Глава 46
Знахарка с горечью рассматривала свои руки:
- Ты ушел, - зло выговорила она, не сдерживая слез, крупными каплями, срывающимися вниз, - но дар заклинателя змей оставил мне. Для чего он мне?!
Она упала на колени, пряча лицо в руках. Змеи потянулись за своей хозяйкой, придвинулись ближе, извиваясь темными гибкими телами, шипя, то и дело демонстрируя тонкий, раздвоенный на кончике, язык.
- Прочь. Прочь от меня! - крикнула Малика, но, испугавшись собственного голоса, перешла на шепот. - Исчезните. Прочь... Прочь...
Шыч, серьезно уступая в размерах, мужественно отгонял от Знахарки своих огромных собратьев. Они и не представляли угрозы. Соскучились по приказам, по вниманию заклинателей. Бекхан давно забыл про них, с того, самого дня, как Малика переняла его дар, заменив в уставшем сердце любовь ненавистью.
Эн сильнее сжала ладонь Бекхана. Им, определенно, нужно было выяснить отношения. Раньше, разумеется. Хотя, если он такой же непробиваемый как Грандэссин, то сложно. Где-то, в заветном тайничке, должен храниться ключик и к таким твердолобым. Найти, открыть и разложить всё там как надо, по полочкам, навести порядки.
Только самого Бекхана для начала бы найти, вернуть. Чтобы было к кому ключик прикладывать. Но как? Где его носит теперь?
Не мысли его нужны, что-то вроде жизненной силы, что ушла за границы Нижнего мира. Или... Невольно метнула взор к подоконнику, где два духа переговаривались. Шурх, словно прочитав ее мысли, ловко спрыгнул и, цепляясь ветками за стойки-столбы кровати, взгромоздился на плечо Эн, тут же принявшись поглаживать серебристую прядь волос. Жизненная сила Шурха спасла однажды хранителя Южных кланов. Деревце дотронулось веткой до виска девушки и...
Как наяву очутилась в ритуальном лесу Урман Иясе. Туман ласково окутал со всех сторон, обнимая, радуясь новой встрече. Расступился перед ней плотным коридором, предлагая пройти вглубь леса, подталкивая в спину. Чего уж? Отправилась, куда вели. Ступая на ощупь, опасаясь запнуться об выступающую корягу. Лес всё-таки. Туман задрожал, посмеиваясь над ее мыслями.
А закончился коридор не чем-нибудь, а самой что ни на есть плотной стеной. Из сизого тумана. Неожиданно, конечно. Лес вроде вел. Передумал? Или поворот пропустила? У них тут, если поглядеть, всюду лабиринты. Из мостов-переходов, из тоннелей- коридоров... Оглянулась назад, но туман перекрыл все пути к отступлению, затянул беспросветной пеленой проход, по которому она мгновение назад ступала.
- Может надо слово сказать? Приветствие? Разрешения попросить? – припомнив слова Эда, произнесла она.
Только она собиралась выдать речь, как тихонько пробежался по лесу мелодичный звон его колокольчиков, и стена начала таять.
- Аа, торжественность момента надо было соблюсти, - догадалась Эн, за что получила весомую каплю воды прямо на нос. Ледяная, брр.
Перед Эн раскинулась поляна, вокруг которой, со всех сторон и даже сверху, накинулась пологом все та же непроницаемая белёсая дымка, охраняя высокое, с необычайно толстым стволом, крепкое раскидистое дерево. Роскошная крона из бесконечного множества резных, полукруглых ярких листьев украшала его. Всю землю под деревом пёстрым ковром усыпали опавшие листья. Ветхие, измятые, безобразно изогнутые, потрёпанные жизнью. Жизнью...
- Неужели это... - оборвала себя Эн. - Как нас много, - заглядываясь на крону, проговорила она. - А тут и из Верхнего мира... эмм... листочки есть? О, может Талена поискать и того его... Могу даже красивое местечко под деревом ему устроить. Почётное!..
Дерево не отвечало, ритуальный лес молчал.
- Ладно, не до него сейчас. И как ты предлагаешь высмотреть тут Бекхана? - Эн обошла по кругу дерево, приглядываясь к опавшей листве, стараясь ненароком не наступить ни на... кого. Уважение к ушедшим за грань никто не отменял. При их невзрачном виде...
Тщетно.
- Бекхан! Сколько можно притворятся пожухлым листом! Мне тебя тут вечность искать прикажешь? – не выдержала она. - Так. Должен быть где сверху, из совсем недавно оторвавшихся, не совсем сухой, но уже чуть помятый. Как наследнику Южных кланов ему положен лист с чем-то отличительным, крапинками какими, полосками может быть.
Она ещё раз обошла дерево, но опять безрезультатно. Слишком много, и она не знала, что будет дотронься до одного из них.
- Лес, - наконец, возмутилась Эн. - Ты же знаешь, за кем я пришла и где он! Прошу укажи.
- Стирающая границы, - прошелестел ветер. - Учись управлять своим сердцем. Твой талант внутри него.
И вопреки ожиданиям неощутимый ветерок промчался по ковру из листьев, приподнимая их, нарушая покой, захватил в невесомые объятья изломленный надвое большой лист, ещё не успевший иссохнуть, и мягко опустил на вытянутую ладонь Эн.
Стоило одному лишь ребру листочка задеть кожу Эн, как все вокруг исчезло. Пропала поляна с деревом, тумана больше не было, как и самого ритуального леса, затихли звуки, загасился свет. Темнота. Абсолютная. Непроглядная.
- Кхм, - Эн не чувствовала страха или удивления, просто стремление к действию наткнулось на очередную преграду.
Идти? Стоять? Ждать, когда включат свет, починят освещение? Эти варианты не подходят: время ускользает. Ещё Эда откачивать от укуса змеи. Если не успеет. Опустила взгляд на руку: лист ещё лежал на ладони, зажатый одним пальчиком.
- Эм, веди что ли, - неуверенно приказала она.
Лист засветился, вырвался на волю и скрылся в сумраке.
- Прекрасно, - подвела итог Эн. - Теперь нужна дорожка к листику.
Повинуясь ее слову, под ногами что-то зашуршало, собираясь мелкими камешками из мрака и примыкая друг к другу, выстраиваясь узкой тропинкой.
- Другое дело. А свет есть? - тишина. - Можно попробовать иначе. Светочи вдоль дорожки.
Один за другим темноту стали разрезать светочи, неведомой силой удерживаемые на высоте роста Эн, по кромке тропинки. Вдалеке мелькнул листик, Эн бросилась вдогонку, пока тьма не передумала и не затянула в себя обратно ни тропинку, ни светочи.
- Если это и есть Безмирье, то хорошо бы, чтоб не попались на пути местные черви.
Золотое во всех мирах правило: подумай, прежде чем что-то произнести вслух. Взвесь все хорошо, поразмысли, пораскинь чем там в голове можно пораскидать!.. Не зря! Как есть не зря правило такое существует. В этом Эн удалось убедиться на собственном примере.
Открытие номер один. Основополагающее. Необремененная светом пустошь, в которую ее частично (тело свое Эн надеялась обнаружить, там, где оставила, у постели наследника Южных кланов, да не подумает чего лишнего по этому поводу Грандэссин) занесло попутным ветром из ритуального леса, - есть Безмирье.
Открытие номер два. Попутно вытекающее. Про Безмирье много чего толкуют, оно и понятно, достоверно неизвестно, что там и как, никто ж не возвращался, переступив через грань. К самому популярному по праву можно отнести ругательство (кто бы сомневался), отправной точкой которого является недовольство кем-то или вообще всем и конечной точкой - пожелание скорейшего путешествия в пищеварительную систему червей Безмирья. Вроде как они там вечно голодные и небрезгливые ни разу. Это всё к чему собственно? К тому, что эти самые черви, действительно, есть. Величавого росточка, толстенькие, сразу видно не одного нехорошего человека сожрали, с жадно выпученными глазищами, раскрытой пастью и капающей слюной, способом перемещения, копирующие людей, то есть старательно держащие ровно что-то вроде спины, для целей ног использующие конец тела, будем называть эту часть хвостом. На хвосте они в общем выползли из темноты, подтверждая неприличным урчанием явно недружественные намерения по отношению к гостье.
Побежала, разумеется, куда деваться, отчётливо ощущая за собой дыхание представителей местной фауны. И наступил бы конец быстротечной и не все приключения собравшей жизни Эн, если бы она, внезапно остановившись, не осознала...
… открытие номер три. Безусловно, очень важное и в сложившихся обстоятельствах своевременное. Слово. Могучее слово. В прямом смысле. Нет, могущее. Да, так вернее.
- Так, червей отменить, - твердо провозгласила свое властное слово. - Прямую, ровную, без неприятностей, - последнее слово она особенно выделила, на всякий случай, - дорожку проложить за листиком. Так, что ещё? Освещение не убирать.
Черви тотчас же растворились во тьме. Тропинка, до того немного петляющая, выровнялась, удлинилась, ярко освещённая, призывно манила продолжить путь.
- Другое дело! - удовлетворено кивнула сама себе Эн, переходя на бег. Знала она себя, может в любой момент сказать такое, что лучше побыстрее выбираться из этой настраиваемой нереальности.
Спустя время настигла летающего проводника. Точнее, он замер в воздухе, дожидаясь ее. Дотронулась, и тьма, что окружала Эн, скрывая в себе границы Безмирья, распалась, ослепляя светом и новым выводом.
Открытие номер четыре. Непредвиденное, с которым придется побороться. Бекхан, а это без сомнения был он, чуть бодрее и свежее, чем тот, что валялся безжизненным телом в своем доме, занимался делом. Причем на повторе, одним и тем же. Сидел на коленях, к нему приближалась Знахарка, и без сожалений, высоко занеся руку, с убийственно-коварной улыбкой вонзала по самую рукоять кинжал в сердце Бекхана. Картинка на секунду гасла, и все началось по-новой. Бекхан, Знахарка, кинжал. В общем, занят был наследник Южных кланов. Принимал наказание, вероятно, по его мнению, заслуженное.
И слова Эн про остановить, отменить, заменить хоть какую-то часть событий вокруг Бекхана на его нереальность не действовали. В Безмирье у каждого свой уголок со своими правилами, изменить которые может только он сам.
- Бекхан, - позвала Эн. Она оказалась материальной точкой, размерами и формой, а главное, звуками от нее, можно без зазрения совести пренебречь. Что он и делал.
- Да как тебя привести в чувства? - размышляла Эн. - А что, если заказать трагический эпизод в моей нереальности…
Эн встала напротив Бекхана. И четко проговорила:
- Малика рыдает, подходит к краю пропасти и готовится прыгнуть в нее.
Пустота раскололась, являя озвученное перед глазами наследника. Его Малика застыла в нерешительности. Когда их стало две, внимание Бекхана рассеялось, переключаясь на иллюзию, созданную Эн. Вытягивало его из временной петли. Малика с кинжалом теряла яркость, словно стареющий на глазах фотографический снимок, пока не рассыпалась на мелкие пылинки, тут же подхваченные тьмой и поглощённые ей.
- Нет! - закричал Бекхан, резво подскакивая с колен, как только Знахарка занесла ногу над пропастью. - Нет, милая! Прошу тебя не делай этого! Убей меня, но живи, родная!
Бросился к ней. Эн в последнюю секунду успела отменить образ, а то вдруг действительно свалятся оба. Ищи его потом снова неизвестно где. Бекхан развел руки, не веря, не понимая, что произошло. Обернулся на звук.
- Ты кто? - грубо обратился он к Эн.
- Наконец-то! - а собственно... - Яаа, - затянула Эн любимую песню, - твой проводниииик. Следууууй заааа мнооой.
Немного подумала и добавила для убедительности:
- Маликаааа ждёёоот тебяяаа. Руку давай, времени нет, - она протянула руку.
Ждать от Бекхана инициативы не стоило. Он, как замер столбом, так и не шевелился, даже глазом не моргнул. Вот что высокое положение с человеком в Нижнем мире делает! Что Грандэссин, что этот. Властный характер даже Безмирье не исправит. Сама крепко вцепилась в холодную мужскую руку.
- Так. Дорога к выходу из Безмирья.
И ничего-то не появилось. Эн нахмурилась. Задумалась. Благо Бекхан не вырывался и не отвлекал.
- Дорога к Южным кланам, - менее уверенно.
На глаза попался листик. Точно! Его же надо вернуть, причем примотать к дереву жизни, если забирать Бекхана обратно в Нижний мир. Эн поймала листик свободной рукой.
- В ритуальный лес Ирман Иясе.
Пустошь завертелась вокруг, как будто бы только и ждала приказа, и перенесла их на поляну к величественному дереву жизни.
- Подожди здесь, никуда не ходи, ничего не трогай. Хм, где-то я это уже слышала, - Эн отпустила руку Бекхана и, подойдя ближе к дереву, поднесла листок, тихо прося дерево принять оторвыша обратно.
Одна из веточек прикоснулась к особенной пряди волос Эн, пригладила непослушные волосинки и забрала из рук подношение, передавая другой ветке, та – следующей, и так, по цепочке, донесли листик почти до вершины, где на самой крайней маленькой веточке держался одинокий лист, рядом с ним, на будто бы нарочно для него предназначенное местечко, поместили оторванный, крепко спаяли их друг с другом.
Вроде бы получилось. Эн повернулась, но Бекхана на поляне уже не было.
- Я же сказала, стоять на месте! - прошипела она возмущённо.
- Он вернулся туда, где должен быть, - тихо прозвенело по поляне. - Благодарю тебя, Стирающая границы. А теперь возвращайся и ты.
Ветерок ласково потрепал по голове, и закружилась голова. Зажмурилась, чтобы вернуть ощущение равновесия. Буквально на миг, и что опять?
Комната Бекхана. Знахарка, вытянувшая вперёд руку, Эд, в горло которому впивается антрацитовый змей, другие обвивают его ноги и тело, Бекхан на постели, медленно открывающий веки, и Эн у кровати, положившая голову на ее край.
Нет, ну кого просила не убивать Грандэссина?! Что за люди своенравные... Только из Безмирья, теперь за Эдом что ли отправляться?.. Ни минуты покоя. Никакой благодарности за Бекхана!
Дерево жизни из ритуального леса собственной персоной: