26

— Когур Ревал… — задумчиво протянула Кира, разглядывая фасад посольского особняка. «Посольского» не в том смысле, что там располагалось посольство, а в том, что там жил посол. Насколько она успела выяснить, у когура Ревала было несколько резиденций, включая просторную квартиру на знаменитых летающих островах, но поймать его в остальных было трудно — на закрытую территорию не пропускали посторонних. Информацию о том, что в ближайшее время его можно будет застать здесь, «слила» его невеста, только почему-то заранее предупредила, что за последствия не отвечает и от переговоров самоустраняется.

— Мера считает недопустимым любое вмешательство в разум человека против его воли, — подтвердил предположения Максима Корней. — Независимо от того, идёт речь о пострадавшей стороне или о признанном преступнике. А её жених, между прочим, преступником не является и с самого начала активно содействовал переговорам Земли и Эрхола.

— Как по мне, так влепить преступникам по чипу было бы даже гуманно, — хмыкнула Кира. — Но спорить не стану, без посредников обойдусь.

Идею провести самостоятельные переговоры с пострадавшими Корней вслух никак не оценил, только попросил не бить когуров и послов по лицу.

Несмотря на всё сказанное Корнеем, сейчас от внимания Киры не укрылось, что на заднем дворе особняка виднеются контуры земного звездолёта, но определиться, чтобы это значило, она не успела.

Витые ажурные ворота открылись, и по другую сторону защитного поля показался дворецкий.

— Неофициальные представители Земли просят разрешения встретиться с послом, — тут же проговорила она.

Дворецкий только кивнул.

— Вас ждут.

Под его бдительным присмотром все трое — Кира, Сай и Максим — проследовали ко входу в дом. Первый зал был пуст и, видимо, предназначался для более официальных встреч. Дворецкий указал им на одну из дверей, но сам входить туда не стал.

Оказавшись внутри, земляне первым делом увидели бильярдный стол, но занимал он от силы половину пространства. Ещё столько же было свободно, там виднелись камин и диванная группа. Молодой человек с чёрными волосами сидел на диване, заложив ногу на ногу и раскинув руки вдоль спинки, так что поза его на мгновение до боли напомнила Кире момент встречи с Маришей и от того вызвала заметное раздражение.

Когур настолько приковывал внимание к себе, что никто, кроме Сая, не заметил ещё одного молодого мужчину, стоявшего в тёмном углу возле камина. Во всём, включая цвет коротких платиновых волос, он представлял собой полную противоположность когуру. Эрх был некрасив, у него был слишком длинный нос и слишком крупные губы. В каждом движении его узловатых загорелых пальцев чувствовались развязность и привычка получать всё, что бы он не пожелал.

Второй молодой человек был лероном. Он стоял неподвижно с бокалом белого вина в руках, но, несмотря на неподвижность, в выражении его лица и позе ощущались замкнутость и привычка молчать. У него были правильные черты лица, высокие скулы и голубые глаза.

— Вы хотели меня видеть? — поинтересовался посол, который с точки зрения Киры на эту должность никак не тянул.

— Да, — она, не спрашивая разрешения, подошла ближе и села на второй диван. Тоже закинула ногу на ногу, но невольно чуть закрылась, сцепив пальцы в замок. — Уважаемый когур, мы слышали о том неприятном недоразумении которое произошло с вами на Тайтаре.

— А по-моему, кое-кто из вас его даже видел, — Ревал подарил Саю ненавидящей взгляд.

«Сейчас попросит попользоваться буквально одну ночь…» — подумала Кира с тоской.

— Мы очень сожалеем о случившемся, — сказала она.

— Ложь. Не сожалеете. Ни ты, ни он.

Кира опешила от этого перехода на «ты», но быстро совладала с собой.

— Ситуация была экстренная! — переходя в атаку, сказала она. — Я как представитель Земли не хочу её ни одобрять, ни осуждать. Но ваше правительство надо было остановить. Наши сотрудники тоже над этим работали, и ты это знаешь.

— Да, знаю, — отреагировал Ревал. — Потому что я вместе с ними и работал. И Асней тоже. И я не понимаю, почему помогая вашему правительству, мы должны подставляться под удары со стороны и всё прощать!

— Так случается! — напряжённо процедила Кира. — Иногда даже представители одной организации не всё знают о действиях друг друга!

— Это у вас на Земле может быть такое случается! А у нас за такое бьют!

— Ну, хорошо, — чуть отступила Кира. — Он виноват. По-своему. Но никто не умер. А если его передадут вашему правительству, ему грозит казнь.

— Надеюсь, медленная! — парировал Ревал.

Разозлившись, Кира чуть наклонилась вперёд и хотела ответить в тон, но Максим её прервал:

— Кира!

— Что?!

Максим посмотрел на посла.

— Вы хотите соблюсти закон или отомстить?

— Разумеется, отомстить.

Кира от такой откровенности даже подалась назад.

— Я вам его не отдам! — отрезала она. — На ваше правосудие уже насмотрелась! И чем больше смотрю, тем больше понимаю, что вас тут всех надо чипировать! Сай был прав от начала и до конца!

Максим на мгновение зажмурился, предчувствуя взрыв, но Ревал спокойно смотрел на гостью и как будто бы даже не обиделся.

— Если у тебя претензии ко мне, — сказал он неожиданно для обоих землян. — Предъявляй их мне. Я никогда не отказывался померяться дарс. Но Асней ни в чём не был виноват.

Наступила тишина.

Земляне смотрели на посла. Посол смотрел на землян.

И только Асней и Сай смотрели друг на друга, а не на них.

Сай негромко проговорил несколько слов на языке, которого Асней не знал. Тот вздрогнул от певучего перелива звуков, поняв скорее ментальный посыл, чем их дословное значение.

— Ревал, — тихо сказал он. — Я его ни в чём не виню.

— А я — виню! — отрезал эрх.

— Господи боже мой, — Кира устало потёрла лоб. Посмотрела на одного. Потом на другого. — А ему ты что сделал, Сай?

— Это Аснея он похитил, чтобы завлечь меня в ловушку, — после паузы признался Ревал. — Я не люблю, когда ко мне пытаются подобраться через близких мне людей. Я этого не прощаю. Никому. Тем более, когда…

— Ревал! — одёрнул его Асней уже на повышенных тонах.

Эрх и лерон посмотрели друг на друга устало и зло.

— Я приношу свои извинения, — громко и уже на понятном всем языке сказал Сай. — Трое леронов, которые попали под удар, ни в чём не были виноваты. — Он посмотрел на Аснея и, почувствовав это, тот тоже перевёл взгляд. — Чипирование надо было остановить. Это у кого-нибудь здесь вызывает сомнения?

Промолчали все. Даже эрх.

— Я сделал, что мог.

Асней поджал губы и, отвернувшись, какое-то время смотрел в огонь.

— Можно было сделать это помягче! — наконец не выдержал и он.

— Я не знал, как! — повысил голос Сай.

Предчувствуя, что атмосфера опять накаляется, Кира быстро встала и, подойдя к спутнику, взяла за руку.

— Я уже говорила Саю… — совсем другим тоном, почти просительно, произнесла она. — Дело не в том, что он был не прав или кто-то ещё. Дело в том, что две группы действовали порознь. И сейчас попытки определить виноватых только усугубляют положение! Хочешь знать, чем это закончится, эрх? Ты не прощаешь, когда вредят твоим близким? Я тоже. Можешь дальше настаивать на мести. Но вы оба живы, а Сая убьют, если ты добьёшься своего. И я тебе этого не прощу.

— СИЦ тебе не позволит, — на губах эрха промелькнула злая улыбка.

— О, поверь мне, мальчик. СИЦ позволит мне всё, что я захочу.

Ревал почему-то молчал. Смотрел он только на Киру, и Сай почувствовал, что эрх щупает её. Хотел окликнуть, предупредить, но только беспомощно оглянулся на Максима, так и не решившись помешать.

— У тебя очень слабый ментальный потенциал, — заявил внезапно эрх.

— Мне хватает, — парировала Кира.

— Ладно, — продолжил тот. — Я сделаю, что смогу.

— В смысле? — переспросила Кира.

— За Эйру я говорить не стану, — Ревал наклонился, взял со стола стакан с каким-то крепким напитком и покрутил в своих узловатых пальцах. — Она неадекватная. Её, по-моему, вообще остановить нельзя. — он помолчал, оглянулся на Аснея и через полминуты — снова на Киру. — Но, если Асней не против, пускай живёт. Своё слово перед советом менторов я скажу в вашу пользу.

Едва покинув покои посла и оказавшись на улице, Кира повернулась к Саю и заключила его в объятья.

— Господи, какой же ты проблемный… — пробормотала она, прижимаясь к его щеке своей щекой.

— Перед тобой мне тоже извиниться? — тихо спросил Сай.

— Толку-то? По-моему, ты сделал бы всё точно так же ещё раз.

Сай промолчал и осторожно отстранился от неё. Они медленно двинулись по заснеженной аллее прочь от дома, и только у самого выхода из посольского парка Кира замедлила ход, приметив стройную фигуру в короткой пуховой куртке.

Мера вышла из тени и, не обращая внимания на соотечественников, остановилась в шаге напротив Сая.

— Асней тебя простил, — сказала она тихо и зло. — И Ревала уговорил. Как всегда. Но как по мне, тебя бы надо посадить. И я до последнего буду за то, чтобы тебе не дали убежища на Земле.

Она развернулась и пошла прочь.

Кира только вздохнула, глядя ей в след.

Остуженные этой последней встречей, все трое уже менее радостными вернулись на звездолёт. Каждый думал о своём, и Кира не знала, что в голове у остальных, а она пыталась понять, к чему приведёт возможное противостояние в СИЦ. У Киры были выше и допуск, и звание, но у Меры был влиятельный отец. И такая вражда не могла сыграть на руку ни ей, ни её планам.

Тем важнее представлялась теперь встреча с Никой. И поскольку за несколько дней пребывания на поверхности Эрхола никакой связи с Эйрой установить так и не удалось, Кира решила возвращаться на Землю для встречи с соотечественницей. Она как раз приводила про себя последние аргументы в пользу этого решения, когда услышала голос Сая совсем рядом:

— Кир, он тебе соврал.

— Что? — Кира подняла на лерона удивлённый взгляд.

— Посол. Он сказал, что ты очень слабый ментал. Но, по-моему, это был просто способ прекратить поединок, не доводя его до конца. У тебя очень большой потенциал, ты сильный эмпат. Только… у тебя как будто стоит какой-то блок. Не понимаю, откуда он мог взяться на планете, где менталов нет. Если ты хочешь… Я мог бы его снять.

— Нет, — резко перебила его Кира. — Не хочу.

Сай удивлённо смотрел на неё.

Кира прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Я знаю, о чём ты говоришь. Эмоции других людей… очень сильно действуют на меня. Я потратила много времени, чтобы избавиться от них. И ничего не хочу менять.

— Если ты хочешь взять эти возможности под контроль… Это делается не так. Совсем не обязательно отказываться от них целиком.

Кира отвернулась и потёрла виски.

— Я боюсь, — призналась она. — Не хочу это возвращать. Это слишком тяжело, слышать всё и не иметь возможности ничего поменять.

— Я могу научить слышать только то, что нужно тебе. — Сай едва заметно улыбнулся, наклонился к ней и в самое ухо прошептал. — Это довольно… вкусно… слышать твои эмоции, когда я ласкаю тебя.

Кира долго молчала.

— Я подумаю, — сказала она наконец. — Будет зависеть от того, какой у всей этой истории будет исход. Для нас обоих. Максик, — Кира повернулась к мужу, — поднимешь корабль? Летим домой.