Глава 26

Диана Эрскин

Когда я посмотрела на него своими расширенными глазами под солнечным светом, проникавшим через огромное окно, он сменился в лице.

— Почему ты мне не сказал?

Мой голос был низким и хриплым, почти шепот на легком ветерке, однако Карлос молчал.

— Ты знал, что грядет, но намеренно приказал его сжечь.

На самом деле я больше ни о чем не могла думать, кроме этого. Неприятное ощущение, словно тебя предали, растекалось по всему телу и меня в какой-то момент замутило. Казалось, что больше ничего не имело значение, кроме этого.

Очередной обман и очередное предательство.

Я ещё раз взглянула на мятый пергамент в своей руке.

Письмо прислала Эйрин.

К моему удивлению, на нем ещё оставалась сломанная печать четы Фредерик, что по всей видимости помогла отослать его ко мне. Однако волновало больше не это, а адресат.

Дарсийка у которой отношения с Дианой никак не складывались. Девушка, у которой можно сказать увели истинного мужчину её жизни, и эта особа просила… Нет, молила о спасении. А самым занимательным оставалось то, что даже будь это единственной причиной я бы всё равно помогла ей.

Однажды она закрыла меня собой и дабы моя совесть была чиста я обязана вернуть долг.

Все, что я делала в своей прошлой жизни, и всё, что я делала в этой, всё промелькнуло у меня перед глазами, как фильм, застрявший на повторе в моей голове.

— Да как ты можешь… Тебе самому не противно?!

— Послушай...

Он выглядел уставшим и раздраженным, но меня было уже не остановить.

— И ведь доверяла, но ты!.. — просипела я, сдерживая поток эмоций и наворачивающуюся влагу под ресницами. — Я была заперта внутри себя в течение долгого времени, и именно ты об этом узнал! Я никогда по-настоящему не была собой и только.... — наполнив легкие и набравшись сил чтобы не расплакаться я устремила опустевший взгляд к нему. — Я даже решила, что могу верить тебе, но и тут я облажалась.

Ощущая себя полностью опустошенной у меня, не осталось сил просто говорить. В голове всплывали картинки прошлого, когда Тим умирал на моих руках. Лица Билла и отца, а также Ноа.

Я устала терять. Устала бояться смерти. Если я не вернусь как можно скорее, то все мои планы и все силы будут бессмысленными. Мало того вина будет на мне.

Эйрин предупредила о королеве, но этого недостаточно. Я осознаю весь риск данной ситуации, но сделать ничего не могу.

Безумно больно осознавать, что с моей инициативы все подвергают себя смертельной опасности, а Карлос, зная об этом, ничего мне не сказал. Однако даже всё это не причиняло мне такой боли, как очередная выходка этого эгоиста.

— Устала находиться в ситуации, когда меня все ненавидят. — я скомкала письмо ещё раз. — Меня уже тошнит от этого.

— Диана...

Голос звучал виновато, вот только я больше не хотела верить ему.

— Я всегда думала, что лгунья здесь я, но даже мне не хватило бы наглости поступить столь мерзким образом со своим-то эгоизмом. Теперь я могу ничего. — настроение хуже некуда, но я заставила себя улыбнуться. — Теперь я всю жизнь буду винить себя ведь ничего не сделала... Доволен? Ты же так этого желал! Я подвела тех, кто рассчитывает на меня всё из-за тебя!

— Это не проблема. Я помогу тебе. — слишком спокойно.

— Получается, до этого ты просто со мной играл? Хах! Как же я рада, что не повелась…

— Вовсе нет!

Я взглянула на взъерепененного Карлоса.

Он был как на иголках пусть и скрывался за серьезностью, но лучше я себя от этого не почувствовала.

— Нет. Достаточно, уже наелась. Вот к чему приводит опрометчивость и излишняя самоуверенность... Только к бессмысленным смертям и поломанным судьбам.

Мужчина неспеша приблизился ко мне став напротив и присел на край стола.

— Я тебе нужен, так что просто используй меня.

Немыслимо… он готов на любую подлость, лишь бы остаться в «дамках».

— Нет никого, кто смог бы заменить меня.

Я возмутилась его умиротворенному высокомерию.

— Чрезмерная самоуверенность тебя однажды погубит. Ты так же заменим, как и я!

Слегка приподняв брови, он спросил: — И кого же ты собираешься использовать, если не меня?

— Дайка подумать. — наигранно приложила палец к губам. — Мм… Да кто угодно подойдёт, например: какой-нибудь семидесятилетний мужик с возможностями, кто-то перспективный или просто неприлично богатый; любой кто способен безотлагательно сделать то, что требуется. Я достаточно привлекательна, особенно на роль невесты, ну, или на крайний случай — любовницы.

На мой ответ он лишь криво ухмыльнулся.

— Кто угодно, говоришь... Не думаю, что такой найдётся. Тебе не удастся с ним даже поздороваться. Знаешь же, что не позволю. Да и времени у тебя нет, так что я твой единственный вариант. — на его лице заиграла шутливая улыбка. — Я самый важный человек… Попытайся соблазнить меня.

Чуть сдержалась от нужны треснуть по его физиономии чем-нибудь увесистым.

— Даже сейчас ты не изменяешь своему эгоизму и высокомерию. — с искаженной улыбкой ответила я и опустила взгляд к письму Эйрин.

По моим примерным подсчетам до «переворота» оставалось всего несколько недель. Отправить письмо — не вариант. Оно не дойдет до адресата, слишком долго, да и шанс перехвата слишком велик.

Единственный вариант всё исправить это отправляться сию же минуту в надежде, что Ингрид захочет растянуть удовольствие и не убьет Ноа и маркиза. Она определенно захочет устроить показательное представление для аристократии.

Я признаю, что Карлос — тот, кто мне нужен сейчас. Возможно, он действительно самый важный человек для меня. Так что я должна ценить то, что могу получить, если договорюсь с ним, но несмотря на это моей первой мыслью было желание бунтовать.

Он тихо замурлыкал, небрежно бормоча жуткие слова.

— Ты умная женщина, так что, наверное, уже поняла, что я готов использовать любой метод чтобы получить желаемое.

— Если бы не Повелитель, ты бы упустил этот шанс, не принимая в расчет то, чем бы всё могло закончиться.

В отличие от мягкого тона, выражение его глаз слишком свирепым, что невозможно было отвести взгляда. Они будто говорили мне, что он действительно хочет взять меня прямо здесь и сейчас.

— Постарайся как следует и исправь положение, в котором благодаря твоим стараниям я оказалась. Быть может, я снова взгляну на твою физиономию.

Пусть мне хочется его ударить, но стоя перед этим властным взглядом, всё тело начинает бить дрожь.

— Не стоит стесняться. С этого момента я возьму на себя все заботы, а ты просто наблюдай.

— Я не стесняюсь, мне просто противно. Ты хуже, чем я думала. — выплюнула я и закатила глаза.

Честно говоря, глядя не него, я задыхалась. Потому что я была ужасной и эгоистичной женщиной.

Оставались проблемы, с которыми мне приходилось иметь дело и прибегать к вот таким поспешным решениям, так как отступать назад было не куда, а находиться на месте, не имея возможности двигаться было в сотни раз хуже.

— Ты знаешь, Карлос, я женщина, которая заслуживает ненависти и презрения. Я уверена, что попаду в Ад, как только придет мое время. В моей жизни у меня есть что-то, за что я хочу держаться, и я хочу это защитить.

Я лишь несчастная душа, которой приходиться использовать Карлоса и его чувства как гарант безопасности своей жизни и попытаться спасти жизни тех, кто мне искренне стал дорог.

Я полна решимости закончить всё раз и навсегда.

***

Утром очередного дня Карлос заметно не выспавшийся навестил меня за завтраком.

— Три дня. Через три дня.

Я аж подобралась.

— Во видишь. Можешь если захочешь.

Вчера мы ещё долго обсуждали, а точнее спорили по поводу моего участия в походе.

Конечно же он хотел меня запереть в этом дворце, но я не далась ему от слова совсем! Пришлось даже угрожать. Но стоило ему услышать, что я перееду жить сюда с Ноа, как вариант моего пребывания в Каросе тут же испарился, а обещанное недельное ожидание сократилось до трех дней.

— Наш путь не лежит через море, поэтому он чуть короче. По моим примерным подсчетам мы сможем достичь границ с Акросом через четыре недели, если не заблудимся в пустыни. Поэтому тебе стоит подготовиться; армия, кстати, сегодня отплывает к ближайшим берегам Дарсии. Ты наверняка что-то задумала? Выглядишь более напряженной и задумчивой.

— Да. Нужно отправить гонца в Дарсию. Возможно, они захотят спасти свою дочь… Погоди что? Что там с армией?

— Три недели назад я выслал войско. Надеялся решить всё тихо.

— Зачем? — недоумевала я.

Он отвернулся к окну и как-то бесстрастно ответил: — Для тебя же это важно. Эти людишки именуемые себя «аристократами», что смеют смотреть на тебя свысока и те озлобленные люди, живущие на столь богатых землях… — прикрыв шторой солнечные лучи, что слепили меня, он продолжил говорить: — Готовился сделать всё тихо, лишь бы ты не учувствовала в этом.

У меня оставалась масса вопросов и претензий, однако решила отложить их на другое время.

— Но эта не твоя война Карлос. А что будет с Пенелопой?

Он помрачнел.

— Айлин подслушала ваш разговор.

— Что? Когда!? — вскочила я с места. — В этом месте есть хотя бы одно место, где можно не опасаться шпионажа?

— Да. — улыбнулся он, подпирая щеку рукой. Карие глаза с усмешкой изогнулись. — Моя спальня.

— Я ждала подобного ответа. — демонстративно закатила глаза. — А вот Айлин удивила меня… Но вернемся к Пенелопе.

— Из-за коварства этой девчонки я повинен в смерти Изель. — я видела, как тяжело ему давались эти слова. — Так что Пенелопу ждет один исход.

— Ты убьешь её?

— Слишком расточительно убивать её, даже если она признает вину. Мы её используем.

Садясь напротив меня, он принялся аккуратно разливать по чашкам ароматный чай.

— А что с её фрейлинами?

— Когда придет время они вернуться к семьям или пополнят гарем… Не зацикливался на этом. Пока что они останутся в Каросе.

Он протянул мне наполненную чашечку с чаем, и я словила себя на странных мыслях, что привыкла завтракать в его компании и привыкла к его жестам. Когда он нарезает мне фрукты, очищает орехи от скорлупы и даже чай, что он лично выбрал, угождает моему вкусу.

— Что ж… — прикрывая румянец за чашкой чая. — Я хотела бы изучить карты.

Вопрос в его взгляде не заставил долго ждать моего ответа: — Бабушка оставила мне в наследство земли. Есть вероятность что наш путь ляжет через одни из них, следовательно у нас появиться возможность не отморозить себе все конечности ночью на улице.

— Ты говоришь так, словно готовилась к подобному…

Ухмыльнулась и продолжила свой завтрак.

***

Сложно оставаться самой собой, когда ты — не ты.

Ещё сложнее, когда на твоих хрупких плечах лежит ответственность за тысячи других жизней. Я давно смирилась что это роман, что я одна из тысячи запертых здесь душ. Но это не значит, что в этом мире жизнь отличается от реальной.

Как и в любом романе всегда есть главный герой несущий добро и свет, а есть злодей.

Но кто теперь я? Кем я стала — не знаю.

Возможно, совсем скоро узнаю ответ на этот вопрос. Я чувствую, что узнаю...

Песок. Песок. И снова песок....

Вокруг был океан песка, отражающий в себе солнце, а вот пронзительно голубое небо совершенно не отражало в себе январский месяц.

После отбытия из ферзенской столицы мы поспешно пересекали песчаные дюны оставляя за собой лишь следы.

Внушительная конница сопровождала нас. Помимо Карлоса, отправился и его заместитель-командующий по имени Юнно; Михаэль, а также самая приближенная к Жаку женщина — Лилэя. В моей свите присутствовали все те же лица: Глория, Эмма, Мия и конечно же главный трофей - Пенелопа с сестрами Таян, которые отказались оставаться в Каросе.

Для девушек осталось загадкой об истинной причине поспешного возвращения на родину. Они знали лишь то, что им позволено навестить семьи, пока Жак будет решать с родителями Пенелопы какие-то срочные политические вопросы. Однако это не означало, что юная Пенелопа легко в это поверила.

Девушка достаточно проницательна и наверняка думает, что Карлос собирается вернуть невесту и отказаться от брака из-за меня. Поняла я это, естественно, из-за ей пронзительного и презренного взгляда.

Тори, кстати, пришлось остаться в ферзене, после всего что произошло с ней по вине Пенелопы. Отныне девушка станет приближенной к Микарин и будет служить новой госпоже. Девушка достаточно натерпелась. Постоянные унижения и нескончаемое давление со стороны властных землячек, упрекающих её по любой мелочи, почти сломили бедняжку. Она ведь не так плоха, как её некогда обожаемая и двуличная принцесса.

Благо, сама принцесса ещё не в курсе истинных целей этой поездки. Ведь она является полноценным заложником и пропускным билетом в Акрос, но говорить, что после произошедшего она ничего не подозревает — глупость.

Лошади мчали с невероятной скоростью уже несколько часов, а это значило, что совсем скоро состояться привал.

Несмотря на массу вопросов и проблем, навалившихся на меня, я могла думать лишь об одном: «Хоть бы успеть. Пусть случиться что-нибудь невероятное и, когда мы прибудем, меня встретит отец и брат, а главное Ноа».

Благодаря письму Эйрин во мне треплется надежда, однако из-за идиотской ревности Карлоса, та самая надежда постепенно разбивалась на осколки неуверенности и страха.

Ведь просто так он не оставит меня. Поэтому необходимо найти выход из этой ситуации ограничившись наименьшими потерями. Не исключено что придется разорвать помолвку с Ноа и остаться одной или же занять место тех птиц, заключенных в золотой клетке. И я готовлюсь к этому.

Я достаточно наворотила пока была здесь… Пора принять правильное решение, не такое какое бы приняла Диана, а то самое — моё. Надеюсь, что я осталась той Таней, что старалась всегда видеть в людях добро, а главное той, что несет ответственность за свои поступки.

В данный момент для меня главное, чтобы никто из моих близких не страдал, а невинные люди могли наслаждаться спокойной жизнью без тирании Ингрид.

***

Дни были холодными от чего казались ещё более одинокими. Темное небо, без проблесков зарождающегося рассвета, нагнетало.

Мужчины, выстроившиеся в ровные шеренги, отражали на своих тяжелых утепленных доспехах серебристый лунный свет, а трепыхающиеся на морозном ветру знамена не предвещали ничего хорошего. Лишь смерть и реки крови, ведь восстание против королевской семьи было неизбежным.

Под слабым лунным светом солдаты едва могли различить главный силуэт в темном лесу. Всё, что они могли разобрать, — это человека в черных доспехах на огромном черном коне с роскошной гривой.

Казалось даже, что его фигура поглощает весь свет вокруг себя, чтобы он мог оставаться тьмой.

Держа одной рукой рукоять своего меча, мужчина выглядел как изображенный на картинах Владыка Ада, выпрыгивающий из бездны. Он смотрел в даль, где располагалась столица.

— Ваша Светлость, мы готовы.

Ничего не ответив, герцог Монро ещё крепче сжал кружевную перчатку той, что находилась очень далеко от него. Последний раз взглянув на кружева он неторопливо спрятал перчатку у своего сердца за латным доспехом.

— Выступаем!