Глава 33
София
Паша выходит из ванной и тут же покидает спальню. Шаги на лестнице… Долгая тишина. А потом рёв геленвагена. Видимо, Гром стартанул довольно резко.
Буквально всем телом чувствую, что над нами сгущаются тучи. Это чувство возникло не прямо сейчас, нет… Оно назревало подспудно где-то внутри с того дня, как мы вернулись из поездки в мой родной город. А теперь прорвалось наружу.
Я старалась не обращать на него внимания, закрывала глаза на то, что Паша многое от меня скрывает. А сейчас чувствую, что случилось что-то действительно страшное.
Откинув одеяло, вылезаю из постели. Игнорирую усталость и ломоту в теле. Не смогу сейчас спать. Мозг всё равно не отключится.
Принимаю душ, чтобы немного взбодриться. Спускаюсь вниз, варю себе кофе. Сажусь за стол и просто пялюсь в телефон, положив его перед носом.
Проходит час, потом второй…
Паша сказал, что скоро вернётся, но его всё ещё нет. Паника сжимает горло. Чтобы справиться с ней, начинаю возиться с тестом для низкокалорийных булочек… Когда достаю булочки из духовки, часы показывают девять утра.
Телефон по-прежнему молчит…
Выхожу во двор уже со второй чашкой кофе. Бездумно брожу по саду. Точнее, это мог бы быть сад, но Павел почти всё закатал в бетон. Здесь есть турник и боксёрская груша под навесом. Беседка. Мангальня, выложенная красным кирпичом, которая выглядит так, словно ею ни разу не пользовались.
Сажусь в беседке и начинаю фантазировать о том, что было бы неплохо поставить несколько больших вазонов с цветами. Например, с ампельными петуниями или розочками.
Господи… Мне плохо! Реально плохо! И я в шаге от того, чтобы позвонить Паше самостоятельно.
С мольбой смотрю на телефон. И словно кто-то слышит мою немую молитву, потому что телефон оживает. Нервно нажимаю на кнопку, принимая вызов.
– Соня, я немного задерживаюсь, – говорит Паша бодрым голосом.
– Ты в порядке? Где ты? Что происходит? – засыпаю его вопросами.
– Приеду – расскажу. Не переживай малышка, рабочие моменты.
Он всегда так говорит. Словно хочет отгородить меня от чего-то. Но лучше я буду в теме, чем вот так умирать от неведения.
– Паша…
Не успеваю продолжить, потому что на заднем фоне вдруг раздаётся чей-то чужой голос:
– Павел Алексеевич, пойдёмте. Телефон придётся пока сдать.
Господи… Что?
– Паш?..
– Всё, Соня, я позвоню позже, – теперь в его голосе отчётливо слышится напряжение, которое он до этого прятал.
– Паша, что я могу сделать? Как тебе помочь? Кому позвонить?
Но ответов я не получаю, потому что вызов тут же скидывают.
Меня начинает буквально трясти. Я совершенно не готова к такой ситуации…
Хожу по гостиной из угла в угол, потеряв счёт времени. Лишь нечастые звонки на рабочий телефон, требующие внимания к каким-то текущим делам Громова, отвлекают меня от паники. И я просто выполняю функцию секретарши, потому что ничего больше не могу сделать.
Он ведь вернётся, да? Сейчас машина заедет в гараж, и Паша появится в гостиной. Как всегда, самоуверенный и невероятно красивый…
Но его нет. Ни через час, ни через три.
Поднимаюсь в спальню, нахожу свой старый телефон. Долго жду, когда он загрузится. Мне нужно позвонить матери. Я не звонила ей с тех пор, как попала в этот дом. А раньше звонила каждую неделю. Правда, разговаривала не дольше минуты, убедив себя, что за это время никто не сможет вычислить моё местонахождение. Наверняка эта информация появилась у меня в голове из каких-то шпионских фильмов… Сегодня я тоже не планирую говорить с ней дольше. Но интуитивно чувствую, что обязательно должна позвонить.
Положив рядом новый телефон, открываю на нём таймер. На старом нахожу мамин номер и нажимаю на дозвон. Она отвечает после пары гудков, и я врубаю таймер.
– Соня! Господи, я уже надежду потеряла…
– Как ты? – перебиваю её холодным тоном.
– А как я, по-твоему?! – возмущённо. – Сначала ты сбежала, потом перестала выходить на связь…
– Мам, мы это обсуждали уже. Просто скажи, в порядке ли ты.
– А я не в порядке! И не знаю, буду ли когда-нибудь… – протягивает она жалобным голосом.
Двадцать секунд…
– Мам…
– Когда мы увидимся? Я очень соскучилась!
– Не знаю…
В такие моменты мне хочется плакать. Потому что она всё же моя мать.
– Ведь мы с Игорем хотели как лучше… Чтобы ты ни в чём не нуждалась… – начинает она оправдываться.
– Мама, лучше – это когда по любви. Ты хотя бы понимаешь, что это такое?
Теперь я снова на неё злюсь. Мать вообще хоть немного любила моего отца?
– Любовь… – говорит она задумчиво. – Любовь – это чувство, над которым надо работать.
Похоже, она снова под градусом.
Пятьдесят секунд… Пора закругляться.
– Мам, я позвонила узнать, всё ли у тебя нормально. Через неделю снова позвоню. Постараюсь.
– Подожди, Соня! Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное! – начинает тараторить она. И понижает голос до едва различимого шёпота: – Где бы ты сейчас ни была – тебе надо бежать. И не вздумай возвращаться домой.
Что она несёт?.. Куда бежать? А домой я и не собираюсь.
– Мне пора.
– Там такая каша заварилась, Сонечка! Тебе надо бежать! Особенно, от того человека, который сейчас с тобой рядом. Этот Павел Громов просто продаст тебя Парфёнову. А мы с Игорем не сможем помочь. Увы, уже нет.
Минута и пять секунд… Но я не вешаю трубку. Ошарашенно открыв рот, не могу произнести ни слова.
– Он ведь его посадит, Соня! И глазом не моргнёт, – продолжает мама.
О ком она? Кого посадят? При чём здесь Паша?
– Мам… – с трудом сглотнув, останавливаю её. – Что ты несёшь? При чём здесь Громов?
– Игорь недавно обмолвился, что ты у него, у Громова. Теперь Виктор Харитонович тоже это знает. Он либо просто заберёт тебя, либо…
– Что «либо»?! – голос срывается на крик.
– Либо этот Громов сам тебя отдаст в обмен на свою свободу, – заканчивает она всё тем же шёпотом.
Господи…
– Я не верю… Мама, ты что-то перепутала! Ты ошибаешься!
– Я говорю только то, о чём слышала, дочка. И я очень хочу помочь. Виновата перед тобой… Боже, как же я виновата. Так подставила свою единственную дочь… Тебе надо бежать, Соня! И домой тебе нельзя. Ты сможешь вернуться, когда буря уляжется. У тебя есть деньги? Нужно придумать, как тебе их отправить. Может, на банковскую карту? Я могу прямо сейчас перевести немного…
Сбрасываю вызов и вырубаю телефон. На автомате убираю его в свой старый рюкзак. И сползаю по стене на пол, закрыв лицо ладонями…
Боль и страх, которые я сейчас испытываю, невозможно сравнить с тем, что я чувствовала из-за преследования Парфёнова и предательства моей бесчувственной семьи.
Больше всего на свете я не хочу, чтобы пострадал Паша. Из-за меня.
Рабочий телефон, оставленный на кровати, начинает надрываться. Я быстро поднимаюсь в надежде, что там Паша. Но это не он… Вяло общаюсь с новыми поставщиками клуба. Едва заканчиваю разговор, как телефон вновь трезвонит. На этот раз неизвестный номер.
– Добрый день. Секретарь Павла Громова, – произношу дежурную фразу.
– День добрый. Отдел Федеральной Службы Безопасности. Скворцова, – представляется женщина на том конце провода.
У меня начинают дрожать колени.
– Павлу Алексеевичу Громову была направлена повестка о явке в отдел. Вам известно, где он сейчас?
– Здесь его сейчас нет, – с трудом выдавливаю я. – Но я передам ему информацию.
– Передайте, что он не имеет права игнорировать повестку, так как у него есть важные сведения о гражданке Кожевниковой.
Сглатываю. Моя настоящая фамилия. Похоже, мой новый паспорт можно выбросить.
– Передам, – с трудом выдыхаю.
Женщина говорит что-то ещё, но я не разбираю ни слова. Наконец она отключается. А я…
Я начинаю метаться по комнате. Переодеваюсь в свои старые вещи, заматываю волосы в пучок. Собрав косметичку, кидаю её в рюкзак. Рабочий телефон оставляю на тумбочке.
Подхватив рюкзачок, почти выхожу из комнаты, но, засомневавшись, всё же возвращаюсь к тумбочке. Открыв в телефоне блокнот, быстро набираю текст.
«Не ищи меня. Надеюсь, у тебя всё будет хорошо. Спасибо за всё».
Перечитываю. Мне хочется всё это удалить и заодно обнулить себе память. Потому что когда я уйду, ничего хорошего у меня уже точно не будет. Но оставаться я просто не могу…
Я должна помочь Паше избавиться от Парфёнова. Должна помочь ему сохранить свободу, бизнес. И не должна попасть в полицию… Поддельный паспорт, кража из сейфа отчима… Наверняка это Игорь заявил на меня. И теперь он может шантажировать меня и вынудить выйти замуж.
Блокнот оставляю открытым. Паша увидит моё послание, когда включит экран.
Спускаюсь вниз и решительно выхожу из дома.
Просто не думать… Это всё, что мне сейчас нужно!