Глава 28

Прямо напротив Эн в глубоком мягком кресле в расслабленной позе восседал, по-другому и не назовешь, мужчина. Наконец-то, обычный человек. Без сумасшедшего роста, нескладных форм. Седые волосы, проступающие между темными прядями, лицо, испещренное морщинками, без сомнения говорили о зрелом возрасте. Скорее всего много старше отца Эн. Однако, острый взгляд синих глаз, с восторгом рассматривающий гостью, широкая улыбка, открывающая белый ряд ровных зубов, не позвонили бы причислить его к старикам.

Одежда довольно простого кроя: туника с длинными рукавами, перевязанная на талии широким поясом, брюки из мягкой кожи, невысокие остроносые сапоги. Серебристые узоры, поблескивающие, стоит лучам света пройтись по ткани, придавали внешнему виду благородный лоск. Пальцы рук украшали два массивных перстня, которые то и дело прокручивал их владелец.

Рядом с креслом на рабочем столе лежала раскрытая рукопись, на которую при появлении Эн мужчина тут же отложил магическое перо. Богатство не для каждого даже среди магов Верхнего мира.

- Ты восхищаешь и огорчаешь одновременно. Поразительно!

Эн было все равно, какая буря эмоций волнует этого незнакомца. Она подошла ближе к столу. Верно, магическое перо, практически в точности повторяющее то, что было у отца. Она хотела взять его в руки. Но руки...

Девушка подняла их к самым глазам, поворачивала на свет и пряча в тень. Красота. Сквозь руки можно рассматривать все окружающие предметы, даже читать. А вот взять ими ничего нельзя. Они прозрачные как у бесплотных духов. Она вся такая. Теперь точно душа леса, перемещающаяся по Великому лесу за мгновения.

- Прости мне вынужденное отсутствие манер. Не предложил тебе присесть. Ты бы не смогла, не хотел задеть тебя этой...скажем так, особенностью.

— Это не важно. Два вопроса. Нет, три, - немного подумав, уточнила она. - Для начала. Первый: кто ты? Второй: как спасти Шыча? И третий: какая услуга от меня потребуется? И четвертый: как ты нашел меня, то есть добрался до моих мыслей. Мы не знакомы.

- Мираданиэнн. Извини, полное твое имя слишком тяжело для произношения. Ты типичный представитель Верхнего мира. Видишь то, что можешь понять, и решительно отрицаешь остальное.

Разговор затягивался, а цель до сих пор не достигнута. Может быть, надо было по одному вопросы задавать?

- «Мы не знакомы» должно быть надо было сформулировать как «я не знакома».

- Мы уже общались. И не один раз. Можно считать, что немного знаем друг друга.

Загадки, кругом одни загадки. У Грандэссина отлично получается по двум - трем звукам от собеседника составить картину событий до, сейчас и после. Надо будет взять пару уроков мастерства. Обменять на уроки по нестандартным решениям. А то не отходи - не отходи, а сам упустил из виду, от ловушки не уберёг.

Вот и сдался это Грандэссин! Кто тут всея мастер?

Итак. Первое: "как дома, верно" ключевая фраза, добавить к ней знание короткого, домашнего, имени Эн, магическое перо, обычное телосложение, прочие мысли про Верхний мир. Вывод: господин в кресле - выходец из этого мира. Один из тех самых нелегалов? Как они только преодолевают силовой контур, с магическим даром, да ещё и предметы, наполненные магией, прихватывают. Знал бы отец, как за его спиной делишки проворачиваются!

- Нелегал?

— Вот это и огорчает, - поморщился мужчина. - Чтобы ты услышала, нужно немного твоей растерянности, чуть паники и страха. А настоящее, любопытное во многих смыслах, состояние вроде бы и хорошо, но и неприятно для долгожданного общения.

- Поясните.

- Не буду скрывать, что немного приложил сил к тому, чтобы ты оказалась в Нижнем мире. Всего-то требовалось вовремя дать тебе ознакомиться со свитком о древнем источнике и скромным собственным сочинением, а тотальная забота и прочие прелести магического общества по отношению к пустышке завершили дело.

- Чем обязана такому вниманию?

- А я всего лишь помочь тебе хотел. И помогу. Ищешь древний источник? Хочешь денотат на руке, свой талант? Ты же ради этого проделала такой сложный путь? Для меня только в радость будет поделиться знаниями с, можно сказать, родственной душой. Ждал тебя. И каково же было мое удивление, когда ты развеяла силу Камней призыва, да ещё и ритуальный лес Урман Иясе заставила петь, я уж не говорю, про твое явление в мой кабинет. Жаль, что историю с каффом. Небольшое недоразумение. Но это не беда, все поправимо. Ты невероятно сильная девочка. Восхитительная находка!

Второе: "скромное собственное сочинение" и пустышка. Какова вероятность, что...

- Не истлел без магии, - озвучила невероятную мысль. – То есть ты и есть тот первый случай. Денотат появился, но потом исчез. И ты должен быть уже в Безмирье.

В глазах тут же появился озорной, ребяческий блеск, улыбка победившего смертельный недуг вопреки всему и всем. Наслаждение от триумфа.

- Глупцы! Они не верили, говорили, пустышка. Слабая искра потухла едва проявив себя. Истлел? О, нет! Просто поставил цель, как и ты. Сначала появились догадки, но за магическим контуром Верхнего мира их нельзя было проверить. Отправился в Нижний мир. И нашел свой талант.

- Древний источник?

- Не совсем так, - он чуть наклонился и закрыл рукопись на столе. - Но ты обязательно должна попасть в Пустые Земли. А я расскажу все, что знаю. Стану для тебя наставником.

Третье: стоит ли доверять незнакомцам, которые тебя знают, а ты их нет? Тем более если, заглянув в их рукописные заметки буквально одним глазком, но с особенно долговечной памятью, невольно заподозришь милейшего наставника в создании исторических хроник, с трепетом описывающих трудности избавления одного из кланов Нижнего мира от наследника. И говоря о создании хроник — это в глубоко буквальном смысле.

По большому счету не имеет значения, что там с наследником. Заинтересовал способ решения. Нестандартный, да. Ее, как мастера, даже могло задеть, что она ещё не достигла таких высот владения мыслительными процессами.

Разум подтверждал, что наставники на дороге не валяются, тем более в Нижнем мире, где с дорогами совсем неоднозначно все. И пока он не угрожает силой передавать знания и опыт, то надо принимать щедрое предложение. Быстро посовещавшись с совестью, Эн решила, что иногда важно мыслить категориями условно положительных наставников. Способствует, знаете ли, пониманию.

- Хорошо, наставник, говорите, как помочь Шычу.

Новоиспеченный наставник был доволен собой и результатами переговоров. Снисходительно улыбнулся, откинулся на спинку кресла, отпил глоток из бокала, и неспеша продолжил:

- Насколько мне известно, к тебе прибился дух леса. Ещё одна занимательная вещь, которой хотелось бы найти объяснение. Так вот, духи леса хранят в себе, так называемую, живительную силу, по сути это и есть магическая искра, которую отдал древний источник Великому лесу, чтобы он таковым и стал. Капля этой силы в некоторых случаях творит чудеса. Попробуй, должно нейтрализовать яд.

Да-да, как раз от яда и нужно средство. И как раз про яд Эн не говорила ни слова. Наставник-наставник. Ведь умный же человек, судя по всему.

- Тебе пора, ты не можешь блуждать долго вне своего тела. Последствия могут быть неприятными.

А как вернуться? Эн развернулась, поискала мысли-нити к себе, но они были все здесь, при ней. И как найти теперь тело?

Закрыла глаза, отложила на потом все прочее, нашла мысль-якорь. Шыч — вот, что главное. Эта мысль вела не к себе, она направляла к тому, кто всё ещё лежал на полу их грязной темницы. Легко добежала. Отпустила якорь, открывая глаза, уже не призрачные, а настоящие, принадлежащие телу Эн.

- Эн! - тут же подскочила к ней Знахарка. – Что случилось? Я не могла тебя разбудить.

- Шурх, - отмахнулась от нее Эн, слова почему-то тяжело получалось произносить, язык не желал снова работать. - пусть поделится живительной силой с Шычем... И с этим... Магнушем...

Больше всего хотелось окунуться в ледяной родник. В Верхнем мире есть такие живописные острова с подземными водами, которым магический контур не давал покинуть их мир, а еще и маги воды и воздуха постарались. Создали каналы, водоемы, облачные хранилища части вод, соединили между собой потоками воздуха, и получились водопады-дожди, фонтаны-гейзеры, и озера, пруды, каналы. А поближе к гряде гор - холодные источники и снегопады. Вот туда бы и попасть, охладить разгоряченное тело и погасить взрыв чувств и эмоций в голове.

Эн металась в полусознательной реальности. Что было настоящим? Что сном? На короткое время возвращаясь в сознание Эн не то видела, не то слышала, как Знахарка кружит вокруг своих немощных, как Шурх, очнувшись, тотчас резанул острым краем листа своей кроны по ветке и, сцеживая по капле тягучую жидкость, отдавал ее Шычу, как Шыч спустя время пошевелился, приоткрыл глаза, прошипел, как всегда недовольно, и неточным взмахом хвоста отстранил ветку Шурха, прекращая свое лечение, как Шурх тут же перебрался к Мангушу, как от одной единственной капли мгновенно затянулись раны от укуса на запястье, и постепенно выровнялись цвет лица и дыхание.

Руки, ноги, голова - все части тела казались булыжниками, неповоротливыми и громоздкими. Избавится от них, снова уйти в невесомый дух. Как будто бы почувствовав однажды свободу и лёгкость, душа больше не хотела испытывать бремя телесной оболочки. А в мыслях все больше и ярче, настойчивее светились ниточки, стоит только дотронутся, как они поведут куда-то за пределы видимости. И если окружающее все ещё было серым и бесцветным, то мысли-нити и все, что она видела призрачной тенью в комнате у нового знакомого, искрило цветами и множеством оттенков.

Сильнее всего привлекала тонкая золотая нить. Не удержалась, потянулась к ней. И опять побрела по пустынному эфиру. Натолкнулась на преграду, но ей теперь все нипочём. Разрушила без усилий, не останавливаясь. Очутилась в темном и мрачном коридоре-тоннеле из корней Гигантов, а на встречу надвигался смерч.

Грозная огромная тень стремилась вперёд, не останавливаясь, не обращая внимания на выступы, коряги, свисающие переплетения тонких корней. Грандэссина невозможно было узнать сразу. В этот миг он являлся воплощением гнева и нетерпения.

- Эд, стой, - приказывал ему голос за спиной. - Грандэссин, остановись. Бесполезно идти на зов каффа. Неделя прошла, это снова искажение от Подземелий.

- Эссин, - не оборачиваясь и не замедляясь, прорычал Эд, - займитесь делами Совета и Нижнего мира. Я обязан найти ее.

- Эн ищет уже все Управление дознавателей. А мы должны, - ставя ударение на последнее слово, - подняться в Лес. Десять деревьев, десять! Одновременно превратились в труху. Обвал в Подземельях под ними. Это не может быть отложено.

Сай остановился:

— Это приказ, Эд. Прости. Если Великий лес погибнет, Нижний мир весь будет обречён. Мы будем обречены. Магического следа нет, а это означает, что мы даже примерно не можем предполагать причины. А значит не можем предотвратить угрозу.

Эд замер, тяжело дыша. Внезапно повернулся в сторону призрачной Эн. Внимательно изучая каждую точку, не понимая, что привлекло его, почудилось, не замечая тени Эн.

- Бастий ждёт. Он откроет путь прямо к поражённому лесу.

Эд сжал кулаки и, увернувшись от дружеского похлопывания по плечу, так же стремительно двинулся в обратную сторону. Исчез из виду он и Сай.

А Эн затянуло в видение. Картинка соткалась из кусочков материи, по ниточке сплелась, разгладилась и ожила. Она помнила ее, но теперь ей открылись новые грани короткого действа.

Готическая зала. Стены и пол только издали казались каменными, сейчас же Эн отчетливо могла увидеть текстуру деревьев, запыленных твердой породой. Высокие потолки-своды, массивные колонны, нависающие балконы с жуткими балясинами, мрачные канделябры со свечами - качественная, устрашающая, но иллюзия. Всего лишь мираж. Слегка поддернутое разводами пространство, словно бросили на картину в воде мелкую крошку песка. Песок осел, ушел на дно, но мутные, нечёткие линии изображения не дают рассмотреть детали, искажают образ. Темно, опасно.

В широком кресле старик в одежде воинов своего клана, клана подземных духов: кожаные наплечники, перекрещенные на груди кожаные ремни, наручи поверх рукавов рубахи. Он с блеском в глазах, с хищным оскалом ждет гибель своей жертвы.

Перед ним Грандэссин, упирающийся на одно колено, не имеющий более сил, что-либо сделать, или сказать.

Почему снова расходится по телу от каффа эта раздирающая сердце и душу боль, пронзает насквозь каждый нерв? Нестерпимо, мучительно, заставляя вернуться в реальность, все ощутить, все почувствовать. Вместе с болью возвращались эмоции.

С криком, вырвавшийся из самой глубины души, Эн распахнула глаза, откинула какую-то ткань. Шыч нехотя сполз с ее груди, Шурх зацепился за плечо и, чуть не свалившись, забарахтался в воздухе, даже камешек, с которым Эн так и не удалось познакомиться, обнаружился рядом, своей особенной темной массой спеленав когти грифона, не давая ему впиваться в кожу уха. С трудом поднялась на ноги и смотрела вокруг. Смотрела, привыкая опять к серому, и искала.

Обстановка чуть изменилась: тени на страже выхода пропали, да и сам выход представлял непроходимые дебри из свитых между собой темных веток. А вот и он. Верится, что неделя прошла. Разительные перемены. Почти ушедший за грань между жизнью и смертью, уже мог сидеть и о чем-то спокойно переговариваться со Знахаркой. Обернулись оба, вскочили кто-как смог. Знахарка выглядела уставшей, изнуренной тяжёлой работой и беспокойством.

Подошли ближе, и тогда Эн удалось в лучах светоча пристально рассмотреть, различить упущенные ранее детали, уловить в молодой копии черты лица его отца, старика из видения, Бастия Первого.

Вымысел ли то болезненного сознания, или ещё не свершившееся событие, но ясно, что нельзя больше бездействовать. Возможно именно сейчас Грандэссину угрожает смертельная опасность.

Визуализация пока не назвавшегося по имени наставника за работой над рукописью (о чем же он там так сосредоточенно пишет?):