Глава 20.

Уже десятый час пошел, а мне до сих пор никто толком не может сказать, что случилось с мамой. Так и торчу в пустом коридоре вместе с Марком в тишине. Пока ждали скорую, думала с ума сойду. Я так остро отреагировала, когда увидела маму без сознания, что тоже чуть не легла с ней рядом. Спасибо Марку, он вовремя пресек мою истерику. Нашел правильные слова и я быстро взяла себя в руки. В данной ситуации он был тем человеком, который адекватно отреагировал на ситуацию и сделал всё как и положено в таких случаях.

– Марк, почему так долго? Мы здесь уже два часа, а о состоянии мамы до сих пор никто ничего не говорит.

– Лика, успокойся, пожалуйста. Всё будет хорошо. – Уверенно заявил Марк.

Подошел и обнял меня. Я не стала сопротивляться, даже ответила ему. Прижалась сильнее. Мне как никогда нужна была поддержка, а рядом был только он. Готовый помочь и сделать всё, о чём я попрошу. Это подкупало и грело душу.

– У меня никого нет, кроме неё. И если с ней что-то случится, я просто не переживу.

Я всхлипнула, мне вдруг стало так страшно, что с ней может что-то плохое случиться.

– Не говори так. С ней ничего не случится. И ты не одна, у тебя есть я.

– Спасибо, что помог и что сейчас ты тут. Я бы одна не справилась, спасибо…

Шептала и всё крепче прижималась к нему, как когда-то делала в далеком прошлом. Врала себе, что эти объятия между нами только по причине того, что случилось с мамой. Он не бросил меня в такой тяжелой ситуации, помог, даже вызвал лучших врачей после смены. И я не знаю каким образом он сумел это сделать, но он смог. Понимала, что он больше не тот мальчишка, который только мечтал о хорошей жизни, он сейчас имел большие возможности. И в эту секунду мне было всё равно какие это связи: хорошие или плохие, я просто была безумно благодарна, что он воспользовался этими возможностями и помог мне и моей маме.

– Я тебя больше никогда не оставлю, даже если ты попросишь об этом.

Он успокаивал и гладил меня по волосам, когда нас пригласили в кабинет врача, который принял мою маму.

– Лика, прежде всего хочу сказать, что с вашей матерью всё хорошо и в данный момент ей ничего не угрожает, но мне не нравятся её анализы, поэтому оставляю её здесь до тех пор, пока не обследуем её как следует.

Я облегченно выдыхаю всего лишь на несколько секунд, пока доктор не говорит, что ему не нравятся анализы мамы. Тут же перевожу взволнованный взгляд на Марка, ища поддержки у него и он сразу всё понимает.

– Семён Константинович, если есть то, что мы должны знать о здоровье Алевтины Петровны, то лучше прямо сейчас нам это сказать.

– Я понимаю ваше беспокойство, но причин для паники нет. С вашей родственницей всё будет хорошо, но я оставлю её здесь на пару дней для полного обследования. Сейчас мы ей сделали ей укол, она будет спать до утра точно. Оставаться вам здесь смысла нет, поэтому жду вас завтра после обеда.

– Я никуда не поеду! – быстро возразила я, мотая головой.

– Послушайте, Лика. Я вам обещаю, что с вашей матерью ничего не случится, езжайте домой, отдохните, а завтра вернетесь сюда. Смысла мучить себя здесь нет. Ваша мать в надёжных руках.

Я хочу снова возразить, но Марк опережает меня и принимает решение за меня.

– Спасибо, Семён Константинович. Мы вас услышали. Приедем завтра после обеда.

Мужчины пожимают друг другу руки и прощаются, пока я стою и внутри меня всё протестует. Как только доктор удаляется, я недовольно поджимаю губы и хочу высказать ему, что какого чёрта он за меня решает, но только я открываю губы, как он снова опережает меня.

– Чшш, – прислоняет палец к губам, – пошли. Поговорим не здесь. Тут всё-таки больные люди и они уже спят. Не будем их будить, хорошо?

Я ничего не успеваю ответить, как он берёт меня за руку и ведёт на выход.

Позже, когда мы уже сидели в его машине, я собралась с мыслями и позволила себе высказаться.

– Марк, спасибо за то что помог, но такие решения как остаться или уехать из больницы могу принимать только я. Она – моя мама! И я хотела остаться там, рядом с ней, даже если мне не выделили бы место в палате, я была согласна дежурить у её дверей всю ночь, только бы разрешили. Я всё равно не смогу спать спокойно, когда она там. Понимаешь?

Он слушал меня внимательно, но так и ничего не ответил. Я подумала, что ему нечего мне сказать, поэтому и молчит. Наверное понял, что был не прав и не стал спорить со мной дальше.

Откинулась на сидение и закрыла глаза, выдыхая медленно весь воздух из легких. Пара вдохов и выдохов и злость на Марка потихоньку начала рассеиваться. Но потом я открыла глаза и поняла, что мы проехали поворот, ведущий ко мне домой. Непонимающе уставилась на него.

– Марк, ты кажется проехал, моя квартира находится в той стороне, – наивно полагая, что он случайно проехал, поворачиваюсь к нему и показываю пальцем в сторону поворота, который он проехал.

– Лика, неужели ты и вправду думаешь, что я не знаю, где ты живёшь?

Я застыла и до меня только в тот момент дошло. Да, он знает обо мне всё, что можно и нельзя. Пока он сидел в тюрьме, его люди и люди Асадова охраняли меня и мою маму, наш дом и места, где мы работали. И мы с мамой только были благодарны такой заботе, потому что тот, второй, который надругался надо мной, сбежал. Его так и не нашли, поэтому нам всем было спокойно, что за нами с мамой наблюдают люди Асадова и Марка. И то, что он знает обо мне всё, для меня не секрет, только вот я забыла на некоторое время об этом. И его вопрос сейчас мне только напомнил то, о чём я успела забыть.

– Я знаю, что ты всё знаешь обо мне, – тихо ответила ему, всё ещё находясь в растерянности.

– Вот и умница. – спокойно отвечает.

Он заставляет меня чувствовать себя маленькой девочкой и самое интересное во всём этом то, что я не понимаю хорошо это или нет.

– Марк.

– Ммм?

– Что происходит? Куда ты меня везёшь?

– Домой. Ко мне домой.

– Марк, что за шутки ещё?! Мне сейчас не до выяснения отношений, ты разве не понимаешь? Отвези меня ко мне домой немедленно или останови машину, я сама . . .

Запнулась и остановила речь, когда поняла, что несу чушь и никуда я не выйду из его машины и никуда я не пойду одна в такое время. Я не забыла горький опыт прошлой жизни от прогулки одной поздней ночью.

– Успокойся, погостишь у меня одну ночь. Завтра привезу тебя обратно к матери. Я тебя не оставлю одну в квартире, да и ещё в таком состоянии.

– Марк…

– Не бойся, мы не одни будем дома. У меня гостит матушка. Я ей вкратце рассказал о том, что случилось, и она уже готовит тебе отдельную комнату.

– Я не думаю, что это хорошая идея.

Он поворачивает ко мне голову и сканирует меня несколько секунд. Потом снова переводит взгляд на дорогу и, легко лавируя между машинами, начинает обгонять их. Скорость небольшая, но мне всё равно становится страшно. Знаю, что это всё из-за моих последних слов он разозлился, но не сказать их тоже не могла. Потому что я действительно так думаю.

– Марк, ты пугаешь меня. Не делай так, пожалуйста. – озвучиваю вслух свои страхи.

Он сразу же сбрасывает скорость и съезжает на обочину. Протирает лицо руками и поворачивается ко мне со спокойным лицом.

– Лика, – он протягивает руки и мягко гладит мою щёку. Я не отталкиваю, причем осознанно. Потому что мне приятно и это начинает пугать меня ещё больше.

Сначала поцелуй, теперь его касания… Что со мной? Почему я реагирую?

– Прости, я не хотел тебя пугать. Просто … просто день такой выдался. Тяжелый. Давай не будем спорить или ругаться. Просто проживём эту ночь спокойно, прими мою помощь. Я не кусаюсь, а завтра я отвезу тебя обратно. Хорошо? – он заговорил хриплым голосом, от которого у меня мурашки по телу пробежались.

Марк то и дело опускал свои глаза на мои губы, пока говорил. Я не дурочка, понимала, что он хочет поцеловать меня снова. И меня этот момент смущал. А что, если он снова попробует поцеловать меня? Что я сделаю? Смогу ли оттолкнуть? Столько вопросов крутилось в голове.

– Хорошо, – ответила хрипло ему и испугавшись своего голоса быстро убрала его руку и отвернулась к окну, чтобы он не увидел моей реакции.

Это всё нервы, это всё нервы, проговаривала про себя и больше не посмотрела на него, пока мы не доехали до его дома.