Глава 2.

Наверное, стоило быть поумнее да похитрее. Вот только и магистр уже был знаком с моим характером. Покорность — это порок. Я не глупенькая овечка, что будет радоваться, когда её потащат на убой.

— Не согласна, — Деймор Айто отвернулся от меня, смотря в окно. Оно выходило как раз на горы.

Огромные, высокие, равнодушные к человеческим страстям… Магистр умен, образован и красив. Но что толку, если его отношение отвращает? Если такого, как он, берут в Академию, чтобы эти молодые самодовольные тиры брали с него пример? А ректор все знает — и потворствует этому. Знает — и молчит.

Если бы я посмотрела в этот момент в лицо отца, то увидела бы и горе, и отчаянье, и сожаление. И упрямство. Мы слишком многого не знали друг о друге, и в тот момент оба совершили ошибку.

Ну — тут каждый сам себе судья, как можно поступать — и как нельзя. Меня больше интересовал другой момент — если Пыш сделает из предполагаемого женишка большой паучий кокон, а Ашра потом придет и отгрызет ему что-нибудь не нужное — это будет считаться покушением? Или всего лишь добровольной подкормкой несчастных зверушек?

— На тебе браслет рода и воля его главы для тебя — неоспорима, — уведомили меня, — сегодня вечером мы объявим о помолвке моей дочери Эглессы Айто и Его Высочества Далора Танайского, среднего сына нашего императора. После этого твой контракт с Академией будет расторгнут, — голос магистра зазвенел, переливаясь снова знакомой скрытой силой.

— Какая же вы дрянь, отец! Не удивляюсь, что мама сбежала от такого, как вы, сломя голову! Да рядом с вами и вашим сумасшедшим семейством находиться противно! Жаль, что я сразу не смогла вернуться в свой мир, но учтите, — я не сразу поняла, что сейчас шиплю все это вслух, — я и в этом мире могу стать вдовой! Очень счастливой вдовой!

Конечно, я вряд ли смогла бы… хотя, кто знает? Я гнала от себя липкий ужас, гнала стыд за свою беспомощность перед чужой магией. Неужели друзья не поймут, как я влипла? Вот только что они могут сделать?

Нет. Не верю. Не верю, что я выйду замуж за этого брюнетистого Изменчивого, презирающего женщин. Да они для него не умнее табуретки!

— Вижу, ты совсем не умеешь держать себя в руках. Мне жаль, что так повернулось, но ты вскоре поймешь, какая это честь — стать супругой одного из принцев, — Деймор Айто говорил спокойно, голос мерно журчал, усыпляя бдительность. Он только побелел, как снег, — договор должен быть, наконец, заключен. К сожалению, других зрелых дочерей у нашего рода, кроме тебя, нет.

Я снова не могла говорить! Да что это такое! Как с куклой!

«Р-разорвать его? Покус-сать?» — вклинился в панические мысли Пыш.

Родной мой! Я же чуть про него не забыла!

«Ни в коем случае, — завопила мысленно от облегчения, — не вздумай, Пыш! Ты не справишься со взрослым сильным магом! Лучше выберись отсюда незаметно и найди… Тэрса Иртэ! Расскажи ему все, что слышал!»

И почему я поверила, что эльф поможет? Может, потому, что он единственный не боялся спорить с магистром Айто?

— Встань! — тем временем приказали мне. — Сейчас я перенесу тебя в подготовленные для тебя рядом с моими временные покои. Служанки уже ждут и подготовят тебя к балу. Ты будешь тихо и послушно выполнять их указания, — впечатался в меня приказ, которому было невозможно противостоять!

Да если бы было можно, я бы растерзала этого… этого… Внутреннее пламя буквально обжигало!

— Да, отец, как прикажете, — услышала я свой тихий и робкий голос.

— Вот так гораздо лучше. Я делаю это для твоего же блага, дочь. Не нам тягаться с императором. Я лишь не хочу, чтобы ты пострадала! Магия чаровниц слишком лакомый и непредсказуемый кусок… — донесся мне вслед шепот.

Спасибо, папуля, но я, пожалуй, обойдусь и без тебя и твоей так называемой помощи!

Уже там, в невыносимо кремовых девичьих комнатах, я поняла, что Пыш все-таки исчез. Три послушные служанки бегали вокруг меня, раздевали, отмывали, чем-то обмазывали… Потом сушили, делали легкий массаж, заставили легко перекусить…

Время текло быстро. Смеркалось. А все, что я могла — тихо уронить слезу, чувствуя себя запертой в своем теле, как в клетке! Неужели никто меня не найдет и никто не поможет?! Неужели вот так запросто в этом прекрасном волшебном мире могут сломать судьбу любой девушке? Не верю! Не хочу верить! Мы, дочери Пламени, не сдаемся!

Я держалась, сжимая зубы и веря, что мои друзья смогут что-то придумать и все это так не оставят!

Хуже всего стало, когда служанки, щебеча о том, какая я красавица и как счастлив будет мой отец, удалились. А я осталась одна перед зеркалом. В нем отображалась невероятная огненная девушка в воздушном светло-золотом платье-хитоне. Сверху открытые плечи прикрывала легкая золотистая ткань прозрачных рукавов.

Только глаза были пустыми и грустными.

Нет, это не я. Совсем не я. Чужачка.

— В самом деле, красавица. Такой супругой будет не грех похвастаться! Сначала я думал, что отцовская затея с женитьбой ужасна, — раздался знакомый самодовольный голос брюнета.

Я вскочила, резко оборачиваясь.

Изменчивый стоял в дверях, откровенно оглаживая меня взглядом. Орка ему в невесты! Самого противного, здоровенного и с большим смачным прыщом на лбу! По нему дубина плачет! Чтобы был любимой орочьей женой, послушной и покорной!

Ибо по воли любезного Деймора Айо — ни за что его отцом не назову — я не могла этому тиру ни слова сказать, так и стояла, потупившись!

— Острый язычок прикусила. Это хорошо. Не люблю слишком умных женщин! Женщины созданы для мужского удовольствия, но я и тебя не обделю! — горячее дыхание коснулось моей шеи.

Фу, меня сейчас стошнит! Помогите уже кто-нибудь, а?! Как же эту проклятую чужую волю скинуть? Может, все дело в том, что до сих пор не воспринимаю угрозу о замужестве всерьез? Где там эти великие волшебные силы, когда нужны?

Только обрадовали, как в сказке, уникальным происхождением, как оказалось, что от такого происхождения больше вреда, чем пользы…

Тем временем, меня взяли за безвольную ладонь, поглаживая её пальцами. Впрочем, ничего, кроме дичайшего отвращения, я не ощущала. Старший брат нашего Иштара был редкостным гадючонком. И я не я буду, если не привьем мы с Ашрой и Пышем ему уважения к женскому полу! Думаю, что и другие мои знакомые в стороне не останутся.

— Интересно, правда ли то, что заклинательницы обладают особыми женскими умениями? Доставляют особенное наслаждение мужчинам? Отвечай, женщина! — властно приказал мне этот… Далор-выйди-во-двор!

— Не могу знать, принц, — сумела разлепить губы опять только по делу.

Увы, юный гадюк остался этим недоволен! Приобнял меня за плечи… вероятно, он полагал, что смотрит страстно и соблазняюще. Но мне выпученные темные глазюки, пушок над верхней губой и клык явно с кариесом — или что там такое темнеет — казались ужасно смешными. И противными.

И пахнет от него какой-то сигаретной дрянью!

И вот впьявливается мне в губы этот красавец с такой силой, как будто всю жизнь высосать хочет! И пьявится, и пьявится, терзает меня своими поползновениями. Нет, простой мсти не будет! Не заслужил! Тут придется целую кампанию разрабатывать! Низводить и курощать, как говорится!

Это я себя так отвлекаю. Ну а что, лучше мечтать о чем-нибудь прекрасном — например, бритом налысо высочестве, чем вот это вот все…

Когда местному шовинисту надоело издеваться над моим беззащитным тельцем — или, что вернее, мы просто уже опаздывали, меня ухватили за ладонь и потянули за собой, недовольно сопя.

— И чтобы без фокусов, женщина! Веди себя прилично на заключении нашей помолвки! — Далор поджал губы.

Что я говорила про то, что молчание — золото? Ещё не говорила? Значит, вспомню прописную истину. Спасибо провидение, что не могу ответить, иначе, боюсь, император Изменчивых лишился бы лучшего представителя своего рода,

Верность будущего супруга была видна невооруженным глазом — просто по дороге он облизал взглядом всех девушек от первого курса и до бесконечности (да, даже элегантной даме в мантии артефактора, видимо, профессору, уделил внимание).

Однако, чем ближе мы подходили к главному залу, тем муторнее становилось на сердце. Да неужели не найдется силы перебороть эту мерзкую магию? Вырвусь — клянусь отцом всея фэнтези Толкиеном — сделаю все, чтобы изучить приемчики Изменчивых. Я буду заниматься магией до тех пор, пока не смогу дать отпор. До тех пор, пока при виде меня у таких, как это Высочество, не будет начинаться неконтролируемая истерика и понос!

Резные двери с узором в виде эмблемы всех четырнадцати основных факультетов были распахнуты. Брюнет вел меня мимо рядов адептов — у многих так смешно лица вытянулись… Мимо преподавателей, мимо небольшой и незнакомой мне делегации разных рас. Прямиком к хмурому недовольному чем-то ректору и Деймору Айто. Последний был спокоен. Теперь я отчетливо видела его ледяное, отрешенное лицо и искренне не понимала, что мама вообще могла найти в этом снеговике.

Даже если он хотел помочь мне таким образом… во-первых, можно было все нормально объяснить. Во-вторых, нельзя спасти и осчастливить кого-то против его воли.

— Герцог. Эрцгерцог, — брюнет кивнул обоим Айто.

Сердце бухало в ушах, я почти ничего не видела и не слышала от накатившего волнения страха. Магия бесновалась внутри — и никак не могла выйти наружу! Где же друзья? Перед глазами все расплывается. Ноги дрожат.

— Сейчас, наши гости из комиссии произнесут приветственную речь, и мы объявим не только о принадлежности Эгле моему роду, но и о вашей помолвке, — кивает Деймор Айто моему брюнетистому «женишку».

Паукан его покусай!

— Полагаю, — продолжает отец, — согласие императора в силе?

— Разумеется, — морщится брюнет, — Его Величество никогда не отменяет своих распоряжений, вам ли не знать.

— Жди танца и ничего не бойся, — я вздрагиваю от шепота над самым ухом.

Ректор?! Он же сказал, что не будет помогать! Однако, Неймир Айто здесь, рядом. И поступает так, как должен был поступить мой настоящий отец. Дает выбор и надежду.

Ох, я чувствовала, как меня сверлят взглядами! И один знакомый там точно был. Изилья. Девица стояла в первых рядах, в роскошном алом платье. Высокая, не слишком хрупкая, но и не мощная, яркая, обвороживающе хищная… она притягивала внимание. Только надменная скука на лице все портила. Как и холод напополам с брезгливой насмешкой в глазах. И что-то мне подсказывало — уж не знаю как, не знаю, точно ли это не паранойя — что к моему скорому замужеству именно она ручки приложила!

От компании гостей отделился высокий светловолосый эльф — действительно очень высокий, мощный и статный, с фигурой воина. Такой одним ударом медведя уложит, какие там травки-муравки и песни под луной?

Вышел — и таким скучающе-нудным сильным басом начал произносить приветственную речь.

Мол, мы все вам рады, дорогие студенты. Трудитесь и размножай… в смысле, прокачивайте ваши мозги и мышцы, развивайтесь, стройте светлое будущее! Артефакторам — артефакты, боевым магам — по пульсару, некромантам — по умертвию, бытовикам — по метле… И всем по шапке — на всякий случай.

И только эльф, представившийся каким-то эльдом — местным военноначальником и советником дома Светлых — свою, без сомнения, увлекательную и ценную речь завершил, как я ощутила под юбкой касание лапки.