43. Убежище

Промозглый осенний дождь тарабанил по лобовому стеклу с такой силой, что силуэт Гены казался размытым. Но Миронов не возвращался. О чем-то глубоко задумавшись, он продолжал курить, а я изводить себя догадками. И лишь минут пятнадцать спустя он, весь промокший и прокуренный, вернулся к рулю.

- Ты понимаешь, что не рассказать Максиму все это я просто не имею права?- пока я накручивала себя дурацкими мыслями, Миронов успел успокоиться.

- Понимаю, - конечно, я этого не хотела, но так правильней,- только я все равно не уеду.

- Говорить я с ним буду вечером, сейчас еще кое-что должен проверить. Поэтому ты ведешь себя пока тихо, как мышка!

- Хорошо! Может поедем уже?- сколько можно было меня учить, это начинало уже раздражать.

Гена молча выехал с обочины и до конца маршрута больше не сказал ни слова.

- Отчим с матерью пока в больнице, вернутся часа через полтора-два,- сообщил Гена, когда мы остановились на парковке около дома.- Поэтому никто не заметит твоего странного вида, но все же переоденься!

-  Нет, Ген, буду целый день ходить в чужой сорочке, - все утро Гена только и делал, что раздавал указания, что порядком вывело меня из себя.- Ладно, извини! Я просто устала.

Закатив мой чемодан в прихожую и убедившись, что я отправилась в свою комнату, Гена уехал, а я осталась в ожидании неизвестности.

Меня бесило, что все происходящее никак не зависело от меня. Я ощущала себя беспомощной и бесполезной. Как же так?! Именно в огромном охраняемом доме Соболева я почувствовала себя запертой в клетке. Тимур оказался прав: меня первым же делом спрятали и лишили свободы передвижений.

Переодевшись в джинсы и толстовку, я спустилась вниз. С момента моего приезда прошло уже часа два, но Соболев с мамой так пока и не вернулись. Что я здесь делала? В этом огромном и  пустом доме? За окном все так же шел проливной дождь, но сейчас он казался мне более привлекательным и манящим, нежели просто сидеть в четырех стенах. Не долго думая, я  схватила зонтик и побежала на улицу.  Спустилась с крыльца и пошла вдоль дорожки, ведущей в сад. Даже в такую ненастную погоду территория особняка выглядела ухоженной и аккуратной. Осенняя листва играла разноцветными красками под ногами, а самые стойкие листочки еще трепыхались от ветра на тоненьких веточках. Дождь то ненадолго затихал, роняя редкие робкие капли на землю,  то начинал с новой силой. Я и  не заметила, как дошла до розария. Забежав под ротонду, закрыла зонт и наслаждалась прохладным влажным воздухом. В этом месте очень  любила бывать мама. Это было неудивительно. Даже сейчас, когда розы давно отцвели, этот небольшой участок сада казался воздушным и сказочным.  Я невольно  засмотрелась на забор с плющом и воспоминания о нашей поездке сюда с Тимуром без спроса ворвались в мою голову.   Почему-то сейчас мне хотелось оказаться в его гостиной, смотреть на город с высоты птичьего полета и ощущать его дыхание на своем затылке. Мне вспомнился наш последний поцелуй. После которого  не хотелось плакать и сожалеть. Нет, наоборот. Мне понравилось. Очень.

Звук подъезжающего автомобиля отвлек от сладких воспоминаний. Я была уверена, что вернулся отчим, но машина была не его. Однако, охрана без вопросов пропустила гостя и тот проехал к особняку. Попыталась разглядеть водителя, но за стеной дождя это оказалось невозможным.  Я уже хотела спуститься и пойти в сторону дома, как вдруг услышала за спиной знакомый голос.

- Все-таки сбежала? Сменила один плен на другой?- Тимур стоял по ту сторону плюща и, сложив руки в карманы, смотрел на меня исподлобья. Дождь, не жалея сил, хлестал его по лицу. Стекая крупными каплями с его волос, он струился ручейками по кожаной поверхности его куртки. Как долго он здесь стоял, что так вымок? Почему я его не заметила? И что ему здесь было нужно? Привлекать внимание охраны лишний раз не хотелось, поэтому , чтобы не кричать, я спустилась и подошла к забору, совершенно забыв про зонт. Через пару минут я была такой же промокшей, как и Черниговский, но почему-то совершенно не замечала этого.

- Зачем ты приехал?- спросила Тимура, который, как и я,  подошел ближе к забору.

-  Хотел посмотреть в твои трусливые глаза!- выплюнул мне в лицо Черниговский.

- Посмотрел? Доволен?- неужели я надеялась, что  этот индюк может быть вежливым и учтивым? Нет,  только не со мной.

- Посмотрел! - рявкнул парень.- Жалкое зрелище!

- Тогда вали на все четыре стороны или я позову охрану!- его сюда никто не звал, а приезжать и оскорблять себя я ему не позволю.

Но Тимур не двинулся с места. Своим колким взглядом он только обострял во мне чувство собственной никчемности, которое возникло еще в особняке. Кажется, он даже не моргал, глядя мне прямо в глаза. То ли от его холодного  взора, то ли от слякоти вокруг, мне стало невыносимо холодно и одиноко.

- Если ты думаешь, что этот хлипкий забор или кучка жирных охранников способны остановить Горского, то ты полная идиотка! - просипел Тимур.

- А кто может? Ты? Что ж тогда ты не остановил его в свое время? -  слова вылетели быстрее, чем я подумала о  том, что сказала. Сколько бы он не говорил мне гадостей, то что произнесла я было в сто крат больнее.- Прости!

- Мы с тобой в одной лодке, Ксюша. Я хочу знать правду и наказать Горского, ты - не пострадать от его рук. Глупо выяснять отношения. Мы должны действовать сообща. Все что может твой Миронов-  вечно прятать тебя, - Тимур говорил четко и по делу.- Но этим проблема не решается. Она лишь получает отсрочку.

- Ни твой отец, ни Соболев, ни Миронов не смогли решить эту проблему... Что мы с тобой можем сделать?- неуверенно спросила парня.

Тимур подошел вплотную к забору и, протянув руку, убрал налипшую прядь волос с моего лба.

-  Быть вместе, Ксюша, - вкрадчиво произнес он.- И не прятаться.

- Легко тебе говорить. Ты всего лишь борешься за правду, у меня же на кону, возможно, стоит жизнь, - двумя руками я обняла себя, чтобы  немного согреться, и слегка отошла в сторону, дабы Черниговский больше не смог меня коснуться. Не знаю почему, но от его даже самых незначительных прикосновений у меня начинали путаться мысли.- Будет лучше, если ты сейчас уедешь. Мне и без тебя проблем хватает.

- Если передумаешь- позвони, - Тимур протянул мне визитку. Если я хотела от него избавиться, брать карточку, мне не стоило. Дурацкая идея. Но интуиция кричала, что номер Черниговского я знать обязана, что он мне пригодится.

- Тимур, мои вещи. Где они?- рассматривая его визитку, я вспомнила и про свой телефон.

- У меня дома. Если нужны, приходи и забирай сама,- с привычной ехидцей прошипел Тимур, а затем развернулся и хотел уйти, но в последний момент передумал, остановился и, не оборачиваясь на меня, произнес:

- Иди в дом, Ксения, и постарайся не заболеть!

В сотый  раз за сегодняшний день я просто кивнула, но не смогла двинуться с места. Я запуталась. Окончательно! Именно в этот момент я ощущала жгучую потребность  идти за Черниговским. Куда? Зачем? Не важно! Просто рядом с ним во мне до предела  обострялись все чувства и эмоции! А без него становилось  пусто и бесцветно.

Не знаю, сколько я так простояла под бесконечными каплями дождя, но толстовка была уже  насквозь сырая, как и мои волосы. Сырыми и липкими прядями они облепляли мое лицо, шею, плечи, как паутина злого и ненасытного паука.  Куда не беги - от него не убежишь.  Страх безысходности окутал меня с ног до головы. Не так я планировала свою жизнь в этом городе! Не так!

Вернувшись к дому, я обратила внимание на припаркованный у входа автомобиль. Серый обыкновенный  седан. Соболев никогда на таком не ездил. Значит в доме были гости.

Продрогшая и лохматая, я боялась наткнуться на кого-то постороннего, поэтому решила обойти дом и зайти со стороны кухни.  Ни Соболев, ни мама никогда сами не пользовались запасным выходом, он был предназначен исключительно для прислуги.  А я и раньше частенько использовала его, когда хотела тихо и незаметно попасть в дом.  Вот и сейчас у меня получилось невидимкой пробраться в свою комнату, принять горячий душ и уснуть.

Мне казалось, я поспала от силы минут двадцать, но когда взглянула на часы, поняла, что времени прошло гораздо больше.  Не позднее, чем через полчаса, должен был начаться ужин. Быстро приведя себя в порядок, я решила спуститься в гостиную и найти маму. Наверняка, она уже вернулась.

Из гостиной доносились голоса мужчин. Их было трое: Миронов, отчим и Леша. Так вот,  кто приехал на той машине. Леша! Мешать их оживленной беседе мне было неудобно. Я остановилась в нескольких шагах от входа и начала подумывать, а не вернуться ли обратно. Но их разговор внезапно меня заинтересовал.

- Отец, это наша вина, что она с ним связалась. Вы так ее берегли, следили за каждым шагом, а девчонке просто нужно было все рассказать с самого начала. Сразу обозначить, кто такие Черниговские. А сейчас-то что? Смысл ее отправлять так далеко? Думаете, если он узнает, что она жива, его загребущие руки не дотянуться до Лондона? Или Парижа? А кто ее там защитит в этом случае?- Леша говорил правильные вещи.

- Ты, прав! Прав! Но пока он будет ее искать, мы выиграем время, понимаешь? - голос Соболева как всегда холодный и сухой.

- Вы хоть сейчас ей правду скажите! Она же вас не простит потом! - настаивал Леша. О какой правде шла речь? О чем он?

- Ладно переливать из пустого в порожнее, - вставил свое слово Гена.- Из города ее однозначно надо увозить, и Катю тоже. А потом разбираться. Лех, он же Ксюху  как приманку будет использовать, понимаешь?

-   Катю определю в санаторий на пару недель, нам как раз пора, - поддержал Гену отчим.- А ты, сын, тогда Ксюшу в охапку и к себе. Пока на время, а там, глядишь, и в столичный вуз переведется. Все польза!

Получается они решили все же от меня избавиться в  очередной раз. И все за моей спиной! Ну уж нет! В голове закрутились шестеренки, мне срочно нужен был план, как избежать ссылки  в Москву. Выйти, топнуть ножкой, пустить слезу - это все бесполезно, на этих бесчувственных мужиках не сработало бы точно. И тогда решение пришло само собой!

- Ксюх, готова?- спросил Лешка, заглядывая в мою комнату. После ужина, Гена и отчим затеяли со мной важный разговор. Они пели мне про опасности , нехороших людей, заговоры и прочую ерунду. Я послушно кивала головой, благо за этот день навык у меня уже был. Когда Гена заикнулся про Москву, я фальшиво обрадовалась и тут же согласилась. Кроме того, уговорила выехать как можно скорее.  Уже днем в субботу нас ждал самолет с двумя билетами в бизнес-класс до Москвы. Весь вечер и все субботнее утро я посвятила маме. На неделе Соболев увозил и ее, а значит разлуки нам было не избежать. Я ловила каждое мгновение, проведенное вместе, каждую ее улыбку. Пыталась сберечь в памяти теплоту ее рук и нежность взгляда.

А ближе к 11-ти Леша приехал за мной.

- Да, все готово! - Леша взял мой чемодан и мы вышли из комнаты. Спустившись вниз я еще раз обняла мамочку, Гену и даже Максима Петровича, после чего мы с Лешей покинули территорию особняка.

- Леш!!!- испуганным голосом закричала так, что брат слегка подпрыгнул от неожиданности. Хорошо хоть руль не выронил!  Мы уже проезжали по проспекту Ленина, в паре кварталов от моей квартиры. - Лешка, я совсем забыла. Помнишь бабушкину квартиру?

- Допустим, -пробурчал он.

- Меня надо туда на минутку завезти, нам все равно по пути! У меня там бабушкины письма. Я без них никуда!

- Ксюх, ну бред же! Давай я их потом тебе завезу, все равно туда-сюда часто мотаться придется, - Леше никуда не хотелось заезжать.

- Ну уж нет, еще прочитаешь, знаю я тебя! Лешенька, ну давай заедем!  - продолжила канючить я.

- Ладно, только у тебя одна минута, усекла?

- Ага! Ты самый лучший!!!- подлизалась к Леше и даже послала ему воздушный поцелуй. Но он скривился от него, как от кислых щей.

К дому бабушки мы подъехали быстро. Все тот же старенький подъезд, голый куст сирени и полуразрушенная скамеечка под ним.

- Я быстро! Очень! - сказала брату и выскочила из машины, пока ему не хватило мозгов меня проводить.

На всех парах пролетая лестничные проемы, я молилась только об одном.

- Кто там?- слава Богу, мои мольбы оказались услышанными, соседка  была дома.

- Алевтина Егоровна, это Ксюша! Пожалуйста, помогите!