Глава 7

„Смысл жизни — наполнять её смыслом.“

— Виктор Франкл

Солнце клонится к горизонту, окрашивая улицы города во всевозможные оттенки розового. В окне мелькают дома, деревья, силуэты людей, бесконечной рекой тянущиеся по тротуарам. На заднем сидении дремлет Митя. Набегался за день, но даже сейчас с его лица не исчезает радостная улыбка.

Я щурю глаза от ярких солнечных бликов и, расслабленно вытягивая ноги, поворачиваю голову к Владу.

— Мне нужно будет закончить букет. Немного… Примерно полчаса и сможешь забирать.

— Хорошо. Спасибо.

Да. Спасибо… День закончился. Сейчас отдам букет и все? Больше не увидимся… Как-то… невесело получается. Но вслух говорю совершенно другое.

— Если хочешь, можешь подождать у нас, — предлагаю я, и он молча кивает, заворачивая в наш двор и паркуясь недалеко от подъезда.

Оборачиваюсь к сыну, думая как лучше его перенести, но он открывает глаза и взъерошенный, словно воробей, смотрит на меня сонными глазами.

— Я не сплю. Я это… медирутию. Нет… Медитирую вот, — говорит заплетающимся языком и спрыгивает с сидения.

Пока мы с ним переглядываемся, Влад успевает обойти машину и открыть дверь, галантно подавая мне руку. Моя ладонь кажется совсем маленькой в его руке, почти детской. Но взгляд задерживается на красном полумесяце на его запястье. Все-таки смелый парень, и не боится же давать мне свои руки после всего…

— Прости за это.

— На память будет, — Влад невозмутимо поднимает на меня взгляд и закрывает дверь за моей спиной.

— Мам, ну вы идете?

Идем… Куда мы денемся.

Привычно проворачиваю ключ, кидаю на полку сумку и понимаю, что мужских тапочек в моей квартире просто нет. Есть только большие розовые с помпоном (мамины) или серые мои, но тридцать седьмого размера. А пол холодный и местами даже опасный. Если вы хоть раз были в доме, где живет любитель Лего, то сразу поймёте почему. Сколько ни убирай, а эти детальки, как комары — вездесущи.

Влад, видимо, замечает мои метания и совершенно спокойно берет с полки «помпоны».

— Влад, пойдем руки мыть! — тащит сын гостя в ванную, пока я с улыбкой наблюдаю эту картину.

— Будешь смеяться — поцелую, — тихо бросает Влад, проходя мимо меня. А я замираю, пытаясь понять, это он серьезно или в шутку?..

“Ладно, сначала букет, потом мысли”, - встряхиваю я волосами и несу все нужное к себе в комнату.

Да, мастерская у меня в спальне. Большой стол, множество всякой декоративной мелочевки: бумага, ленты, шпажки, веточки цветов, которые станут основой букета.

Закончить осталось и правда немного, по сути, только собрать (что не займет много времени).

Митя знает, что когда я работаю мне нельзя мешать, но сегодня я оставляю дверь открытой и прислушиваюсь к разговору на кухне.

— А зачем тебе цветочный букет? Ты ведь парень… — слышится из комнаты.

— Так я ведь его не себе дарить собираюсь, — хмыкает Влад — У моей мамы завтра день рождения.

— Здорово, а у меня ещё не скоро. Но мама всегда готовит торт, и я задуваю свечи, — раздается шум воды (видимо набирают в кастрюлю). Блин, вот я хозяйка, даже ужина нет… — Все дарят подарки, и бабушка всегда приходит. А теперь ещё и Петя с нами будет.

— Петя? — звучит голос Влада, и я дергаюсь от грохота звякнувшей кастрюли, протыкая шпажкой не основу, а палец.

— У вас все хорошо?.. — заглядываю на кухню, прижимая ранку к губам.

На плите стоит кастрюля, на столе — сосиски и тарелки.

— Все отлично, мам, — Митя поднимает выше игрушечного паука и говорит — мы с Владом и Петькой ужин готовим.

— Все под контролем, — Влад кладет руки на плечи сыну и смотрит на меня, а я отдергиваю палец от губ. Не так уж и сильно идёт кровь.

— Молодцы, — ошарашено киваю такой слаженности. — В холодильнике есть кетчуп. Я скоро.

Букет заканчиваю и правда быстро. Веточка к веточке, между ними на шпажках небольшие презенты в нежной пастельной обёртке, несколько слоев бумаги вокруг, яркая лента. Я люблю свое дело, поэтому время пролетает незаметно и, когда я возвращаюсь на кухню с огромным букетом, на столе уже стоит готовый ужин.

Влад уходить не спешил, а я не спешила напоминать. Оказалось гораздо проще сделать вид, что так все и задумывалось, и мы вместе садимся за стол, разговариваем, смеемся. Словно это один из тысячи подобных вечеров, уже бывавших и ещё будущих.

Но какими бы длинными ни были спагетти, ни их, ни время нельзя тянуть вечно.

Вечер уже близится к ночи. Букет готов, ужин съеден. Коридор, подъезд, прощай? Наверное, что так. До коридора мы, кстати, уже дошли.

— Давай я все-таки заплачу? — спросил Влад, беря из моих рук букет.

— Хочешь меня обидеть? Мы ведь договорились. Поздравишь маму. Надеюсь, ей понравится.

— И все же…

— Даже не начинай, — останавливаю его я. — Считай это мой подарок.

— Влад, Влад стой! — из комнаты в коридор прибегает Митя с альбомным листом в руке и вручает его Владу. — Держи, это твоей маме на день рождения подарок. Я сам рисовал.

— Спасибо, — странным голосом говорит Влад, рассматривая рисунок.

— Ты к нам приходи ещё, я и тебе нарисую, и коллекцию машинок покажу.

— Митя… — начинаю я. — Но сын рывком обнимает нас за ноги, так что я снова оказываюсь фактически в объятьях Влада, и, прошептав ”Спокойной ночи” убегает обратно.

Делаю шаг назад, отступая, Влад перехватывает удобнее букет, я открываю дверь. Стоим по разные стороны порога. Молчим. Кажется, бесконечно долго молчим. Но это, наверное, только кажется.

— Спокойной ночи… — делает шаг к лестнице Влад.

— Спокойной, — закрываю дверь я.

Сижу в темноте на кухне. Смотрю, как в сгустившихся сумерках, размытых пятнами оранжевых фонарей, появляется темный высокий силуэт. На миг фигура замирает, и мне кажется, Влад смотрит прямо на меня. Но конечно он не может видеть меня в темноте на пятом этаже.

По-хорошему, нужно пойти помыть посуду, позвонить маме, чтобы она снова посидела с Митей пока я буду на работе. Но я продолжаю наблюдать за серым силуэтом машины растворяющемся в темноте.

— Спать, пора спать — говорю себе я, в последний раз глянув на место, где мелькнули красные огоньки фар, и отворачиваюсь от окна. — Нечего тут грустинки множить.