Глава 12

Валерия

Александра Юрьевна взглянула на нас строгим взглядом. Я стала вся пунцовая, стараясь не смотреть на Кирилла.

– Ба! – снова возмутился бывший. – Не смущай Леру.

– Словно вы не в курсе откуда берутся дети, – проворчала женщина и ушла в свою комнату.

Дом Александры Юрьевны был просторный. Ее спальня, гостевая и комната Кирилла. Она одна воспитывала его и поставила на ноги. Кирилл очень любил свою бабушку и уважал. Он провел родному человеку воду в дом, сделал канализацию, технику купил всю современную. Бабушка была не против всего, что облегчало ей жизнь в деревне, но печку все же оставила, как и баню, так и не сумев полюбить ванную и душ.

– Все, я ушла, – вышла она к нам нарядно одетой.

Платье в мелкий горошек ей очень шло и убавляло годы. Волосы она собрала в незаменимый пучок. С собой она брала свои любимые домашние тапочки.

– Стара я уже в туфлях ходить. Мне привычнее свое, – накидывая на плечи пальто, разговаривала она с нами. – Лерочка, внучка, подай мне контейнер из холодильника. Мне выпало приготовить холодец. Да и бутылочку там на полочке не забудь прихватить. Иначе Саныч мне не простить.

Улыбка сама появилась на моем лице. Из того, что я знала, Александра Юрьевна потеряла мужа, когда Кириллу было лет двадцать. Он более десятка лет прожила одна, так и никого не подпустив к себе. Видимо, в последний год что-то изменилось.

– Все, не скучайте тут, – Александра Юрьевна обняла меня на прощание. – Что бы между вами не произошло, прости его дурака. Хороший же он. И любишь ты его до сих пор, по глазам твоим вижу, – прошептала она мне, долго не выпуская из своих объятий. – Буду нескоро.

Дверь за бабушкой захлопнулась. В доме воцарилась тишина. За окном было слышно, как ворчит Саныч. Вскоре и они уехали, мы погрузились в безмолвие.

– Ты можешь занять гостевую комнату, – произнес через время Кирилл, все это время стоя, прислонившись к стене.

Было бы самым правильным взять свои вещи, отправиться в комнату, принять душ, надеть пижаму и завалиться спать, чтобы завтра наступило как можно скорее. К тому же, и с Кириллом лишний раз не пересекаться. Может, Александра Юрьевна все же права и мои чувства к нему угасли не до конца? Но я решила не прятать голову в песок и раз и навсегда вырвать все, что связано с бывшим из сердца. А для этого что нужно? Правильно, оказаться рядом с объектом, из-за которого до сих пор раны кровоточат, и разочароваться в нем окончательно.

Вещи в указанную комнату я все же отнесла. Переоделась в домашний спортивный костюм. Затем присела на кровать и включила телефон. Павлу Родионовичу набрала сообщение, объяснив всю ситуацию, которая со мной возникла. Может уже успокоился и посмотрит на случившиеся со мной обстоятельства другими глазами.

Самым тяжелым было позвонить Кирюше. Я более чем уверена, что подруга на меня обижена, и даже говорить не станет. Но нет. Трубку она взяла.

– Надеюсь у тебя есть внятное и весьма веское оправдание, почему ты до сих пор не здесь, с нами, – услышала я ее обиженный голос.

– Машина заглохла, а приехать за мной вы не захотели, – далее рассказала про то, что мне помогли добраться до ближайшего населенного пункта, где мне выделили комнату на несколько дней, пока не решится вопроса с машиной.

– Завтра ребята протрезвеют и мы заберем тебя к себе, а машину отбуксируем, – договорились мы в конце разговора.

Разложив вещи на полке, я вышла к Кириллу. Бывший разбирал свои пакеты.

– Давай помогу, – принесла я на кухню свои. – Не буду же я забирать продукты с собой. Пусть останутся здесь. Все равно большую их часть мы съедим сами.

Первые десять минут мы двигались по кухне как два незнакомых человека, живущих в квартире, где на несколько комнат всего одна кухня. Я вытаскивала продукты из пакетов и клала их на стол. Кирилл в свою очередь раскладывал их по полочкам в холодильнике. То, что не нужно было хранить в прохладном месте, я прятала в шкафчики. Александра Юрьевна не меняла свои привычки годами, потому я знала где и что у нее лежит.

Разобрав продукты, я не знала чем себя занять. Между нами возникла пауза. Не то, чтобы до этого мы болтали с бывшим без умолку, но и не разговаривать было не вариант.

– Может, елку украсим? – предложила я. – У Александры Юрьевны должны же быть игрушки. Да и какой Новый год без елки.

Пока Кирилл ходил за коробкой с игрушками, я убрала с ели сетку. Не пропадать же добру. В город я ее не повезу, там она Павлу Родионовичу без надобности. Кирилл без шума и лишних слов рядом со мной поставил коробку, укрытую старой газетой. Я только протянула руку, как бывший перехватил ее.

– Не торопись, дай дереву раскрыться, – произнес он, кивнув на ель.

Я же смотрела на его руку, что держала мою. Нет, током не пробило, а вот жар по всему телу пошел. Воспоминания тут же подкинули мне сцены из моей жизни, когда я плавилась в этих самых руках. Я тряхнула головой, прогоняя непрошенные воспоминания, и вырвала руку.

– Все хорошо? – тут же спросил Кирилл.

– Да, просто не трогай меня, – попросила я. – Ты можешь заняться своими делами, я пока разберу игрушки.

Кирилл ушел, я же начала доставать игрушки, что были аккуратно завернуты в газету. Это были старинные стеклянные игрушки. Одним словом – раритет. Не успела я достать и десятки игрушек, как бывший вернулся. И не с пустыми руками.

– Лер, посмотри на меня, – попросил он. Я послушно подняла глаза. – У меня к тебе есть предложение. Давай мы выпьем по бокалу шампанского, а потом я озвучу его. Я очень надеюсь, что ты согласишься на него, – взгляд бывшего искрился надеждой, когда он чокнулся с моим бокалом. – Пожалуйста, давай вернемся на год назад и проведем эту ночь в любви и согласии?