54 Лида

В «Интродизайне» мне сразу не понравилось. Юле я об этом, разумеется, ничего не сказала, да и нечего было говорить. Не заявлять же: «Знаешь, на меня здесь смотрят как на шлюху, которая отчего-то решила заявиться в приличное общество»?

Конечно, не все так смотрели. Но многие, особенно коллеги-дизайнеры. Некоторые даже стремились меня чем-нибудь ненавязчиво уколоть, чтобы, с одной стороны, было обидно, но с другой – не в чем упрекнуть. Например, меня спрашивали, кто красивее – Озёрский или гендиректор «Интродизайна». Или интересовались, какой процент проектов в моём портфолио разработан с участием Вадима. Ничего оскорбительного напрямую, но безумно неприятно было каждый раз слышать нечто подобное.

Беда была ещё и в том, что я совершенно не умела отвечать на колкости. Я не привыкла к ним и терялась, молча хлопая глазами. Думаю, многие решили, что я либо умственно отсталая, либо просто дура. В любом случае – Озёрскому такая жена не подходит.

Об этом я даже краем уха услышала, когда проходила мимо сплетничающих коллег.

– Не обращай внимания, – сказала Юля на второй день в столовой во время обеда. – Ничто не вечно под луной. Позубоскалят, поперемывают тебе косточки пару недель, а потом потеряют интерес. Особенно если ты не станешь поводов подкидывать.

– Ты о чём? – не поняла я.

– Не связывайся с Градовым, – предостерегла меня Юля, и я замерла, глядя на подругу с недоумением. Я вообще не поняла, к чему это было сказано.

– С генеральным? – решила на всякий случай уточнить.

– Угу.

Юля подняла глаза от своего супа, посмотрела на меня, иронично улыбнулась и пояснила:

– Градов и Озёрский – давние конкуренты. Когда-то Алексей Владимирович работал с Вадимом, начинал, точнее. Ты об этом знаешь?

– Э-э…

Мне стало стыдно. Возможно, Вадим рассказывал что-то про Градова. Почти наверняка рассказывал. Но я не брала в голову, потому что это казалось мне неважным. Какая разница, с кем он работал двадцать с лишним лет назад, когда я ещё в школе училась?..

– Ясно, – пожала плечами Юля. – В общем, Градов был партнёром Вадима, но захотел, как я понимаю, больше власти, а твой муж не собирался её давать. Вот Алексей Владимирович и свалил. Правда, для того, чтобы открыть студию, ему понадобилось выгодно жениться. Жена у него – та ещё фурия, но благодаря её деньгам «Интродизайн» не отбросил копыта в первый же год своего существования, да и потом тоже. Сейчас мы крупнее студии Озёрского, но… менее престижны. И Градова это бесит. В принципе, на его зависти к Вадиму я и сыграла, когда принимала тебя в штат.

– Что?! – Сердце в ужасе грохнулось куда-то в пятки.

– Не волнуйся, – поморщилась Юля и махнула рукой. – Алексей Владимирович в целом мужик адекватный, я на него уже почти десять лет тружусь. Конечно, он не стал бы принимать тебя в команду с таким куцым портфолио, если бы не желание насолить Озёрскому.

Ох уж эта Юля…

С другой стороны, она хотела как лучше, обеспечивая меня работой. Но что обо всей этой авантюре подумает Вадим? Если они с Градовым терпеть друг друга не могут, он решит, что я назло так поступила…

– И я не сомневаюсь, – продолжала Юлька, – что Алексей Владимирович начнёт к тебе клинья подбивать.

– Так он ведь женат.

– Лида, – подруга закатила глаза, – ты иногда просто поражаешь меня своей наивностью! Кому и когда это мешало?!

– Вадиму… – ответила я непроизвольно и вздохнула. Юля сказала «наивность», но сейчас я чувствовала себя круглой идиоткой. Какая же это наивность? Я умудрилась предать человека, не способного на предательство.

– Да, – согласилась со мной Юля. – Озёрский в этом плане – кремень. Но Градов не такой, любовниц у него всегда не одна, а несколько, не считая жены. И, помяни моё слово, он будет к тебе подкатывать. Но слово «нет» наш гендир, слава богу, понимает, так что с отказом не тяни. Не кокетничай, не улыбайся, а сразу сурово осади, и всё будет нормально.

– А потом он меня уволит?

– Вряд ли. Меня же не уволил? – рассмеялась Юля, и в этот момент я в очередной раз поняла, в каком же вакууме жила во время брака с Вадимом. Он оберегал меня от всего, поэтому сейчас я чувствовала себя мышью, которую бросили в террариум к змеям. Все змеи сытые, но мыши всё равно не по себе.

Мир, в котором начальники приставали к своим подчинённым, давно и незыблемо существовал для меня в какой-то параллельной реальности. Так же, как и мир, в котором мужья заводили любовниц, отцы бросали своих детей, бывшие супруги мстили друг другу – и прочие гадости, достойные террариумов.

Вадим был совсем другим человеком. И он, наверное, тоже считал меня другой… пока я его не предала.