять лет случаются…

– Чего? – заинтересованно покосившись на мужчину, я от такой новости даже о боли забыла.

– А что? Я что-то не то сказал?

– Нет, все верно, – кивнул Тарин.

– То есть, этот кошмар будет происходить раз в десять лет, – с улыбкой прошептала я, блаженно зажмурившись. – А как же обновление яйцеклеток? Это никак не влияет на репродуктивную систему?

– Не знаю, о чем ты, – пробормотал Сантис, нахмурившись. – Но, насколько я вообще могу знать, ни на что не влияет. Так у всех девушек…

Кивнув, принимая ответ мужчины, я уже не особо думала о боли, едва не мурлыча от легкого «массажа», который делал мне Сантис. Не знаю, правда, как действительно влияет такой продолжительный цикл, но думать мне об этом пока совершенно не хочется.

– Так ты согласна быть нашей женой? – чарующе тихо поинтересовался у меня Сантис, едва заметно массажируя немного ниже спины.

– Я подумаю…

– Но ты же сказала «хорошо»! – громко упрекнул меня Морис.

– Сказала, – согласилась я, прикрыв глаза. – Но у меня же есть еще время подумать.

– Нет! Ты согласилась, мы услышали твой положительный ответ, пути назад нет! – категорично отозвался Нирвел. Пробрало же мужчину.

Вздохнув, признавая их некую правоту, я закусила губу. Согласиться-то не трудно, вообще легко. Вот только меня напрягало очень многое в нашем таком необычном «тандеме». И то, что их четверо я уже как-то привыкла. Больше меня нервировало само понимание, что мы ничего друг о друге не знаем. Так, общедоступные сведения и свои наблюдения за эти несколько дней совместного проживания. А это ничтожно мало.

Именно так я и сказала мужчинам, решив не делать из себя мысленную мученицу и переваривать весь форменный бред, который есть у меня в голове в одиночку. Если уж мужчины так решительно настроены, то они имеют все права познакомиться с моими не самыми замороченными тараканами. Понять сразу, нужен ли им такой деятельный геморрой в виде меня любимой и согласны ли они вообще мириться с моим характером долгие годы. Я же не совсем ум потеряла, прекрасно знаю, что и сама не трепетная фиалка, могу быть довольно вредной и въедливой, а мужчины видят только поверхностно, вообще не мою оболочку прекрасной девы.

 – Ты нам нравишься такой, какая ты есть, – вздохнул Нирвел. – И у нас будет вся жизнь, чтобы узнать друг о друге даже самые неинтересные факты. Да и, с чего ты вообще взяла, что мы видим в тебе только красивую картинку. Лично я, зная тебя дольше всех, совершенно не обманываюсь на твой счет.

– Это ты меня так красиво оскорбил? – выгнула я одну бровь, присев и посмотрев на мужчину.

– Это я так тебе в любви признался… – прошептал мужчина, полыхнув взглядом.

– Выкрутился, – улыбнулась я широко.

Вздохнув и решив, что все разговоры можно перенести на потом, я попросила мужчин, чтобы они никуда не выпускали Феликса, когда этот помощник появиться и улеглась спать. Сон, правда, совершенно не шел. В голове был настоящий бедлам и понадобиться не один день, чтобы качественно все обдумать.

– Осталось только найти пятого, – прошептал у меня над головой Тарин, погладив меня по щеке.

– Какой еще пятый? – распахнув глаза, я с вселенским ужасом посмотрела в глаза опешившему мужчине.

– Эля, родная… – начал было Сантис, присев у моих ног, но встретившись с моим кровожадным взглядом, гулко сглотнул. – У Наследного Принца должно быть четыре собрата.

– И?

– А сейчас нас всего четверо…

– То есть, у меня будет пять мужей, – прошептала я, понимая, что мой мозг больше не варит.

– Да…

– Мать моя женщина! А вы вообще собирались мне об этом говорить? – едва не шипела я разъярённой кошкой. – Я на четверых согласилась! На четверых! Какой, к чертям, пятый?

– Эля… – попытался было вступить в мой монолог мужчина, но я подняла руку, заставляя его замолчать.

Нет, это какой-то кошмарный сон. Пять! Пять мужчин! Я убежала из дома «родителей» и по этой причине тоже. А что в итоге получается, я все равно выйду замуж за пятерых мужчин. Да, других. Без видимых наклонностей к садизму, но…

Одно ясно точно, у меня на фоне кровавых дней полностью поехала крыша. Расшатались и так уже расшатанные нервы за эти дни, и я медленно, но верно, без чьей либо помощи, начинаю спускать свою свободную жизнь в унитаз! Я еще не стала независимой дейрой, но успела найти еще пять женихов. Просто прекрасно.

– Мне нужно на воздух… – пробормотала я, решительно поднимаясь с кровати.

– Эля, давай спокойно поговорим, – примирительно предложил Тарин.

– Сначала я подышу, а после мы поговорим, – помотала я головой.

Не хватало, чтобы я сейчас в своем нестабильном моральном состоянии еще на что-то там согласилась. Нет, сначала я нахожу внутреннее равновесие, а после уж преподаю парням урок. Вот правда, согласилась на кота в мешке. И кого они мне пятого подсунут?

Надев поверх рубашки пиджак, я спокойно пошла на выход, понимая, что спешка в моем состоянии не лучшее решение. Да и успею еще дверью хлопнуть, когда болеть ничего не будет, и кровавые дни закончатся.

Выйдя на улицу, я посмотрела по сторонам, косо поглядывая, пошли за мной мужчины или нет. От того, что они всей доброй компанией находились недалеко от меня, на душе стало спокойно. В обиду не дадут уж точно, сами тоже пока не обижают. Наоборот, заботятся обо мне. Что еще для счастья нужно? Пятого?

Прикрыв глаза, я нервно захихикала. Абсурд и только. А я в этом жизненном абсурде оказалась в центре внимания. Но да ладно, все девушки этого мира так живут и если так подумать, особо не жалуются. Это мне все не так и жизни свободной хочется, они же, если молчат и не устраивают бунт, выходит – вполне всем довольны.

– Эля!

– Феликс! Ты где был? – рыкнула я не своим голосом. – Я тут умираю, а тебе все равно. Никто не подскажет, никто не поможет! Оставил меня одну… – вздохнула я в конце, убавив градус своего возмущения.

Не обязан Феликс меня нянчить. Не маленькая уже, должна сама в своей жизни разобраться, а не ждать крыло помощи с советами наперевес.

– У меня паршивые новости… – протянул говорун, проигнорировав мой выпад.

– Говори.

– Император, кажется, с подачи Сантиса, действовать начал и всех твоих бывших женишков поймали, грехи их ищут. Не знаю, нашли что-то или нет, пока тишина.

– Так это же хорошо… – протянула я, улыбнувшись уголком губ. Вот только стоило мне увидеть, как Феликс отводит глаза, сразу стало ясно, что кто-то хотел подсластить пилюлю. – Говори, как есть.

– Твой… отец.

– Ну…

– Он скрылся, прихватив с собой твою маму.

– Намекаешь, что он ей что-то сделает? – нахмурилась я, сжимая кулаки. Вот не имеется этому дорогому родителю никак.

– Намекаю, что он захочет использовать ее, чтобы контролировать и шантажировать тебя.

– Умно, конечно, но что-то не сходится.

– Почему?

– Насколько я поняла, Элениэль никогда не была особо близка с матерью, а наших пара разговоров едва ли тянут на «шантажировать». Хотя… – протянула я задумчиво. – Знаешь, в моем мире часто говорят, что какая бы мама ни была, дети ее все равно любят. Причем, иногда, дети плохих мам, любят сильнее, чем дети образцово показательных. Так что в твоих словах есть зерно истины.

– Я надеюсь, ты не будешь никуда лезть? – заискивающе воскликнул Феликс.

– То есть, ты рассказал мне все для того, чтобы я никуда не лезла?

– Именно! Сейчас ты знаешь ситуацию и будешь готова ко всему. Как ты там говорила… осведомлен – вооружен. Вот, теперь ты вооружена и не будешь идти на поводу у…

– Нет, Феликс, – перебила я говоруна. – Я обещала маме, что заберу ее из этого ада и, считаю, что сделала многое для нашего спокойного будущего, так что пришло время исполнить свое обещание.

– Эля, я все расскажу им! – рявкнул Феликс, махнув крылом на мужчин. – Все-все расскажу! Пусть знают! И еще посоветую, чтобы сегодня же тебя замуж брали и заперли где-то!

– Я им и так все рассказала, – повела я плечом. – И замуж согласилась выйти. Так что не думаю, что мужчины будут запирать меня, рискуя испортить наши только зарождающиеся отношения. Тем более, нам еще пятого женишка и собрата искать. Или знакомиться?

– Когда только успела?

– Сегодня…

– Ладно. Что будем делать? – протянул Феликс хитро. – Ты же понимаешь, что я с тобой.

– В пекло бросаться с победным кличем не буду, не переживай. Но обязательно приму участие в поисках мамы и поспособствую, чтобы «дорогой родитель» забыл, что в его жизни когда-то присутствовали жена и «дочь».

– Вот и хорошо. А сейчас  давай расскажем твоим мужчинам, что к чему, – удовлетворенно выдохнул говорун. – И не беспокойся, с пятым претендентом я тебе помогу.