Глава 18.2

Феликс Эсклиф

Быстро переодевшись в более удобную и легкую одежду, я вышел из своей палатки, где помимо меня ютилось ещё несколько рыцарей. Пусть молодой господин и отправил меня отдыхать, но находиться весь вечер в тесной палатке я не собирался.

Осмотрев лагерь и проверив лошадей, я двинулся в сторону озера. Маловероятно, кто-то отважится в сумерки посетить его и тем более искупаться, но не я.

Странно, почему вообще о нем вспомнил?

Пробираясь через кустарники и высокую траву по уже протоптанной дорожке, неожиданно услышал женский голос и застыл. Голос очень знакомый, пусть и слышен отдаленно, но он точно принадлежит Диане.

Прокравшись ещё ближе, я услышал всплеск воды и громкий шепот её служанок. Они нервно оглядывались и о чем-то говорили со своей леди, которая умиротворенно плавала в воде. Пусть уже изрядно потемнело, но из-за света луны различить силуэт и изгибы тел реально.

Я вообще не должен здесь находиться! И какого лешего Диана вытворяет?!

А если кто-то увидит или того хуже присоединится к её ночным выходкам?

– Ха… – я тихо выдохнул и осмотрел лесную чащу. – Тогда он умрет.

Девушка мирно плавала в воде, откинувшись на спину, открывая вид на промокший пеньюар. Её тонкая длинная шея, выпирающие ключицы, округлая грудь и тонкие, как ветви, руки. Волосы, как змеи, облепили лицо и плечи, а улыбка не сходила с её лица.

Я жадно следил за каждым движением её рук, за тем, как она с наслаждением резвилась и смеялась над потугами служанок вытащить её из воды, следил за спиной девушки, погружающейся в воду, ощущая странный дискомфорт. Это не первый раз, когда я ощущаю его, и всякий раз он возникает, когда наблюдаю за Дианой.

Сжав кулаки и стиснув зубы, я понял, что нашел причину своего дискомфорта быстрее, чем ожидал, – почувствовал это приятное тепло совсем недавно, когда держал девушку в объятьях танца. И этот раздражающий дискомфорт истекал из того факта, что я не могу полноправно обладать теплом, исходящим от её кожи.

Я не должен позволить себе привыкнуть и тем более начать тосковать по этому теплу, что ощущаю всякий раз, когда придерживаю её тонкую кисть. Тосковать по переменчивым чувствам, не должен тосковать по тому, что никогда не будет принадлежать мне.

Отвернувшись, я шагнул в сторону лагеря.

«Хрусь!»

От хруста сломавшейся ветки под массивным ботинком я замер.

– Г-госпожа! – громко шептала Эмма, сиганув в воду к своей леди, я же быстро присел, чтобы меня не заметили. – …Леди-и, что же делать…

– Эмма, замолчи, – слишком спокойно ответила Диана, подплывая ближе к девушкам.

Вокруг стояла мертвая тишина, будто бы все, даже насекомые, повинуясь ей, умолкли.

Девушка медленно начала выходить из воды, отражая на себе лунный свет. Её хрупкое, точенное тело двигалось очень грациозно, а мокрая, полупрозрачная ткань, непривычно короткой длины, доходила до середины бедра, облепив её изгибы.

Чувствуя, что мой взгляд становится всё туманнее по мере того, как проходили секунды, я едва мог различить её фигуру из-за собственных мыслей. Заставил себя отвернуться, ощущая всем телом тяжело томящееся внутри чувство волнения и желания. Небрежным движением откинул выбившиеся пряди волос назад и переместил руку на шею, стирая выступившую испарину на коже.

Порочные фантазии злили сильнее, чем очередная выходка Дианы.

Я тихо присел у дерева, облокотившись спиной о его широкий ствол, и стал всматриваться в беспорядочные тени от крон деревьев.

Воздух вокруг был напряженным, а тихий шелест от торопливых шагов удаляющихся девушек был последним, что я слышал. Попытки тихо успокоиться не увенчались успехом, и мне ничего не оставалось, кроме как зайти в прохладную воду, чтобы остыть.

Ночь и луна будто созданы друг для друга.

Озеро, казавшееся черным в ярком свете луны, напоминало зеркало, а звезды буквально усыпали её гладь, отражая небо. Луна на небе среди звезд, как благородная леди в окружении придворных дам…

– Черт…

Такое сравнение луны напоминает мне Диану и её затуманенный взгляд, запечатлевшийся глубоко в моей памяти.

Почему она сегодня так на меня смотрела, а после, покраснев, отвернулась?

Я чуть удержался от порыва схватить её подбородок и заставить девушку продолжать смотреть на меня этим взглядом. Похоже, она не понимает, что вызывает во мне собственнические и томящиеся чувства, терзающие изнутри.

Сидя на травянистом берегу и приводя мысли в порядок, я заметил, как что-то блестело в траве неподалеку. Как раз именно в эту сторону и направлялась выходящая из воды Диана. Подойдя ближе, заметил утерянный девушкой кулон на цепочке. Застежка сломана, но при необходимости ювелир легко исправит поломку.

Простое на вид серебряное украшение было усыпано маленькими черными кристалликами, формируя непонятную закорючку, походившую на заглавную букву «Т».

Стоит вернуть потеряшку, не выдавая своей причастности… Просто подкину у входа в её палатку, чтобы служанки нашли.

Диана Эрскин

Утром я проснулась перед самым рассветом. Не знаю, что меня разбудило, но я абсолютно не хотела спать. Щебетание птиц доносилось из-за ширмы, как и тихие мужские отголоски снаружи.

Я скинула с себя мягкое покрывало и, с наслаждением потянувшись, двинулась умываться. Накинув на плечи длинный плащ поверх ночного легкого халата, я отодвинула немного ширму.

Прохладный, влажный воздух обдал пока ещё не скрытые участки кожи, заставляя тело покрыться мурашками, а нежный, поднимающийся рассвет, пробивающийся лучами через утренний туман и стволы деревьев, – завораживал. Я тихо выскользнула из палатки, завязывая под горло плотный плащ.

– Леди?

– К!… Эсклиф?! – вовремя подавив вырывающийся крик, я громко шипела, схватившись за сердце, заметив стоящего позади Феликса.

Мужчина, поджав красивые губы, молча смотрел на меня стальными глазами, в которых сейчас совсем не было той нежной зелени.

Именно в одежде, предназначенной для охоты, он выглядит потрясающе.

Темно-коричневый фрак был свободно расстёгнут, и из-под него виднелся такого же цвета жилет, тёмно-серые брюки, кожаная портупея с мечом в ножнах и до ужаса милая кепи серого цвета на голове.

Хорошо, что хоть мужчины в этом романе не выряжаются в смехотворные кафтаны, чулки и парики, иначе бы меня точно хватил удар.

Так и не скажешь, что он мой рыцарь. Слишком официально одет на радость моим глазам, однако это не отменяет того факта, что он, подкравшись, перепугал меня до икоты.

– Тебе не кажется, что для твоих габаритов ты двигаешься слишком тихо и незаметно?

Феликс лишь хмыкнул, скрывая улыбку за серьёзностью.

– Леди, у вас ещё полно времени до начала.

Это он так намекает, чтобы я скрылась с его глаз?

– И? Мне что, запрещено встретить рассвет?

Ведь правда. Практически каждое утро я начинаю свое утро с встречи солнца, либо сплю до полудня, пока Эмма и Миа насильно не вытянут меня из постели. Иногда замечаю Феликса, гуляющего под моими окнами.

Феликс определённо вспомнил, когда мы сталкивались взглядом в такие моменты рано утром, и его красивое лицо стало хмурым.

– Кстати, – стрельнула я глазками, от чего тот насторожился. – Ты что, нарочно каждое утро гуляешь под моими окнами?

Моя шутка была воспринята слишком агрессивно, так как Феликс, подступив на шаг ко мне, навис сверху, опасно всматриваясь в мои глаза. Мои ресницы затрепетали, как и испуганное сердце в груди, но я не отступила.

Стояла как вкопанная на месте, запрокинув голову, не отводила взгляда.

Лёгкий аромат розмарина, исходящий от мужчины, окутал меня.

Из-за утреннего густого тумана было сложно рассмотреть что-либо, кроме пробивающихся лучей рассвета через деревья, так что нас можно было заметить только с расстояния двух или трёх метров.

Атмосфера была очень напряжённой и странной – располагающей. В какой-то момент я подумала, что Феликс наклонится ещё ближе и поцелует меня. Эта мысль подействовала отрезвляюще, но безумно смущало… Ведь мне отчего-то хотелось этого.

Стальной взгляд блуждал по моему лицу, он видит, как краснеют мои щёки, а я даже отвернуться не могу. Он остановил волчий взгляд на моих приоткрытых губах, медленно сглотнул и на секунду прикрыл глаза, будто подавляя себя не сказать какую-нибудь грубость.

Наблюдая за мужчиной, по моему телу невольно разливалось странное тепло от волнения, а дыхание участилось. В груди лёгкие покалывая сжимались, а губы стали сухими. Я инстинктивно облизнула губы, но заметив, что мужчина повторил за мной, сердце стало колотиться как ненормальное.

С каждой секундой молчания ощущала, что наши лица приближаются, как намагниченные, а дальше поддалась неизвестному и не видимому толчку – прильнула к Эсклифу, прикоснувшись своими губами к его.