Глава 48. Пьяные сказки

— Ну что, Алан. Поздравляю, у тебя есть возможность увидеть меня по-настоящему пьяной. До этого я вполне контролировала себя с помощью магии.

«Она поэтому медлит и не пьёт?» — решил про себя я, обеспокоенно заглянув в глаза хозяйке.

— Госпожа. — Подсев ближе, я поднёс бутылку к её лицу. — Выпейте, пожалуйста. Я переживу это. Обещаю.

Сказав последнее, я попытался улыбнуться, хотя и был уверен, что в глазах у меня всё равно отражалась охватившая меня в тот момент паника.

В ответ она лишь криво усмехнулась, но после прислонила горлышко бутылки к губам и практически залпом осушила её содержимое.

— Алан. Шить умеешь? — Посмотрел на меня Лий, уже успев приготовить иголку и нитку, а я кивнул ему в ответ, переключая на него всё внимание.

Лекарь же между тем негромко продолжил:

— Значит, так. Сейчас ты садишься на моё место и зашиваешь рану. Мне требуется отслеживать состояние твоей госпожи. Сосуды я скреплю магией.

«Что? Я и зашивать?» — не поверил я, а от страха и волнения мне захотелось отойти на несколько шагов назад, чтобы он всё сделал сам. Впрочем, вместе с тем я вполне понимал, что если попросили меня, то значит, подобное было важно.

Стараясь не дрожать, я опустился туда, куда мне было велено, и взял иголку с ниткой. Лий же пересел выше, беря уже почти полностью пьяную госпожу за запястье.

— Зашивать начнёшь, когда скажу, — проговорил он. — Представь, что края раны — это два куска ткани, которые нужно сшить. И сшивай. Крупные сосуды я уже зарастил.

Только в этот момент я заметил, как дрожали руки целителя, и насколько он сам был вымотан. Должно быть, что ранена оказалась не только хозяйка, а маг до этого помогал кому-то ещё. Теперь сразу стало понятно, почему тот отдал мне работу. Осознав всё, я склонился над раной, ощущая то, как от волнения кровь шумела у меня в голове.

Я должен был обуздать свой страх и успокоиться, отогнав эмоции, ведь иначе ничего не получилось бы. «Я умею это», — убеждал себя я, пытаясь полностью контролировать своё дыхание.

Когда Лий мне скомандовал, то я уже был полностью готов. Руки больше не дрожали, а в голове поселилась твёрдая уверенность, что я смогу со всем справиться. Я видел до этого, как зашивали раны, так что практически не нуждался в подсказках наблюдающего за мной лекаря, быстро справившись сам. К тому же кое-какие знания о подобном нам давали ещё в школе, хотя и зашивать чью-либо плоть мне раньше не приходилось.

— Хорошо, — облегчённо выдохнул целитель, едва только я закончил, и отпустил руку глупо хихикающей девушки, уговаривающей его бросить корабль и поступить в какую-то академию. — Ты молодец, Алан.

Убрав иголку и нитку, я только затем осознал, что сделал. И от этого волнение и страх вернулись ко мне с удвоенной мощью, а руки вновь задрожали.

— С госпожой всё будет в порядке? — тихо спросил я у лекаря, глядя на вдрызг пьяную хозяйку.

— Да. Главное, не давай ей пока становиться на больную ногу и искать приключений на пьяную голову. Трезветь с помощью магии тоже нельзя. Если сможешь усыпить её, то будет совсем отлично. И да, я принесу мазь, которой потребуется чуть позже намазать рану. Но это тоже попозже, ведь у меня есть ещё пациенты.

При этих словах Лий встал, собрал инструменты и склянки, а затем вышел из каюты. Мне же не оставалось ничего другого, кроме как вновь посмотреть на свою госпожу.

— А-ала-ан, — протянула та и захихикала. — У тебя слишком простое имя. Не хочешь стать Зигизмундом?

Я вздрогнул, ведь остался в каюте с пьяной хозяйкой. Впрочем, оставалась надежда, что всё должно было хорошо закончиться. Обычно мне не очень везло на подобное, но могло же случиться чудо? Тем более, что до этого всё проходило более чем отлично.

— А-ала-ан, иди ко мне. — Она похлопала ладонью по второй подушке, и мне пришлось подвинуться к ней поближе.

— Госпожа, у вас мокрые волосы. Их надо бы высушить, прежде чем ложиться спать. — Вспомнив об этом, я потянулся было к тумбочке за гребнем, однако хозяйка неожиданно хлопнула меня по руке.

Расчёска выпала из моих пальцев, громко стукнув по полу и оказавшись где-то под кроватью. Вздохнув, я снова переключился на девушку, собираясь позже достать вещицу. А она тем временем продолжала вести себя подстать своему состоянию.

— Нет! Мы же на море! Тут всё должно быть мокрое! — Я едва успел её перехватить, чтобы та не вскочила с кровати.

— Госпожа, у вас больная нога. — Попытался её успокоить. — Вам рассказать сказку?

В ответ она нахмурилась.

— Про принцессу? — На её лице отразилась досада. — Нет, лучше я тебе сказку про принцессу расскажу! Несчастную принцессу! Садись!

Я и так сидел, однако на всякий случай снова привстал и сел. Хозяйка, внимательно наблюдая за мной, довольно кивнула и начала свой рассказ:

— Жила-была одна несчастная принцесса. И было у неё всё — наряды, рабы, драгоценности, слуги...

Тут её взгляд неожиданно подёрнулся мутной дымкой, словно бы девушка не просто рассказывала сказку, а что-то вспоминала. Немного помолчав, она вдруг спросила меня:

— Вот ты веришь, Алан, что та принцесса была несчастна?

Поспешив кивнуть, я снова не дал ей соскочить с кровати, удержав за руку.

— Верю, госпожа. А что было дальше в этой сказке? — спросил я, отмечая то, что она уже потеряла нить разговора, потянувшись теперь к пуговицам моей рубашки.

Подчиняясь её желаниям, я разделся и лёг рядом, давая ей обнять себя. «Быть может, так она не будет вскакивать и пытаться куда-то бежать», — понадеялся я.

— Сказке? — Крепко и уютно прижавшись к моему боку, непонимающе посмотрела на меня хозяйка, когда я повторил вопрос, осторожно положив ей руку на спину и надеясь, что она не заметит. — Ах да! Сказке...

При последних словах она скривилась и продолжила:

— Паршиво всё было в той сказке. У меня было всё, кроме двух вещей — любви и свободы.

Приподняв брови, я тщательно попытался скрыть удивление. «Это оговорка потому, что она пьяна, или хозяйка действительно рассказывает про себя?» — задался вопросом я, а наш разговор стал для меня ещё интереснее, однако рассказчица вдруг замолчала.

— Свободы, госпожа? — Выдержав паузу, я попробовал намекнуть ей на продолжение рассказа, поэтому она вновь заговорила:

— Да. Ирония судьбы. У меня были десятки элитных рабов, сотни слуг, море денег, но не было главного. Того, чего я на самом деле хотела. Мать родила меня и уехала обратно в свою эльфяндию, ну или как оно там называется. А зачем отцу я? Он сына хотел, наследника. А родилась наследница. Я. Паршиво. Именно тогда он придумал нелепый план выгодно выдать меня замуж и посадить на трон зятя. Только он не понимал, что тем, кого он выбирал, не я была нужна, а корона. Все они относились ко мне, как к пустоголовой девчонке. Задаривали сладостями и подарками, но при этом никто и не подумал спросить, а ем ли я вообще сладкое.

Тут я вспомнил, как хозяйка обмазала меня недавно кремом и жадно его слизала. Получалось, что сладкое она точно любила. «Может, что не всех видов? Или всё дело в том, что на корабле его практически нет, поэтому ей и захотелось?» — всплыло предположение в моих мыслях.

— Что было дальше, госпожа? — Я осторожно погладил её по спине, и девушка сразу же придвинулась ближе.

— Побег, пиратство и всё это. — Она махнула рукой. — Естественно, что сначала для меня было шоком, когда я оказалась вынуждена делить кров с простолюдинами, бывшими рабами и прочими. Но потом втянулась, привыкла и не представляю уже, как это — вновь вернуться во дворец. А вернуться, по всей видимости, мне всё же придётся.

Нахмурившись, я уловил нотки печали в её словах, одновременно с чем моё сердце сжалось. «Если это не пьяный бред, а правда, то что будет со мной?» — задумался про себя.

— Госпожа. Вы вернётесь во дворец? — спросил у неё прямо. — А как же я?

Тем временем девушка уже прикрыла глаза, начиная засыпать.

— Поедешь со мной. Я привязалась к тебе. Ты честный, искренний, добрый и любишь меня.

— Она привычно зарылась пальцами в мои волосы. — Я уже не смогу без тебя.

Я же замолчал, боясь спугнуть её признание. В груди защемило от радости, а эмоции буквально зашкаливали. «Я нужен ей! Нужен!» — ликовал я, а затем мой взгляд упал на дрожащие ресницы забывшейся сном хозяйки. «За ней я пойду хоть в сам ад», — пришло ко мне внезапное осознание.