Глава 26

— Не против если я присоединюсь? — спросил муж, заходя в купальню.

— Против, — не упустила возможности повредничать, перебрасывая мокрые волосы так, чтобы они закрыли грудь.

— Жаль, — наигранно грустно вздохнул Арон при этом, уверенно развязывая пояс, — придется тебя расстроить и присоединиться без твоего согласия.

— Зачем тогда было спрашивать, — пробурчала себе под нос, цепко наблюдая за высокой фигурой в облаках пара. Правда они были не такими густыми, и потому мне прекрасно было видно вторженца.

Одежда падала на пол, оставляя за медленно идущим Ароном дорожку, обнажая передо мной натренированное тело. На тронутой загаром коже вспыхивали золотистые блики тонких волос, мягкость которых мои пальцы помнили до сих пор. А ещё движения мужа были настолько отточенными, что словно гипнотизировали и призывали любоваться этим хищником, решившим спрятать свои клыки.

Не удержавшись громко сглотнула, почувствовав, как рот наполнился слюной. Даже не знаю, привыкну ли я когда-нибудь к таким видам.

Когда же Арон небрежно избавился от штанов, пришлось делать вид, что я очень заинтересовалась своими ногтями и только поэтому отвела взгляд. Однако картинка обнажённого мужа словно отпечаталась в памяти и всё стояла перед глазами. В ушах запульсировала кровь, а кожу обдало жаром. И дело было вовсе не в скромности.

Моё тело подозрительно резво отреагировало: сердце ускорило свой бег, грудь потяжелела, соски напряглись, а внизу живота стал разгораться пожар. Даже пришлось под водой нервно стиснуть бедра, чтобы хоть немного унять нахлынувшую похоть.

Всплеск воды за спиной заставил непроизвольно вздрогнуть. Вспомнив, что этот муж очень уж любит подкрадываться к тылу, встрепенулась и поспешила развернуться всем телом. Уж лучше так.

Едва повернувшись, чуть не уткнулась носом в могучую грудь Арона, который смотрел на меня сверху вниз, и от его невозможного солнечного взгляда хотелось растаять. Мысли как-то в один момент решили спутаться.

Понаблюдав за моим ошарашенным видом, муж соблазнительно улыбнулся и, наклонившись как можно ближе, проникновенно произнёс:

— Сладкая, будешь так на меня смотреть и я тебя съем.

Дрожь прокатилась по телу от этих слов, но я постаралась взять себя в руки и, вздернув бровь с долей сарказма спросила:

— А как же Эрик? Разве вы не должны “есть” меня одновременно?

— Должны. — Кивнул Арон и его чёлка поспешила скрыть от меня его глаза, но их теплый свет по-прежнему был различим. — Однако сейчас он занят, а ты горишь от желания…, — его рука заскользила по моей ключице, а затем, проследовав по горлу, коснулась пылающей щеки.

— Вот ещё! — вспылила я и попыталась сбросить широкую ладонь, но на удивление муж проявил настойчивость и не дал мне этого сделать. — Хватит решать за меня!

Недолго думая я попыталась тогда сама отстраниться, но Арон обвил меня за талию второй рукой и не дал сдвинуться с места. При этом на его лице всё так же оставалась тёплая и заигрывающая улыбка.

— А что ещё остаётся, если ты так не честна сама с собой? Твоё тело куда откровеннее и сейчас оно просто кричит о твоём возбуждении.

И как тут телу не быть откровеннее, когда перед ним такой лакомый, обнаженный мужчина, что так сладко шепчет на ушко? Даже его рука на моей талии вызывает во мне восторг и меня это бесит и… обижает…

— Это не моя вина…, — тихо шепчу, пряча в эти слова всю горечь моего положения.

— Да, вина лежит на нас. — Слишком покладисто отвечает муж, пока его пальцы рисуют на моей спине узоры. Очень приятно. — Если тебе будет легче, то продолжай винить нас. Правда, мне ты можешь высказать все претензии в любое время, но с Эриком стоит воздержаться от подобного.

Усмехнувшись, фыркнула:

— Какая самоотверженность. И не нужно считать меня капризным ребёнком, которого проще баловать дальше, чем отругать.

Смех Арона разнёсся по комнате, сплетаясь с тихим падением воды в бассейн.

— Ох, сладкая, что за глупые мысли? — спросил он посмеиваясь. А затем, прильнув губами к мочке моего уха, горячо прошептал. — К тебе я отношусь исключительно как к женщине, очень желанной и упрямой женщине.

Сдерживая предательскую дрожь в коленях из последних сил прошипела:

— Тогда не нужно этого снисхождения. И уж тем более мне даром не нужно твоё дозволение по поводу перекладывания вины на ваши плечи.

— Я всего лишь хотел, чтобы ты перестала терзаться. — Продолжает мягко шептать муж, не обращая внимания на мой выпад. — Вот и всё. Никакого дурного умысла.

Можно было бы и поверить в его слова, если бы в этот момент юркие пальцы уже не втиснулись мне между бёдер. Протяжно втянув воздух, отмахнулась от желания дискутировать дальше и позорно сдалась, утопая в похоти. Там где царит страсть, и желание не всегда есть место для разговоров. По крайней мере, я так привыкла.

Язык Арона нежно коснулся кончика острого уха, и я затрепетала. Не знаю в чём секрет, но теперь уши стали моим слабым местом, а этот коварный мужчина точно об этом знал. Немного прикусив хрящик, муж тут же зализал место укуса, заставив меня громко задышать. Ухватившись пальцами за крепкие плечи, отвела голову немного в сторону, тем самым давая согласие на продолжение. Довольное урчание коснулось уха, а ладони начали двигаться увереннее.

Сжав мою грудь одной рукой, Арон дразняще провел пальцами второй руки по моим порочным губам и слегка надавил на клитор. Наслаждение тут же накатило, заставляя желать большего.

Но муж не спешит, он целует, ласкает и дразнит, заставляя сильнее цепляться за него, вынуждая самой двигать бедрами из-за жгучей жажды. Ноги едва держат, и я упираюсь виском в мужскую грудь.

Запах Арона тут же врывается в мою алую реальность, дополняя её новыми оттенками страсти. Не удержавшись, повернула голову, тем самым освобождая своё ушко из приятного плена, и прихватила зубами кожу мужа, как раз чуть выше тёмного плоского соска и почувствовала, как он вздрагивает. Его реакция провоцирует тихий гул у меня в груди, который вырывается наружу едва слышным рыком. Но прежде чем я поняла странное чувство, Арон немного отстранил меня, чтобы поведать:

— Хочу почувствовать твой вкус, сладкая, — возбужденно шепчет мой самый опасный соблазнитель.

Не думая отказывать я тянусь к нему за поцелуем, но он вместо того чтобы ответить, подхватывает меня и достав из воды усаживает на край бассейна.

— Ты меня немножко не поняла, — хрипло смеется Арон, медленно опускаясь к… Ох! Так он ЭТО имел в виду!

От удивления я повалилась на спину, но желание увидеть то, что будет происходить дальше, заставило опереться на локти и, не отрываясь смотреть. Распахнув глаза, словно в замедленной съемке вижу, как голова мужа оказывается между моих разведённых ног, как он ловко забрасывает себе на плечи мои стопы, и как его взгляд прожигает меня, когда его язык касается клитора.

Это прикосновение взорвалось во мне небывалым удовольствием, разогнавшим по венам живой огонь. Все мысли вытиснились такими острыми ощущениями. А уж когда муж приступил к более активным действиям, я закричала от наслаждения и, не выдержав упала на тёплое, влажное дерево, сдаваясь под натиском его языка.

Он то порхал, лаская самое сокровенное, то нырял во влажную глубину вызывая приятное томление и удивление. Руки Арона крепко держали меня за бедра, пока я выгибалась от наслаждения. Это было умопомрачительно и так не похоже на мой небольшой опыт в этом деле, что я мотала головой, стонала во все лёгкие и путала пальцы в мягких волосах Арона. При этом глубоко внутри всё сильнее билась уверенность, что этого недостаточно. Мне не хватало ощущения наполненности.

— Арон… я хочу…, — простонала не в силах больше сдерживаться. Оргазм приближался, но я не хотела кончать не чувствуя члена в себе.

Нежные терзания прекратились и я услышала:

— Нет, сладкая. Пока Эрик не с нами, я не могу тебя взять… сюда…, — муж опять лизнул вход скрытый мягкими складочками. — Но я могу войти сюда, — его палец коснулся узкого колечка сфинктера и я напряглась.

Желание быть оттраханной боролось с барьером, построенным на привычных правилах. Не знаю смогу ли я избавиться от этой зажатости и наступит ли день, когда я сама попрошу о таком. Но сейчас, раз уж мне дали выбор, то я предпочту оставить этот запретный плод до обязательного раза.

— Нет, — выдыхаю и чувствую, как во мне неожиданно поднимается разочарование.

— Тогда только так, — отвечает муж и пусть его голос звучит по-прежнему, но я чувствую, что он расстроен.

Однако больше мне связно думать не дали. И без того разгорячённое тело благодаря новому напору языка поспешило взорваться наслаждением, что плавно растеклось под кожей жаром удовлетворения. Но оно было хоть и сильным, но таким же недолгим как оргазм. Это озадачило.

Арон только выпрямился, чтобы полюбоваться мной, а во мне уже с новой силой цветет желание. Слабый свет от ламп зажигает искры, каплями рассыпанные по рельефу мужского тела. Влажные кончики песочных волос, что намочили мои пальцы, когда хватались за них, липли к скулам и шее. Безумно эротично. А ещё этот голодный взгляд, наполненный жидким золотом, он просто сводит с ума.

Резко сев я притянула мужа за плечи и впилась в его губы жадным поцелуем. В первый миг он опешил, но потом, перехватив инициативу, принялся пить моё дыхание. Чувствуя на его языке свой чуть солоноватый привкус, отчего-то заводилась ещё сильнее — никогда бы не подумала, что могу быть настолько порочной. Руки уже опустились к треугольнику жёстких волос внизу живота мужа и пальцы настойчиво, но предельно нежно ухватились за, просто каменный член.

— И что ты собирался делать с этим? — шепчу, оторвавшись от горячих губ.

— Что-нибудь бы придумал, — отвечает Арон, стиснув зубы, но я чувствую, как дрожь удовольствия прокатывается по его телу.

Медленно поводив рукой вверх-вниз, всё же вырвала из могучей груди протяжный стон и довольно улыбнулась. Но от шпильки не удержалась даже в такой ситуации:

— Не стоит всегда быть таким благородным.

— А если я хочу быть именно таким рядом с тобой? — спросил муж глядя мне в глаза. Его взгляд затуманился, но железная выдержка не давала ему тут же плюнуть и ворваться в меня.

Вздохнув, прильнула к груди мужа и нежно заворковала ему на ухо:

— Тогда у тебя есть все шансы частенько оставаться неудовлетворенным. Я ведь не настолько неблагодарна и всегда готова отплатить удовольствием за удовольствие.

— Ты точно невинная дева? А как же трепетная романтика? — удивлённо усмехается муж, и я в отместку прибавляю вторую руку. Пальцы плотно обхватывают ствол, и пока ладонь работает как поршень, лаская бархатный член, вторая рука аккуратно сжимает мошонку. Стон стал мне наградой, пока я про себя размышляла, как скоро мне устроят очную ставку и станут пытать на тему: “где я такому научилась?”.

— Извини, Арон, вам достался не самый стандартный и невинный вариант, — покаялась и усилила напор заставляя Арона так же как и я недавно растерять все мысли.

Воспользовавшись временной дезориентацией мужа, попросила его выйти из воды. Он послушно шагнул из бассейна и присел рядом. Продолжая ловко работать руками, вынудила его лечь, а как только муж прикрыл от наслаждения глаза, я коварно воспользовалась ситуацией.

Быстро оседлав Арона, решила сама получить то, что мне не дают. Наверное, будь я в более вменяемом состоянии, то постеснялась бы делать что-то такое, но сейчас кровь бурлила, ни живота пылала от возбуждения, и мне было всё равно. Даже с реакцией оборотня муж опомнился лишь, когда головка его члена коснулась истекающего соками входа.

— Нет, сладкая, не…, — но его слова запоздали, потому что я уже заскользила вниз, вбирая в себя возбужденную плоть.

Да, именно этого мне так хотелось! Почувствовать его пульсацию внутри себя, ощутить его силу в самом центре моего желания.

Приподнявшись, снова села, позволяя своему лону привыкнуть и принять всё, что мог предложить этот мужчина. Мои ладони замерли на груди Арона, наше громкое дыхание заполнило пространство, и я чувствовала, как мы становимся единым целым.

Ладони мужа оказались на моей талии. Мне показалось, что он сейчас с легкостью снимет меня с себя, но Арон этого делать не стал. Наоборот, его пальцы заскользили по моей коже и, оказавшись на соске ущипнули.

— Теперь я нарушил приказ альфы…, — тяжело вздохнул муж. Правда, при этом всё в нём говорило о том, что он замер в ожидании продолжения.

Наклонившись вперед, оставила на покрасневших губах ещё один страстный поцелуй и игриво сказала:

— Свалишь всё на меня. Ты же не можешь мне отказать и всегда стараешься дать то, чего я хочу.

— И мне надо будет признаться, что я проиграл в схватке с более мелким и слабым противником? Никогда бы не подумал, что меня уложит на лопатки маленькая эльфийка, — продолжал наигранно сокрушаться Арон, пока его ладонь гладила мои ягодицы.

— Всё бывает в первый раз. А теперь я накажу тебя за то, что ты меня дразнил.

Мои бедра пару раз вскинулись и опустились, подтверждая всю серьезность моих намерений.

— Полегче, сладкая, — пророкотал Арон, расположив уже обе руки на моей груди, — иначе я начинаю в тебя влюбляться.

— Плохая идея, — протяжно простонала, вновь поднимаясь и опускаясь, — иначе я разобью тебе сердце.