Глава 20

В которой я становлюсь шпионом,

змейка — навигатором,

а Гарольд оказывается именно тем,

кого я в нём подозревала

* * *

Терпеливо жду, отсчитывая про себя минуты, словно таймер.

Хочется встать и уже уйти из этого форменного дурдома, стереть из памяти эльфийский беспредел и получить ответы на все интересующие меня вопросы.

Но египетская пытка обедом заканчивается, только когда последняя тарелка исчезает со стола, растворившись в воздухе вместе с остатками десерта.

Едва сдерживаю облегчённый вздох.

Элрондэн поднимается первым, и эльфы начинают расходиться.

Я тоже подрываюсь, так и не придумав, куда хотя бы на время сплавить Эллариэна.

— Эллариэн, задержись, — внезапно произносит Хранитель, чем несказанно меня радует.

Я уже мысленно потираю руки, собираясь попросить Кайрэна провести мне экскурсию по лаборатории, когда он добавляет:

— И ты, Кайрэн, тоже. Ввиду новых обстоятельств я хочу обсудить вопрос со стабилизатором немедленно. Не будем откладывать дело в долгий ящик. Соберём Совет сейчас же.

Эллариэн бросает на меня быстрый, немного встревоженный взгляд.

Мне даже перевод не требуется. Я и так знаю, о чём он думает — боится оставлять меня одну после того, как я устроила революцию прямо за столом.

Что, думает, что я сейчас выйду из дворца и поведу на баррикады теперь уже мужчин?

А что, я могу.

— Ева, — он делает шаг ко мне, — я бы не хотел…

— Идите, Эллариэн, — машу на него рукой, а потом прикладываю ладонь ко лбу, изображая лёгкую гримасу. — Я буду в своей комнате. У меня от этого шума жутко разболелась голова.

— Я провожу вас и прикажу принести лекарство, — тут же беспокоится он. Вполне искренне беспокоится. — У нас есть отличный порошок…

— Не надо. Я просто отдохну, и всё пройдёт, — отказываюсь, поясняя: — Это обычная мигрень. У меня так бывает. От недосыпа. А вы идите, решайте свои важные вопросы.

Кайрэн посылает мне тревожную волну, но я собираю всю уверенность, какую только могу, и отправляю ему в ответ: «Всё хорошо. У меня есть план».

Он, конечно же, не читает мысли, но улавливает, что со мной всё в порядке, и никакая голова у меня не болит.

— Тогда вас проводят слуги, — хмурится блондинистый эльф.

— Эллариэн, — произношу с нажимом, — мне не нужна помощь, чтобы пройти два коридора. Это всего лишь голова, ноги-то у меня целы. Идите уже, не заставляйте Совет ждать. Вдруг без вас примут решение, которое вас не устроит.

Он колеблется ещё секунду, но Элрондэн уже направляется к выходу, и эльф вынужден последовать за ним. Кай поминутно оглядывается, но тоже выходит. Обеденный зал пустеет.

Дожидаюсь, пока эльфы скроются за дверью, а после сижу ещё пару минут и выхожу в коридор.

Бреду медленно, как и положено нежной, хрупкой женщине, у которой болит голова. Даже руку ко лбу периодически прикладываю, когда мимо проходит кто-то из слуг.

Но, как только в коридоре никого не остаётся, я буквально срываюсь с места и несусь туда, где по моим воспоминаниям находится лестница.

Лаборатория. Мне срочно нужна лаборатория.

Через пару поворотов понимаю, что я почти не помню дорогу.

Мы шли туда с Кайрэном после Совета, и я не пыталась запомнить путь. Тогда в голове всё было как в тумане — слишком много эмоций, основная из которых — злость.

В следующий раз в незнакомом месте не надо вестись на эмоции. Включила бы голову, сейчас было бы в разы легче.

Вот куда мне бежать? Куда?

Мечусь по коридорам, пытаясь найти хоть один знакомый гобелен, но, кажется, всё больше плутаю.

Неожиданно змейка оживает и словно тянет меня вперёд.

— Что ты хочешь? — спрашиваю шёпотом. — Показать мне дорогу?

Она снова тянет меня куда-то.

Иду, но замираю на перекрёстке.

— Направо? Налево? Куда?

Чёрт-чёрт-чёрт!

Здесь всё выглядит одинаково. Гобелены, цветы, магические сферы, облака, двери. Где же та дверь, за которой находится винтовая лестница?

Змейка отчётливо перетекает в правую ладонь, и я поворачиваю направо.

Надеюсь, я правильно её понимаю.

В тишине коридора внезапно слышатся торопливые шаги и разговор. Несколько мужчин оживлённо обсуждают предстоящий Совет.

Лихорадочно соображаю, куда спрятаться.

Дёргаю ручку ближайшей двери. Заперто.

Оглядываюсь, решая бежать назад. Но до поворота далеко. Не успею.

Змейка тянет меня в сторону, и я замечаю огромный, свисающий почти до пола гобелен, изображающий какую-то очередную битву.

Ныряю за него, прижимаясь спиной к стене и задерживая дыхание.

Вовремя.

Эльфы проходят мимо, голоса постепенно стихают.

Выдыхаю, вновь позволяя себе дышать.

Змейка трепещет, бессловесно ругаясь, что я её не сразу поняла.

— Спасибо, — шепчу одними губами, — ты настоящий навигатор с функцией радара.

Она отзывается теплом и перетекает в левую ладонь.

Дальше я уже не сомневаюсь. Подчиняясь то правой руке, то левой, бегу по опустевшим коридорам.

Иногда навстречу попадаются слуги, и тогда я прячусь, ныряя то в открытые двери, то за гобелены, то за колонны.

Во мне просыпается какой-то штирлицкий азарт. Ощущаю себя разведчиком в тылу врага. Только вместо радистки Кэт у меня магическая змейка, а ещё — отчаянное желание докопаться до правды.

В какой-то момент с облегчением вижу знакомую дверь, а за ней — винтовую лестницу.

— Спасибо, моя дорогая, — шепчу змейке и скатываюсь по ступенькам, перепрыгивая сразу через две.

От охватившего меня мандража сердце колотится где-то в горле.

Добегаю до металлической двери и сразу же стучу.

— Эй, Гарольд! — зову. — Гарольд, появись.

А в ответ тишина.

Прижимаюсь лбом к холодному металлу.

Нет. Не может быть. Только не это. Я проделала весь этот путь, чтобы поговорить с дверью, а она не отвечает.

Где мне теперь искать ответы?

Тут змейка снова оживает. Перетекает в правую руку, но в этот раз не просто пульсирует, а тянет её вверх.

Поднимаю ладонь, не совсем понимая, чего она от меня хочет.

Пальцы словно наэлектризовываются, когда я провожу ими возле того самого места, которого касался Кайрэн.

Серебристая пластина!

— Ты серьёзно? — шепчу. — Но у меня другие биометрические данные.

Змейка нетерпеливо бьёт хвостом, и я подчиняюсь. В конце концов, она меня ещё ни разу не подвела.

Прикладываю ладонь к пластине и чувствую, как по пальцам пробегает лёгкий электрический разряд. Пластина вспыхивает, по двери разбегаются светящиеся линии, и на металле проступает знакомое лицо.

— Хозяйка! — восклицает Гарольд, и его нарисованные брови взлетают вверх. — А я-то думаю, кто там долбится? А это ты пришла! Какая неожиданная и чрезвычайно приятная встреча! Я как раз думал о тебе. Вернее, я всегда о тебе думаю, но сейчас особенно. Ты выглядишь запыхавшейся. За тобой что, гонятся? — он вытягивает несуществующую шею и пытается заглянуть мне за спину. — Я могу напугать преследователей. У меня есть отличный набор звуков: скрежет, вой и имитация падающего шкафа. Какой хочешь?

— Гарольд, прости, — выставляю руки вперёд, пытаясь остановить его словесный поно… поток, — но сейчас не до шуток. У меня к тебе серьёзный разговор.

— Серьёзный? — он тут же становится сосредоточенным. Нарисованное лицо вытягивается, брови сурово сходятся на переносице. — Я слушаю, хозяйка. Самым внимательным образом.

Делаю глубокий вдох.

— Я знаю, кто ты на самом деле.

Он смотрит на меня, не мигая. В нарисованных зрачках пульсирует откровенный интерес, кончик носа шевелится, выражая любопытство и желание познать тайну.

— Да? И кто же я?

— Ты знаешь всё, что происходит в этой лаборатории, — начинаю перечислять и загибать пальцы, — слышишь все разговоры, думаешь, анализируешь, делаешь выводы, помогаешь, исправляешь. И даже шутишь, — приближаю своё лицо к нему. — Ты не просто охранник и магический помощник… Ты — джипити-чат эльфийского разлива! Искусственный интеллект высшего порядка. Ну, я права?

Приподнимаю брови и выставляю на него указательный палец.

Нарисованные глаза медленно моргают, осознавая всё сказанное, а потом его лицо расплывается в такой широкой улыбке, что ещё немного, и она вылезет за пределы двери.

— Хозяйка, — восторженно тянет он, — ты только что сделала мне самый лучший комплимент за всю мою жизнь. Я не знаю, кто такой джипити-чат… Наверное, это кто-то очень уважаемый и почитаемый в вашем мире… Но искусственный интеллект высшего порядка… О-о-о… — он закатывает глаза, выражая наивысший восторг, — это звучит в миллион раз лучше, чем «несерьёзная дипломная работа». Я обязательно запомню это определение. Можно, я попрошу Кайрэна выгравировать твои слова на пластине и повесить в рамке прямо здесь?

Он косит глазами куда-то в бок, видимо, указывая на стену рядом с дверью.

— Можно, — киваю. — Я сама попрошу его. Но только сначала ты должен мне помочь.

— Для тебя, хозяйка, всё что угодно, — Гарольд подбирается, вновь становясь серьёзным. — Что тебе нужно?

Облизываю пересохшие губы и произношу то, ради чего проделала этот путь:

— Мне нужно знать, что скрывают от меня Эллариэн, Кайрэн и Совет. И что на самом деле происходит в этом мире.