Глава 19. Наташа

Алина позвонила и сказала, что папа отвезёт ее в детский центр, а потом в кинотеатр. Я сразу уточнила, вдвоем ли они. Дочка ответила утвердительно. На лице невольно появилась улыбка. Значит, знакомство с родителями прошло достаточно быстро. И хотя это значило только то, что родители Демида не готовы принимать Алину в свою семью, но я чувствовала облегчение от того, что моя дочь находится не в их доме. Все это время мне было страшно за дочь. Я не могла воспротивиться знакомству Алины с родными дедушкой и бабушкой. Но все утро не находила себе места, испытывая беспокойство за дочь. При нашей встрече Демид чутко уловил мое волнение. Даже постарался успокоить. Я невольно трепетала от звука его голоса, хотелось довериться ему. Но урок прошлого наглядно показал мне, что нужно надеяться только на себя. Показалось странным то, что Демид не настаивал на том, чтобы провести с родителями как можно дольше времени. Все больше он раскрывался передо мной как хороший отец. Невооружённым взглядом можно было заметить, насколько он полюбил Алину. Иногда я даже жалела, что не успела ничего рассказать Демиду о беременности. Но Сафаров сам виноват. Он лишил себя радости отцовства. А ведь все могло сложиться по другому. Когда я смотрела на Демида и Алину, сердце разрывалось от тоски. Хотелось повернуть время назад и доказать свою невиновность. Но тогда я была слишком молодая и доверчивая. – Наталья, вы домой собираетесь? – вечером ко мне обратился молодой врач по имени Игнат, с которым я столкнулась в холле. – Да. Закончила работать. – ответила я, заглядывая в голубые глаза мужчины. Игнат мне сразу понравился. Привлекательный темноволосый мужчина с крепким телосложением только выглядел весьма устрашающе. Но при близком общении Игнат оказался очень весёлым человеком с прекрасным чувством юмора. – Тогда позвольте, Наталья, я вас подвезу. – нарочито пафосно обратился Игнат. – Позволяю. – рассмеялась я. Игнат всю дорогу рассказывал о том, как он сам поступил в медицинский университет. И хотя мало кто верил, что сын строителей станет врачом, он смог доказать окружающим, как они ошибаются. Мы были похожи тем, что не происходили из обеспеченных семей. Оба сами стремились к лучшей жизни, рассчитывая только на себя. – Наташ, ты замужем? – внезапно спросил Игнат, когда мы уже подъезжали к моему дому. – Нет. И никогда не была. Но у меня есть дочь. – обычно новость о моем внебрачном ребенке вызывала у окружающих осуждение, но по улыбке Игната стало понятно, что он совсем не собирается укорять. Это в деревне, где все друг друга знают, моя беременность и роды вызывали много расспросов. Каждая соседка мечтала узнать, кто же этот таинственный отец Алины. И только бабушка поддерживала и отмахивалась от любопытных женщин как от назойливых мух. В городе все проще. Каждый человек находится в своих мыслях. И что твориться за закрытыми дверями соседей, всем абсолютно все равно. Мы подъехали к дому. Я сразу заметила автомобиль Сафарова, остановившийся совсем недалеко. Наверное, он только привез Алину. Я вышла из машины, Игнат – тоже. В этот момент Сафаров как раз помогал Алине выбраться из своего автомобиля. – Мама, привет. – радостно крикнула дочка, увидев меня издали. Она тут же подбежала ко мне и обняла. Я искоса наблюдала, что будет делать Демид. Хотелось, чтобы он сел в свой автомобиль и исчез. Но Сафаров подошёл вслед за дочерью к нам. Он смерил презрительным взглядом Игната. Казалось даже, что тот поежился. – Наташ, я поеду. – неуверенно проговорил коллега. – Спасибо, что подвёз, Игнат. – поблагодарила я, испытывая неловкость под надзирательным взглядом Сафарова. Как только коллега уехал, я вежливо поинтересовалась, как прошел день у Алины. Но та лишь рассказывала про кино и детский развлекательный центр. И ни слова про новоиспеченных бабушку и дедушку. – Ты могла бы сказать мне, я и Алина могли заехать за тобой. – взгляд Сафарова был мрачнее тучи. Я прекрасно понимала, что он мне намекает на Игната, который только что довез меня. Это казалось странным – видеть такую заботу от бывшего. И почему-то в этот момент я испытывала злорадство. Однажды Сафаров сказал мне, что его личная жизнь меня никак не должна интересовать. Он резко оборвал разговор, касающийся невесты. Я приблизилась к нему ближе так, чтобы Алина ничего не слышала. – Это был мой жених! И только он имеет право подвозить меня! – шепнула я. После чего посмотрела в глаза Сафарова, полные негодования, и широко улыбнулась. Хотелось, чтобы он почувствовал то же самое. Не стоит лезть в мою личную жизнь. Но было что-то еще. Мне хотелось, чтобы Демид видел, что я нравлюсь мужчинам. И раз он считал меня доступной женщиной, поверив наглой лжи моего отца, так не буду разуверять его в обратном. Мне пора строить свою личную жизнь – на зло Демиду и для своего личного благополучия!