25

Музыка окутывала басами, полутьма «Клетки», ночного клуба, в котором любил отдыхать, скрадывала обстановку вокруг, и позволяла наконец расслабиться и отпустить ситуацию.

Как же я устал.

Не позволял себе признаваться в этом раньше, работал, насколько хватало сил, но в последнее время все чаще стал понимать, что нужен отпуск.

И по классике в ответ в голове всплывало понимание: не сейчас. Не во время предвыборной гонки, не во время всех этих перестроек на работе, не сейчас…

И терпел, терпел, но последняя неделя выжрала из меня все соки.

Эля ждет ребенка.

Хорошо, что я узнал об этой новости раньше, чем она приняла меры, иначе все могло бы зайти слишком далеко, а такой козырь я не готов был терять.

Наконец-то эта сука ответит мне за всё.

Жидкость плескалась в стакане, и я повел кистью, кубики льда качнулись на поверхности.

Выпил залпом содержимое, и поморщился, закусывая лимоном.

Внутренности обожгло, но жжение было приятным. Будоражило кровь, разбавляло ее кайфом, наполняло тело ватностью. Напоминало, что я все еще жив.

Перевел взгляд на танцпол и равнодушно скользнул взглядом по толпе.

С верхнего этажа, где располагались вип-столики, она просматривалась хорошо, был виден весь клуб, даже барная стойка, расположенная под прямым углом к стене, где я сидел.

Сегодня не было никакого желания искать себе компанию, намеревался напиться и завалиться спать, но когда мои глаза наткнулись на знакомый силуэт, тело будто кипятком обдало.

Я выпрямился, сел, и присмотрелся к девушке у барной стойки, одиноко сидящей на стуле.

Не думал, что она поедет в соседний город чтобы просто выпить коктейль у бара. Ей в отличие от меня не надо опасаться узнавания и фоток в прессе. Она могла бы и остаться в своем городе и пойти в клуб там. Могла бы взять с собой жениха, с которым снова сошлась. Могла бы не мозолить мне глаза, раз уж решила держать на расстоянии.

Какого черта она здесь делает?

Не заметил, как поднялся с места и торопливо зашагал вдоль ряда столов, не отрывая взгляда от фигуры у бара. По лестнице спускался быстро, танцпол пересек за считанные секунды и остановился за ее спиной.

Хрупкие плечи опущены, по ним беспорядочно стекают шелковые пряди ее темных волос. Мне казалось, что я все еще помню их мягкость, когда зарывался в них пальцами в тот самый первый наш вечер.

Какой-то парень рассматривал Киру с явным желанием сожрать прямо здесь, и я зыркнул на него, тот стушевался, и отвалил.

Любопытно, зачем же она все-таки пришла?

Найти приключений? Не хотел признавать очевидное, но в прошлый раз она тоже за ними пришла в бар. Без разговоров уехала с первым встречным, хотя старалась строить из себя недотрогу. И я купился, да. На эти ее невинные глазки, на панику в них, на закушенную губу. Она уверяла, что не такая, но упрямо продолжала стрелять взглядами, таяла в руках, когда прикасался к ней, заводилась с пол-оборота.

А дома ее ждал жених. Уж не знаю, поссорилась ли она с ним по-настоящему, или просто ей стало скучно и приелось однообразие в постели, но она охотно позволяла делать с собой такие вещи, о которых скромницы вроде тех, под которых она косила, просто не знали бы.

Теперь-то я видел насквозь всю ее фальшь и даже забавлялся, насколько старательно она окружала себя неприступностью, оставаясь при этом просто жадной до похоти бабой.

Уверен, подойди я к ней сейчас, она даже не возразит, иначе зачем бы снова пришла в клуб и разоделась в это платье, которое соскользнет к нее, стоит только дернуть молнию на спине. Уверен, кроме него на ней ничего нет.

Черт я еще ее не касался, я уже едва не дымлюсь как озабоченный подросток.

Что за наваждение?

Шагнул к Кире, вставая вплотную. Ощутил, как ее спина одеревенела и ухмыльнулся.

Наклонился к ее уху и прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Аромат ее волос окутал сладостью, и я едва не потерял самообладание.

– Зачем ты пришла? – спросил, ощущая как внутренности сводит от желания забросить ее на плечо прямо сейчас и утащить в свою берлогу. Нутро на дыбы встает, чует добычу, которую хочу с момента самой первой встречи. Хочу и возьму. – Хотя нет… лучше помолчи.

Не хочу слышать ничего, кроме ее стонов.

Этого достаточно на сегодня.

Сжал ее талию, дернул на себя, попутно бросая на стойку купюру за ее коктейль.

Кира пискнуть не успела, я уже тащил ее к боковым дверям, ведущим в холл. Лифт приветливо открыл перед нами створки, и я толкнул спутницу внутрь, заслоняя пути отхода спиной.

– Ты сдурел? Что творишь? – она возмущенно заорала, когда мы оказались заперты в хромированной коробке и толкнула меня в грудь, мятежно глядя в глаза. – Я тебе не кукла силиконовая!

– О да, в этом ты права, – ухмыльнулся, наступая на жертву. Хочет поиграть в недотрогу и сегодня? Я за! Сжал тонкие запястья, пригвоздил к стенке лифта и Кира взбрыкнула, но не смогла сдвинуться. – Хмельницкий прекрати!

Играет натурально, даже я поверил. Склонился к ее шее впился в жилку зубами и легонько прикусил, срывая с пухлых губ помимо ругательств еще и сдавленный выдох. Едва не пропустил удар коленом в пах, увернулся в последний момент и даже разозлился.

– Не переигрывай! – зашипел на нее, толкнул ее колени своим, разводя в стороны и встал так, чтобы она при желании не могла ударить – между ее стройных ног. Снова переключился на шею, от запаха которой дурел. Кира выгнула ее, безотчетно подставляя, и я скользнул по ее коже вверх от ключицы к подбородку и наконец-то завладел губами.

Она укусила меня, я зашипел отпрянул и тут же впился снова, уже не контролируя свои порывы.

– Ты делаешь мне больно! – ее голос звучал глухо, он терялся в нашем противостоянии, обличенном в поцелуй, и как только до меня дошел смысл ее слов, я разжал руки на ее запястьях, и тут же на мои плечи посыпался град ударов. – Отвали! Ты что, пьян?!

Она орала, тяжело дыша, а я отстранился и нахмурившись заглянул в голубые как лед глаза. Они метали молнии, и казалось неподдельные, и я нехотя заставил себя очнуться от этого морока похоти.

– Куда меня тащишь? И что себе позволяешь?

– Над клубом отель, я снял в нем номер, – пояснил все еще хриплым от желания голосом. Глаза Киры возмущенно расширились.

– Ты что, собрался меня там…?

Я растерялся от очевидного удивления в ее голосе. А разве она не этого хотела?

– Я не стану делать этого с тобой! Мы уже всё выяснили!

– Глупо отрицать очевидное, ты хочешь этого не меньше меня, – разозлился, понимая, что ничего не понимаю. Что в голове у этих баб? В ответ на реплику Кира отвела взгляд. – Я не врубаюсь. Ты говоришь, что не хочешь со мной быть, но упрямо дразнишь меня собой. Надела это чертово платье, которое едва прикрывает твои ноги и, – сглотнул, – тело. Пришла в клуб, в котором мы встретились и…

Створки разъехались, и в кабину лифта вошла пара.  Я замолчал, бросая в сторону Киры напряженный взгляд, и выпрямился, вставая с ней рядом.

Наш этаж загорелся на табло, и я крепко сжал руку спутницы и уложил на свой локоть, намеренно безапелляционно выводя ее из кабины.

Она не стала устраивать сцен.

Тоже понимала, нам есть о чем поговорить.

Зашипела только когда завел ее в номер и захлопнул дверь, оказываясь в замкнутом пространстве гостиной.

– По твоей логике я не могу одеться нормально, и если длина моего подола выше колен, я напрашиваюсь на секс? И вообще, что ты делаешь здесь? А хотя, Боже, к чему мои глупые вопросы! Ищешь очередную жертву, чтобы изменить жене…

– Не понимаю, почему тебя так это волнует? У тебя пунктик насчет измен? Странно, при твоих-то наклонностях, – парировал, и она охнула, но тут же прищурилась.

– Не тебе учить меня жизни!

– Не тебе строить из себя целку!

Замолчали, глядя друг на друга. Хотелось перекинуть ее через колени и отходить по упругой заднице, или же смять ту руками, и будь что будет!

– Вечно мы как кошка с собакой, – Кира вздохнула и пришла в себя первой.

– Да, – согласно кивнул и ощутил себя последним козлом. – Выпить хочешь?

– Я этим и занималась в баре, если ты не заметил, – снова пошла на взлет, но немой укор в моем взгляде ее осадил. – Мы с подругой договаривались встретиться у бара. И если она придет, а меня не будет…

– Что за место для встречи с подругами?

– А что плохого в Клетке? – ее вопрос меня пристыдил. Почему я так остро реагирую на ее личную жизнь? Она может ходить, куда хочет и с кем хочет. Может тащить в свою постель кого хочет. Это. Не. Моё. Дело. Точка.

– Ничего, – заметил, что ее телефон звякнул смс-кой, и Кира нахмурилась, когда прочла текст. – Что-то случилось?

– Нет, просто… – она убрала телефон в маленькую сумку. – Марина не сможет прийти.

По лицу было видно, что Кира расстроилась, что ее планы на вечер сорвались. И если быть честным – начал срывать их я.

– Значит, твой вечер снова свободен? – спросил, толкая руки в карманы.

С этой бабой вечно все шло не по сценарию, и вот снова она рвет все шаблоны. Одевается как дорогая эскортница, ведет себя как монахиня. И кажется, она и вправду не собиралась сегодня цеплять кавалера.

– Не думай, что после этого я охотно прыгну к тебе в постель! – она снова сощурилась красноречиво, и я поднял руки вверх, сдаваясь.

– Я не это имел в виду. Но раз уж ты здесь, можем хотя бы поужинать вместе.

– Мне не хочется идти в клуб, – она поникла и нашарила в сумке бирку. – Хотя придется, мое пальто осталось в гардеробе.

– Заберем его позже, – пожал плечами и взял в руки кожаную папку-меню, бережно оставленную администрацией отеля. – Тут есть клуб, но и ресторанное меню вполне сносное. Что предпочитаешь?

– Я не голодна, но чай бы выпила.

Кивнул, сделал заказ на двоих.

Кира разулась и блаженно выдохнула, разминая пальцы на ногах.

– Боже, эти каблуки любого с ума сведут! – простонала, и я был на сто процентов с ней согласен. Её десятисантиметровая шпилька делала ее ноги еще длиннее, и от них просто невозможно отвести взгляд.

Разувшись, Кира стала ниже, а я и забыл какая она миниатюрная босиком.

Повесил трубку, по которой связывался с ресепшеном, и повернулся к спутнице на этот вечер.

– Что ты делаешь в этом городе? – все еще в голове не укладывалось, что встретил ее здесь.

– Здесь живет моя подруга, – заговорила негромко. – Мне хотелось сменить обстановку, и я приехала сюда на выходные.

– Одна?

– Да что ты все заладил, «одна и одна»? – она психанула, и я растерянно моргнул.

– Разве твой парень не против того, что его невеста ходит по клубам без него?

– Но… Я же заходил к тебе на днях и встретил его там, – я говорил, а на лице Киры отражался весь спектр эмоций от замешательства до понимания и после злости. – Он сказал, что вы помирились и…

– Что?

– Что ты беременна от него.

С моего лица сошла вся краска, когда Слава одним точным выстрелом прошиб меня навылет.

 – Чёрт, а я не поверил ему, – произнес сокрушаясь, а я поняла, что меня начинает трясти.

– Не поверил в чем? – Он не думал, что я беременна? Или же что сошлись?

– У него был такой вид, будто он говорит это чтобы позлить меня, – варвар ответил, пожимая плечами, а я уцепилась за эту палочку-выручалочку.

– Так и было, Валера наврал обо всем, – заметила, что Слава смотрит на меня не отрываясь и не мигая, будто пытаясь просканировать на наличие лжи. Я повела плечом, делая вид, что нет ничего удивительного в том, что мой бывший балабол, и отмахнулась. – Он просто ревнует, ты уже не первый раз сталкиваешься с ним в моей квартире, и он решил, что между нами что-то есть.

– А что он делал в твоей квартире в тот вечер? – этот вопрос угрозы не вызывал как предыдущая тема, и я с легкостью ответила.

– Он пришел вновь попытать счастье, – становилось неуютно от этого допроса, но это лучше, чем ходить по краю лезвия про тему о ребенке. – Хотел помириться, но я снова его отшила.

– Ясно, – ответил и продолжил смотреть на меня в упор, будто побуждая продолжать, хотя я сказала все, что хотела. Почти.

– Я так отреагировала, потому что удивилась. Он не говорил мне, что ты пришел, сказал, ошиблись дверью, – в эту правду мой собеседник поверил, и я выдохнула облегченно. – А ты… – лучшая защита – это нападение. И чтобы варвар окончательно забыл о ребенке, я предприняла последний козырь. – Почему здесь? Оставил беременную жену дома, и сам во все тяжкие?

– Что-то вроде того, – ответил с улыбкой, и меня покоробило. Что серьезно? Вот так просто?

Слава кивнул на кресла, предлагая устроиться, и пошел у глубь гостиной, а я направилась следом все еще негодуя.

– Не больно ты рад, что станешь отцом, – меня так и подмывало выяснить всё.

– С чего ты взяла?

– Но ты не проводишь выходные с Эльвирой, не тусуешься на форуме молодых родителей и не скупаешь распашонки и пинетки.

Слава прошел к бару и налил два стакана янтарной жидкости. Бросил туда лёд и подойдя ко мне протянул один, как бы затыкая мне рот негласно.

– Я не хочу, – ответила, отрицательно мотнув головой, и он нахмурился. Чёрт, а если он решил, что я отказалась из-за интересного положения? – Спасибо.

Все-таки взяла стакан в руки и села, выжидательно глядя на расположившегося напротив варвара. Красивый и сволочной. Наверно у всех броских и брутальных мужиков на роду написано быть ловеласами. Настроение отчего-то испортилось.

– Беременность Эльвиры обрадовала меня больше, чем новость о предстоящем продвижении по службе, – он отсалютовал мне бокалом, и я ответила ему, но пить не стала. – Если для тебя это так важно, то знай – я рад, что она ждет ребенка.

Ясно.

Хотелось сказать, но в горле встал ком.

– И что планируешь делать? – произнесла, отставляя стакан на столик. Забралась в кресло с ногами и подогнула их под себя.

– Развестись с ней, – ответил просто, и я поперхнулась и закашлялась, Слава услужливо поднялся с места и принес мне стакан простой воды.

– Развестись? Но как же малыш? – возмущенно выпалила, вспоминая слова Эльвиры о том, что Слава наплюет на ребенка.

– Мне не нужен ребенок другого мужчины, – пожал плечами, и я поняла, что ничего не поняла.

– Но разве?...

– Нет, Кира. Мы женаты номинально, потому что политику не желательно иметь недвижку и активы на свое имя, я все переписал на Элю и ее родню. И когда поймал ее на измене, – ткнул в мою сторону пальцем, – она первая начала, кстати, тогда и поднял вопрос о разводе. Потому что не хотел, чтобы она давала мою фамилию ребенку, которого ей заделал один из многочисленных любовников. Эля не дура и сразу поставила вопрос ребром: брак мы сохраняем, как и право на владение имуществом, которое по большей части уже оттяпала у меня ее семейка. В противном случае она пустит меня по миру и прикарманит все совместно нажитое. В довершение ко всему расскажет, что я ее избивал или что-то в этом роде, чтобы растоптать окончательно. Она изобретательная стерва.

– И ты согласился оставаться ее мужем?

– Внезапно встал вопрос о моем повышении и развод был бы черным пятном на карьере. Мы замяли эту тему. Эля умотала в Турцию, я перевелся на место вашего ВРИО.

– Значит вы не живете вместе…

– Я тебе уже говорил, но ты не верила.

– Но какой плюс в ее беременности для тебя? – все еще не понимала, чему он так радуется, если он не отец.

– Настоящий отец ребенка ни за что не упустит возможности заявить на него свои права, при том что мать ребенка вполне обеспеченная особа и может жить ни в чем себе не отказывая.

– Но откуда ты…?

– Знаю. Для этого он и обрюхатил мою жену. Чтобы наложить лапу на состояние Хмельницких.

– И если он узнает, что она беременна…

– То сразу заявится ко мне, требуя для нее развода. Который я дам только в том случае, если ряд моих требований будет исполнен, – Слава кивнул, подтверждая мои догадки.

– Но откуда ты знаешь отца ее ребенка? Ты с ним знаком?

– С ним знакома даже ты, – он ухмыльнулся равнодушно, и я нахмурилась.

– Она спала с моим помощником, Олегом.

Мой рот открылся, я хлопнула глазами, не веря в услышанное.

Тот самый Олег, Олег Геннадьевич? Который угрожал мне, и приставал. Это он?

И тут же в голову пришла мысль, которую я озвучила.

– Зачем ты рассказал ему, что между нами что-то было?

Слава не понимающе уставился на меня.

– После встречи в библиотеке, он приехал ко мне и сказал, что знает обо всем…

– Я не говорил, – варвар нахмурился, наклоняясь вперед. – Он не знает о нашем… знакомстве до встречи в библиотеке.

– Но почему тогда…

Варвар резко поднялся и отошел к окну.

– Что еще он говорил? – Слава спросил, и я заметила, что его кулаки сжались. Варвар становился варваром. Кровь в моих венах забурлила.

– Что я не должна рассказывать о том, что было никому.

– И это всё? – надавил вопросом, а потом повернулся, и я вжалась в кресло от этого давящего сканера-взгляда. Такому варвару не соврешь, он вычислит любую ложь и обернет против меня.

– Еще он подкатывал ко мне, – ответила честно, и Слава стиснул челюсть, желваки на ней заиграли.

– Но я не… – господи, откуда такое дикое желание оправдаться? – Между нами не было ничего.

– Любопытно, – он совершенно без ухмылки выдал, но в словах чувствовалась ирония или издевка. – Значит, то, что я видел на крыльце библиотеки…

– Это не то, о чем ты подумал, – произнесла сдавленно. – Мне были неприятны его намеки, и я отшила его.

Слава повернулся и пристально на меня посмотрел, и я ощутила себя обезьянкой на выставке.

– Ему была нужна не ты, а рычаг манипулирования. И если ты отказала, они должны были зайти с другой стороны…

– Они? – спросила и в ответ получила красноречивый взгляд, мол «подумай сама».

– Эльвира тоже в этом участвовала? – мои глаза распахнулись в неверии, и я обмякла в кресле, только теперь понимая истинную причину ее ненависти ко мне.

Она была не просто стервой от природы, она смотрела на меня как на любовницу ее мужа. Точка.

И другая мысль пронзила пониманием.

– Поэтому ты приезжал ко мне в тот вечер? Чтобы отговорить на нее работать, потому что догадывался, что они могут использовать меня, – горло сдавило, и я подняла глаза на варвара, стоящего у окна. Его кулаки были в карманах, брови нахмурены и в зеленых глазах горел пугающий огонек.

– Не стоило приезжать тогда, – он кивнул и отвернулся, а я поняла, что запуталась еще сильнее.

– Твоя жена просто стерва, – произнесла задумчиво. – Что ты в ней нашел?

Слава ухмыльнулся, и повернулся ко мне, прошибая взглядом.

– Мне гораздо интереснее, почему ты не стала пить алкоголь…

В этот момент в дверь номера позвонили, и тишина, повисшая после его вопроса рассеялась. Слава пошел открывать, а я выдохнула облегченно.

Неужели он догадался?

– Ужин, – Хмельницкий произнес, входя в гостиную в сопровождении официанта, и я довольно закивала, только бы перевести тему с того его вопроса.

Накрыли столик в гостиной, служащий отеля удалился, оставляя нас вдвоем, и мы принялись есть.

Я не была голодна, но методично нарезала стейк, который заказал варвар и набивала рот, только бы молчать.

Трапеза казалось длится целую вечность, но когда последний кусок был съеден и последний глоток чая выпит, я попыталась выяснить у собеседника подробности его жизни, только бы не дать ему снова поднять эту тему.

– В голове не укладывается, – повела плечом, задумчиво глядя в окно. – Почему Эльвира предпочла Олега?

Этот вопрос меня мучил с самой первой минуты как Слава сказал, что они вместе.

Варвар взглянул на меня серьезно, видимо взвешивая «за» и «против», потом поднялся, налил себе еще выпить и вернувшись на прежнее место начал свой рассказ.

«Элю я встретил восемь лет назад в администрации города. Её отец, занимавший тогда пост главы толкнул дочу на теплое место, с перспективами, но работать она не хотела. Она казалась милой тупоголовой дурочкой и как-то на корпоративе мы разговорились, и я был удивлен, как ошибался в ней.

Она оказалась многогранной и интересной личностью, которой претил подход отца – все решать за дочь. Она мечтала быть дизайнером, а он упрямо толкал ее в экономический вуз и все в таком роде и постепенно она просто прекратила отстаивать свое мнение и сдалась.

Но экономика – это не её, и она так же прямо об этом заявляла, на что я – лучший на курсе студент эконома поражался. Молодой был, наивный».

Слава слабо улыбнулся своим воспоминаниям, и мое сердце сжалось. Он вспоминал о жене с такой теплотой, что становилось горько.

«Я позвал Элю на свидание. Она зацепила меня своей непосредственностью и огнем во взгляде, и после третьего она согласилась переехать ко мне. Её отец не слишком противился, видимо был рад сбыть с рук взбалмошную дочь. Я тогда не придал значения его поведению, но после понял, в чем была соль.

Эля оказалась совершенно эгоистичной и стервозной бабой. Но я наивно полагал, что смогу сделать из нее человека. В один из дней она сказала, что беременна, и я с дуру предложил расписаться.

После выяснилось, что она соврала. И я понял, что меня тупо захомутали «по залёту».

– А что сказал ее отец?

– Он умер через год после того, как мы стали жить вместе, – Слава повел плечом, и я закусила губы изнутри, глядя извиняющимся взглядом на варвара.

– Прости…

Он мотнул головой, отмахиваясь, и продолжил рассказывать.

«Потом началась череда ссор и во время одной из них я спросил у Эли, что же стало с нашим «ребенком». Та сказала, что с самого начала на таблетках, потому что не хочет портить фигуру и залетать.

Мои глаза открылись, и я осознал как глубоко вляпался. Она оказалась не готова к семейной жизни и тем более детям, а я наивный идиот верил, что однажды она поумнеет».

– Мне жаль, – заговорила сочувственно и варвар поймал мой взгляд и удержал, а потом продолжил.

«Постепенно мы отдалялись. Я окунулся в работу, Эля в жизнь светской львицы. Она проматывала деньги с таким же рвением с каким я зарабатывал. Но надо отдать ей должное – всюду меня сопровождала, и я постепенно обрел репутацию примерного семьянина.

Потом я узнал, что она завела любовника».

– И ты предложил развестись?

– Нет, я сделал это позже, когда понял, что она обнаглела настолько, что решила переспать с моим подчиненным.

Я поморщилась, Слава ухмыльнулся.

«Ей хотелось доказать мне, что она чего-то стоит. Что другие мужики вьются за ней табунами. И поверь так и было. Но вместо инстинкта собственника – во мне сработал обратный. Я навсегда прекратил прикасаться к ней и как ты сказала: заговорил о разводе. Вот тогда Эля и проявила истинную сущность. Сначала просила прощения и говорила, что исправится. Я был непреклонен. И она решилась на шантаж, граничащий с абсурдом. Я не думал, что она готова зайти так далеко в своей ненависти и не был готов к такому повороту»,

– Она сказала что не отдаст тебе имущество?

– Это не самое страшное. Но да, что-то в этом роде.

– И вы замяли это?

– Все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд.

– Я думаю, тебе стоило попытаться и вразумить ее, – попыталась возразить.

– Ты не знаешь Элю, – Слава ответил просто и я потупилась. Кажется, теперь знаю.

– Она предлагала мне работать на нее…, – поняла, что я должна признаться, Слава нахмурился и подался вперед. – Сказала, что я должна помочь ей избавиться от нежелательного брака и спасти ребенка, который тебе и не нужен.

Слава ухмыльнулся, но глаза остались холодными.

– Мне и правда не нужен ее ребенок. Олегу – да, но не мне.

– Она хотела, чтобы я встретилась с тобой в баре, а она без твоего ведома сделала бы пару фото, чтобы…

– Ссска, – Слава выругался и сжал челюсть. – Так и знал, что она не успокоится.

– Я отказалась, – испуганно отпрянула и он подчеркнул.

– Но ты тем не менее здесь, – его взгляд давил.

– Мне подруга скинула смс. Писала что хочет встретиться в баре, назначила время.

– Вы созванивались? – внезапно спросил, и я отвела взгляд. Нет. У нее не отвечал абонент, что удивительно, смс-ку Маринка прислала как-то. Я волновалась за нее и бросив все приехала сюда. – Набери ей.

Ожидаемо гудков не было, абонент был вне зоны доступа.

– Думаешь, это смс настоящее?

Я опешила.

– Но как…

– Обязательно выйди на связь с подругой и спроси об этом. Уверен, она будет удивлена так же как ты сейчас.

Я замолчала, Слава вздохнул.

– Я поеду, – после всего услышанного, мой мозг просто взрывался. Эльвира пыталась использовать меня в своих целях, Олег с ней за одно. Слава на противоположной стороне поля, но и он мне не друг. Хотелось сбежать от всех этих людей и остаться одной. Чувствовала себя грязной.

– Я провожу, – Варвар поднялся вслед за мной.

Помог мне надеть пальто, взял ключи от номера и мобильник. В лифте ехали молча. Миновали холл, вышли на улицу, где Слава поймал для меня такси и открыл дверь. Внезапно варвар остановился и окинул улицу внимательным взглядом, а потом дернул щекой раздраженно.

– Что такое? – спросила, изучая знакомый профиль.

– Никак не успокоится, сука, – Хмельницкий качнул головой и внезапно шагнул ко мне и обхватил мое лицо руками, глядя в ошарашенные глаза. – Надеюсь ты простишь меня за это после?

И не дав мне ответить, поцеловал.

Это касание было коротким и настойчивым. Почти грубым. Но внутри меня разрывало от эмоций, и сердце обливалось кровью от мысли, сколько горечи он вложил в простое касание.

Будто прощался.

– Езжай. Будь осторожна, береги себя, маленькая.

И пока я стояла в растерянности, варвар развернулся и направился через дорогу к припаркованному внедорожнику.

Машине Олега.