ГЛАВА 4

Выбиралась я из машины стремительно и весьма зрелищно. Одно только движение змеи, которой пришлось перетекать сверху вниз, чего стоило, а какие шумовые эффекты меня сопровождали, мммм! Кого хочешь впечатлит! Вот, даже дракона проняло, потому что тот спрятался и не высовывал глазу. Оставил вместо себя помощника и слинял.

– Привет, где тут эта ящерица невоспитанная, не знаешь? – я эффектно выпала из машины в снег прямо под ноги какого-то мужчины, облаченного во все черное – видимо, в униформу. – Меня Анти зовут, Антонина Степановна Краснова.

Сидеть на снегу было жуть как неудобно, да еще и холодно, да только мои осенние сапожки, приспособленные к слякоти и влажности, напрочь отказывались держать меня на снегу в вертикальном положении – все время норовили разбежаться в разные стороны.

– Интересное имя, Анти, – проговорил бархатистый низкий голос, от которого по спине у меня проскакали… нет, не мурашки – целые кентавры, тыгыдым, тыгыдым, тыгыдым.

Мне протянули руку в кожаной черной перчатке, за которую я тут же ухватилась обеими руками, а сама подняла взгляд и окончательно потерялась. Какой красавчик, мммм! Высокий, крепкий, но не мощная глыба, темноволосый, на лбу и на висках темные завитки волос кое-где сворачивались колечками, а карие глаза смотрели насмешливо и изучали меня без стеснения, как и я в ответ. А до чего ж у него была потрясающая улыбка! Если бы не ироничные складки в уголках губ, то вообще бы была огонь, а так немного охлаждало ощущение, что сейчас эти губы скажут какую-нибудь пакость.

– Это от слова антипатия?

Сказал он это с такой улыбкой и таким голосом, что можно было бы все простить только за это, но в следующий момент мне в тыл врезалась макушка ельчонка, который не пожелал сидеть на месте и решил поддержать меня морально. И оказалось, что еловые иголки колют даже сквозь утепленные джинсы, и эти уколы имеют весьма специфическое свойство: они отрезвляют. Легкий, но весьма ощутимый укол, затем короткое «ой», и красавчик хоть и остался очаровашкой и сердцеедом, да мое сердце замедлило ритм и удивленно отрапортовало, что что-то оно рано залипло на ироничной улыбке и бархатном голосе – не помешает и присмотреться повнимательнее.

– А вы кто? – задала насущный вопрос, вспомнив, что сюда мы летели в лапах дракона, и этот его слуга может оказаться тем человеком, который своим очарованием заманивает путников на обед…на обед к дракону в качестве основного блюда.

– Дункел, хозяин замка, – мужчина сдержанно кивнул и, видимо, вспомнив что-то, перестал улыбаться. Вокруг резко похолодало, а я ощутила, что не только одета не по сезону, но и просто не готова к зимнему периоду морально – резко захотелось в лето и под теплое солнце.

– А вы, стало быть, та самая похитительница, что стащила мою ель, – мужчина стал немного мрачен, ощутимо сжал мою руку, которой я в него вцепилась еще на этапе добродушного знакомства, рыкнул вот в точности, как тот дракон, что нес нас в машине.

У меня в голове совершенно прояснилось, и вот только тут пришло осознание: передо мной та самая «ящерица недоделана», что царапала мою машину и чуть нас с ельчонком не вытрясла в пропасть. И еще пытается повесить на меня происки того зеленого дракона, что оказался шустрее и забрал елку раньше.

И чем, спрашивается, недоволен? Опаздывать не надо! Может, поэтому его елки так невзлюбили?

– Не знаю, на что вы рассчитывали, но, судя по рассказам, ваша елка – вот эта!

Я отошла в сторону и продемонстрировала саженец ели, а сама с удовольствием понаблюдала, как падает потрясающе красивая челюсть в сугроб от удивления и неожиданности.

Что, съел? Но до чего ж хорош, зараза!