Глава 28

Энергии Кати хватало на двоих. В ней словно жили два совершенно разных человека. Властная и рассудочная женщина порой преобладала. Но доброе сердце и желание помочь ближнему были ее привычным состоянием.

Она всю свою энергию направила не только на подтягивание Марины в учебе. Восстановление физического здоровья подруги она буквально взяла в свои руки. Считала, что Павел идет на поводу у Марины, делает ей поблажки, позволяет пропускать пешие прогулки, когда ей того не хочется.

Одним словом, реабилитация проходила под строгим контролем Катерины. Поэтому вскоре Марина чувствовала себя прекрасно, щечки порозовели, даже настроение практически стабилизировалось.

Правда, никто не мог дать гарантии, что душа ее тоже излечилась от боли. Эта боль временами накрывала ее с такой силой, что казалось, будто небо обрушивается, а земля уходит из-под ног. В эти минуты Марина невероятным усилием воли сдерживала крик, изнутри рвущий душу на части, испепеляющий ее раненый мозг и угрожающий утянуть ее сознание в беспросветную тьму.

Такое состояние поглощало ее, когда она, поджидая мужа с работы, оставалась одна и позволяла себе задуматься. Все остальное время заполнялось стараниями Павла и Кати. В этом было спасение.

Приближались новогодние праздники. Павел боялся даже думать о том, что делать, чем занять Марину от грустных воспоминаний, которые волей-неволей нахлынут в праздничные дни.

Катерина (ох уж эта Катерина!) предложила провести эти дни в загородном отеле или снять в Подмосковье гостевой домик.

Поразмыслив над ее предложением, Павел решил его исполнение по-своему. Заблаговременно он приобрел небольшую дачу, готовую для проживания. Втайне от Марины нанял прислугу, обговорив предварительно все нюансы подготовки праздничного оформления дома и стола.

Оставалось обдумать только один нюанс: приглашать кого-нибудь или просто побыть вдвоем. Здесь тоже невозможно было обойтись без тонкого чувствования ситуации той же самой Катериной. Она, не задумываясь, отчеканила:

— Не просто кого-нибудь, а как можно больше друзей. Надеюсь, мы с Борей будем среди них! Маринке нельзя давать ни минуты на грустные воспоминания. Особенно в такой праздник. Но если мы будем опять вчетвером, то она может не выдержать. Ты меня понимаешь?

С этой женщиной нельзя было не согласиться. Откуда она впитала столько житейской мудрости, способной составить достойную конкуренцию советам опытных психотерапевтов?

— Катя, — ты уверена, что выбрала правильный факультет? — Павел улыбнулся.

— Ни минуты не сомневаюсь в этом. Хороший журналист просто обязан быть психологом. А вот Маринке сложно будет определиться после универа.

— Не переживай, родственница. Мы что-нибудь придумает. Дай дожить.

Стараниями Павла и Кати удалось снизить градус тревожности, который мог свести на нет все старания, предпринимаемые для восстановления здоровья Марины. Но, к счастью все обошлось.

Новый дом, новые впечатления, новые хлопоты в качестве хозяйки большого дома не оставляли ни одной свободной минутки. То здесь, то там требовалось ее участие, благодаря чему Марина только изредка могла позволить себе углубиться в свои мысли и то на какой-то миг.

Распределив веселую компанию по зонам отдыха на ночь, Марина без ног опустилась на диван. Павел присел рядом. Обняв жену, он спросил:

— Ты довольна?

— Еще спрашиваешь. Всегда мечтала о большом доме и хороших людях рядом. Если честно, у меня не хватает слов, чтобы выразить свой восторг. Но когда ты все успел?

— Мариша, я очень старался. Но должен признаться, что без Катиной подсказки здесь не обошлось.

— Так это ее идея?

— Не совсем. Она предложила снять гостевой домик. А остальное придумал я. Зачем снимать на время, когда можно приобрести дом навсегда.

— Ты прав.

— Тебе здесь нравится?

— Очень. Только чего-то не хватает.

Павел с удивлением посмотрел на жену:

— Павлуша, здесь не хватает детского смеха… — слова прошлись по еще не зарубцевавшейся ране. Павел виновато опустил голову. Возразить было нечего.

Марина приподняла ладонями его голову, заглянула в глаза:

— Пашенька, милый, ты обещал, что когда я окрепну, мы подумаем об этом. Я прекрасно себя чувствую. Не пора ли?

— Моя хорошая, конечно, пора. Я только за. Теперь я уверен, что ты вполне выздоровела. Переживал, что не выдержишь этой суеты, суматохи. Но должен признать, что сегодня ты была на высоте. Я не мог отвести от тебя глаз, следил за каждым твоим шагом.

— Я чувствовала это. И очень старалась.

Она ответила на его нежные объятия, тесно прижавшись к его груди. Они оба ждали этого дня, и особенно вечера, с тревогой. Оба боялись боя курантов и звона бокалов. Но все обошлось. Правда, для этого Павел предусмотрительно предупредил всех гостей, что в их доме шампанское под строжайшим запретом.

Однако без эксцессов все же не обошлось. В одной из комнат, когда, казалось, все уснули, все же прозвучал звук вылетаемой из бутылки пробки. Новый год все-таки.

Но он не шокировал молодую чету Красницких.

Впереди забрезжила надежда. Ведь они заслужили счастье стать родителями. Они выстрадали его. И кто-то там, наверху, подарил им веру в то, что счастье возможно, оно рядом.