Глава 28

Громов

Рука машинально скользит по простыне в поисках нежного влекущего тела. Та ещё тёплая. Но рядом никого нет. В памяти вихрем проносятся события этой ночи. Соня, секс, её стоны, кровь на простыне…

Тут же сажусь, широко распахнув глаза, и с облегчением выдыхаю.

– Пожалуй, я буду тебя привязывать.

София сидит на краю постели ко мне спиной. Правда, уже одетая. Но главное – она здесь.

Девушка поворачивает голову. Её губ касается лёгкая улыбка, а глаза остаются грустными.

Напрягаюсь.

– В чём дело?

Удручённо пожимает плечами, отворачивается. И произносит, тяжело сглотнув:

– Теперь ты меня уволишь?

Нет! Я действительно её отшлёпаю!

Хватаю девушку за плечи и притягиваю к себе. Ложусь обратно на подушку, накрываю нас обоих одеялом. Крепко прижав Соню к своему телу, беру за подбородок, вынуждаю повернуть голову и посмотреть на меня.

– Та-ак… А теперь по порядку. Откуда такие мысли, Сонь?

Она пытается отвести взгляд.

– Ты сам говорил, что не спишь с теми, кто на тебя работает.

О, да! Говорил. И это мой пунктик! Но то, что я чувствую и делаю с Софией, давно вышло за рамки моей прежней логики.

– Да, уволю, – говорю решительно и тут же покрываю поцелуями щёки и уголки её губ. Сбивчиво шепчу между поцелуями: – Но из постели своей не выпущу… Значит, будешь не секретаршей, а любовницей… Или девушкой… Будешь моей девушкой?

Когда тебе тридцатник, подобные вопросы звучат странно. Но учитывая то, что у меня никогда не было девушки… Ну вот прям ДЕВУШКИ – одной, постоянной. Той, которую водишь по ресторанам, подвозишь на машине, куда ей там нужно. Ждёшь её звонка и звонишь сам. Держишь за руку, гуляя с ней по городу. Выбираешь место для отпуска, исходя из её пожеланий… Походы в кино, секс на заднем сиденье машины, потому что не вытерпел до дома…

По отдельности вот это всё у меня, может, и было. Но не с одной.

Не даю Соне ответить. Припадаю к губам, нежно целую. Пока могу позволить себе только это… Наверняка она сейчас не выдержит ещё одного раунда секса со мной.

Оторвавшись от её губ, заглядываю в глаза. Вот теперь я жду ответа на свой вопрос.

– Я никогда не была ничьей девушкой, – произносит Соня неуверенно.

Кусает губы, явно нервничает. Но теперь хотя бы в глаза мне смотрит.

– А у меня никогда не было девушки. Я в этом вопросе девственен.

Усмехаюсь. Она тоже.

Физически чувствую, как падает градус её напряжения. Внезапно София сама кладёт руку на мой затылок и жадно впивается в губы.

Похоже, я смог её расшевелить!.. Такая Соня мне нравится ещё больше. Хотя и скромность её мне тоже нравится. Буду совсем не против, если иногда она будет вести себя как недотрога. А я буду вытаскивать её из этого стеснительного кокона и превращать в голодную дикую кошку.

Короче, меня уже куда-то уносит… Планов на Соню столько, что вряд ли хватит одной жизни. Даже как-то страшно немного.

Кладёт голову мне на плечо, и я глажу её по волосам.

– Давай ещё один блиц-опрос, ладно?

Снова напрягается.

– Не захочешь отвечать сейчас – я подожду, – сразу успокаиваю её.

– Хорошо, давай.

– Твой отец умер, так? – начинаю осторожно.

Мы уже говорили об её семье, но я уверен, что тогда очень многое из сказанного было ложью.

– Да, умер. Шесть лет назад, – отвечает она вроде бы довольно невозмутимо. Но когда продолжает, слышно, как дрожит её голос: – И мама вышла замуж за его друга и компаньона. Я думала, она любит моего отца… Но она так быстро его забыла! И стала совсем другой. Мама всегда на стороне отчима.

– Предположу, что это он решил тебя продать, – глухо произношу я.

Пульс тут же начинает зашкаливать.

Продать! Меня бомбит от этого слова!

Соня молча кивает.

– А этот твой отчим, он… – сбиваюсь. Делаю глубокий вдох, потом длинный выдох. – Он трогал тебя? Домогался? Принуждал к чему-то?

Вновь качает головой, но я почему-то ей не верю. Взяв Соню за подбородок, вынуждаю вновь посмотреть на меня. Медовые глаза смотрят печально, но искренне.

– Правда не трогал. Но он не был хорошим отчимом для меня. И я не хочу это обсуждать, мне очень неприятно, – сбивчиво говорит она.

Всё, я понял!

– Прости, больше вообще эту тему не затрону, – отпускаю подбородок, сжимаю щёки, прижимаюсь к губам. Оторвавшись от губ, целую в кончик носа и встаю с кровати. – Я такой голодный, Сонь, что боюсь, что наброшусь сейчас на тебя.

– Я приготовила завтрак, – тихо отвечает девушка, не сводя взгляда с моего члена.

Будет так смотреть – и я точно позавтракаю ею.

– Окей, схожу в душ, если ты не против, – говорю бодрым голосом.

Не хочу, чтобы ей было паршиво от разговоров со мной. Со мной она должна быть счастлива. Её глаза должны улыбаться, а не грустить. Эта девушка и так слишком много страдала…

Пока она выбирается из-под одеяла, напяливаю шорты. Чтобы не смущать её. Подаю Соне руки, вытягиваю из кровати, ставлю на ноги. И, не выдержав, всё-таки выпаливаю:

– Мы могли бы принять душ вместе!

Улыбаюсь. Вроде как шучу. Но нет, какие уж там шутки. Стояком можно стены прошибать. Одного раза мне чертовски мало!

– Я подумаю, – её щёки заливаются густым румянцем.

Вновь жадно целую девушку. Запустив пальцы в волосы на затылке, яростно сжимаю их в кулаке.

Тормози, Гром… Не так интенсивно. Она слишком хрупкая.

– Думай, – выдыхаю я. – Придёшь – с меня массаж. Не придёшь – с тебя.

Соня краснеет ещё больше. Отступаю и иду к ванной.

– Паша, – вдруг говорит она виноватым голосом. – Я тебя обманула.

Теперь напрягаюсь я, хотя и не показываю этого.

– Ты спрашивал про домашних животных. У меня был кот.

Чёрт… Тоже мне ложь.

– Эту ложь я могу пережить. Просто давай теперь по-честному. Прямо с этой минуты. Договорились?

Кивает. Кусая губы, выходит из спальни. Похоже, массаж с неё. Она не придёт.

Встаю под душ и вмазываю кулаком по стене, позволяя себе хоть немного выплеснуть ярость.

Меня по-прежнему бомбит даже от мысли об её семье. Всё, что мне нужно знать о них, я выясню сам. Зачем? Пока не решил. Возможно, заплачу её отчиму, чтобы он оставил Соню в покое. Хотел её продать – пусть продаёт мне! Никакой Парфёнов не будет больше преследовать её!

***

Соня суетливо накрывает на стол. Подогрела сырники в микроволновке, почистила яйца, сварила кофе… Даже какую-то кашу заварила, типа быстрого приготовления. Не уверен, что я ем что-то подобное, но отказываться и расстраивать её не хочется.

Опускаюсь на стул. Перехватываю руку девушки, когда она ставит передо мной чашку с кофе.

– Хочешь меня закормить? Боишься всё-таки, что я на тебя наброшусь? – шепчу в ухо, усадив Соню к себе на колени.

– Ты же сказал, что хочешь есть.

Она замирает в моих руках и начинает дышать прерывисто. Вжимаюсь в её спину грудью. Не вижу её лица, поэтому, нежно прихватив за подбородок, вынуждаю повернуть немного голову. Целую в уголок рта.

– Почему не пришла в душ? Тебе больно? Скажи, если тебе нужно время… Я в этих вопросах не слишком разбираюсь.

Честно сказать – вообще не понимаю, сколько нужно ждать после первого раза. У меня всегда были девушки с опытом.

Соня смотрит на меня довольно игривым взглядом. Уголок её губ, тот самый, который я секунду назад поцеловал, дёргается в улыбке.

– Ты выглядишь довольно мило, когда растерян, – произносит она, немного смущаясь.

– Нравлюсь, да? – я расплываюсь в улыбке.

Хочется начать мурлыкать от того, что творится сейчас в моём сердце.

Соня кивает, я это хорошо вижу.

О да, нравлюсь!

Слезает с моих колен, подходит к плите, варит ещё одну порцию кофе. Наворачивая сырники, не выпускаю её из вида. И даже чёртову кашу, в которой, уверен, дохрена всяких добавок, тоже наворачиваю без лишних сомнений.

Соня садится напротив, ставит чашку с кофе и коробку с эклерами.

– Это мой завтрак, если ты не против, – говорит с миленькой невинной улыбочкой.

Я готов надуть губы, изображая обиду.

– Это же пытка, малышка! – возмущаюсь. – Я тоже должен получить сладкое!

Она подталкивает коробку ко мне, предварительно взяв один эклер. Пихаю обратно.

– Нет! Это сладкое я не хочу. Ты слаще!

Краснеет. Чёрт, она даже краснеет сексуально!

– Всё, Паша, ешь… Хватит меня смущать, – поспешно отворачивается, пряча улыбку.

Наслаждается эклером, разглядывая холодильник. А я продолжаю есть кашу, не отрывая взгляда от её профиля.

Нужно бы включить наши телефоны, заняться делами. На сегодня запланирована поездка в офис. Вечером – спортзал. Соню возьму с собой, пусть поплавает в бассейне. Но прямо сейчас мне совсем не хочется, чтобы стрелки часов сдвигались хоть на миллиметр. Хочу остановить время и побыть с Соней наедине без всяких вторжений извне в наш безмятежный мирок.

– Точно не будешь? – говорит она, принимаясь за второй эклер.

– Я точно буду тебя, – отвечаю уверенно. – Скажи только, когда будешь готова.

И вновь вгоняю её в краску. Член отзывается болезненным спазмом.

Собрав пустые тарелки со стола, отношу их в раковину. Соня тут же подрывается.

– Я сама помою!

Взяв девушку за руку, отвожу обратно к столу, насильно усаживаю на стул.

– Раньше я как-то сам мыл посуду и прекрасно с этим справлялся, – говорю с улыбкой.

Возвращаюсь к раковине, включаю воду, намыливаю губку.

– Мыл? – доносится удивлённый вопрос Сони.

– Конечно. Или ты заметила здесь домработницу? Нет, она есть, конечно. Приходит раз в неделю. По субботам.

– И в эту субботу тоже придёт?

– Да.

– Но я могла бы сама убраться, – внезапно протестует Соня. – Мне совсем не сложно.

– У меня для тебя много других важных дел, – слово «важных» подчёркиваю голосом, вкладывая в него сексуальный подтекст. И вновь повторяю: – Ты, главное, скажи, когда сможешь к ним приступить.

Домываю посуду, вытираю руки полотенцем. Развернувшись, натыкаюсь на медовые глаза. Соня подошла очень близко. И делает ещё один шаг, вставая ещё ближе. Её грудь касается моей, руки робко ложатся на плечи. А я просто жду, что будет дальше. Не хочу давить…

– Я хорошо себя чувствую, Паша, – тихо произносит она и опускает смущённый взгляд, пряча его под ресницами.

И эти слова моментально срывают мои тормоза, которые я так старательно удерживал всё утро. Схватив девушку за затылок, впечатываю её лицо в своё. Губы в губы. Властно и глубоко проникаю в рот языком. Оттесняю Соню к столу и рывком на него усаживаю. Стягиваю домашние шортики с трусиками, развожу стройные ножки в сторону и пристраиваюсь между ними. Разорвав поцелуй, одним махом сдираю с неё майку и бюстгальтер.

Чёртову рубашку и брюки, которые надел специально в надежде, что это убережёт меня от лишних вольностей, я тоже быстро срываю. И бельё.

Теперь мы оба абсолютно голые.

Член прижимается к её лону. Я чувствую жар и влагу. Соня готова.

Укладываю её на стол спиной. Покрываю поцелуями живот. Вылизываю острые соски и прикусываю их по очереди.

София стонет, в блаженстве закатив глаза. Извивается подо мной. Придерживая её за бёдра, притягиваю ближе и осторожно насаживаю на себя.

Её стенки пульсируют, сжимая мой член и принося такое наслаждение, какое я вряд ли когда-либо вообще испытывал.

Я ни с кем никогда не занимался сексом без резинки. Только с ней. И это новое открытие сносит мне крышу.

Врываюсь в Соню до самого основания, и она вскрикивает. Я замираю. Она вновь начинает нетерпеливо ёрзать. И тогда я начинаю ритмично двигаться, то наращивая темп, то сбавляя обороты.

Заставляю Соню открыть глаза и удерживаю её взгляд до тех пор, пока она не взрывается оргазмом. Но сегодня мне этого мало. Хочу показать ей новые грани удовольствия.

Выхожу из неё, переворачиваю на живот. Соня упирается ладонями в стол. Глажу её аппетитную аккуратную попку. А потом, не давая ей опомниться, вхожу в неё сзади. Теперь она ощущает меня глубже, острее. Я тоже это чувствую.

– Ах… Па-ша… – стонет она.

Вновь наращиваю темп. Пот струится по спине. Грудью ложусь на Соню. Обхватив за горло, вынуждаю повернуть голову и впиваюсь в губы.

– Да!.. Да!.. – стонет она мне в рот, когда я превращаюсь в отбойный молоток.

Вашу мать… Сейчас я взорвусь, это точно. И чёртова резинка была бы кстати, ведь я хочу кончить в Соню. Позже мы будем прибегать к противозачаточным, а сейчас…

Она дрожит, извивается. Подсунув руку под неё, помогаю ей кончить, надавливая на клитор. Соня взрывается, я следом. Предварительно всё же успев выйти из неё.

Вашу мать…

Уткнувшись в волосы на её затылке, тяжело дышу. Член, зажатый между нами, бешено пульсирует, извергаясь семенем.

Я хочу ещё…