Глава 31. Дмитрий

Бывший муж Евы отказывается сдавать свой материал для проведения ДНК, но это не мешает мне заполучить всё, что требуется, пусть и слишком подлым путём: мои ребята караулят его около бара вечером и вступают в перепалку с ним, в которой им удаётся получить не только волосы, но и кровь Сергея. Он получает поделом, и мне даже не жаль его. Поначалу я не хочу говорить Загадке, что таким образом «познакомился» с её мужем, но когда сдаю всё необходимое в клинику для проведения анализа, всё же еду домой и признаюсь.

— Не знаю, что сказать, Дим! — мотает головой Ева. — Мы понятия не имеем, виновен ли Сергей в случившемся, но одно я знаю точно — у него нет сердца. Он так легко и спокойно говорил о том, что наш ребёнок… — Загадка всхлипывает и скрещивает руки на груди. — В общем, мне тогда казалось, что ему плевать на меня, на ребёнка, а потом он просто сбежал, оставив меня один на один с собственным безумием. Возможно, он получил по заслугам, но пообещай мне, что ты больше не станешь калечить других людей? Судьба сама накажет их. Я бы не хотела, чтобы ты пострадал из-за них.

— Да уж! Если бы она наказывала! — фыркаю я.

Сколько я знал таких сволочей, которые решали за других, путали карты и лишали самого дорогого, а потом оставались безнаказанными. И мне хотелось наказать тех, кто так скверно поступил с Евой… Со мной… С Сашей… Впрочем, в голове уже стали появляться кое-какие догадки, от которых мне стало мерзко. Я не собирался калечить или использовать грубую силу, нет… Я планировал решить всё с ними иным путём. Просто отнять всё, что у них есть: имущество, деньги, работу… И я был уверен, что у таких скверных людей найдутся больные мозоли, одно нажатие на которые лишит их всего…

— Обещаю! — отвечаю я, целую Еву в макушку и ложусь в кровать.

Сегодня был слишком нервный, напряжённый день, и я не готов к любовным игрищам, поэтому просто прижимаю Еву к себе, заставляя почувствовать, что она находится под защитой. Под крылом, которое всегда будет укрывать её от всех невзгод. Я не предам её, если только она не вонзит нож мне в спину.

Наутро нам звонят из клиники и сообщают, что анализы уже готовы. Ещё бы! Я заплатил им бешеные бабки за скорость и попросил, чтобы специалисты работали хоть всю ночь, если потребуется. Ева просит поехать со мной, так как в этой клинике на почту ничего не высылают, поэтому нужно забрать конверт с результатами у администратора, и я соглашаюсь. На этот раз не хочу отдельно — хочу узнать всё вместе с ней, какой бы ни оказалась правда.

— Дим, что будет, если в анализах на этот раз что-то не то? — испуганно спрашивает Ева.

Она волнуется, боится, что результат может оказаться отрицательным. Она такой же параноик, как и я, но скрывает свои чувства куда лучше, чем я. А ещё говорят, что женщины более эмоциональные.

— Ничего не будет! — я сжимаю её руку и смотрю прямо в глаза.

Мне и самому страшно, что тест может показать разное ДНК у нас с дочерью. Вдруг здесь её отцом признают того слизняка?

— Ничего не изменится, Ева, и мы останемся семьёй: ты, я и Саша… Мы с тобой поженимся и будем жить долго и счастливо!

Загадка начинает смеяться.

— Что я не так сказал? — смотрю на неё с удивлением, пытаясь понять, что случилось.

— Ты сказал, что мы с тобой поженимся… Неужели так быстро решил, что готов связать себя со мной узами брака? Или это была оговорка?

— Это не было оговоркой, Ева! Мы с тобой обязательно поженимся! Это всего лишь вопрос времени, и я думал, что всё это само собой разумеющееся.

Она отводит взгляд в сторону и немного краснеет, а я завожу машину и веду к клинике на другом конце города. Я выбрал самую захолустную, ту, в которую Вера даже не догадалась бы податься. И вот теперь я надеюсь получить правдивые результаты. Когда доезжаю до клиники и останавливаюсь, Ева берёт меня за руку. Несколько секунд мы с ней смотрим друг другу в глаза, а потом она просит меня самостоятельно забрать конверт и открыть его в машине.

— Мне страшно…

— Не стоит бояться, как я сказал — результаты ничего не изменят!

Я выхожу и медленно бреду к зданию. Закурил бы, наверное, но ещё в подростковом возрасте завязал с этой пагубной привычкой, хотя время от времени, после сложных переговоров, доставал трубку из стола и потягивал дорогой табак… Но сейчас дело было куда хуже переговоров, а под рукой не было трубки или табака.

Забрав конверт, я возвращаюсь в машину и протягиваю его Еве.

— Ты можешь сделать это сама!

Она смотрит несколько секунд мне в глаза, прожигает своим взглядом, сводит с ума, а я чувствую, как дрожат мои конечности от страха. Сердце замирает в ту секунду, когда Загадка достает бумагу с результатами и разворачивает её.

— Мы родители Саши, Дим… Мы с тобой… У Веры и Сергея нет с ней ничего общего!

Я не выдерживаю напора чувств, которые нахлынывают на меня в это мгновение, и впиваюсь в губы Евы, притягивая её к себе. Конечно, позже я хочу разобраться с тем, кто виновен в этой ситуации, а ещё лишить Веру приличных выплат, которые регулярно переводил на её счёт, только бы она не трогала Сашу, но всё это будет позже… Сейчас я хочу одного — наслаждаться близостью женщины, которую так долго искал, но не подозревал даже, что нуждаюсь именно в ней.

— Я люблю тебя, Ева! — шепчу ей в губы, с которых слетает стон, больше похожий на всхлип.

Ещё один тест ДНК подтвердил, что Сашка наша дочь, и теперь все сомнения развеиваются — летят к чертям: мы будем вместе! И я окружу своих девочек любовью, которую они обе заслуживают. Осталось придумать, как сказать дочери, что Ева её мать.

***

То, что происходит между мной и Евой после возвращения домой, напоминает больше самый настоящий секс марафон. Делаю с ней всё, о чём мечтал с момента нашей первой встречи. И мне плевать на то, что ещё какое-то время назад мы были врагами и думали, как избавиться друг от друга. Я больше не сомневаюсь в ней, не хочу сомневаться. Хочу просто позволить нам обоим это счастье. Мы его заслужили, выстрадали.

Утром я звоню Вадиму и прошу выяснить, где находятся Вера и бывший муж Евы. Мне приходится поехать на работу, несмотря на то, что хочется остаться дома и провести время с любимыми девочками. На последней мысли я застываю. Ева не сказала, что тоже любит меня… Могут ли мои чувства оказаться невзаимными? Однако долго думать над этим вопросом я не могу, потому что на работе начинают сыпаться вопросы от сотрудников, и я погружаюсь в эту рутину с головой. Лишь после обеда Вадим сообщает мне, что наши с Евой бывшие в настоящий момент находятся в городе, и я думаю — как быть дальше. Если я устрою им допрос, они всё равно не услышат меня. Никто не захочет говорить правду, сдаваться с поличным… Я мог бы найти проклятого врача и прижать его к стене… Прижать к стене. Набираю номер знакомого врача, того, кто и посоветовал мне именно эту клинику для оплодотворения бывшей.

— Иван, здравствуй! Я понимаю, что ты работаешь немного не в том профиле и занимаешься детскими онкологическими заболеваниями, но… Мне нужна помощь.

С Иваном мы когда-то учились вместе. Не сказать, что мы были друзьями, но не раз выручали друг друга. И вот теперь мне снова потребовалась его помощь.

— Здорово, Дмитрий! Что стряслось? — взволнованным голосом спрашивает он.

— Ты советовал мне клинику для искусственного оплодотворения моей жены… Помнишь?

— Ммм… Было дело. Что-то не так?

— Не так, Ваня! Земелин оказался той ещё су*ой… Так получилось, что…

Я рассказываю Ивану о том, как познакомился с Евой и узнал, что родная мать моей дочери она, а не Вера.

— Что делать, Вань? Мне нужно каким-то образом докопаться до правды… Устроить очную ставку? Я потерялся… Не знаю, что делать. Мне нужна правда. Хочу узнать, кто и зачем сделал это, чтобы растоптать. А может, найти врача? Ты знаешь, где сейчас находится Земелин?

— Земелин… — Иван ненадолго замолкает. — Не думал, что он может оказаться взяточником, вроде бы неплохой мужик, стаж у него большой был. Слушай, Димыч, ну связаться с Ярославом можно, вот только не уверен, что он сможет дать какие-то толковые объяснения. Если хочешь, могу сходить к нему с тобой?..

— Сходить куда? — я стискиваю зубы и сжимаю ручку в кулаке до треска пластика.

— Земелин был лишён лицензии из-за проблем с наркотиками. Год назад он попал в психиатрическую лечебницу, где до сих пор показывает фиги воробьям. Не уверен, что разговор с ним сможет пролить свет на всю эту ситуацию, но попробовать можно. Время от времени у него наступают просветления, и он даже узнаёт тех, кто приходит к нему.

— Я понял, Вань! Давай поедем к нему вечером?.. Всё-таки попытка — не пытка. Мне хочется узнать всё, что только можно, потому что боюсь, что бывшая не захочет делиться своими планами и начнёт нагло врать, что нашу дочь подменили без её ведома…

— Тогда договорились! Встречаемся вечером. Адрес скину тебе в сообщении, мне будет удобно сразу туда подъехать!

Я отключаю телефон и долго смотрю в одну точку перед собой. Думал ли я, что такое может случиться в этой жизни? Никогда! Наверное, я и не поверил бы, расскажи мне кто-то, что подобное приключилось в его жизни. Когда Дикий, мой старый друг, позвонил и рассказал о том, что у него, оказывается, сын подрастает, я долго не верил. А потом ещё и эта болезнь его пацана раком… Даже мне страшно вспоминать, а что пережил Дикий, я вообще боюсь представить. Думаю о том, что мы давненько не встречались, а сейчас появился прекрасный повод встретиться семьями, чтобы Саша немного поиграла со своим приятелем, Егоркой. Но это мы устроим позже, когда я разберусь со своими проблемами.

Звоню Еве, потому что успел соскучиться по её голосу и взглядам, наполненным нежностью. Мне хочется как можно быстрее вернуться домой. Я бы с удовольствием наплевал на все дела и поехал домой, но нельзя становиться таким безрассудным, потому что тогда империя, которую я выстраивал годами, может рухнуть. Работа не волк, но в лес убежит легко… Или в руки конкурентов.

Заканчиваю с делами и еду по адресу, который Иван прислал в сообщении. Паркую машину около психиатрической лечебницы, и покрываюсь мурашками от того, что предстоит увидеть там. Примерно я знаю, что меня ждёт, но видеть психов в телевизоре и находиться среди них…

Заметив взглядом Ивана, выхожу из салона, и мы с ним пожимаем друг другу руки. Приятель диву даётся от случившегося.

— Ты прости, Димыч, если бы знал, что такое может случиться… Земелин был на хорошем счету… Не думал никогда.

— Брось, Иван! Никто из нас не застрахован от ошибок! Если это был чей-то план, то подобное могло произойти в любой клинике…

Мы медленно двигаемся в сторону больницы, где Иван показывает какую-то бумажку, и нас без лишних вопросов пускают пройти во двор. У больных сейчас вечерняя прогулка, поэтому мы проходим через длинный коридор больницы, пропитанный запахами медикаментов, и выходим на задний двор. Пару раз я слышу крики больных и ёжусь, желая поскорее покончить с этим, смотаться из этого места и смыть с себя грязь от нахождения здесь.

Оказавшись на улице, я прилипаю взглядом к нему. Земелин. Врач, который моментально приглянулся Вере. Проклятый таракан, который разрушил жизнь Евы, отняв у неё ребёнка. Хочется раздавить его, залить доброй порцией дихлофоса… Но я глушу внутри себя эту дичайшую ненависть. Мужчина сидит в пуховике с биркой лечебницы — такие надеты на каждом, кто прогуливается здесь, — и разглядывает стянутую с головы шапку, показывая ей язык. Сможет ли он что-то сказать? Раскрыть тайну прошлого? Или мы зря пришли? Последняя мысль кажется мне более реальной — мы явились сюда зря…

— Узнаёшь, Земелин? — спрашиваю я и щурюсь, когда мы приближаемся к нему.