Глава 18

В которой платье делает своё дело,

а я делаю своё —

защищаю того, кто не может

защитить себя сам

* * *

Выхожу из душа, вытирая волосы мягким полотенцем, и с наслаждением вдыхаю запах чистоты.

Искристая пыль — это, конечно, удобно. После тренировки самое то. Но вода… Воду ничто не заменит. Особенно когда стоишь под тёплыми струями и чувствуешь, как смывается не только пот, но и усталость, и раздражение, и навязчивое внимание одного блондинистого эльфа.

Хотя бы на десять минут.

Отбросив полотенце, подхожу к кровати, где уже разложено то, что я сама выбрала в гардеробной. На этот раз никаких брюк и лосин. Пусть эльфы увидят, что я не только в обтягивающих штанах хожу.

Платье до колен, нежно-персикового цвета, с мягкими складками, которые струятся при каждом движении. Никаких летящих лоскутов, никакой боевой конструкции — всё простое, женственное, лёгкое, воздушное. И балетки в тон — мягкие, почти невесомые, с тонкой подошвой, которая позволяет чувствовать каждый камень под ногами.

Расчёсываю волосы, оставляя их распущенными. После душа они слегка вьются, опадая на плечи лёгкими, небрежными волнами. На Земле я собирала их в хвост или косу почти всегда, но сегодня… Сегодня мне хочется иначе.

Беру тонкий кожаный шнурок и повязываю его вокруг головы на манер ободка. Просто, чтобы волосы не лезли в лицо.

Смотрю в зеркало.

Оттуда на меня смотрит Ева. Но какая-то… другая. Мягче. Нежнее. Почти эльфийка, только уши обычные.

Женственность — это ведь тоже оружие. Недооценивая женщин, мужчины делают первый шаг к поражению.

Интересно, кто из эльфов усвоит этот урок первым?

Усмехаюсь своему отражению, выхожу за дверь и тут же натыкаюсь на два взгляда.

Эллариэн и Кайрэн ждут в коридоре. Оба уже переоделись.

Идеальный эльф в своей безупречной манере — синий костюм с серебристой вышивкой, и Кайрэн в простой чистой тунике.

Такие разные. Но смотрят на меня сейчас совершенно одинаково.

С таким выражением, будто я не из соседней комнаты вышла, а спустилась с небес на радуге.

Пауза затягивается.

Так… Кажется, я перестаралась.

— Ева, — Эллариэн отмирает первым, делает шаг вперёд и слегка склоняет голову, — в платье вы выглядите особенно превосходно. Этот образ подчёркивает вашу утончённость и природную красоту. Вы похожи на рассвет над Долиной Туманов.

Вот это он загнул. Идеально.

Впрочем, чего ещё было от него ждать?

Хмыкнув про себя, перевожу взгляд на Кайрэна. Он стоит, чуть приоткрыв рот, и его уши уже начали розоветь.

— Ты очень красивая, — говорит спустя несколько долгих секунд и широко, искренне улыбается.

Такие простые слова, а у меня от них внутри что-то переворачивается.

Змейка радостно подпрыгивает и посылает ему тёплую волну. И это не я. Я не прошу её это делать — она сама.

— Спасибо, — говорю. — А теперь, может быть, пойдём?

Большая трапезная, где я ужинала в первый вечер, сегодня полна. Около тридцати эльфов сидят за длинным столом, о чём-то беседуя. Но гул голосов стихает, едва мы появляемся в дверях.

Некоторых я знаю — видела на Совете и встречала в коридорах дворца. Но есть и такие, кого вижу первый раз.

Все они с открытым любопытством рассматривают меня. На долю секунды снова ощущаю себя главным экспонатом. Только лабутенов не хватает.

Фыркаю и успокаиваюсь. Хотят смотреть — пусть смотрят, а я просто пришла поесть. Ну и на них тоже поглазеть, чего уж там.

Мы проходим к свободным местам. Элрондэн, занимающий место во главе стола, тут же поднимается, слегка склоняет голову набок.

— Приветствуем вас, призванная Ева. Это такая приятная неожиданность, что вы решили разделить с нами скромную трапезу.

— А я полна неожиданностей, — пожимаю плечами и обвожу взглядом собравшихся. — К тому же, хотела посмотреть на всех. Мне же среди вас, как никак, пять столетий жить. Если, конечно, раньше не надоем.

Эльфы недоумённо переглядываются.

— Шутка, — вздыхаю. — Куда я денусь с подводной лодки?

— Какой лодки? — переспрашивает Элрондэн, но я только машу рукой.

— Неважно. Это тоже шутка. Слишком земная.

Эллариэн галантно отодвигает для меня стул. Я сажусь. Кайрэн занимает место с другой стороны.

Элрондэн опускается, не спеша снова приступать к еде.

— Вы уже приняли решение? — спрашивает он, и в голосе слышится скорее деловое любопытство, чем давление.

— Совет дал мне две недели, а прошло всего два дня, — улыбаюсь, рассматривая материализовавшиеся передо мной блюда. — Не гоните лошадей… то есть единорогов. Ну или кто тут у вас с хвостом и копытами? У меня ещё двенадцать дней.

Старец недовольно поджимает губы, но ответ принимает и возвращается к разговору, который прервало наше неожиданное появление.

Я ем и слушаю. О новых законах, которые волнуют эльфов в синих мантиях. О погоде и урожае — этим озабочены те, что в зелёных. Об открытиях в магии — эта тема явно близка Кайрэну, но он молчит.

Скукота, конечно, смертная, но я впитываю каждое слово. Потому что это — информация. А информация мне нужна.

И вдруг Элрондэн поворачивается к нам:

— Кайрэн, что нового у тебя? Ты, кажется, что-то разрабатывал?

Эльф вздрагивает, явно не ожидая вопроса. Уши моментально розовеют, и он на секунду замирает, словно раздумывая, с чего начать.

— Я… да, Хранитель. Я работаю над стабилизатором портальной материи, — он прочищает горло. — Он позволит камню заряжаться быстрее и, соответственно, проводить обряд Зова чаще.

Несколько эльфов в зелёных мантиях отрываются от тарелок. Один из них, с длинной рыжеватой косой, подаётся вперёд.

— Чаще? Насколько чаще? Сейчас между Зовами проходит несколько недель. Ты можешь сократить этот срок?

— Вероятней всего, да, — Кайрэн поднимает на него взгляд, и с каждым словом его голос становится всё уверенней. — Мы собирались задействовать стабилизатор сразу после обряда Зова Эллариэна, но я его случайно уронил, и магическая энергия рассеялась. Кроме того, оказалось, что формула была немного недоработана. Но я всё починил, и теперь можно попробовать зарядить камень.

По трапезной прокатывается гул. Эльф с рыжей косой удивлённо присвистывает, его сосед широко улыбается, одобрительно качая головой.

— А ты уверен, что не уничтожишь камень? Может, лучше оставить всё как есть, зачем эти риски? — спрашивает эльф в синей мантии и белыми, убранными в сложную косу, волосами. — Я всё ещё помню, как ты чуть не взорвал кабинет профессора Бергиэна.

— Да-да, наделал ты тогда шума, — со смехом поддерживает блондина его сосед. — Громыхнуло так, что в саду статуи вздрогнули.

Уши Кайрэна становятся пунцовыми.

— Это было на втором курсе, Гадариэн. И я всё починил, — бормочет он, а мне становится обидно.

Кай старается для них, придумывает что-то важное и нужное, а они сидят и критикуют. Вот взяли бы и придумали что-нибудь сами, чем разглагольствовать на тему, которую сами же не понимают.

— Риски есть всегда, — вмешиваюсь, просверлив прищуренным взглядом Гадариэна. — Вот вы чем занимаетесь? Какими достижениями в жизни можете похвастать?

— Я? — он удивлённо вскидывает белёсые брови и гордым взглядом обводит собравшихся. — Я придумал закон о запрете смешивания цветочных ароматов — в одном помещении одновременно не могут находиться два разных вида живых цветов, чтобы ароматы оставались чистыми и приносили присутствующим эстетическое удовольствие и хорошее настроение.

Мать моя женщина.

Хочется расхохотаться и одновременно покрутить пальцем у виска.

Я понимаю, что в условиях мирной жизни они тут все расслабились, но это уже напоминает абсурд. Если им нечем заняться, шли бы в пахари или конюхи. А они сидят, штаны протирают и какую-то ерунду выдумывают.

— Вот видите, — сообщаю самым серьёзным тоном, на какой только способна, — вы заботитесь о здоровье эльфов. А Кайрэн заботится о вашем будущем. Скажите, что проще — придумать рассадить цветы по разным горшкам и расставить их в разных комнатах, или создать сложную формулу, которая стабилизирует камень призыва?

Над столом повисает какая-то замогильная тишина.

— Вот то-то же, — припечатываю, обводя всех хмурым взглядом.

А то ишь, напали все на одного. Никому не позволю обижать моего эльфа.