Глава 42. Эмма

Что запахло жареным, я поняла практически сразу, как мы выехали за черту привычного маршрута. Но я ожидала от Гауфа любой подлянки, кроме этой.

Какое вообще знакомство с родителями?! Он в своем уме, или голова распухла от осознания собственной важности? Прошипела:

– Гауф, не буди по мне писькодралку, ты вообще куда меня везешь?

Тем временем машина проскользнула на территорию охраняемого поселка. Казалось, что это не шлагбаум сзади опустился, а свет в конце тоннеля завалило камнепадом.

– Эмма, я сейчас все тебе объясню! Так надо.

– Что значит надо? Ты вообще в своем уме? Я не выйду из этой машины. Иди за чем ты там собирался, переодевайся, или что там у тебя на уме, и поехали отсюда.

Я скатывалась в истерику. Скатывалась, и самой стыдно было. Но я на такое не подписывалась. Одно дело, врать зазнавшимся мажорам и совсем другое – родителям Сережи. Это вообще нечестно.

Машина подъехала к одному из особняков, иначе это строение и назвать нельзя было, и остановилась. Сережа посмотрел на меня серьезно и внимательно.

Блин! Такой Гауф действовал на меня хуже всего. Уж лучше иметь перед собой саркастичного засранца. Ну, или наглого, закатывающего глаза мажора. На крайняк, целующийся Гауф тоже был не так страшен, а местами приятен.

Главное, ему не спалиться с этим признанием. А вот серьезный, включающий нормального парня, которому не наплевать на мир вокруг, Сережа слишком сильно затрагивал струны внутри.

– У меня дома семейный праздник. Сегодня тут просто пастбище еврейских родственников, и всем уже донесли, что у меня девушка. Нормальная девушка.

Ну все. Даже не знаю, чему радоваться. Что я нормальная на фоне даже Ады-аденоида, или тому, что Гауф увидит еврейских тетушек. Еврейских! Я ни одной шутки про Фиму и Симу не знаю! А-а-а-а!

– И кто такой смертник сообщил им об этом? Сережа, мне нужно имя.

Не без мстительный улыбки, но при этот оставаясь хмурым, как новогодние тучи, что вот-вот накроют все ливнем на тридцать первое декабря, парень буркнул:

– Кутузов.

– Передай Кутузову, что на соревнованиях он у меня вместо девочки ляжет. Я ему узор на ногах отэпилирую. Хотя нет, он еще снимет видео свое и прославится. Ты придумал, как ему отомстить?

– Сдам его красноволосой девчонке.

У-у-у! Это жестоко. Я видела эту девушку пару раз, и в каждый из них кучерявый огребал от нее не по-детски. Но сейчас я была полна жажды убивать, поэтому мрачно кивнула:

– Сделаем это красиво, Гауф.

Тот на меня как-то странно посмотрел. Я бы сказала, как заново видел, но потом пояснил:

– Я гляжу, с тобой лучше не связываться. Хотя, судя по Аде, оно и раньше должно было быть понятно.

– Угу, как и с тобой, только в другой плоскости, Сережа. Ты какого этот цирк устроил. Не мог сказать, что я заболела? Сломала ногу? Не знаю… Работаю я! У меня срочный заказ на эпиляцию всего тела борца восточных единоборств из Махачкалы!

– Так ты согласна?

Нет, это вообще что было? Наглость – второе счастье! Я краснела, бледнела, но потом постепенно стала прикидывать, чем мне все это грозит.

Во-первых, отвертеться на такой запущенной стадии уже не выйдет. Это как я Томе раз пыталась зеленые сопли лечить звездочкой. Здесь та же ситуация.

Во-вторых, просто так Гауфу это с рук не сойдет. Он должен это понимать, не дурак же! Поэтому вполне справедливо послушать, что он мне за такой форс-мажор предложит.

Развалилась на кресле, изящно выгнула бровь (как мне кажется, надеюсь, при этом мое лицо не перекосило) и такая ответила:

– А что мне за это будет?

Гауф словно ждал этого вопроса. Даже выдохнул. Все-таки товарно-денежные отношения и бартер – это товарно-денежные отношения и бартер. От этого никуда не деться, раз уж начали.

– Я согласен, чтобы меня бросила ты. Тем более что этот момент уже совсем близок. Если мужик Ады окажется не выдумкой, останется совсем чуть-чуть.

Ох, шельма, знает, чем порадовать девушку. Изучил меня за это время вдоль и поперек. Плата действительно хороша, только… Прищурилась, чтобы скрыть от него внезапное разочарование.

Хотелось вместо согласия на долгожданное предложение спросить: «Что, уже все?» Неужели все закончилось? Точнее, на подходе к окончанию. Смахнула наваждение.

– Договорились. Ну и я не собираюсь строить из себя помешанную на шмотках фифу. Я буду собой, даже если это не особо кому понравится. Понял?

Прозвучало с вызовом, но, к моему удивлению, Гауф лишь улыбнулся. Он пожал плечами и кивнул:

– Понял, справедливое требование. Я согласен. Тем более что с моими родственниками врать бесполезно. Они все равно душу вынут наружу. Даже из меня.

И он поморщился. В этот момент мне показалось, что вечер обещает быть нескучным. И даже не томным. То ли еще будет, и готов ли на самом деле к этому Гауф? А я?