Глава 21

– С чего это ты вдруг так проголодалась? – выхватив у меня поднос, спросил мой бывший. И так быстро это сделал, что я не успела ничего сделать.

– Не твое дело, – буркнула я. Щеки тут же предательски вспыхнули. Но скорее от возмущения, чем от стыда. Вот уж перед кем-кем, а перед Милошем мне точно не было стыдного того, чем я сегодня всю ночь занималась!

Правда, рассказывать ему об этом у меня тоже не было никакого желания.

Как и вообще рассказывать ему хоть что-то!

– Вот тут отличный свободный столик! В нашем с тобой любимом закуточке, где нас никто не увидит! – Милош поставил мой поднос на стол и предупредительно так отодвинул для меня стул.

Насчет “никто не увидит” – это было, мягко говоря, преувеличение. В нашу сторону уже пялились половина столовой. И столик, к которому он притащил мой поднос, был скрыл разве что частично, потому что стоял наполовину в нише. И знаменит тем, что среди студентов его называли “столик для поцелуев”. Ну, типа, если кто-то вдруг желал публично заявить, что они пара, то сесть за этот столик – был одним из способов это сделать.

Честно говоря, первым моим порывом было забрать поднос и переместиться в другое место. Но соседние столики, как назло, были заняты. А поднос у меня был тяжеленный. И есть хотелось так жутко, что тащить его в другую часть столовой было страшно неохота. Так что я села. Только демонстративно не на тот стул, который отодвинул для меня Милош, а на другой.

“Надо же, какие мы внезапно вежливые”, – язвительно подумала я, пододвигая к себе тарелку с омлетом и хватая первый пирожок.

– Наше с тобой свидание будет просто очумительным, – самодовольно заявил Милош и схватил с моей тарелки пирожок. Откусил от него половину и продолжил говорить с набитым ртом. – Я забфонифовал для наф стофик ф… Бфорфесц…

– Положи. На. Место. Мою. Еду, – тихо и угрожающе сказала я.

– Ой, да ладно, подумаешь, один пирожок! – махнул рукой Милош. – Кстати, ты знаешь, сколько, оказывается, стоит номер в “Башне Татстона”?! Я офигел, когда бронировал! Вообще наглость, столько денег брать! Нам же с тобой в этом номере только кровать понадобится!

– Тебе, – сказала я, прожевав предварительно. Я уже даже не злилась. Милош – самодовольный придурок. Это не секрет и не новость ни разу. Смысл злиться?

– Но меня заверили, что там кровать просто песня и праздник! – не обращая на мой комментарий никакого внимания, продолжил Милош. – Короче, там есть такие специальные режимы, которые превращают матрас в… Подожди, что ты сказала?

– Тебе понадобится кровать, – сказала я. – Ну или вам, если ты какой-нибудь проститутке заплатишь. Я-то тут при чем?

– Эй, ты же сама согласилась на свидание! – эту фразу Милош почему-то прошептал. Хотя все предыдущие почти орал. Так, что даже в самых дальних углах столовой было слышно.

– Просто мне хотелось, чтобы ты от меня отстал, – сказала я. И снова отправила в рот кусок омлета с беконом. Все-таки голод – отличная приправа для нервного разговора. Еда интересует гораздо больше, чем проблема, типа “как бы не сболтнуть чего лишнего” или “как бы кого не обидеть”.

– Мелли, ты такая смешная! Ха-ха-ха! – на всю столовую снова заорал Милош. И потянулся за вторым моим пирожком!

– Убери руки от моей еды, Милош! – я стукнула его вилкой по руке. Блин, ну вот. Теперь придется идти за новыми приборами. – Зе едой – туда, а не в мои тарелки!

– С каких это пор ты столько ешь? – насмешливо и очень театрально проговорил Милош. Кося глазом на ближайшие столики. Ему было явно важно, слушают нас соседи или нет. Вот только разговор наш пошел явно не по его сценарию.

Я молча откусила от своего пирожка, запила кофе. И взглядом показала ему в сторону раздачи.

– Будешь столько есть, растолстеешь! – назидательным тоном сказал Милош. Опять-таки, громко. – И кому ты будешь нужна толстая? Если с тобой будет стыдно в люди выходит, то я тебя брошу…

– Ммм, я точно могу на это рассчитывать? – фыркнула я. Как раз прожевала к концу этого его важного спича.

За соседними столиками захихикали. Ну да, там сидели девчонки с Инферно, по крайней мере, за одним из столиков точно. За моей спиной.

– У кого-то, похоже, критические дни сегодня, – Милош развалился на стуле, раскинув колени в стороны. Одно колено коснулось моего бедра. Первым порывом было отдернуть ногу. Но вместо этого я сделала вид, что не заметила.

– Но ничего, сегодня мы с моим дружком улучшим тебе настроение, – продолжил Милош.

И в этот момент я подумала, что не слишком дорожу овсянкой с черникой.

Я положила вилку. Встала. Взяла в руки тарелку с кашей. И опрокинула ее прямо на роскошную шевелюру Милоша. Полужидкая каша облепила его голову и стекла белесыми потеками по лицу. Чернильные кляксы чернички добавили этой картине живописности.

– И еще, кстати… – вдруг вспомнила я и вытащила из кармана ту дурацкую фотографию. – На всякий случай. Если вдруг я как-то недостаточно четко выразилась.

Я демонстративно, тоже чтобы всем заинтересованным было видно, порвала карточку на мелкие кусочки и высыпала их поверх каши на голову Милоша.

– Все, свободен, – сказала я и села обратно на свой стул. Сначала у меня была мысль уйти. Но потом я подумала: “А с чего бы?!” Это у него вся голова в овсянке, а я еще завтрак не доела!

– Ах ты дрянь! – Милош не просто вскочил, он прямо-таки взлетел. Будто его пружиной подбросило. – Да я тебя сейчас…