Глава 20. В какой угол поставить целую лошадь
Свирепый, рычащий и рвущийся из Дашиных рук бойцовый чихуахуа, внезапно ощутивший себя благородным, а, главное, сильным псом-победителем этой самой «перепуганной лошадки», моментально принял вид льва после удачной охоты.
Мися гордо задрал головёнку, картинно скрестил тонкие передние лапы на Дашиной руке и без возражений позволил унести себя с поля боя.
– Ну, видишь, какой ты умник и красавец? – ворковала Даша, унося скандалиста и великого собачьего воина весом в гордые два килограмма двести грамм, подальше от лошади. – Там твоя хозяйка очень переживает – ищет тебя, страдает, можно сказать! А ну как ты победил бы лошадь, и что она стала бы делать с такой гммм… добычей? Вот только представь – ты пригоняешь эту непомерную животину к хозяйке? И куда бы она её дела?
Мися как-то не задумывался о подобных мелочах… Первая цель – победить врага, а дальше уже разберёмся куда его. Сейчас вот он задумался и аж прижмурился! И правда, такую-то громаду и ставить некуда! Разве что выкинуть его любимый диван и два не менее любимых кресла!
– Не-не… Диван мне нужен – я на нём лежу, на креслах прыгаю, грызу вкусности и валяюсь кверху пузом! А ну, как вместо этой пользительности будет та бесполезность?
Мися сморщился и высунул от глубокомысленных рассуждений язык – так ему лучше думалось…
– Нееее, это неправльно! Надо будет в следующий раз выбирать добычу, которую можно будет куда-нибудь вместить! Ну, вот хоть вместо той тумбочки, которая мне никогда не нравилась!
Несущуюся навстречу Галину Сергеевну Мися заметил издалека, завизжал от радости, заперебирал тонюсенькими передними лапками, словно он плывёт по бурному океану, только вот умная и предусмотрительная Дашка и не подумала его отпускать!
– Не-не, хороший мой! Этак ты опять найдёшь себе добычу и рванёшь за ней! Я уж тебя лучше с рук на руки передам.
Рыдающая от переживаний, волнения и радости Галина Сергеевна, обцеловала всего Мисю, схватилась за сердце, узнав за кем именно он охотился, и завозмущалась:
– Что за безобразие! Разве лошадям место в парке?
Даша потихоньку вздохнула. Лошади ей нравились, бывали они в парке не одни, а со всадниками, и всегда вели себя образцово-показательно.
– В отличие от Миси, который следует принципу «не сожру, так хоть понадкусаю»! Вообще-то это сильно чревато! Или лошадь понесёт, или лягнёт этого приставучего и мелкого обалдуя, и что тогда от Миси останется? Правильно – блинчик. А собаки? Ну, это ж ему дивно везёт, что его мастино не сожрал, хотя Мися ему на один зуб! Да и не только мастино! Вон, Джек и прочие псы тоже его не тронули. Но сколько ему везти-то будет?
Галина Сергеевна параллельно Дашкиным раздумьям щебетала:
– Ой, и не только кони эти дурацкие Мисеньку раздражают! Ещё и псины! Кошмарные, невоспитанные псины! Дашенька, вы же видели, какое чудовище у нас поселилось? Катастрофа просто!
– Мастино? А почему чудовище? – Даша слегка отвлеклась.
– Как почему? Он же огромный! Шкура эта висит! Гадость-гадость…
– А мне нравится. Такая морда доброжелательная! – Дашка как-то повстречалась с мастино нос к носу – вполне буквально. Она натёрла ногу, и наклонилась, чтобы подсунуть под пятку бумажный платочек, а когда голову подняла, выяснилось, что вплотную к ней стоит эта махина и сочувственно наблюдает за её действиями.
Дашка было испугалась, но мастино посопел, вильнул хвостом и лениво переваливаясь удалился.
– Ой, Дашенька, вы просто плохо разбираетесь в собаках! Но я уже всё придумала…
– Что именно? – Даша опасливо покосилась на сияющую собственным светом Галину Сергеевну.
– Мы с Мисей в благодарность за его спасение подарим вам Мисиного сына! – произнесла она с видом королевы, одаряющей любимую фрейлину богатой провинцией с замком, лесами парой-тройкой городов и сотней деревушек.
Даша поспешно замотала головой. – Нет-нет, спасибо, что вы! Мне не нужно!
– Нужно-нужно! Такое сокровище всем нужно! А! Вы думаете, что он дорогой? Не волнуйтесь об этом – мы его вам просто подарим.
– Галина Сергеевна, у меня двое котят, я не планировала собаку заводить! – покривила душой Даша.
– А их почти никто не планирует – это как стрела Купидона! – снисходительно отозвалась Галина. – Вжик и сердце навылет!
Все Дашкины аргументы пропадали как камни в болоте… Даже высказанная самым-самым уверенным тоном фраза о том, что чихуа она точно не хочет!
– Что значит, вы не хотите чихуа? Все хотят чихуа, просто не все ещё знают об этом! – рассмеялась Мисина хозяйка. – А потом… Понимаете, какое дело… он нигде не приживается!
– Его всё-таки кто-то не хочет? – не выдержала и съязвила Дашка.
– Неее, его-то все хотят – он не желает! Не его люди, видимо, попадаются, вот он и бузит. Слегка, но активно.
Дашка представила это «слегка, но активно» в своей квартире, ужаснулась и торопливо смылась, воспользовавшись тем, что Галине Сергеевне кто-то позвонил.
– Вот спасибо, хорошо, положите на комод! – пропела она незабвенную песнь Шурика из «Операции Ы». – Можно подумать, в моей жизни мало слегка, но активно бузящих…
Стоило только это произнести, как ей позвонил отец.
– Во! Пожалуйста, стоило только подумать… – провозгласила Дашка, – Папа, ты ли это? Последний раз звонил полгода назад, и то, потому что думал, что я помню, куда он спрятал запасные ключи от гаража.
Разумеется, так она не сказала, а поприветствовала отца нормально: – Да, пап, слушаю!
Дашкин отец, Николай Васильевич Серебров недовольно сморщился, представив старшую дочку.
– В кого она такая… Непонятно! – думал он каждый раз, когда смотрел на неё. Нет, разумеется, нашлись доброхоты, которые начали намекать, что это вовсе даже не его ребёнок, несмотря на то, что, он был у Насти первый, и дочка родилась через десять месяцев после их свадьбы. Тогда он был в жену отчаянно влюблён, на любой подобный намёк реагировал чрезвычайно остро…
Потом, когда с течением лет его чувства к супруге стали подвергаться проверками на прочность, он чуть засомневался… Ну, правда, младшие дочки с ним одно лицо, а Дашка…
Нет, жене он верил, но сам… сам безгрешным отнюдь не был, утешая себя размышлениями о полигамности мужчин вообще и его в частности.
– Ну, что я могу сделать, если они мне на шею сами вешаются? – думал он. – Отбиваться, что ли? И да… такой генофонд, как у меня не должен пропадать зря!
«Пропажей генофонда» он называл отсутствие сына – продолжателя фамилии, династии Серебровых, и носителя безукоризненной внешности отца и прочих предков!
Анастасия и рада была бы ему угодить, но после вторых родов забеременеть уже не получилось, а Николай, по прошествию лет и зрелому размышлению, счёл, что это обстоятельство не является уважительной причиной для его отказа от наследника.
С этого момента отношение к жене начало меняться стремительно. Дашка раздражала уже всерьёз, и размышления на тему: «А я ли отец» стали вполне обыденными.
Николай зашел так далеко, что несколько лет назад даже втихаря сделал анализ ДНК, решив уточнить, а точно ли Дашка его дочь. Когда выяснилось, что это точно его ребёнок, он порадовался верности жены, запечалился тому, что его гены не сумели гарантировать безукоризненную внешность, пожал плечами, да и выбросил Дашку из головы, как неудачную попытку.
– Отец так и сказал: «Первый блин комом»! – припомнил он слова Сереброва-старшего. – Ладно, потом лучше будет!
«Потом лучше» получилось сейчас. Николай был влюблён в свою Алиночку, а уж когда выяснилось, что она беременна и ждёт сына, больше ни в чём не сомневался – срочно развод с Анастасией и женитьба на любимой!
И тут сюрприз… Дашка, некрасивая, блёклая, как побитые морозом бурые осенние листья, вдруг связалась с каким-то мошенником?
Раньше Николай бы забыл об этом через минуту, но теперь он все события своей жизни примерял на своего будущего сына-наследника, и вдруг пришло ему в голову, что Даша-то малышу всё равно будет сестрой…
– А если всерьёз свяжется с жуликом? – это предположение пришло в голову Николаю и никак не желало оттуда уходить! – А ну, как поженятся? И что это будет? В семье чёрная овца? Рядом с моим сыном будет какой-то мошенник?
Этого допускать было никак нельзя, и Николай твёрдой рукой набрал номер «блина комом».
После приветствий Николай сразу перешел к делу:
– Мне Аня сказала, что у тебя появился какой-то тип… Ты хорошо его знаешь? Аня говорит, что по виду какой-то мошенник! Дарья, мы с тобой об этом не говорили, но ты должна понимать, что мужчина при всём богатстве выбора, вряд ли посмотрит на непривлекательную женщину, если нет каких-то особых причин! Ты меня понимаешь?
На Дашку отец никогда особо не обращал внимание, демонстративно не замечал. Разумеется, никаких разговоров по душам и близко не было. Этот был первый…
– Ну, первый блин комом! – пробормотала Дашка и немного нервно рассмеялась, припомнив дедушкино выражение… А потом разозлилась! – Круто, да? В двадцать семь лет мне папочка названивает, чтобы прямым и грубым текстом заявить, что я никому понравится не могу, потому что не красавица – глаз не отвести. Теперь я вспоминаю их с мамой разговоры… Он же постоянно обсуждал знакомых и недоумевал, когда кто-то из них выбирал не очень красивую, с точки зрения отца, женщину. Он постоянно говорил, что Иванов женился на какой-то клуше из-за недвижимости, а Петров взял в жены девицу с лошадиной мордой, потому что у той отец богатый… Если двадцать восемь лет такое слышать… Немудрено, что потом это транслировалось мне! Конечно, откуда ей знать, как выбирают мужчины, кроме как от мужчины – собственного мужа! Бедная моя мама! Столько лет слышать эту грязь, думать, что всё так и есть, а потом самой по милости отца по уши оказаться в болоте…
– Дарья, ты меня слышишь? – строго уточнил Николай Васильевич. – Ты меня поняла? Ты должна соображать головой, что раз он за тобой ухаживает, то ему от тебя что-то нужно! Скорее всего квартира. – Дарьяяяя, ты меня слышишь?!
– Да, я тебя слышу. Только вот это моё дело, с кем я общаюсь и как именно! – твёрдо заявила Даша.
– Дарья, кто тебе разрешил разговаривать со мной в таком тоне? – начал закипать Николай. Ну, уж от никчёмной Дашки он этого терпеть не собирается!
– А с чего ты взял, что можешь со мной так говорить? – холодно уточнила Даша.
– Я – твой отец! Я знаю жизнь! И знаю, как используют подобных глупеньких девиц. Я требую, чтобы ты прекратила общение с тем типом!
– Прости, но ничего подобного от меня требовать ты не можешь. И вообще, ты говоришь о красивых женщинах, о том, что живут только с ними… А как же мама? Изо всех женщин, мною виденных, она – самая-самая прекрасная, а ты её бросаешь, разводишься с ней. Встретил более красивую? Тогда к чему все эти высказывания? Ты ведёшь себя так, как тебе хочется, наплевав на остальных, вот и я, глядя на тебя так же буду!
Николай Васильевич опешил. Дашка, в отличии от близняшек, ему никогда и слова поперёк не сказала, а сейчас…
– С твоей матерью – это другое! – невольно начал он оправдываться.
– Разумеется, другое! Это же твоя жизнь… А тут – моя! И я сама решу, как, с кем и каким образом мне её прожить! Всё, пап, не стоит… Я не мама – я твои аргументы слушать не буду, просто потому, что вижу твои действия. Вы с ней оба взрослые люди, решили развестись – ваше право, только вот после этого не стоит тебе меня учить жизни! Всё, пока, я не могу больше разговаривать!
Николай Васильевич изумленно уставился на погасший экран смартфона, который он крепко сжимал в руке. – Не понял… Это она что, уже успела так втюриться в того типа, чтоб так со мной разговаривать? – сделал он свой вывод из беседы.
Даша с ногами забралась на диван, подтянула к себе подушку и устроилась в углу, гневно сверкая глазами и шипя, как разъяренная кошка.
– Ну, надо же! Глупенькая девица! И он прав! Была глупой всё детство – рада была даже простой улыбке, только не часто она мне перепадала.
Непрошенные слёзы навернулись на глаза – так жалко стало себя… ту, маленькую, и правда, наверное, не очень-то умную девочку, которая как наивный щенок ластилась к человеку, старающемуся лишний раз в её сторону не смотреть.
– Долго же до меня доходило, что я ему не нравлюсь потому, что близняшки на него похожи, а я не похожа ни на него, ни на маму, – горько пожаловалась она Коше, вынырнувшей из-за подлокотника дивана.
Марик, который как приличный кот, пусть и маленький, терпеть не мог, когда хозяйка плачет, тут же полез ей на голову, причём, правая передняя его лапа всё время сползала Дашке на нос.
– Ох, вы у меня и утешители… – невольно рассмеялась Дарья. – А вообще-то, это ведь глупо! Нет, ну правда, глупо!
Она представила, что у неё есть ребенок, и этот ребенок не так приятен на вид, как она мечтала.
– И что? Какое отношение имеют мои ожидания и мечтания к моему сыну или дочке? Да никакого – это мои проблемы, внутриголовные… И вываливать их на детей нельзя! Так кто был неправ? Нет уж, пап, я даже расстраиваться себе из-за твоего звонка не позволю! Мало ли что тебе хотелось? Я – такая как есть, и не любить меня только из-за этого было попросту жестоко!
Дашка заставила себя встать, умыться и отправиться на кухню, решив побаловать себя чем-нибудь этаким… вкусненьким.
– Я заслужила! – строго заявила она своему отражению в зеркале.
Звонок Ильи, который приглашал её пройтись в парке она встретила весьма благосклонно.
– Это я тоже заслужила! Я понятия не имею, как у нас сложатся отношения, и сложатся ли вообще, но я намерена общаться, пока меня это радует и доставляет удовольствие, а дальше – посмотрим! Вот так-то папа́!