Глава 4

Виктория Сергеевна Моя первая встреча с психологом гасла на фоне звонков со стороны мужа. Если первоначально я боялась, стеснялась и испытывала неуверенность, то потом эти чувства пропали. Навалила удивительной силы усталость, а мне она не нужна. У меня работы очень и очень много. Началось все с того памятного вечера, когда я видела Павла Сергеевича. Наш разговор был продуктивным, основательным. Впервые появилось понимание, что я буду не один на один с родственниками, а хоть с кем-то более подкованным в этом плане. Судя по довольной улыбке, мужчина уже понимал, с чего стоит начать, поэтому мне оставалось только ждать. А еще радоваться, что данный человек решил помочь, выступая на моей стороне. Дома я нашла документы, которые могли бы хоть как-то облегчить жизнь Павла. Все чеки, справки и прочие важные документы я отправляла мужчине в мессенджер, заранее их отсканировав. Сами же документы были надежно спрятаны, а потом перепрятаны на рабочем месте. То, что муж может вернуться домой, я была уверена. То, что он сделает это в мое отсутствие, однозначно. Первоначально думала, что не буду выносить сор из избы, идти в суд, что справлюсь своими силами, но не тут-то было. Родственники сплотились против меня и не желали идти на компромисс. Вот в тот вечер, когда я приехала домой и коротко рассказала Нике, что теперь будет дальше, начал звонить Даниил. – Так быстро решить мою проблему не могли, – пробормотала я. – Так это по мою душу, – рассмеялась Вероничка. – Не поняла, – подняла взгляд на дочку, – проясни… – Давай послушаем, что будет говорить отец. Думаю, ты быстро поймешь, что к чему. Пожав плечами, приняла третий вызов и поставила телефон на громкость. – Слушаю… – Вика! Так дело не пойдет! – начал супруг. – Согласна, – с готовностью ответила. – Мне нужны деньги на новую машину, а вы все никак не согласуетесь! – Я… – замешкался он, а дочка сжала рот рукой, чтобы не рассмеяться. Наверное, неправильно я ее воспитала. Вроде как она должна занять нейтральную позицию, а не выбирать одного родителя. Но и я ведь никогда ее не настраивала против отца. Наверное, она просто многое увидела со стороны, а так как была удивительно умным ребенком, сделала свои нерушимые выводу. – Конкретно не ты, а твоя сестра… – Я сейчас вообще про другое! – моментально разозлился муж. – Ты подала на развод! Как квартиру делить будем? – Какую квартиру? – не поняла я. – В которой мы жили! – припечатал Даниил. – Мне нужен свой угол, я не могу вечно жить с мамой. – Странно, у вас удивительная идиллия, такая нерушимая и крепкая связь. А квартиру мы делить не будем, она принадлежит Нике. – В каком смысле… – В прямом. Квартира оформлена на дочку, которая достигла совершеннолетнего возраста. Только ей решать, продавать квартиру или нет. Повисла пауза, я уже подумала, что нас отключили, но совсем скоро раздалось отборное ругательство. Скажу сразу, оно мне придало каких-то немыслимых сил. Когда мы покупали квартиру, то муж хотел оформить ее на мать. Несколько дней скандалов, и он сдался, но с условием, что и на меня квартира не будет оформлена. Тогда-то мы ее записали на дочку, сделав дарственную. И вот результат. – Ника дома? – проговорил сквозь зубы бывший муж. Дочь активно закивала головой. – Дома, в комнате, – добавила. – Я сам с ней поговорю! Проговорив это, Даниил отключился, но Веронике так и не позвонил. А мы ждали, очень ждали и думали над тем, какие шаги будут предприняты второй стороной дальше. Нервничала ли я, пожалуй, да. Даже очень. Дочка на меня смотрела взглядом ученого, который изучает повадки подопытного. Вероятно, ей для какой-нибудь работы в ВУЗе понадобится такой образец человека, который вроде и идет вперед, добивается нужных вершин, но при этом имеет за собой кучу неприятных привычек, которые сильно портят жизнь. Ночью спала отвратительно плохо, но доспала часть времени утром, так как сегодня у меня был выходной, а значит, можно было дать себе возможность отдохнуть. После утреннего кофе, я посмотрела в сторону коридора и вызвала мастера, который через час поменял замки. Так надежнее и безопаснее. Уверена, через несколько дней свекровь пожелает забрать у меня все. Все, что мною было заработано и куплено. Только, ничего у них не выйдет. Потом поговорила с теми, кто съезжает с квартиры. Мне бы нужно их проводить, проверить все, вызвать клининг. Клининг вызвала сразу, потом уже собралась и отправилась на квартиру, которую мне оставила бабушка. С ней тоже было все не так просто, на нее спустя много-много лет претендовать стала мать. Однако бабушка об этом позаботилась и оставила завещание, где четко прописала то, кто имеет на ее имущество право, а кто нет. Я за это благодарна сильно бабуле, потому что тот период для меня был очень тяжелым, отбиться бы не смогла никак. А потом жизнь расставила все по своим местам, да мозгов мне явно подсыпала. Хотя, складывается ощущение, что недостаточно у меня их. Так долго жить с иждивенцем и верить в то, что он вот-вот найдет себя… Разве можно быть настолько слепой? Квартиранты тепло со мной попрощались, поблагодарили за то, что не выносила мозг, что с пониманием относилась к тем моментам, когда они просили дать им пару дней для оплаты квартиры, что не выгнала, когда они завели кота. Кота и я теперь хочу завести, потому что дома с живностью как-то приятнее. До этого Даниил был против, а теперь уж пусть лесом идет. Хочу кота и все тут! Аллергии на животное ни у меня, ни у дочери нет, так что могу и хочу себе позволить. Квартира была в приемлемом состоянии, до моего прихода тут убрались и очень даже хорошо, но клининг отменять не стала. Осмотрев стены, потолки и мебель, пришла к мнению, что нужен ремонт. Добротный, хороший, нужно до конца заменить мебель, люстры, которым уже много-много лет. Душа требовала вложений во что-то, почему бы не сделать ремонт. Не прям вот какой-то с переносом стен, но косметический. Потом переедем в эту квартиру с дочкой, а в той… Тоже можно сделать ремонт. Ника давно хотела переклеить обои, пожалуй, настало время. «Замки в квартире поменяла, когда будешь дома?», – написала дочери. «Часа через три, не раньше», – пришел от нее моментально ответ. «Тогда жду клининг на вторую квартиру и еду домой. Хочу тут ремонт сделать» «Идея стоящая, а потом у нас?» «А потом у нас» «Наконец-то уйдут желтые цветочки со стен» Я улыбнулась, уверена, Ника сделала точно так же. Клининг пришел к назначенному часу, оценил фронт работы и заверил, что через полтора часа все будет готово. Ну а это время я потратила на то, чтобы созвониться со знакомым мастером, который меня перенаправил к другому человеку. Виктор, человек, который согласился посмотреть на предстоящую работу, приехал через двадцать минут. Не мешая клинингу, оценил состояние квартиры, расписал мне, что нужно будет сделать и во сколько мне выйдет его работа и стройматериалы. Тут же посчитал количество плитки, обоев, размер линолеума. – Прекрасно, – улыбнулась. – Работаем! Когда приступите? – Да хоть сегодня вечером, – ответил мужчина. – Пленку только принесу, мебель нужно будет выносить по разным комнатам. В мою задачу входило упаковать все в коробки, снять картины, шторы, ну и сделать так, чтобы не осталось никаких мелочей в квартире. Собственно, решила этим заняться после того, как открою дверь Нике, передам ей ключи, встречусь с психологом… Уверена, после сеанса мне нужно будет занять руки. Вот и буду разбирать вещи по коробкам и пакетам, выносить их то на балкон, то в кухню, потому что ремонт начнется с комнаты. Дочка пришла домой вовремя, послушала мой план, пообедала и решила помочь мне тем, что начнет все собирать. – Ты пообщаешься с психологом и приедешь мне помогать. – Ну, – засомневалась я, – давай… – Мама! Больше уверенности! – рассмеялась дочка. – Тебе будет после психолога не до квартиры! – Я думала, что это будет как раз то самое нужное время, – улыбнулась. – Из тебя душу вытрясут, – со знанием дела произнесла дочка. – Ты придешь, сядешь и будешь смотреть в одну точку. Я ей ни капли не поверила, однако, когда приехала в кабинет психолога, когда зашел первый разговор, когда потрошили старые воспоминания и вынимали из меня модели поведения, тогда я поняла, что мне будет ни до чего. Кабинет был светлым, просторным и располагал именно на «поговорить». Женщина средних лет, с которой мы успели познакомиться по телефону, предложила мне расположиться на удобном кресле. Сама же заняла место напротив меня. Сначала разговор был обобщающий: кто я, чем занимаюсь, какой прохожу этап в жизни, чего хочу достичь… И как-то совершенно неожиданно мы перешли на детство. А какое оно у меня было? Сейчас, только сейчас я задалась этим вопросом. Оно было отчасти счастливым, отчасти очень грустным, порой до слез невыносимым. Мать отказалась от меня в раннем детстве. Поняла, что родила рано, что еще всей жизни не прочувствовала и ушла. Бабушка на тот момент еще даже вполне молодая, посвятила себя моему воспитания. Я до школы думала, что живу с мамой, которая несколько старше других мам. Ну и что, зато она была очень умной, умела прекрасно готовить и безумно меня любила. Бабушка учила жизни, учила всем домашним обязанностям, учила тому, что, по ее мнению, должна была уметь любая девочка. А в первом классе на линейки, когда вручали благодарственные листы, классный руководитель сказала фразу, от которой потемнело в глазах. Она при всех назвала мою маму, бабушкой. Наверное, я никогда не забуду те испуганные взгляды взрослых, перешептывания за спиной. Отчаянный взгляд той, которая всегда для меня играла другую роль. Тогда уже было ни до дипломов и грамот, мы пошли домой, чтобы поговорить. Тогда-то вся правда и вышла наружу. Плакала горько, залезла под одеяло и попросила меня не трогать. Пожалуй, этот способ уход от реальности мне ни раз потом помогал. Бабушка много тогда рассказала о моей настоящей маме, даже показала ее детские фотографии. Мы с ней были как два разных человека, наверное, в отца пошла. Только кто он, загадка. Мне на этот вопрос до сих пор ответа так никто и не дал. Да и сейчас уже не хочется даже знать. После того сильного потрясения я серьезно заболела, даже долго в больнице лежала, мало разговаривала, плохо ела. Со мной работал психолог. Наверное, именно та женщина и помогла мне восстановиться, объяснив, что даже если произошли такие изменения в жизни, то… Я буду меньше любить самого близкого человека? Нет! Конечно же нет! И меня меньше после всего случившегося любить не будут. Мы тогда долго с бабушкой обнимались, а через пару дней меня выписали. Перестроиться только в плане обращения я долго не могла, то бабушкой называла, то мамой. Порой выходила как-то само собой. Однако со мной был очень терпеливый и явно сильный духом человек, который все понимал, который не ругал, а просто улыбался. Конечно, после каникул многие дети, которые сильно мне завидовали в плане учебы, пытались потоптаться на моей больной мозоли. Смеялись, показывали пальцем, даже брошенкой называли, которая при бабки живет. Я переживала, плакала, замыкалась в себе, а бабушка просила не обращать внимания, не лезть в конфликт и быть умнее. Вот так и вышло, что я всегда отмалчивалась, терпела, опускала взгляд и уходила. Наверное, это в какой-то степени отразилось потом и в моей жизни, я не научилась отстаивать границы, не научилась не допускать этого жесткого перехода в нападки на меня. – Будем над этим работать, – заверила меня психолог. – Есть масса хороших техник, а начнем мы вот с чего… Я около тридцати минут писала письмо себе… Той маленькой девочке, над которой смеялись и издевались, у которой не было дорогих и модных платьев, тех игрушек, которые были у всех. Той девочке, которая со смущением стояла в стороне от класса, наблюдала за смехом детей и мечтала быть в их числе. Я уверяла ее, что жизнь все расставила на свои места, что та семья, в которой я выросла, намного лучше других. Что я обладаю многими хорошими качествами в своей взрослой жизни, которые были заложены именно бабушкой. А то, чего мне не хватает, всегда можно найти, всегда можно в себе открыть. Именно этим я и планирую заниматься. Стало ли мне легче, вероятно, но, как правильно сказала дочка, я приехала на квартиру, осмотрелась и села на диван. Ника села сначала рядом со мной, а потом, как в детстве, улеглась головой на мои колени. Перебирая ее волосы и гладя по голове, я пролистывала назад всю свою прошлую жизнь и понимала, что настало время бороться как никогда ранее, во имя себя, ребенка и ее будущего. В конце-то концов, внуки у меня будут? Будут! – Я вот что думаю, – пробормотала я. – А дача покупалась и строилась за мой счет… – Вот это тебя пробрало, – восхитилась дочка. – Какие мысли в голове? – Забрать все, что было сделано моим непосильный трудом, – проговорила и потянулась за телефоном. Ни я первая начала, но я положу этому конец! Павел СергеевичВытащив телефон из кармана, посмотрел на экран. – Виктория? Добрый вечер… – Добрый, Павел, – отозвался спокойный, но сегодня довольно уверенный голос. – Я вас не сильно отвлекаю, есть минутка? – Конечно, слушаю вас! Даже сел, хотя буквально минуту назад привалился спиной на каретку дивана и прикрыл глаза. День сегодня выдался очень и очень… интересным. Во-первых, мы очень продуктивно поговорили с дочерью. Я осторожно и ненавязчиво стал выводить ее на разговор, касательно отца моего будущего внука. Посеянное врачом сомнение дало свои плоды. Наденька тихонько проговорила, что знает того человека, что… даже любит его. Дочка предположила, что мать была первой, кто поговорил с Мишей. – Папочка, он из простой семьи, родители на заводе всю жизнь работали… – Для тебя важно, кто его родителей и сколько они зарабатывают? – уточнил. – Нет, но… – Что же тогда? – не торопил. – Мама говорила, что такой семью не обеспечит. Хотела с ним поговорить о нашем будущем, готов ли он сыграть свадьбу, где мы будем жить… – после тяжелого вздоха проговорила Надя. Я и подумать не мог, что Алла так хорошо сплела эту паутину, нам теперь разгребать и расчищать этот путь придется очень долго. – А потом твой Миша перестал выходить на связь, – догадался я. – Предположения и мысли есть, когда мы узнали о том, кем именно на самом деле является твоя мама? – Есть… Папа, я ведь его в черный список занесла, а потом он перестал отвечать… Я такая дурочка! – Ну, будем потихоньку исправлять этот факт, номер его, поговорим и все выясним. Ты мне доверяешь? – уточнил важную для себя деталь. – Больше и некому, – пробормотала дочка. – Тогда этот вопрос я улажу, а ты за собой следи и за малым! – наказывал я. Номер я, кстати говоря, нашел. Это было не так уж и трудно, но вот на звонки парень не отвечал, что мне сильно не нравилось, поэтому оставил ему сообщение и стал ждать. Пару дней, не более, потом придется в город вернуться, дабы нужно этот важный вопрос уладить. Если человек хороший, то какая разница, что у него за спиной. Если он захочет чего-то достичь, достигнет, из кожи вылезет. Я тоже начинал с нуля и был никем. Отдам квартиру, которую купил, пусть живут, я и на съеме перекантуюсь, мне совершенно роскошь и изыски не нужны. Так что, цель поставлена. Ну а что касается Виктории Сергеевны, мне ее дело нравилось, план был выстроен и первые документы напечатаны. – Павел, не поверите, но мне тут немного промыли мозги… – Вы хотите поставить на паузу наше дело? – нахмурился я. – Нет! – воскликнула женщина. – У нас педаль газа в пол до упора. Я облегченно рассмеялся. – Просто я сегодня была у психолога. Могучая женщина, конечно… так вот, дачу я хочу тоже забрать или, по крайне мере, отобрать часть. – Мне уже нравится ваш психолог! На мой взгляд, вы пришли к правильным выводам. – Очень на это надеюсь. Все документы, что есть, предоставлю. Дача была куплена в кредит, который я платила. Выписка с банка имеется, – я лишь головой покачал, насколько некоторые бывают слепы. Я отношусь к этому же числу людей. – Сейчас свою почту пришлю, сканы можно туда направить. – Спасибо большое, – как-то уж облегченно проговорила Виктория. – Не за что, будем работать. Мне нужно еще пару дней и начинаем борьбу! Вообще-то я уже прощупал почву, уже все узнал, так что начали мы даже чуть раньше, на самом деле. Ответного обращения от родственников врача пока еще не было, но, если вдруг начнет фигурировать, мне об этом сообщат. Пока же я завершил разговор и понял, что пора ложиться спать. День у меня начинается довольно рано, а силы нужны как никогда. Когда задремал, то резко подскочил на кровати от нового звонка. Прищурился, вспомнил, кому принадлежит этот номер. – Слушаю, – принял вызов. – Павел… Сергеевич, – расслышал не очень уверенный голос. – Вы мне написали… – Тебя днем с огнем не сыщешь, – отозвался я. – Работаю во вторую смену, телефонами пользоваться нельзя. – Понимаю, – проговорил. – Михаил, у меня есть несколько вопросов к тебе, прошу только сразу никаких выводов не делать… – Задавайте… – О чем с тобой говорила мама Нади? Сразу же отвечу тебе так: мы с ней развелись, почти сразу до этого события, а теперь начали всплывать некоторые неприятные факты. Так я понял, что она влезла в ваши отношения с Надей… – Влезла, это мало сказать… – отозвался парень. – С ней все хорошо? – Да, а что могло случиться? – прищурился, поднимаясь на ноги. – Ну, Алла сказала, что от такого, как я, детей лучше не иметь… поэтому, как я понял… – Ничего не было, – прервал парня. – Дочку я увез в другой город, она мне вот только рассказала о том, что между вами получилось. – Так выходит… значит! – затараторил молодой человек. – Дети – наше будущее, поэтому я скоро буду дедом, а ты отцом. Так что давай немного поговорим о том, что был за разговор, а потом я тебе расскажу, что предлагаю. Разговор длился долго, я внимательно слушал и улыбался, ведь Миша рассказал и то, как он познакомился с Надей, как ухаживал, не утаил того, что денег на дорогие подарки и шикарные букеты у него не было. Цветы покупал у бабушек, приносил охапки садовых, было дело, когда рвал без разрешения. Тут он почему-то извинился, явно вспоминая, с кем именно говорит, потом заверил, что такой случай был только один раз. Про то, как получился ребенок, не сказал, пробормотал только, что сам не понял, но заверил Надю, что не сбежит, что готов содержать ее и малыша, что даже купил кольцо, чтобы предложение сделать, но вмешалась несостоявшаяся теща. Нагадила везде… – Надю любишь? – только уточнил я. – Очень люблю, – проговорил парень. – Как мне ее найти? – Вот теперь смотри, – начал говорить я. – Она сейчас на сохранении в больнице лежит, неделю точно ее не выпустят… – А… – С ребенком все хорошо, по крайне мере мы успели. Потом дочка сама тебе расскажет, если захочет. Вам все равно поговорить придется. На том конце провода шумно выдохнули. – Я могу устроить тебе перевод на завод в нашем городе. Квартира есть, в ней ремонт доделывают. Будете там жить вместе, лезть не стану, только помогать… – Спасибо… – явно ошарашено проговорил парень. – Предлагаю начать вот с чего. На выходных я тебя заберу, привезу к нам. Сходишь к Наде, поговорите и решите, как вам быть дальше. Мои условия просты: не обижать, любить и помогать. – Спасибо! – снова отозвался парень. – Я готов… Мы договорились о месте и дне встречи, так что рано утром в воскресенье я заберу Михаила. Он же обещал взять еще отгулы, которые у него накопились. Ну и отлично, может сразу и до завода дойдем, узнаем, какие специалисты им нужны. Тепло попрощавшись, я все же лег спать, но теперь на душе было хорошо и спокойно. Было так, как нужно и правильно. Понимаю прекрасно, что на этом неприятности у нас не закончатся, но приятно осознавать, что они решаются. Пусть долго, пусть кое-как, но меня устраивает и это.