41

Остаток дня прошел довольно спокойно и без особых приключений. Мы бродили по Ормацу, Хаотик время от времени бухтел себе под нос, что местная власть тут потырила и там разворовала, хотя, на мой взгляд, город выглядел прилично. Ну да, местами обшарпанно, местами неухоженно, но самое важное и главное — оборонительные укрепления — все в работоспособном состоянии.

Хотелось бы сказать, что самое интересное началось по возвращению в номер трактира, но Дерек был настоящим аристократом, а потому замотал меня в одеяло, как младенца, и заявил, что если я хоть на пол-ладони перекачусь на его половину, он за себя не отвечает.

Пришлось обиженно сопеть, пока не уснула!

Решив, что я все еще немного дуюсь на Хаотика, утром я изображала принцессу. Впрочем, поскольку я ею и была, подозреваю, разницы он не уловил.

А вот в гильдии нас ждало максимальное веселье.

Я думала, у нас с Томаком будет камерное общение, но глава гильдии возжелал не разговоры о теории разговаривать, а прям помагичить по-взрослому. То есть чтоб я ему практику продемонстрировала. А для этого остро требовалось пространство! В итоге мы обосновались на небольшом гильдейском полигоне, куда моментально набился скучающий народ.

— Это дуэль? — спрашивали одни маги.

— В гильдию теперь принимают по экзамену? — предполагали другие.

— Это аккредитация! — уверенно заявляли третьи.

— Это полный финиш, — мрачно заявила я, наблюдая за все нарастающей толпой.

— Стесняешься? — флегматично поинтересовался Хаотик.

— Нет… — мрачно ответила я.

— Волнуешься? — покосился на меня Дерек.

Вместо ответа я лишь закатила глаза.

— А что тогда? — с любопытством спросил он.

— Просто не люблю, когда мужчины смотрят на меня, как на кусок мяса, — поморщилась в ответ.

Хаотик хмыкнул:

— Ну, он сам виноват…

Я выразительно приподняла бровь, и мужчина пояснил:

— Ты сегодня не только прилюдно его ткнешь носом в песок, но и заполучишь технологию порталов. А потом ему сверху придет высочайшее указание бросить гильдию и отправиться работать на благо родного королевства.

— Нет, ну с этой точки зрения, конечно, мужику не позавидовать… — протянула я в ответ.

В этот момент Томак изволил выйти на полигон, вызвав одобрительные восклицания от гильдейцев.

Я отлепилась от ограждения, через которое болтала с Хаотиком, и сделала пару шагов в сторону мужчины, чем вызвала еще больший ажиотаж зевак. Глава гильдии поднял руку, призывая к тишине, которая, надо сказать, установилась не так чтобы сразу. Томаку пришлось шикнуть пару раз на присутствующих, чтобы все, наконец, угомонились.

— Не ожидал, что наш скромный спор вызовет столь бурную реакцию, — хмыкнул глава гильдии. — Но, надеюсь, вы не против нескольких зрителей?

«Несколькие» зрители уже активно штурмовали ограждение, пытаясь рассмотреть происходящее получше. Сам полигон действительно был небольшим, где-то шагов десять на десять. Если здесь и происходили какие-то дуэли или практические занятия, то наверняка травматичные — места-то явно не хватало.

Впрочем, это меня волновало мало.

Во-первых, если Томак захочет со мной действительно помахаться, его ждет неприятный сюрприз от меня лично. А во-вторых, от Хаотика бонусом — тот явно не будет праздно наблюдать, пока его невесту пытается обидеть какой-то неприятный тип.

— Так даже веселее, — вежливо улыбнулась я.

Томак хмыкнул и продолжил толкать речь:

— Должен пояснить, что эта юная особа вознамерилась приобрести одну из моих разработок… Сущая безделица, в самом деле, и я с удовольствием ей ее отдам, если она докажет, что что-нибудь понимает в магии.

Пока Томак вещал, я задумчиво его рассматривала. И что-то все-таки в этом человеке меня царапало. Сначала я думала, что это его двусмысленные улыбочки и сальные взгляды, но чем больше я на него смотрела, тем больше сомневалась.

А тот с помощью подмастерий уже вынес на полигон самый обыкновенный деревянный стол, застелил его белой-пребелой скатертью и выложил на нее три предмета.

— Маргарет, — явно смакуя мое имя, позвал Томак, — будь любезна, посмотри эти артефакты и скажи, что ты о них думаешь.

Гильдейцы гаденько так захихикали, что сразу стало ясно — это какой-то местный обычай, которым явно терзали неофитов.

Пришлось подойти к столу и посмотреть, как же за мой счет хотят развлечься местные гильдейцы.

— Ну, при ближайшем рассмотрении, могу сказать лишь два факта: первый — это артефакты освещения. И второй — скатерть бы постирать не мешало.

Публика задорно хохотнула, а Томак чуть обиженно поджал губы, а затем высокомерно спросил:

— И все?

— Зависит от того, что я могу с ними делать, — пожала плечами в ответ.

— Продиагностировать, — снисходительно заявил Томак.

Клянусь, я ну очень удержалась, чтобы не закатить глаза!

Но, надо сказать, всем этим шоу гильдеец заранее поставил себя в неудобную позицию. Потому что когда я пройду все его, так сказать, испытания, отказать в передаче технологии он не сможет.

Слишком много свидетелей.

Понятное дело, что он не рассчитывал на мою гениальность, но все равно как-то это выглядело не очень умно. Надо же иметь запасной план на всякий случай!

Предлагаемые Томаком артефакты были из самых простеньких. Такие обычно используют в муниципальных зданиях или местах, где не требовалось хорошее освещение, типа кладовых.

Я взяла в руки их все по очереди и покрутила. Внешне они были абсолютно одинаковые — сферы из дешевого стекла размером чуть побольше моего кулака, внутри которых чуть мерцал магический заряд.

А вот по функционалу они отличались — один мгновенно нагревался так сильно, что можно яичницу жарить, второй периодически гас и снова самостоятельно загорался, словно пытался отправить какое-то тайное послание, и третий, как ни странно, работал нормально.

Артефактика вообще ни разу не была моим профилем. Ни в одной из жизней я не занималась изготовлением магических предметов профессионально. Хотя, казалось бы, работенка непыльная — сиди себе, колупай магические цепочки.

Но душа, так сказать, не лежала к процессу. Слишком он мне казался занудным. В основном потому, что требовал больше уединения, чем мне хотелось. Хоть я с каждой жизнью все меньше и меньше помнила свое детство, память о том, как аристократы тщательнейшим образом следят за кругом общения своих дочерей, засела на подкорке крепко.

К несчастью Томака, странствуя с бродячими артистами, бытовые магические вопросы решать приходилось мне. И вот именно с такими светильниками я намаялась от души! Все запчасти этих артефактов знала и любимые больные места.

— Два из трех не работают, — произнесла я, подняв взгляд на Томака.

Гильдейцы заржали. Ну еще бы, хорошенькая девчуля констатирует очевидные факты, что может быть смешнее?

— Может, даже знаешь почему? — ехидно поинтересовался Томак.

— Ну, «почему» — сложно сказать, — пожала я плечами в ответ, и прежде чем мужчина завопил «Ага, я так и знал!», продолжила? — а «что» тут не работает, сказать могу.

— М-да? — с явным сомнением отозвался Томак. — И что же?

— Плохое стекло, — произнесла я, внимательно смотря в глаза Томаку. — В тех экземплярах, где сфера имеет асимметрию или просто неоднородный материал.

На полигоне повисла многозначительная пауза. Ну да, конечно. Традиционно у артефактов всегда ищут причины в самой магии — контуры там, сила, используемое заклинание. Предметы артефакторики чисто статистически в значительной степени реже являются проблемой, чем все остальное.

И это надо щупать руками, чтобы знать наверняка. А хорошенькая девчушка, недавно выпорхнувшая из-под крыла родителей, о таких тонкостях не должна быть осведомлена.

Тоже чисто статистически.

Томак кашлянул, стараясь скрыть неловкость, и спросил:

— Допустим… А вот как ты считаешь, что хуже: когда артефакт время от времени гаснет или когда вообще не работает?

О, а вот это вообще общая теория магии, первый курс. Три раза слушала, сама могла бы почитать лекции на аудиторию.

— По правилу Нусата «время от времени работает» хуже, чем «не работает». И, предвосхищая твой вопрос, — нестабильный результат создает обманчивое ощущение контроля над магией, что, в свою очередь, может быть опасно.

Тишина на полигоне продолжалась, и теперь Томак смотрел на меня скорее задумчиво, чем снисходительно.

Задумчиво и как-то еще — то ли оценивающе, то ли просто внимательно.

— Допустим… — протянул он, продолжая рассматривать меня. — И, раз уж ты в этом немножко разбираешься, может, сможешь починить этот артефакт?

Он не указал, а взял со стола тот, то зверски нагревался, и кинул мне. И пока маленькая сфера летела через стол в рефлекторно подставленные мной ладони, до меня, наконец, дошло, что же меня смущало в Томаке все это время.

Вчера он смотрел на меня как на прелестную девчушку, а сегодня уже нет.

Вчера он хотел просто поразвлечься за мой счет, а сегодня согнал толпу.

И если вчера он еще не знал, кто перед ним, то сегодня уже явно был в курсе.

А еще артефакт, что я только что поймала в ладони, горячим не был, хотя должен был.

И значило это только одно — Томак ловко подменил осветительную сферу, на что-то поинтереснее. И у меня было не так много вариантов, что это могло быть.