Глава 8

В которой я понимаю,

что красота бывает холодной, тепло — неловким,

а на Совете моё имя впишут в книгу.

А вот мнение — вряд ли

* * *

Смотрю на вошедшего Эллариэна.

Он выглядит по-другому.

Вчера он был торжественный и величественный, словно сам царь-амператор. А сегодня собранный, деловой, с лёгким налётом раздражения на лице.

На нём снова парадное облачение: тёмно-синий камзол с серебряной вышивкой, на плечах такого же цвета мантия, скреплённая впереди брошью в виде золотой лозы.

Ну разумеется.

Волосы уложены в несколько сложно переплетённых на затылке кос, и в них вплетены золотые шнуры. На пальцах перстни. На запястьях браслеты с сверкающими камнями.

Он красив. Объективно, до зубного скрежета красив. Как эльфийский принц с обложки фэнтези-романа.

И так же холоден.

За ним следуют два эльфа в тёмно-синих мантиях. У обоих в руках слегка светящиеся свитки.

Эллариэн обозревает нашу маленькую банду и хмурится ещё больше.

— Доброе утро, Ева. Как спалось? — произносит глубоким, бархатным голосом, скользнув по Кайрэну оценивающим и недовольным взглядом, типа «а ты что тут делаешь?» А потом демонстративно становится к нему спиной.

— Удивительно хорошо, учитывая, что меня вчера похитили в другой мир, — язвлю.

— Вас не похитили, а призвали, — в стопятисотый раз напоминает он, словно я в стопятисотый раз об этом могла забыть.

— Конечно. Так и было. Я просто шла по кухне, споткнулась и случайно упала в портал, — произношу елейным голосочком и быстро хлопаю ресницами.

Ага-ага, я же дурочка, с первого раза не понимаю.

— Совет желает вас видеть, — едва сдерживается коронованный эльф. — Нас ждут в зале Семи Крон.

— Да-да, — киваю, отодвигая розетку с лакомством. — Я тоже очень желаю его видеть. Прям жажду.

Лицо Эллариэна вытягивается, в глазах сквозит неприкрытое изумление.

А что он думал, в сказку попал? Нет уж. Попадать — так всем вместе.

— Ведите, — встаю.

Кайрэн тут же подскакивает, помогает мне отодвинуть стул. Мы случайно (или нет?) соприкасаемся руками. Связь отзывается тёплой волной, подбадривая.

Гашу благодарную улыбку и выхожу вслед за эльфами в синих мантиях. Эллариэн и Кайрэн молча примыкают с двух сторон от меня.

Царю-амператору присутствие соперника, естественно, не нравится, но сказать против, видимо, нечего, поэтому он только нервно дёргает левым ухом и поджимает королевские губы.

Пока снова идём длинными извилистыми коридорами, временами куда-то сворачивая (вот уж лабиринты, запутаться можно), невольно кошусь то на одного потенциального жениха, то на другого.

Вчера события накладывались друг на друга, как листы в плохо собранной книге, и у меня не было времени хорошенечко рассмотреть своих похитителей.

Теперь есть.

Кайрэн выше меня на пол-головы, но немного ниже Эллариэна. Плечи у него широкие, но не такие развёрнутые, как у его идеального друга.

И ещё он немного сутулится. Наверное, от привычки склоняться над книгами, свитками или колбами. И двигается не плавно, как Эллариэн, а порывисто, словно вот-вот споткнётся на ровном месте.

Кайрэн сегодня переоделся. Вчерашняя помятая мантия с подпалинами исчезла, зато появилась тёмно-зелёная туника с неглубоким вырезом, без вышивки и украшений и простой кожаный пояс. Узкие штаны заправлены в мягкие сапоги до середины икры. Никаких перстней, цепочек или родовых гербов.

Он похож на ремесленника. Или на учёного, который только что вышел из лаборатории и переоделся во что-то приличное исключительно ради гостьи.

Мы проходим мимо окна, и в свете двух солнц замечаю, что его тёмно-каштановые волосы отливают рыжиной. Вчера они были растрёпаны, а сегодня аккуратно расчёсаны и на висках заплетены в две тонкие косы, который уходят назад и соединяются на затылке. Обычная причёска без сложных плетений и золотых шнурков. Но ему почему-то идёт.

Украдкой рассматриваю тёмные, изящно изогнутые брови и мягкие черты лица, нос с небольшой горбинкой, высокие скулы. И губы. Они у Кайрэна не тонкие, как у большинства встреченных мною эльфов, а обычные.

А глаза… ореховые и какие-то… живые, что ли. Так и кажется, что ещё немного, и они заискрятся.

Внезапно Кайрэн поворачивается, и мы встречаемся взглядами.

Он смотрит так тепло, что я едва не спотыкаюсь, ощущая по связи, что он понимает мои чувства. И ему нравится, что я его рассматриваю. Но одновременно он этого боится. Боится, что недостаточно хорош.

Отвожу взгляд, рассматривая очередной гобелен на стене: движущаяся сцена какой-то битвы. Эльфы против кого-то крылатого. Красиво.

А потом осторожно перевожу взгляд на Эллариэна.

Он замечает моё движение и едва заметно улыбается. Но улыбка у него другая, не как у Кайрэна. У темноволосого эльфа она идёт откуда-то изнутри, делая лицо живым, а у Эллариэна это часть образа. Отработанный жест. Впрочем, как и всё остальное.

Кошусь то влево, то вправо. Смотрю на них обоих.

На идеального Эллариэна в идеальной одежде, с идеальной причёской, ровной спиной, безупречной дикцией и чувством превосходства, которое он даже не пытается скрыть.

И на Кайрэна с двумя нелепыми косичками на висках, в простой тунике и вечно виноватым выражением лица.

И понимаю странную вещь.

Эллариэн какой-то весь «слишком». Слишком красивый, слишком правильный, слишком уверенный.

От него веет холодом и чем-то искусственным. Когда он рядом, хочется выпрямить спину, подойти к микрофону и произнести торжественно-официальную речь. А потом бежать от него подальше, как от очередной ожившей дворцовой статуи.

А Кайрэн… он тёплый. С ним хочется спорить, смеяться, закатывать глаза. Он не давит, не требует, не оценивает. Он такой, как есть. Со своими дырами в полах, нелепыми спотыканиями и честным взглядом.

Связь между нами, которую я только что проклинала, внезапно ощущается иначе. Не как вторжение, а как что-то… уютное?

— Ева? — холодный голос Эллариэна вырывает меня из размышлений. — Вы меня слушаете?

А он мне что-то говорил? Пардон, не заметила.

— Нет, — честно отвечаю, не собираясь стесняться своей невнимательности. — Я немного задумалась. Так о чём вы там вещали?

Он хмурится, но всё же повторяет:

— Я говорил, что на Совете ваше имя впишут в Книгу призванных. И вам нужно будет ответить, какое имя будет внесено рядом.

— Какое имя? — недоумённо вскидываю брови.

— Имя эльфа, который в скором времени станет вашим мужем и, как минимум, отцом вашего первенца.

Это он мне сейчас открыто намекает на то, что времени на размышления у меня практически не осталось?

— Я уже говорила, но повторюсь, — цежу, начиная злиться, — я никого выбирать не собираюсь. Вы сами вчера говорили мне про добровольное согласие. Получается, лгали? Или у вас права женщин соблюдаются только на словах?

— Не только, — Эллариэн дёргает ушами. — Вас никто не может принудить к браку, но имя нужно вписать уже сегодня. И вы должны…

— Прощаю, — перебиваю его.

— Кого?.. — он теряется, чем немного поднимает мне настроение.

— Вы сказали, что я должна. А я вам отвечаю, что прощаю всех, кому должна, — уже почти бешусь. — Долго нам ещё идти? Очень не терпится поскорее пообщаться с вашим хвалёным Советом, объяснить им на пальцах, что я думаю обо всём этом.

— Нет, недолго. Мы уже пришли, — почти рычит Эллариэн, указывая на дверь впереди.

Что, не нравится, когда что-то идёт не по-твоему? А вот теперь прочувствуй, каково мне.

Стреляю в него злобным взглядом и силюсь подавить ярость.

Чтобы общаться с Советом, мне нужна холодная и ясная голова. Как у разведчика. А меня едва не трясёт от избытка эмоций.

Ну держитесь, длинноухие нарушители моего покоя! Сейчас я вам всем задам взбучку.

Эльфы в тёмно-синих мантиях открывают створки, пропуская нас вперёд.

Вхожу в огромную залу, ощущая, как где-то под сердцем, где всё сжалось от нервов в тугой комок, ласково пульсирует змейка, старательно даря мне своё спокойствие и надежду, и выдыхаю.

Ну, и где тут всезнающие всезнайки, которым требуется укоротить их наглые длинные уши⁈