Глава 28

На узких улочках Альрика оказалось неожиданно оживлённо. Даже сероватые тучи, то и дело наползающие на солнце, не пугали снующих туда-сюда акшидов. Всё ещё длинные тени источали прохладу, а воздух был наполнен влагой, потому нам на глаза нередко попадались люди-кошки в лёгких пончо.

Я же чувствовала себя комфортно благодаря трём слоям платья. Перед выходом у меня появилось желание взять плащ, чтобы накинуть капюшон, но маскировка была так себе, если учесть внушительные фигуры за моими плечами. Так что на прогулку я отправилась прямиком из лазарета, не став заглядывать в покои.

Мимо пробежала чем-то взбудораженная детвора. Остановившись на узкой полосе брусчатого тротуара, поумилялась таким прелестным котятам. После чего перевела взгляд на свою охрану и спросила:

— А что происходит? Какой-то праздник?

Кристер склонил белёсую голову в знак согласия, из-за чего несколько ровных прядей выбилось из низкого хвостика, и спокойно ответил:

— Раз в месяц во всех городах устраивается ярмарка. Съезжаются торговцы, все освобождаются от работы, и до позднего вечера на главных площадях не протолкнуться. Сегодня день как раз Альрикского торжища.

— Звучит интересно. — Улыбка появилась сама собой от мысли, что пусть миры и разные, но есть очень много точек соприкосновения. — Чем-то похоже на праздник.

— Да, альва Иса, — произнёс на этот раз Бернт, — для многих в таких тихих городках подобное сродни празднику.

Посмотрев на мужчину, в очередной раз подивилась тому, насколько он похож на чистокровного турка, в то время как Кристер у меня ассоциировался со скандинавцем. При этом оба мужчины показали себя очень спокойными и надежными.

Подумав немного, озвучила первую мысль, пришедшую в голову:

— Странно, что Рози и Лили мне об этом ничего не говорили. — За эти дни девушки-кошки о многом мне рассказали, но почему-то промолчали о таком важном событии для их города.

— Возможно, они хотели устроить вам сюрприз и привезти сюда вечером. — Предположил Кристер пока его серые глаза цепко рассматривали проходящего мимо оборотня. — Сейчас на площадь идут по большей части именно покупатели, а уже с обеда откроются шатры с едой и выпивкой.

Словно узнав, что о ней говорят, из-за угла двухэтажного дома со скатной крышей выскочила Рози. Ей пришлось высоко поднять подол бирюзового платья, чтобы ткань не путалась в бодро перебирающих лапах, но её это видимо мало волновало.

— Госпожа! Ну почему вам не сидится на месте? — возмутилась запыхавшаяся Рози, как только оказалась рядом со мной. — А мы так хотели вечером вас отвести на площадь, удивить, угостить вкусностями, что готовят только во время ярмарки. — Кошачьи ушки грустно опустились, в то время как зеленые глаза с узким зрачком обиженно смотрели на меня.

Улыбнувшись, решила приободрить такую милую актрису:

— Ничего, мы и вечером сходим. Всё равно мне особо делать нечего.

Девушка хоть и делала вид, что расстроена, но явно была рада лишний раз прогуляться. Из того что я слышала, поняла — их с Лили отец довольно строг с дочерьми. Рыжая кошечка страдала от этого значительно больше, ведь с её любопытством, умноженным на неусидчивость, такая опека больше походила на тюремное заключение. Так что мой приезд Рози восприняла с особым энтузиазмом.

Повздыхав для приличья, акшидка любезно согласилась составить мне компанию. При этом её хвост подрагивал от нетерпения, выдавая хозяйку с головой.

Площадь в городе на дамбе оказалась довольно компактной, потому ряды с товарами походили на лабиринт, разбавленный проплешинами с деревьями в специальных пазах с землей и лавками вокруг них. Пусть до обеда ещё было время, но в воздухе уже витал соблазнительный запах выпечки.

Весело щебеча, девушка рассказывала о сезонных сладостях изготавливаемых только в такие дни, как сегодня, и водила меня между прилавками под разноцветными тентами, с легкостью лавируя среди своих сородичей разбавленных редкими высокими фигурами оборотней. Мне впервые удалось увидеть и женщин ликантропов. Их выдавали лишь уже привычные слегка светящиеся волчьи глаза, да немного резковатые движения.

Удивительно, но на ярмарке не было хаоса присущего людским базарам — торговцы не кричали, предпочитая завлекать покупателей красотой изделий специально выложенных на самые видные места, покупатели не создавали давки, понимая, что рано или поздно купят всё необходимое. Так что прогуливаться между лотками было одно удовольствие. Но не особо приятный момент всё же был.

Мои длинные уши, как и у прохожих, так и у торговцев, вызывали не меньший интерес, чем у меня товары на прилавках. Решив просто не обращать на это внимание, с интересом разглядывала все, что попадалось на глаза. Рози чуть не пищала рядом от восторга только в те моменты, когда мы подходили к стойкам с оружием. И самое забавное, что ей нравилось его просто рассматривать.

Очередной прилавок привлёк моё внимание своими довольно мрачными украшениями. До этого у торговцев выбор был настолько обширен, что от цвета рябило в глазах, но здесь преобладали лишь серые, синие и фиолетовые оттенки. Даже ткань навеса этой открытой лавки имела угольно чёрный цвет.

Мой взгляд с неподдельным интересом скользил по изделиям, и я настолько увлеклась, что едва не подпрыгнула когда услышала:

— Если позволите, то я бы вам порекомендовал это, — сиплый голос заставил с подозрением посмотреть на худого человека в глухом балахоне.

Торговец, чье лицо пряталось за глубоким капюшоном, протянул мне простую деревянную шкатулку, а в ней лежала идеальная капля цвета густого горчичного мёда. Такое удивило, ведь остальные изделия были пусть красивыми и необычными, но мрачными.

— Это подвеска из янтаря. Возможно, данный камень для вас может оказаться слишком скромным, но поверьте, он принесёт удачу.

— У меня всё равно нет денег…, — попыталась было вежливо отказаться, при том, что мой взгляд то и дело возвращался к притягательной вещице, но мои планы нарушил голос Бернта:

— Об этом не волнуйтесь, альва Иса, ваши мужья позаботились, чтобы мы могли купить вам всё, что пожелаете.

— Однако, — добавил Кристер, — все покупки вам доставят только после проверки штатным магом. Ради вашей безопасности.

Разумно, тем более, если учесть коварство моих родственников. Но заметив, что торговец оставался слишком спокойным, поняла — он не имеет отношение к интригам эльфийского двора.

— Как предусмотрительно, — вроде бы похвалила своих благоверных, но даже глухой заметил бы нотки сарказма.

— Вы сможете носить этот янтарь и как кулон и как подвеску для серьги. — Снова принялся расхваливать свой товар мужчина, пока у меня между лопаток бегали неприятные мурашки от его голоса.

Торговец приподнял каплю, чтобы я лучше могла рассмотреть крепление из белого и жёлтого металла, но моё внимание сместилось с украшения на кожу мужчины. Она была серой.

Догадка вспыхнула, и я с нескрываемым любопытством приблизилась к торговцу, в надежде заглянуть под его капюшон.

— Вы дроу? — вырвалось у меня, когда в слишком плотной тени не удалось ничего рассмотреть. Всему виной были воспоминания, в которых тёмные эльфы оставались куда загадочнее остальных рас.

— Верно, — ответил тёмный эльф со смешком, — но не волнуйтесь я не питаю неприязни к своим солнечным сородичам. И тем более к вашему виду.

— К моему виду? — переспросила, не совсем понимая, о чём речь.

— Знали ли вы, почему все разумные существа так любят золото? — Вдруг спросил дроу, и я покачала головой. — Принято считать, что именно такого цвета кровь у Богов, создавших всё сущее. Но почему-то все забывают ещё один цвет очень тесно связанный с высшими сущностями. — Выдержав интригующе паузу, торговец наклонился ко мне ближе и тихо поведал. — Янтарный.

Пока я пыталась понять — к чему вообще мужчина завёл этот разговор, в тени его капюшона вспыхнула серебром стальная радужка. Не заметив испуга на моём лице, он продолжил:

— Говорят, именно так Боги отметили своих первенцев, своих самых возлюбленных из детей. Жаль, что многие забыли благодаря кому мы появились.

— Почему вы мне это рассказываете? — Спросила, так и не уловив суть сказанного.

Рози рядом подозрительно притихла, а мои охранники замерли достаточно близко, чтобы в любой момент пресечь возможную опасность. Напряжение повисло в воздухе и звуки торжища будто стихли, оставляя нас наедине со странным торговцем. Но тут, дроу сунул мне под нос шкатулку и весело произнёс:

— Конечно же, чтобы вы купили этот кусочек янтаря. — Очень захотелось врезать ему, но пришлось ограничиться лишь громким выдохом. На что тёмный эльф резко наклонился над прилавком и, оказавшись слишком близко, прошептал:

— Ведь этот цвет так подходит к вашим волосам и глазам.

От неожиданности я застыла, удивлённо глядя в тёмную пустоту капюшона. Кристен и Бернт уже двинулись ко мне, чтобы оттолкнуть торговца, но им помешали.

— Шаг назад, тёмный, — раздался холодный приказ из-за моей спины. Торговец послушно отпрянул, оставляя открытую шкатулку у края прилавка и почтенно склонившись, произнёс:

— Альфа, вашей жене ничего не угрожало.

Пришлось до боли прикусить щеку, чтобы не чертыхнуться. Забавно, что с мужем, с которым я должна быть как можно ближе, сближаться мне не хотелось вообще. И если встреча с Ароном отозвалась тихой, скромной радостью, то появление Эрика вызвало глухое раздражение.

Повернувшись, угрюмо посмотрела не в уже такие привычные жёлтые глаза, а в непроницаемо чёрную радужку.

— Что ты здесь делаешь? — Тихо спросила, отойдя от прилавка, при этом, не пытаясь скрыть недовольства в голосе.

— У меня тот же вопрос. — Был мне ледяной ответ. — И вообще, почему ты здесь одна?

— Одна? — Я повернулась и посмотрела на охранников, замерших с наклоненными головами в шаге от нас. Хвост же Рози торчал из-за спины Кристера.

— Да, одна. — С нажимом подтвердил альфа, напоминая глыбу льда. Правда из белого у него была лишь одинокая прядь волос, но даже это не рушило сходства. — Где Арон?

Он-то тут при чём? Неужели желтоглазый должен исполнять роль няньки?

— В резиденции, но я же с…, — недоуменно начала отвечать, однако альфа меня перебил.

— Понятно. — Отрезал Эрик и зло сверкнул глазами. — Идём. — Последовал короткий приказ, ставший последней каплей.

Сложив руки на груди, не сдвинулась с места. Муж сделал два шага, понял, что я не спешу выполнять его требование и вернулся. Мне показалось или я покрылась ледяной коркой под его очередным взглядом?

Тем не менее, гордо вскинув подбородок глядя прямо в черные глаза процедила:

— Нет, пока я возвращаться не собираюсь. Если хочешь, то можешь идти сам.

Будто чувствую приближение бури, поток прохожих в нашем закутке резко истончился.

Эрик задумчиво меня рассматривал с высоты своего роста, затем наклонился к моему уху и вкрадчиво спросил:

— Иса, ты уверена, что хочешь разбираться с последствиями своего поступка?

— Моего поступка? — Хмыкнула, не проникшись его тоном, однако проклятое тело ответило на близость мужа возбужденной дрожью. — А что в нём такого чтобы он заслуживал последствий? Или же то, что я имею своё мнение уже достойно наказания?

Тихий смех альфы заставил моё сопровождение непроизвольно отступить.

— Я, по-твоему, настолько глуп? Твой поступок продиктован упрямством и желанием пойти мне наперекор.

— Не всё в этом мире вращается вокруг тебя. — Парировала, поворачивая голову, чтобы видеть лицо мужа. — Я собиралась прогуляться. Твоё появление никак не повлияло на мои первоначальные планы.

Не спеша отклоняться, муж полюбовался моими нахмуренными бровями и задумчиво поинтересовался:

— Скажи, ты специально это делаешь?

— Что?

— Выводишь меня из себя. — Был мне прохладный ответ, при этом тёмные глаза подозрительно разгорались.

Пришлось самой отстраниться и уже на безопасном расстоянии фыркнуть:

— Я не виновата, что тебя так легко разозлить.