Заман

– Чудо… Пойми ты, это лучший детский тренер по футболу. Да на него в столице молились , а он к нам переехал. Понимаешь? Рустам Камолов – это легенда футбола!

– Нет, Заман, наши мальчики к нему не пойдут.

– Ну ма-ам! – разносится возмущенный хор с заднего сиденья.

– Говорю же – нет…Алихабов, ну ты вообще слышал, как он разговаривает при детях?

– Да всего-то пару матов вырвалось. Ну че мы, не люди? Бывает же.

– Это неправильно…

Делаю знак своим пацанам атаковать маму.

Очевидно, что я один не справляюсь. За последние несколько лет мое чудо увлеклось всякими учебниками по воспитанию и теперь даже я матерюсь шепотом.

– Мамуль, а ты же сегодня тоже мат сказала – начинает старший сын – Леон.

Ну как, старший…

Просто первый вылез.

Я его лично встречал. В полуобморочном состоянии.

– Сыночек, ты чего там такое говоришь?

Ирочка, зыркнув на меня, как спалившийся шпион, отпивает кофейку из картонного стаканчика.

– Нет. Я тоже слышал, мам! – поддерживает младший – Адам.

Они у меня – команда.

Двойняшки.

С самого рождения работают сообща.

Первый, вон, когда вылез, батя еще на ногах стоял, а второй – с ног таки меня сбил.

Я только и успел, что жене благодарственно ручку бледную пожать, и всё.

С тех пор так и живем.

Леон расшатывает, Адам – добивает.

– А че сказала-то? – спрашиваю у сынишек.

– Не повторять! – командует Ира.

Ага, спалилась.

– На «б» который…

– Да я просто споткнулась… Чуть не упала, вот и вырвалось случайно, потому что ты у меня, как сапожник постоянно под ухом. У всех бывает.

– Вот и я ж о том, чудо! Бывает… У Рустама тоже вырвалось. Дите на поле споткнулось, а он испереживался, понимаешь?

Ирочка , сдаваясь, смеется и машет рукой.

– Ой, все, идите уже на свою тренировку, запарили.

– Ура!

Сынишки налетают на неё с объятьями…

Ласкучие они у нас – это в меня, но только мне самому редко когда перепадает.

– Давай, бать, спасибо! Мы погнали! – и хлопают меня по плечу.

Бегут два моих рыжих семилетки на свою первую, футбольную тренировку.

Довольные…

Эх.

Чего еще для счастья надо?

– Ой, уже пора Лизочку из садика забирать – суетится жена.

– Как прикажете, компаньон-сапожник – бросаю на неё хитрый взгляд.

И дергаю к себе, чтобы поцеловать.

Это ж как так возможно, что с каждым днем тискать её хочется все больше и больше?

Она у меня с годами становится вся такая деловая, ответственная мамочка.

Еще и карьеристка, но ей это безумно идет.

Я прям млею, когда она сначала серьезную мадам включает, а потом, не сдерживаясь, прыскает со смеху.

Моё чудо…

– Дорогой, мне домой нужно, курьер посылку привезет. Лизочка там что-то опять начудила…Поговоришь с воспитателем, ладно?

– Надо опять виновато кивать, да?

– Ну… Желательно… – улыбается немного смущенно.

Так, будто это она там начудила.

– Понял.

Наши пацаны – это черти на полставки .

Хитрые добрячки, немного пакостники – чисто моя продукция!

Зато наша Лизочка…

Та , которую выторговал у жены отдельным договором…

Лизочка – это просто настоящий , матёрый черт с рыжим хвостиком – пальмочкой на голове.

Я там на минималках , каким-то чудом затесался .

Глаза хоть и зелёные , но более темные . Волосы , вроде и рыжие , но тоже чутка темнее, чем у чуда .

А вообще – генетика очень странная вещь.

Считается , что она, вроде как, вся такая крутая наука .

У неё даже есть свои законы… Но эти законы иногда почему-то не работают.

И так случилось , что я, весь напрочь – ходячий , доминантный ген , теперь глава целого семейства рыжиков.

Только одному дитю, Леону, карие глаза подарил.

И на том, как говорится , спасибо. Позволили хоть чуть-чуть отметиться в собственных шедеврах.

Подбросив жену до дома, прихожу в детский сад.

Дочка уже надутая, рукава по-бандитски закатала, оглядывается. Видимо, жертву свою глазами выискивает.

Беру её на руки, а она все по сторонам вертится, на меня даже не реагирует.

Подумаешь – ходячий лифт пришел – обзор улучшился.

– Знаете , Заман Исхарович, мы тут решили ,– скромно начинает воспитатель – пусть Лизочка завтра дома посидит. Остынет .

– Лизочка , а ты че , в садике опять вскипятилась? – спрашиваю, стараясь сдержать улыбку.

Хмуро кивает .

Она у нас, когда злится, дама немногословная.

– И что у нас на этот раз случилось?

Насупившись, с каменным лицом чмокает меня в щеку.

– Че, опять кто-то поцеловал?

Кивает.

– Поцеловал. Сашенька – объясняет воспитатель. – А Лизочка за ним погналась, еле разняли. Мы боимся, что завтра опять драку с ним устроит. Пусть лучше дома посидит. Отойдет. Ну, как в прошлый раз.

Ага, и как в позапрошлый!

Я прям своё чудо в ней вижу .

Ядреную бомбочку с оттопыренной попкой , грозу всех улиц – Иру Смерч.

Преемницу себе родила .

Явно.

Теща меня успокаивает, говорит , что это у неё пройдет, но мне вообще-то всё нравится.

– Не, Лизон, я тебя, конечно, понимаю… – разговариваю с ней, пока иду к машине. – Ты, у нас, местный авторитет в садике. Да?

– Мхм.

– А тебя, вместо того, что боятся – любят. Авторитет сразу идет под откос. Это, конечно, факт неприятный. Да?

Снова кивает моя Лизочка.

Слушает.

А я и не знаю, что дальше говорить.

Чтоб не дралась?

Да вообще-то запарил меня уже этот Сашенька её постоянно целовать.

Тут я даже её поддерживаю, но ребенку об этом, конечно, не говорю, а то чудо потом устроит мне нагоняй.

Привожу дочку домой, сажаю на кухонный диван и рассказываю жене всю ситуацию.

– Лизочка , а это опять тот Саша, который тебе нравится, да? – со знанием уточняет чудо.

Я, обалдев от такого поворота, ошарашенно смотрю на жену.

Потом , так же, но уже с претензией – на внезапно поджавшуюся Лизочку. У неё даже пальмочка будто чуть опасливо приспустилась .

– В смысле "нравится", Лизон? Я че-то не понял…

И всё.

Умотала наша Лизочка с кухни просто моментально.

Не, ну даёт, партизанка…

– Я тут , значит, думал , она честь свою девичью защищает, а она флиртует? Чудо, это прям один в один – твои методы.

– Мои… – жена кокетливо смеется, прижимаясь ко мне, как ласковая кошка. – И, как я помню, тебе всё понравилось…

А я что?

Я тоже смеюсь.

И понимаю, что наша семейная жизнь – чертовски удалась.

– Обожаю тебя, Алихабов.

– И я тебя, чудо – целую её в макушку.

Эх…

Счастливый я мужик. Определенно – счастливый.