39. Наедине

Голова разрывалась. Ощущение , что внутри работала дрель.

Через силу открыла глаза. Темно.  Судя по всему была  еще ночь.  Совершенно не помнила, как добралась до дома. Ничего не помнила. Последнее - черные глаза Тимура. А дальше? Пустота.

В комнате было темно, лишь тусклая полоска света падала на пол из коридора.

-  Почему я не закрыла дверь?-  вертелось  в голове. Это было так на меня не похоже.

Попыталась встать и поняла, что я все еще в платье.

- Больше не пью! Больше не пью! - заклинала  сама себя.

Встать не могла, все кружилось перед глазами, поэтому села, упираясь руками в матрац. Кровать показалась слишком жесткой и в то же время нежной. Шелковой. Странно. Наверно, Софья Александровна купила новый комплект белья. Чувствовала, что надо собраться с силами и встать, чтобы переодеться и выпить аспирин.

Опустила  ноги с кровати и замерла. Кончики пальцев утопали в чем-то невероятно мягком и теплом. Ковер? Но у меня не было  ковра! Тогда что это?

Глаза, привыкшие к темноте, стали  понемногу различать очертания комнаты. Я точно была не дома.  От этой мысли каждая клеточка моего тела начала  впадать в оцепенение.  Немой крик попытался вырваться наружу: я хотела закричать, но дико боялась привлечь к себе внимание. Где же я была? Попытки хоть  что-то вспомнить оставались без результата.

Катя! Со мной была Катя. Если думать логически, я могу  быть у нее,- успокаивала себя. Но помогало мало.

Катя жила  с матерью в обычной двушке, а здесь одна спальня была метров тридцать. Вряд ли я была   у нее. Боже, вот это я влипла! Ну зачем же я пила! Главное, из-за чего? Точнее, кого! Черниговский явно не стоил моих переживаний! Сейчас, как никогда, моя глупая ревность  казалась мне мелким и никчемным пустяком.

- Я все еще в платье! В целости и сохранности  лежу в уютной кровати. Я одна. Значит самое страшное можно исключить, - рассуждала шепотом, прислушиваясь к своим ощущениям.- Со мной все в порядке, если не считать головной боли!

Тихими, маленькими шагами направилась к манящей полоске света и, слегка приоткрыв дверь, выглянула за нее. Моему взору открылся  небольшой квадратный коридор , освещенный тусклым светом ночника. Он  был выполнен в светлых тонах и имел , помимо выхода, еще две двери. За одной, судя по всему, располагалась ванная комната, что за второй -  непонятно, наверно, еще одна комната.  Прошмыгнув в коридор, осторожно , почти не дыша,  пошла дальше, туда, откуда доносился чей-то тихий, едва уловимый голос.

Несколько шагов привели меня к большой, просторной гостиной с огромными окнами в пол, открывающими  потрясающий вид на ночной город. Нереальное, завораживающее зрелище! Потеряв дар речи, замерла от того, что смотрела на город с  невероятной  высоты. Понятия не имела, какой это этаж, но явно выше двадцатого. При желании можно легко было рассмотреть мой дом, кофейню, универ. С ума сойти!  Вот только ощущение полета, невесомости и эйфории неожиданно  сменилось диким страхом высоты. Нет, раньше я за собой такого не замечала, но и так высоко еще никогда не поднималась. От нахлынувших чувств я не сразу заметила, что в комнате я была не одна.

У самого окна спиной ко мне, босиком, в одних домашних брюках, стоял молодой мужчина. Одна его рука держала телефон возле уха, а другая лежала на холодном стекле. Он явно был  увлечен беседой и совершенно не обращал  на меня внимания.  А я не могла отвести от него глаз.  Его уверенная, немного надменная поза, напряженные мышцы и  мощные плечи заставили  меня застыть на месте. А еще тату. Та самая. От шеи до запястья правой руки растянулся витиеватый узор, который раньше я видела лишь  обрывками.  Черниговский. Сомнений не оставалось. Я была у него. Но что я здесь делала?

- Послушай, я не просто так прошу тебя об этом, - спокойным, размеренным и тихим голосом он разговаривал с невидимым собеседником. - Да, это важно. Да.  Хорошо.

- Долго будешь меня разглядывать, - чуть громче и с издевкой в голосе произнес Тимур.

Уверенная, что он меня не видел, я вздрогнула и пришла в себя.

- Почему я здесь? -спросила  вполголоса.

- А куда тебя надо было привезти в таком состоянии? - он развернулся и не спеша пошел в мою сторону. - В местный вытрезвитель?

- Мне просто совсем нельзя пить, - начала оправдываться. Мне почему-то стало неловко, что он видел меня в таком состоянии.

- Тогда зачем пила?- он был все ближе и ближе.

- Тебе-то что? Не мог мимо пройти? - я поймала на себе его тяжелый взгляд и это моментально меня  взбесило.

- Пожалуй, стоило!- между нами оставалось не более полуметра и я непроизвольно шагнула назад.

-  Какие отношения у тебя с тем рыжим ублюдком?

Если бы только взглядом можно было убивать, я бы точно давно умерла. Откуда в нем столько злости?

-  Ты о ком? - еще шаг назад. - Я не понимаю.

- Всё ты прекрасно понимаешь, - Тимур опустил взгляд на мои руки, снова сократил дистанцию  и добавил с презрением: - Практикуете пожестче? Так тебе нравится? Да?

- Да пошел ты! Что ты вечно суешь свой нос в мою личную жизнь? Достал уже!  - еще шаг назад и я уперлась в стену. Дальше бежать было некуда. - Я же не спрашиваю тебя о Сбруевой! Вот и ты не лезь!

-  Что ты хочешь знать о Марине? Что она целуется лучше тебя, что пахнет слаще, что смотреть на нее приятнее , чем на тебя? - Черниговский подошел вплотную. Так близко, что его горячее дыхание обжигало мое  лицо.

- Я рада за тебя! Правда! А то реально переживать начала, что такого морального урода, как ты, никто никогда не полюбит и не приласкает. А тут Сбруева подоспела! Говорят, она мастерица ублажать всяких козлов, - куда меня понесло? А главное, зачем? Знала же, что доводить Тимура опасно, но проглотить молча его оскорбления не смогла.

А зря! Тимур резким движением протянул руку и схватил  меня за шею со стороны спины.  Второй же рукой уперся в стену за мной.  Он  хищно посмотрел мне в глаза, а потом сжал волосы на затылке, заставляя посмотреть ему прямо в глаза.

- Как же тебя задело! Хочешь дам шанс реабилитироваться? - он убрал руку со стены и легко дотронулся до моего плеча.

По всему телу мгновенно побежали мурашки. Тимур  нащупал лямку моего платья и медленно начал ее опускать. Что он творит! Нет, нет!

- Ты же не  просто так надела это развратное платье? Хотела приключений? Считай, что ты их нашла , - еще немного и платье просто спадет. Какой стыд! Только не это! Изо всех сил я вцепилась в его руку своими  и попыталась  остановить. Но он даже не заметил моих усилий.

- Не надо! Не трогай!- прошептала я, понимая, что в моем арсенале самозащиты кроме слов ничего не осталось.

- А то что? Пожалуешься папочке, своему жирному другу или рыжему отморозку? - его губы практически касались моих. Стальное, напряженное и горячее тело всем весом вжимало меня  в стену. Опять. Второй раз за  сегодня меня пытаются раздавить. Конечно, от Черниговского не несло перегаром, но его слова били больнее , в самое сердце.

- Нет, я расскажу Сбруевой. Посмотрим, как после этого она захочет целоваться с тобой у всех на виду! - ничего лучше я не придумала.

Хватка Тимура ослабла, а сам он совершенно неожиданно  рассмеялся. И что здесь веселого? Идиот!  Но эта его странная реакция дала мне фору. Я смогла выскользнуть из рук парня и отойти от него.

- Где мои вещи, я хочу вызвать такси и поехать домой. Спасибо, конечно, за заботу, что не бросил и всё такое, но мне пора, - о том, что Гена сходил, наверное, с ума, я вспомнила только что.- Отец волнуется.

- Отец? - смех, который до этого оглушал меня, резко прекратился.  На его губах осталась лишь  кривая и зловещая ухмылка. Черт! Как же он пугал меня в эту минуту!  - Волнуется? Как сильно? Просто переживает или готов убить? А? Часто его заставляешь нервничать?

Тимур не подходил, стоял там же, но весь его внешний вид говорил, что он взбешен не на шутку. Он   запустил руки в волосы и нервно начал ими тереть голову. Потом поднял на меня взгляд, полный боли, отчаяния и ненависти. Что с ним? Откуда такие перепады настроения?

- Ты больной, - это не было оскорблением, скорее я просто говорила очевидное.

- Тогда, три года назад, ты его тоже огорчила? - не отводя от меня глаз, он снова стал приближаться. Я ничего не понимала. О чем он говорит? Какие три года назад? - Что ты сделала? А? Ксюша загуляла в Лондоне или не позвонила вовремя папочке? А может получила плохую оценку? Что?

Это свое "Что" он проорал с такой силой, что казалось затряслись стены. Господи, он реально больной! Никаких сомнений! И находиться рядом мне становилось по-настоящему опасно. Если до этого я боялась просто его близости, то сейчас переживала за свою безопасность.

- Где мои вещи? - нужно было срочно уходить, но я в одном легком платье: ни обуви, ни плаща, ни сумочки с телефоном и деньгами.

- Остались в машине. Ты , конечно, тощая, как стручок фасоли, но тащить тебя , да еще и твои шмотки, меня не особо прельщало, - выплюнул Черниговский. Сейчас между нами все еще было достаточное расстояние, но кислорода мне все равно  не хватало. Его присутствие, его взгляд - всё душило меня !

От страха  не заметила, как прижалась спиной  к окну. На секунду разорвав зрительный контакт с Тимуром,  я обернулась и чуть не потеряла сознание. Высота! Оглушительная, пугающая, опасная! Зажмурила глаза и начала считать. Один, два, три, четыре... Раньше это помогало. Раньше! Сейчас адреналин в крови,  достигнув максимального уровня, не давал ни секунды передышки. Слишком многое меня пугало: мое состояние, чужая квартира, невозможность выбраться, ужасающая высота за спиной и монстр прямо передо мной.

- Мне страшно, Тимур! Мне так страшно! - пробубнила с закрытыми глазами. Я хотела, чтобы это все прекратилось. Он же может быть другим, я видела! Почему он вел со мной себя так? За что?

Тот момент, когда Тимур подошел ко мне вплотную, я упустила, но почувствовала легкое, почти невесомое касание его руки к щеке. А потом его сдавленный и тихий голос:

- Не смей! Больше никогда не смей!

- Что? - собрав последние силы в кулак, я открыла глаза и встретилась с черным взглядом парня. - О чем ты?

- Ни о чем! – он немного отстранился от меня , а потом добавил обычным спокойным тоном: - Вот, возьми мой! Позвони отцу и скажи, что с тобой все нормально. А потом мы поговорим!

Тимур протянул мне свой смартфон, но брать его я не спешила. Что значит поговорим? Какой там все нормально? Что он задумал?

- Держи! Звони! Только номером не ошибись!- его голос вновь начал наполняться гневом.

Он продолжал сверлить меня взглядом  и держал в руке телефон. Неуверенно протянув дрожащую руку, я хотела уже его взять, но  в последний момент Тимур перехватил мою руку и зло процедил:

- Только один звонок. Не ошибись.

- Идиот! Псих! Больной! Ненавижу тебя! - вспоминая номер Гены, бормотала  себе под нос. Обида, как снежный ком, нарастала в душе. -Ненавижу!

- Ненавидишь?- голос глухой, пропитанный ядом. - Да ты понятия не имеешь, что такое ненависть!

-Ты ошибаешься! - выдавила из себя, а у самой в глазах собрались слезы.

- Звони! - рявкнул парень.

Гена ответил практически моментально.

- Да, слушаю, - голос совершенно не сонный. Обеспокоенный, уставший, серьезный, но не сонный. Значит он ждал меня. Жаль, я надеялась, что он не заметил моего отсутствия. -Слушаю. Кто это?

- Это я, - совершенно забыла, что звонила с чужого номера, - Ксюша.

- Ты на часы смотрела? - и правда, сколько времени. Еще темно, ночь, но как долго я была без сознания?- Где тебя носит?

- Прости. Не волнуйся, пожалуйста!

- Не волнуйся? Ксюш, ты в своем уме? Я за эти три часа поседел, как за десять лет. Что с твоим телефоном? - пока Гена выпускал пар, Тимур, не отрывая глаз, следил за каждым моим словом. Жадно! С недоверием! Как будто пытался услышать что-то важное для себя.

- Папуль, поговорим, когда приеду, - Гена знал, что я никогда так его не называла. При посторонних, друзьях, наедине - всегда он  был для меня Геной. Но сейчас я ощущала явную, хоть и не совсем понятную опасность, исходящую от Тимура. Это было шестое чувство, интуиция, предчувствие.

- Где ты? - Гена все понял. Голос стих, эмоции исчезли, осталась одна сталь. Сейчас только факты его интересовали. Роль отца уступила место роли моего телохранителя.

- У знакомого, - я боялась сказать что-то не то и тем самым  спровоцировать Тимура.- Ему очень хочется немного поговорить со мной, не теряй...

- Связь громкая?-перебил меня Гена.

- Нет, не переживай, - как ни в чем не бывало ответила ему.

- Я сейчас задам несколько вопросов, спокойным голосом , не привлекая внимания, отвечай да или нет. Ксюша, поняла?- голос Гены были тихим, но четким, чтобы слышала его только я.

- Да, папуль, я буду осторожна!

- Тебе что-то или кто-то  угрожает?

- Немного, совсем немного. Я знаю, что нельзя, поэтому выпила только капельку, ничего страшного.

- Ты знаешь, где ты?

- Нет. Я приеду позже, не жди, ложись спать, - из всех сил старалась не подать вида, что до безумия волновалась.

- Рядом кто-то есть? Ты его знаешь?

- Да, пап, конечно! Я буду осторожна. Если что, ты можешь позвонить на этот номер, мой телефон разрядился. Договорились?- пробить номер Гене не составило бы никакого труда, а значит узнать где я и с кем, казалось, Гене ничего не стоило.

- Ксюша, в этом вся проблема! Номер абонента скрыт! Те угрозы...

- Хватит, поговорили,-  Тимур нагло вырвал трубку из моих рук и сбросил вызов.

Смотрела на Тимура, ноздри которого раздувались от гнева, и до меня начали доходить последние слова Гены. Смс. Те смс, которые пугали меня последнее время были  от Тимура?

-Это был ты! Ты угрожал мне! Да? Те дурацкие смс твои! Это ты избил Реми! Зачем ? - меня прорвало. Черниговского было слишком много в моей жизни. Он успел наследить везде. И самое пугающее, что я совершенно не понимала, чего он добивался.  Он не был  больным! Он просто меня ненавидел!

Тимур сделал шаг вперед, всем  своим телом прижимая меня к окну. Его ладони упирались в стекло по обе стороны от меня. Положив руки ему на грудь, я попыталась его отодвинуть. Бесполезно, как и всегда. Мощный, огромный, твердый, как скала. Не смотря на холод стекла за спиной, его горячее тело обжигало меня.

- Что тебе нужно?- спросила тихо, с ужасом ожидая его дальнейших действий.

- Ты, - все так же, глядя в глаза ненавидящим взглядом, прошептал Тимур.