Глава 18

Инквизитор, блестя иронией в глазах и холодом зубастой усмешки, скупо кивнул и быстро растворился.

Я села. Ждала. Сначала в напряжении. Потом в растерянности. Потом — с раздражением.

Время тянулось. Капитан не возвращался.

Другие коридорные двери тоже больше не открывались. И я, наконец, поняла: капитан меня попросту отшил.

Выбросил в угол комнаты, как смятый черновик, который всё еще живет надеждой, ведь до урны его не докинули.

Я встала.

— Простите, — обратилась к ближайшему полицмейстеру, стоявшему у прохода в кабинет капитана. — Меня обещали принять повторно, но я всё ещё здесь.

— Вам сказали ждать, — сухо ответил он, предварительно заглянув к капитану и, очевидно, получив от него отмашку мариновать меня тут и дальше.

— Я ждала. Но хотелось бы узнать, когда смогу пройти?

— Сейчас нельзя, — с каменным лицом тявкнул служивый.

Всё становилось слишком очевидным.

Капитан решил мурыжить меня, пока я сама не сдамся и не уйду по добру, по здорову.

Но я не собиралась добровольно сдавать назад!

«Как минимум заявление я этому оболтусу сегодня всучу!» — закатала я мысленно рукава.

— Пропустите! — вызверилась я на смирно стоящих полицмейстеров.

— Не имеем такого распоряжения, — глядя поверх моей головы, сообщил второй парень.

— Тогда попробуйте остановить меня, — с понтом фыркнула я и пошла к двери.

Он попробовал.

И довольно жестко!

К делу подключился и второй.

А вскоре откуда-то взявшийся третий поспешил на помощь своим бравым коллегам, и без того прекрасно справляющимся с хрупкой дамой.

Чьи-то грубые пальцы врезались в мои запястья. Кто-то дёрнул за плечо. Кто-то громко рявкнул:

— На выход, лерда, и без спектаклей!

Меня уже вели к дверям. Не как даму, а как простит… простолюдинку с низкой себестоимостью изнаночного материала.

То есть пинками и с нотками организационного энтузиазма.

Один из них уже потянулся к щеколде, другой — к косе, которую Мшастик мне-таки заплел. Пусть и с видом великомученика, который не завещание Грисельды приводит в исполнение, а туннель через Альпы прокладывает.

Коса получилась такая, что её можно было смело регистрировать в магуправлении как самостоятельную боевую единицу.

Однако отбиться от благородных полицмейстеров не выходило. Даже пустив в дело мою косу-контрабандистку, что больше не лежала по диагонали через голову, а освободилась и пришла в оборонительную готовность,

— Не трогать, я сама выйду! — взвизгнула я. — Но на тебя, дружочек, — ткнула в плечо одного из утырков, — я всю магическая синьку потрачу для опосредованного отбеливания исподней одежды на расстоянии! Прям нательно буду тебя до посинения ею издали обмазывать.

И в этот момент капитан соизволил вывалиться из своего укрытия жирным животом вперед.

— Не выводить, — приказал он своим приспешникам и добавил прежде, чем я успела обрадоваться, — письмо-шар пришел, — показал зажатое в ладони магическое послание. — В подвал её. В темницу.

— Что? Нет! — завопила я. — Вы не посмеете! По какому праву??

— По указанию инспектора Рудорфа, — капитан выговорил имя с таким мерзопакостным раболепием, что мне захотелось огреть его жезлом закона!

— Торгового инспектора, — подчеркнула я. — Причем здесь я? Я вам что, тряпичная кукла — накладывать на меня арест?!

— Особое распоряжение. Понятно? — гаркнул капитан. — Уводите!

Его подчинённые загалдели вразнобой и едва не облизнулись, глядя на меня. Как будто им наконец-то разрешили поиграть с едой.

Меня передернуло от замаячивших перспектив.

И я подавила рвотные позывы, скрутившие желудок, и повернулась к капитану.

— Интересно, чем же РУДОРФ вас убедил подержать меня для него под арестом?? Силой аргументов или объёмами взятки?! — выделила я имя подлого инспектора для поникших тотчас же стражников.

Пусть знают, что на меня более крупный ушлепок глаз положил!

Ведь надо же было хотя бы от этих мелких мордоворотов обезопасить себя, пока я буду решать, чем отбиться от Рудорфа.

Капитан не ответил, только зыркнул. На своих служащих. Опомнился, видимо, что ребят предупредить следует не портить малину Рудорфу.

— Заключенную не трогать. Ждать инспектора, — отчеканил он.

Ближайший стражник толкнул меня к ступеням, ведущим в подвал. И меня чуть не перекосило от отчаянной злости!

Теперь Рудорф Златогривый придёт. Ласковый, как заноза.

И обязательно скажет, что он меня спасает. Что теперь я ему обязана.

И потребует с меня оплату!

Подлец! Чтоб ему златооблезлым драконом стать!

— Скажите Рудорфу, — бросила я через плечо, — пусть подбирает штаны потолще. Я буду отбиваться!

— Да заткните ее уже, — поморщился капитан.

И тут раздался голос.

Холодный, отточенный, как лезвие.

— Что здесь происходит? — прогремело, как из раскрывшихся небес.