Глава 18. Месть

Приземлились мы через полтора часа после вылета во дворе какого-то шикарного дома. Глядя из окошка эрши на окружающий нас забор, я даже не сдержалась и присвистнула. Там было метра четыре - не меньше, да ещё и с колючей проволокой по верху, и с камерами на каждом бетонном столбе. А ещё по периметру дежурили военные. Много военных. Что просто не могло меня радовать.

- Успокойся, Саша. Это не по твою душу, - ухмыльнулся Канир, прекрасно рассмотрев мой откровенный испуг. Всё же с некоторых пор при виде людей в форме меня начинало нервно потряхивать. - Тебя вообще кое-кто высокопоставленный обозначил, как личного секретного агента. Потому просто веди себя естественно, словно все эти ребята - твои коллеги по работе.

- Легко тебе сказать, - ответила, медленно выдыхая. - В тебя из конгайта не стреляли.

- Ты права, - ответил он, мгновенно став серьёзным. - Но и я в них не стрелял.

После чего коснулся значка на голографической панели, и двери эрши отъехали в сторону. Да только ни я, ни Микаэль со своих мест всё равно не сдвинулись.

- Выходите, бедолаги, - насмешливо бросил Нир. - Я, так уж и быть, не дам вас в обиду.

И тем не менее, нутро эрши мы покинули только после того, как вышел наш лейд. Я заметила, что мальчик почти взял меня за запястье, но в последний момент сам себя одёрнул. Тогда, решив, что вдвоём бояться не так страшно, я сама одной рукой обняла его за плечи и повела вслед за Каниром.

Микаэль беспокойно оглядывался по сторонам. Не знаю, правда, что нервировало его сильнее: шикарный особняк с парком, высоченным забором, бассейном за стеклянной стеной или множество военных, провожающих нас внимательными взглядами. Меня вот куда больше смущали именно люди. А дом? Ну да, большой красивый, чужой. Но он, в отличие от военных, уж точно из конгайта в спину не выстрелит.

При появлении Канира все эти ребята в форме вытянулись по стойке смирно, но на нас всё равно взирали с недоверием. Нир на несколько мгновений остановился и приказным тоном сообщил подчинённым, что именно нас с Микаэлем им теперь придётся охранять. Причём не просто следить за безопасностью особняка, а быть при этом крайне сосредоточенными и готовыми в любой момент отразить нападение.

- Что это за место? - шёпотом спросил у меня мальчик, когда, оставив за спиной всех этих вооружённых мужчин, мы поднимались по полукруглым ступенькам, ограждённым мраморными поручнями.

- Понятия не имею, - ответила, округлив глаза. - Но, кажется, нам с тобой придётся провести здесь некоторое время. Так что давай попробуем просто наслаждаться. Я вот в подобных домах вообще никогда не была.

- Я тоже, - доверчиво ответил Микаэль и вслед за мной прошмыгнул в дверь.

Если снаружи этот особняк казался этаким дворцом миллиардера, то внутри всё оказалось оформлено на удивление без пафоса - в современном стиле минимализма. Дверей между комнатами не было, их заменяли широкие прямоугольные арки. А огромная гостиная с диванами, картинами, пуфами и низкими журнальными столиками больше напоминала фойе какого-то фешенебельного отеля. Не хватало только стойки администратора и нескольких циферблатов, показывающих время в разных городах мира.

Такими же арками были отделены библиотека, веранда, бильярдная, а вот в столовую вёл проход поменьше. Каждый подобный проём украшался тонкой серебристой полоской. И что-то мне подсказывало, она там не для красоты. Возможно, именно с её помощью здесь могли появляться какие-нибудь инопланетные двери?

Наверх вела широкая лестница цвета стали. Сами ступеньки оказались выполнены из неизвестного мне материала, похожего на смесь очень прочного пластика с пенопластом. И стоило наступить на первую, как вся лестница начала тускло светиться.

- Осматриваетесь? - донёсся до меня голос Канира.

Он как раз вошёл в дом и теперь стоял посреди гостиной. Но сейчас на его лице больше не было улыбки - её заменило выражение полной сосредоточенности.

- Саша, я должен улетать. Дела не терпят отлагательств, - сообщил он, поймав мой взгляд. - До приезда Гая отвечаешь за Микаэля головой. Дом полностью в вашем распоряжении, но за его пределы не выходите.

- Что случилось? - спросила я, подходя ближе к Ниру. - Что-то серьёзное?

- Случилось, - только и ответил он, и, вздохнув, добавил. - Береги мальчика. Сейчас здесь безопасно, но ты сама знаешь, на что способны люди Джен.

- Да, но... - опешив, проговорила я.

Из слов Канира выходило, что Джен уже известно о местонахождении Мика. Но если это так, то...

От этих мыслей голова мгновенно пошла кругом. Слишком много в ней теперь вертелось догадок и ответов, рождающих ещё больше странных вопросов. И они были такими, что мне стало дурно.

Я кое-как добралась до ближайшего кресла и, опустившись на него, попыталась успокоиться и разложить информацию по полочкам. Итак, Джен была уверена, что найти её племянника не способен никто, кроме меня. И если теперь она думает, что мальчик у Гая, значит, считает меня предательницей. А это - приговор для моего брата.

- Но как она узнала? - прошептала я, не в силах поверить в единственный очевидный ответ. - Мы ведь... Только сегодня... Он же обещал!

Увы, я понимала, что никто кроме Гая не мог довести до неё эту информацию. Канир? Вот уж вряд ли. Судя по выражению его лица, он сам только что узнал о возможном нападении на дом. А кроме нас троих о Микаэле никому известно не было.

По всему получается, что Гай просто меня использовал? А в действительности даже не собирался помогать ни мне, ни Лёше? Да и зачем это ему, в самом деле? Для чего?

- Саша, - с нажимом проговорил Нир, присев передо мной на корточки. - Я догадываюсь, о чём ты сейчас думаешь. Но прошу, не делай поспешных выводов. Ты знакома с Алишером всего - ничего, а я его полжизни знаю. Он стратег. И если поступил так или иначе, значит, у этого были причины.

Я медленно втянула носом воздух. Выдохнула. Ещё раз. И только потом всё-таки подняла лицо и посмотрела в лицо лейда.

- Микаэль в безопасности. Его охраняют, - проговорила бесцветным безжизненным голосом. - А я должна спасти брата.

- Нет.

Это слово он произнёс с таким видом, что стало ясно: отсюда меня не выпустят. И в один момент толпа военных, бродящих вокруг дома, превратилась для меня из охранников в конвоиров.

- Дай мне уйти! - потребовала, шмыгнув носом.

Я чувствовала, что ещё могу успеть добраться до бункера, найти Лёшу, попробовать вывести его оттуда. И пусть понимала, что ничего у меня, скорее всего, не выйдет, но и бездействовать не имела права!.

- Нет, Александра, - сухим тоном отрезал Нир, поднимаясь на ноги. - Ты должна оставаться здесь. С Микаэлем. А если попытаешься сбежать, то знай: у ребят приказ стрелять в тебя из конгайта. Разряд получишь не смертельный, но приятного в этом точно будет мало.

Если до этого момента я ещё верила, что ситуацию можно как-то исправить, то теперь окончательно осознала, что сама же себя заманила в ловушку. Доверилась Гаю? Дура наивная! Нашла, кому верить. Да плевать ему на меня и на Лёшу. Кажется, ему и на Риса тоже плевать. Для него главное - поймать Джен, найти бункеры и уничтожить «Защитников свободы». Он просто бездушная военная машина!

- Афиса, - позвал Канир, причём его тон был именно приказным. Когда же перед ним появилась голографическая девушка, которую я назвала Катей, он окинул её тяжёлым взглядом и сказал: - Присмотри за ней. Подробностей задумки Гая даже я не знаю. А Саша может всё истолковать неверно и наделать глупостей. Пожалуйста, побудь сегодня нянькой.

- Как скажешь, - бросила она, кивнув. - Из дома никого не выпущу.

- Ты же мой галути! Ты должна подчиняться мне, а не ему! - выкрикнула я, просто не в силах больше держать себя в руках.

Это её предательство меня просто добило. Эмоции взорвались, подобно огромному снаряду, начинённому тротилом. А чувство вины перед Лёшей уже не просто душило, а разрывало сердце на части. Теперь из-за меня, из-за моей глупой доверчивости Джен его точно убьёт. И Рису тоже достанется! Он ведь пообещал, что будет защищать моего брата ценой собственной жизни.

Меня предали все: сначала Гай, потом Канир, теперь и Катя. А что потом? По сути получается, что сейчас я не в тюрьме только потому, что лейд Эргай планирует меня как-то использовать. А когда надобность во мне отпадёт, от меня избавятся? Глупо думать иначе.

С каждым мгновением чувство гадкой пустоты становилось всё сильнее. Возникло ощущение, будто меня постепенно пожирает стихийно открывшаяся прямо в душе чёрная дыра. Было больно, гадко и искренне страшно. Я боялась думать, пытаться просчитывать дальнейшие события. Но даже в таком подавленном, нервном состоянии моё сознание продолжало работать, рождая наиболее вероятные варианты возможного будущего. Ведь по всему выходило, что Джен не станет сидеть сложа руки. Да и бункер теперь ей точно придётся эвакуировать - не сомневаюсь, что Гай туда нагрянет. Но куда можно незаметно переселить больше сотни человек?

- В правильном направлении думаешь, Сашка, - проговорила Катя, отвлекая меня от столь странных мыслей.

Говорить с ней не хотелось, наоборот, возникло желание разодрать кожу на виске и выскрести оттуда гадкий передатчик, позволяющей ей слышать мои мысли. И, может, я бы даже поступила именно так, но меня остановил Микаэль.

- Александра, а кто это? - спросил он, с опаской глядя на полупрозрачную темноволосую девушку, вышагивающую по комнате.

- Это предательница, - зло ответила я. Но заметив, как стушевался мальчик, вздохнула и попыталась объяснить. - У меня есть этакий гаджет, называется галути. У него столько функций, что я даже до сих пор не знаю и о половине. И в нём есть голографический образ помощника. На самом деле он - робот, искусственный разум. Но мне, к сожалению, достался слишком очеловеченный вариант.

- Почему «к сожалению»? Разве это не хорошо? - поинтересовался мальчик, теперь во все глаза рассматривая Катю.

- Потому что нормальный галути никогда не пойдёт против своего хозяина. А мой - запросто подчиняется приказам всяких там лейдов.

- Нет, Микаэль, Саша не права, - тоном спокойной взрослой женщины возразила Катя. - Если я и выполняю чьи-то приказы и поручения, то только её. А в данном случае просто согласилась с позицией Канира. Наша девочка не в себе, и её нельзя выпускать, пока сама нормально не разберётся в ситуации и не успокоится. - Потом она подошла ко мне, посмотрела пристально и выдала: - Головой думать начни! Хватит нюни распускать. Давай, активируй мыслительные процессы и вспоминай, что тебе говорил лейд Эргай о твоём Лёше и о Рисе.

Я пару минут смотрела на неё с полным непониманием. Но в итоге то ли память вовремя сработала, то ли выражение на её прозрачном лице было слишком определённым, но я вдруг вспомнила слова Алишера. Ведь он, кажется, сказал, что вытащить парней из бункера не сложно - сложно сделать так, чтобы после этого они смогли нормально и легально жить.

Как по мне, так это было невозможно в принципе. И если с Лёшей ещё получилось бы что-нибудь придумать, то в случае с Рисом на поблажки со стороны властей рассчитывать не стоило. Он сам говорил, что его, если поймают, то точно казнят. Так что же в таком случае задумал Гай?

Но, как ни странно, слова Кати заставили меня немного успокоиться. В конце концов, сейчас я ничего не могла сделать, как-то повлиять на ситуацию, так может, стоит хотя бы попытаться принять её такой, какая она есть? Или хотя бы сделать вид.

Вздохнув, я поднялась с кресла, отошла к одному из окон и посмотрела на улицу. Но даже с такой неудобной точки обзора мне удалось заметить аж семерых военных с конгайтами наготове. Они не говорили между собой, даже не переглядывались. Каждый из них выглядел так, будто находится не во дворе шикарного дома, а, как минимум, в эпицентре военных действий, где кругом враги. Над территорией особняка мерцал едва заметный энергетический охранный купол, на доме, столбах и заборе виднелись видеокамеры... так что при всём этом антураже шикарный сад-парк, раскинувшийся прямо под окнами дома, как-то совсем терял свою привлекательность. Пусть сегодня было тепло, даже не по майски жарко, пусть на ярко-голубом чистом небе сияло солнышко, но всё это почему-то ни капли не радовало.

Прикрыв глаза, я представила лицо Лёши, сосредоточилась... и предсказуемо ощутила только глухую пустоту. И пусть понимала, что такое возможно, но всё равно запаниковала. Затем, взяв себя в руки, попыталась определить местонахождение Риса - результат оказался тем же. Тогда, воодушевлённая этой неудачей, я попробовала обнаружить Джен, но не смогла найти и её. Не нашла я и никого из приближенных к ней боевиков, ни Сеню, ни Лену с Федей. Словно их от меня отделяла глухая стена. Словно... их кто-то прикрывал!

Исключительно ради проверки я попыталась почувствовать маму... и тут же ощутила отклик её энергии. Значит, мой дар продолжал исправно работать, значит дело не в нём. А из этого следует, что Джен на самом деле очень сильная «тень».

- Активируй карту страны, - бросила, оборачиваясь к Кате.

Она лишь кивнула и в то же мгновение передо мной возникла голографическая уменьшенная копия планеты. Я представила лицо Гая, сосредоточилась и без труда определила, что сейчас он находится в окрестностях того самого бункера. И что из этого следует? Да много чего.

- Слушай, Саш, я понимаю, нервы там, переживания. Но... может, покормишь ребёнка? Время уже близится к вечеру, а вы ещё даже не обедали.

- «Война - войной, а обед по расписанию?» - с грустной иронией процитировала я одного короля прошлого. А поймав смущённый взгляд Микаэля, даже нашла в себе силы улыбнуться. - Идём, поищем, что на местной кухне есть съедобного.

- А... нас за это не накажут? - поинтересовался он, с опаской переводя взгляд за окно.

- Полагаю, этот особняк вместе со всеми припасами принадлежит твоему папочке, - проговорила, жестом зовя мальчика следовать за мной. - К тому же Канир сказал, что дом в нашем распоряжении. Так что идём хозяйничать. Покажу тебе их инопланетные технологии в действии.

- Так вы с Земли? - удивился он и, кажется, даже стал смотреть на меня иначе, словно на товарища по несчастью и едва ли не самую близкую родственницу. - Правда?

- Правда, Мик, - хмыкнула я. - И зови меня просто Саша и на «ты». Я, конечно, старше тебя, но ненамного. Потому, давай, что ли, дружить?

- Давай, - он улыбнулся, но эта улыбка получилась у него какой-то не особенно радостной. О причинах я узнала почти сразу: - Саш, а ты расскажешь мне об отце? Я же его только по телевизору несколько раз видел. И о маме. И о том, что происходит. Почему тут столько охраны?

- Расскажу, - ответила, решив, что не буду скрывать от ребёнка правду. Вот возьму и выложу ему всё. Путь и известно мне крайне мало, но Микаэль имеет право знать, в какую грязь его теперь втянули.

Я не собиралась скрывать от него правду, но не потому что желала таким образом отомстить Гаю. Просто мне хотелось, чтобы мальчик изначально понимал, что происходит. А то вдруг Джен всё-таки нас найдёт, прорвётся сквозь охрану, заберёт племянника и наплетёт ему с три короба? Скажет, какая она хорошая, а все вокруг - гады и негодяи. Пусть лучше он услышит обо всём от меня, от этакой третьей стороны, которая не имеет к истории его появления на свет никакого отношения. Кто знает, может, именно это и сможет породить между нами начало доверительных отношений?

***

Его разбудил странный звук: то ли стук, то ли шорох. Мигом активировавшийся дар подсказал, что в комнате есть ещё кто-то - мужчина. Но вот разобрать его эмоций почему-то никак не получалось, словно по непонятным причинам эмпатии просто не хватало ресурсов. А ещё было жутко, просто до невозможного холодно.

Конечно, придя в себя, Рис попытался открыть глаза, подняться, но ничего у него не вышло.

- Очнулся? - послышался смутно знакомый голос. - Лучше пока не двигайся. Обычно после пробуждения довольно быстро становится легче, но всё равно нужно подождать.

Дарис хотел было ответить, но не смог даже разомкнуть губы. А вот зубы стучали так, будто он находился где-то в ледниках, да ещё и съел коробку мороженного.

- Холодно? - мрачно проговорил тот же молодой мужской голос. - Давай-ка укрою. Так быстрее согреешься.

А после Рис почувствовал, как сначала его подхватили за плечи и заставили сесть, а потом вокруг обернули что-то очень плотное, но мягкое. И сразу стало теплее.

- Одеял нет, - со вздохом заметил тот же парень. - Подушек тоже. Только вот эти старые матрасы. Кажется, они тут лежат ещё со времён развала Советского Союза. Сырые, противные, но на них хотя бы не так жёстко лежать, как на полу.

Какое-то время в комнате стояла тишина. Дарис пытался согреться, но пока не особенно успешно. Силы хоть и возвращались, но уж очень медленно. И всё, что он сейчас мог - это думать. А информации к размышлению у него было больше, чем достаточно.

Он уже сообразил, что получил сильный заряд конгайта. Кстати, случалось с ним подобное впервые - как-то раньше удача была на его стороне, зато теперь, кажется, отвернулась совсем.

- Мне таким зарядом уже раза четыре прилетало, - снова проговорил обладатель знакомого голоса. Судя по звуку, парень сидел где-то рядом, причём на полу. - Первый раз вообще тяжко было. Потом, наверное, привык. Но мне было легче: меня не трогали, давали отлежаться, восстановиться. А тебе ещё и фигню какую-то вкололи. Подозреваю, что это какое-то средство, чтобы блокировать внутреннюю энергию. Ты ж сильный, и эти твари явно тебя боятся. - Он издал едва слышный смешок и добавил: - Ума не приложу, чем ты заслужил такую немилость.

- Есть... вода? - хрипло спросил Дарис, едва шевеля губами.

- Нет, - вздохнул его сосед. - И еды тоже нет. А ещё, как я понял, нас с тобой в живых оставлять не планируют. Просто пока им не до нас, потому и привезли сюда. Видимо, думают, как бы поизощрённее убить.

Рис всё-таки разлепил веки и, несколько раз моргнув, заставил зрение сфокусироваться на противоположной стене: серой, бетонной, покрытой чёрной плесенью. В нос сразу же ударил запах сырости - проснулось обоняние, а вот холод почему-то начал ощущаться ещё острее. Комната оказалась маленькой - два на два метра, не больше. Окон не было, зато имелась массивная железная дверь. Конечно же, запертая.

А вот единственным источником света здесь служил странного вида предмет. Он лежал в углу и тускло сиял, будто его намазали каким-то сверх ярким фосфором.

- Прости, я взял твоё кольцо, - проговорил всё тот же парень. - Мне нужен был предмет, который бы стал хорошим проводником, а больше ничего подходящего не нашлось. Не люблю темноту.

Дарис медленно повернул голову в сторону и даже не удивился, увидев Алексея. Тот сидел прямо на земляном полу, опершись спиной на стену, и, как ни странно, улыбался.

- Ты... заставил кольцо светиться? - едва слышно спросил Рис, не особенно понимая, как из металлической побрякушки, пусть и призванной защищать от камер наблюдения, можно сделать фонарик.

- Я не особенно умею использовать свою энергию, но вот светильники делать научился, - пожал плечами Алексей. - Один парень в изоляторе подсказал, что так можно. У меня поначалу не получалось, а потом приловчился. Ничего сложного: напитываешь железку энергией, замыкаешь потоки восьмёркой, и всё готово. Кстати, чем больше витков, тем ярче светится.

Рис хмыкнул и, опершись затылком о стену, снова прикрыл глаза. Как ни странно, но Лёшина непосредственность умудрялась вселять надежду, хотя надеяться им обоим было почти не на что. Их же явно увезли из бункера, но вот куда - Дарис не знал. У Джен на случай срочного побега имелось немало вариантов, где скрыться. Но уходить ей пришлось не одной, а с толпой сподвижников. Скольких она увела с собой? Два десятка? Три? Пять? Такую толпу незаметно не спрячешь. Тем более, когда вокруг множество военных.

- Ты знаешь, где мы? - спросил Рис, снова взглянув на Лёшу.

- Очередной бункер, - бросил тот, изобразив кислую мину. - Правда, летели мы сюда часа два. А мимо военных проходили так, будто были невидимками. Знаешь, - он усмехнулся и как-то по-доброму посмотрел на соседа по камере. - Шли так интересно, один за одним, на расстоянии полуметра. Мне это старый мультик напомнило, про собак. Там было больше сотни щенков, и они так же пытались прошмыгнуть мимо преследователей. Забавное было зрелище.

- У тебя ещё есть силы находить в происходящем что-то забавное? - удивлённо бросил Дарис.

- А что делать? Рыдать? Биться головой о стену? - с иронией уточнил Лёша. - Да я последние полгода непрерывно живу во всём этом бедламе. Сменяются камеры, конвоиры, а всё остаётся по-прежнему. И знаешь, я уже хочу, чтобы всё это закончилось... хоть как-нибудь.

- Ну, пока существует два возможных расклада, - заметил Рис, ощущая, что ему стало уже не так холодно. А зубы даже стучать перестали. - Либо нас забирают военные, либо убивает Джен. Твою голову она, кстати, обещала отправить Саше.

- Да уж, - нахмурился парень. - Сашка расстроится. А тебя, кстати, за что сюда упекли? Чем провинился?

- Родственниками не вышел, - с ухмылкой ответил Дарис. Заметив непонимание в глазах Лёши, пояснил: - Джен захлёбывается ненавистью к моему брату. Я-то, дурак, думал, что меня это не коснётся. Но, как видишь... - он вздохнул. - Хватило только раз в важном вопросе попытаться пойти против неё, и всё: дружба и сотрудничество кончились.

- Что же такого ей сделал твой брат? - Спросил Лёша. - И почему она не мстит напрямую ему?

- Не может. Шер для неё слишком серьёзный противник. Потому она и гадит другими способами, - проговорил Рис. - А что он ей сделал? Долгая история. А если в двух словах: он когда-то тоже был в рядах «Защитников свободы». Более того, едва появившись, стал любимчиком у предводителя их подразделения. У него был очень сильный и серьёзный дар, который позволял ему чувствовать себя едва ли не всесильным сверхчеловеком. И всё выглядело красиво и радужно, пока он не решил, что не станет никому подчиняться.

- То есть, он ушёл от них? - уточнил Лёша.

- Тут важно отметить один существенный момент, - хмыкнул Дарис. - Его в ряды сопротивления привела девушка. Невеста. Она - кузина Джен. У неё, как оказалось, был свой отряд, и именно с ней стал работать Шер. Но постепенно диверсии становились всё более масштабными, начались убийства, крупные теракты. И тогда мой брат заявил, что не станет в этом больше участвовать. Но отпустить его не пожелали. Вместо этого невестушка на последнем задании вывернула всё так, что его поймали военные. А он, осознав, кто именно его подставил, на первом же допросе заявил, что желает сотрудничать с властями. Не знаю подробностей, может, он датчики на всех нацеплял или ещё что придумал, но тогда поймали всех... кроме Джен. Ей единственной удалось сбежать.

- Что стало с твоим братом? Ведь по законам Союза за участие в диверсионных группировках предусмотрена только казнь.

- Ну.... Он ведь переметнулся к военным, помог поймать целую толпу опасных преступников, да и даром владел редким, и влияние родственников помогло. В общем, в его случае мера пресечения была изменена. Его приговорили к пятнадцати годам службы на благо Союза. Без звания, без зарплаты, без права голоса. Сделали этакой пешкой, чей дар являлся сильнейшим оружием. Его сослали в гарнизон на какой-то затюканной далёкой планете. И со дня суда я брата больше не видел.

- И он до сих пор там? Сколько лет прошло?

- Почти одиннадцать, - отозвался Рис, и всё-таки решил признаться. - Нет, Лёш. Он крайне способный человек. И даже будучи осуждённым служить рядовым, умудрился сначала получить звание лейда, а потом уверенно продвигался по карьерной лестнице вверх. Сейчас он - главнокомандующий вооружённых сил Союза на Земле.

- Чего?! - вот теперь Лёша на самом деле выглядел не на шутку удивлённым, даже шокированным. - Лейд Эргай? Твой брат?!

- Ага, старший, - улыбнувшись, проговорил Дарис.

- Офигеть... - тихо произнёс Алексей, явно стараясь уложить в голове эту поразительную информацию.

Какое-то время в камере стояла тишина. Каждый из ребят думал о чём-то своём, а может они просто устали от разговоров. Но вскоре Лёша снова спросил:

- Слушай, а может, он сможет тебе помочь? Ну и мне заодно.

- Как? - тихо спросил Рис. - Да и не получится уже. Поздно. Отсюда никак с ним не связаться.

- Увы.

Их разговор прервал звук шагов. Лёша едва успел погасить сияющий перстень, когда дверь распахнулась, и маленькую комнатку залило ярким светом от включившейся под потолком лампы. А явилась по их душу лично Джен, причём в компании двоих боевиков. Что явно не сулило ничего хорошего.

- Болтаете, ребятки? - спросила она, изобразив на лице ехидную улыбочку. Потом, цокая каблуками, подошла к сидящему на полу Рису и присела перед ним на корточки. - Привет, мальчик мой. Знаешь, зачем я пришла? Совсем не догадываешься?

- Предпочитаю об этом не думать, - ответил он тихо.

- Ну что же ты такой недогадливый? - Её голос звучал так приторно и слащаво, что становилось противно. - Всё очень просто. Я всего лишь хочу отправить одному нашему общему знакомому лейду привет. Для этого мне нужно сделать парочку снимков. Ты ведь не возражаешь?

- А у меня есть выбор?

- Нет.

Она легко коснулась губами его щеки, провела по ней пальцами, и только потом поднялась и обернулась к Алексею.

- Я бы и твоей сестрёнке послание отправила, но с ней мы скоро встретимся лично. Правда, тебе, милый, тоже придётся поучаствовать в нашей фото-сессии. За компанию, так сказать. Ты же не возражаешь?

Он ничего не ответил, лишь одарил её полным презрения взглядом и отвернулся. Но Джен, казалось, было всё равно. Она спокойно отошла к двери, и только там вытянула из кармана круглый шарик, который сразу же завис в воздухе.

- Приступайте, ребята, - сказала женщина, обратившись к боевикам. - Вы знаете, что делать. А мой галути всё запечатлеет и отправит адресату. Очень надеюсь, что ему понравится.

Едва за ней закрылась дверь, и Рис на самом деле пожалел, что вообще очнулся после выстрела конгайта. Да, он должен был догадаться, какие именно изображения Джен решила отправить Алишеру. Не зря же привела двух таких сильных, да ещё и незнакомых ему «гримёров».

Лёша попытался сопротивляться, кинулся защищать Риса, которого просто вздёрнули на ноги и теперь откровенно избивали. Но неудавшегося защитника отшвырнули энергетической волной и в буквальном смысле прижали к стене. Бить двоих пленников одновременно боевики не могли, потому что одному из них приходилось держать Дариса, чтобы тот не свалился. Видимо, по их мнению, избивать лежачего не так интересно.

После того как Рис, наконец, отключился, а его лицо стало похоже на кровавое месиво, эти два «героя» переключились на Алексея. Ему, правда, досталось чуть меньше, хотя он даже защищаться пытался... увы, безуспешно.

Когда его, истекающего кровью, бросили на земляной пол, Лёша всё ещё оставался в сознании. И сейчас в этой кошмарной ситуации радовало его только одно обстоятельство: теперь лейд Эргай точно узнает, что его младший брат в попал в жуткие неприятности и, может быть, сможет сделать хоть что-то, чтобы их спасти.

А ещё Лёша вдруг подумал, что согласен прямо сейчас принять присягу, отправиться учиться, готов задействовать все свои таланты на благо Союза... лишь бы получилось выбраться отсюда. Лишь бы только не умереть в этом жутком месте.

Увы, он слишком поздно понял, что совершил огромную глупость, отказавшись принимать правила новой жизни, которые диктовали инопланетные власти. Ведь ничего же не добился, а получил столько неприятных впечатлений, что теперь на всю жизнь хватит.

Да... хватит. Если только будет ещё эта жизнь. Если только здесь, в этом самом подземелье, в этой самой комнате его не убьют.