Глава 23. Лицом к лицу

Мы выбрались на поверхность. Лаириэль скатилась с моей спины в траву. Я пока не спешил обращаться, свил вокруг эльфийки кокон из своего тела. – Живая? – Ни ног, ни рук не чувствую, – вздохнула она, зарываясь в траву. – Всё тело дрожит. – Ты прости, что я змей, а не серый волк. Посадил бы тебя на спину, помчали бы. – Ничего… – она улыбнулась. – Обернись на секундочку. Я её послушался. Оказался лежащим рядом. – Лаириэль, надо бежать дальше. И спутать след. Отдыхать пока некогда. – А как ты собираешься путать след? – спросила моя нимфа, приподнявшись на локте и подперев голову ладонью. – Слышишь шум? – Тут что, рядом река? – догадалась Лаириэль. – Мы поплывём? – Почему нет? В реке они нас и потеряют. По воде невозможно будет понять, поплыли мы вверх или вниз по течению или вообще перебрались на другой берег. – Пока они сами не переберутся и всё не обследуют, не поймут, – кивнула эльфийка. – Ну тогда, зая, придётся тебе ещё раз на меня забраться. Покрасневшая до кончиков своих острых ушей, Лаириэль кивнула. Я обратился, и она залезла мне на спину. Мы действительно вскоре приблизились к реке. Лаириэль испугалась, что не сможет удержаться на моей спине. Я ей напомнил, как она хотела ко мне приклеиться и предложил что-нибудь эдакое наколдовать. Она снова смутилась, ответив, что такого не говорила. Наверное не говорила, но точно прокричала мысленно. Мы сошлись на том, что можно Лаириэль просто ко мне привязать, а так как я не уверен, что могу всё время держаться у самой поверхности, Лаириэль опять создаст себе кокон с запасом воздуха. Только теперь она попытается создать его прозрачным, чтоб смотреть, что происходит под водой. А повезло мне, что я могу обращаться. Хотя вот не знаю, как воспринял бы, если б моя эльфийка была не остроухой заей, а такой же, как я, змеей? Мне под водой понравилось плавать ещё когда попробовал в первый раз. А вот Лаириэль сильно нервничала. Когда мы, наконец, уже перед самым закатом выбрались на берег, эльфийка, убрав свой кокон и отвязав себя от меня, на что я посмотрел с сожалением, рассказала, что ей было очень страшно. Она видела под водой каких-то речных зубастых гадов и переживала, что они нападут. А ещё переживала она не только из-за этого. – Лангард, ты ранен и быстро теряешь силы. Обернись человеком и сядь, пожалуйста, – Лаириэль похлопала по камню. Я забрался на это предложенное мне место, наслаждаясь соприкосновением ещё мокрой чешуи с тёплым, нагретым за день камнем. Обернувшись, я сел, чтоб Лаириэль было удобнее. Она всё-таки много ниже меня ростом. – Человеком не получится, дорогая. Я не человек. – Ты меня понял, – она улыбнулась и подошла, осторожно положив на мою грудь ладони. – Да что ты как не родная? – я её подхватил и посадил себе на колено. Моя одежда была сухой. Поразмыслив, Лаириэль об этом спросила. Я ответил, что вся моя утварь, оружие и шмотки, судя по всему, преобразуются в чешую, потому что я чувствую что-то похожее на инородный вес. Оборачиваюсь я полностью одетым, чистым и сухим, как если бы и не ползал черти где. – Интересная магия и удобная, – кивнула эльфийка. – Лангард, ты не мог бы снять рубашку? – Можешь сама снять, – предложил ей. – На тебе столько всего понавешано, что не знаю, за что взяться, – в этот раз она не смутилась. Я послушался и начал раздеваться. Теперь Лаириэль сидела и внимательно меня рассматривала. Она зарделась, а я почувствовал себя странно. Потому что одно – демонстрировать своё тело, которое, как никак, сам всю жизнь поддерживаешь в форме, другое – показывать тело какого-то левого мужика, в которого я по случаю вселился. Теперь оно моё, другого, наверное, не будет. Надо жить с тем, что есть. И хорошо, если это «то что есть» нравится моей эльфийке. – Как интересно… чешуя не везде. Она как-будто узорами, – Лаириэль водила по мне ладонью. – Тянется от груди, по шее к лицу, но полностью на него не заходит… – она продолжала меня гладить. Одновременно я чувствовал, что внутри как-будто растворяются отдельные очаги боли. – Я убрала гематомы, – пояснила Лаириэль. – Ушибы, порезы, всё это заживёт, – она кивнула, подтверждая свои слова, а пальцами продолжила водить вдоль рисунка чешуи. У меня есть чешуя, и она нравится этой бабе. У меня мозг взорвется! – Зая, чешуя там, где важные внутренние органы. Она меня защищает. – Ясно, – Лаириэль облизала губы. – Цвет кожи у тебя, конечно, непривычный… – Можешь с этим что-то сделать? – Что сделать? – удивилась она. – Ты же можешь наводить иллюзии. Можешь лечить тела. А изменять внешность можешь? – Зачем тебе? – удивилась она. – Ты очень симпатичный. Правда фиолетовый. – Вот именно, очень приметный, – проигнорировал я симпатичного. – Мне бы что попроще. Попробуешь? Лаириэль положила обе ладони мне на лицо, прикрыв кончиками пальцев мои глаза, – я почувствовал тепло. – Я что-то такое чувствую… как будто движение под ладонями… но этой силы я боюсь. Здесь нужно не исправить, как было, а поменять… тут уже процесс… творческий… – выдавила она, как будто долго подбирала это слово. – Я боюсь навредить. – Да куда уж хуже! – рявкнул я. – У меня глаза Кена и фиолетовая морда. И волосы розовые. Зая, сделай что-нибудь, или я лучше побреюсь налысо. – Я попробую, – она кивнула. – Только не называй меня больше заей, пожалуйста. И что так? А как же её называть, остроухую? Или ей постоянно про эти уши говорят? Так ведь у эльфов это норма… Ну не называть, так не называть. – Хорошо, лапа. Я запомню. Пока я сидел с закрытыми глазами, представлял своё прежнее лицо. Лаириэль неожиданно спросила. – Кого ты видишь? Симпатичный. У меня не получится так повторить. – Не получится и не надо, – я подтащил её к себе поближе, довольный. Прошлый я для неё тоже симпатичный – этого знания достаточно. Она убрала руки с моего лица, пригляделась. – Ты остался прежним, и я буду видеть тебя прежним, но для других у тебя теперь обычная человеческая кожа и светлые волосы. Глаза остались голубыми, но они теперь так не выделяются. – Спасибо, лапа, – мы сидели почти вплотную, так что я выдохнул слова ей в нежную эльфийскую шею. Прикоснулся губами к коже. Почувствовал, как эльфийка вздрогнула. А до этого она так спокойно сидела у меня на колене, как будто это и не для неё – высокородной, недоступной эльфийки, с помпой выбирали женихов, заставляя жрать жуков и крыс. Хотя она же самозванка. Но спрашивать об этом я не стал. Захочет – расскажет. С магией она быстрее моего осваивается. Может она из этого же мира и «с детства в этом бизнесе». – Лаириэль, хочу награду за спасение, – шепнул ей на ушко, схватившись губами за маленькую ушную мочку. Моя эльфийка дрожала. Пугать я её точно не хотел, у неё был шанс меня подправить. Сама оставила, как есть. – Только не бойся меня. Я всё для тебя сделаю. У меня, правда, ни черта кроме этой уверенности сейчас нет за душой. Но в том, что я для неё расшибусь, если надо, я уверен. – Я тебя не боюсь, – прошептала Лаириэль в ответ очень тихо. Но я уже знаю, что могу услышать её, даже если она будет молчать. Я больше ничего не стал говорить, потому что моя эльфийка сама меня поцеловала.