Глава 23

Стефан так и не ушел той ночью. Просто лег спать на диване после того, как мы до утра пили вино, обмывая условный успех песни. После чего он мне играл на гитаре пока на меня нашло вдохновение, и я писала несколько часов к ряду.

Проснувшись около полудня, я обнаружила парня, спящего глубоким сном в обнимку с гитарой, пока его телефон разрывался от входящих сообщений и звонков.

Приняв решение его не будить, я надела вчерашнюю майку и пошла умываться. Уже в ванной комнате отметила, что краснота с глаз спала, но я по-прежнему выглядела очень уставшей и бледной. В этот момент в животе неприятно закрутило и я вспомнила, что последний раз ела вчера днем, а ночью и вовсе пила вино натощак из-за чего достаточно быстро захмелела буквально после нескольких глотков.

Я часто пренебрегала приемами пищи, иногда так увлекшись написанием, что могла забыть о еде на сутки. В такие моменты Стефан повторял, что это и отсутствие нормального отдыха и было причиной моего изнуренного вида. Поэтому всегда, когда заходил ко мне в гости, приносил пакеты с ресторанной едой и чуть ли не силой пытался меня накормить.

Естественно, что через пару дней эти пакеты просто выбрасывались потому, что я о них попросту забывала. Но что я могла поделать? Я трудоголик, а еда — это так, когда вспомню.

И все же, сейчас я не могла больше игнорировать жалобный скулеж своего желудка, поэтому выйдя из ванной и направившись к чемодану, я выудила оттуда поношенные, но очень удобные шорты, взяла ноутбук и несколько листов с заметками к будущей книге и вышла из номера с четким желанием написать хотя бы несколько абзацев для новой главы пока буду есть.

В своей уже четвертом романе я рассказывала о жизни молодой девушки-супермодели, поэтому и хотела выжать из поездки в Милан максимум. Мои книги поэтому и были на столько популярны, потому что я практиковала «полное погружение» в их реальность. И где как не сделать это, если не в столице моды. Таким городом для меня был, как ни странно, именно Милан. Не Париж. Знаю, жутко не патриотично…

При всех заработанных средствах, меня никогда не интересовали брендовая одежда и люксовые вещи. В обычной жизни я одевалась в массмаркет и водила Жука. Продукты покупала в Тексо и изредка заказывала еду из китайского ресторанчика за углом.

Жила я в просторной квартире в самом центре Парижа, но только потому, что она изначально принадлежала нам с сестрой, а сама она переехала в Лондон в прошлом году.

Вся мишура и манящий блеск роскошного мира денег мне был неинтересен. Именно об этом и была новая песня. Обо мне и Стефане, вернее о том, какими мы были пару лет назад, когда не обращали внимание ни на лейблы, ни на бренды, ни на людей, которые их носили.

У меня ценности остались прежними, что не скажешь о друге. Парень стал постепенно отдаляться, все чаще пропадая в модных клубах, на фэшн-показах и гламурных вечеринках. А я сидела в это время в своей квартире и писала, писала, писала.

Мои книги заменяли мне целый мир. В них я любила и ненавидела, радовалась и плакала, целовалась и даже занималась любовью. Хотя ничего из последнего я в своей жизни не делала, но на бумаге выходило достаточно убедительно. И для того, чтобы так убедительно писать, мне нужно было все максимально прочувствовать на себе.

Например, моя первая книга, была написана о трудном взрослении подростка и для этого я прыгала с парашютом, пробовала всю мыслимую и немыслимую еду (и не только еду — даже кое-что похуже), и даже постоянно прогуливала школу. Тогда я еще жила в месте с сестрой, которая по мере своих возможностей потакала мне в этих невинных прихотях. Ну, в том, что они были невинны, думала только она…

Для второй книги, сразу как стала совершеннолетней и самостоятельной, я летала в Африку, заказывала лимузины, разбила несколько бутылок «Кристалла» и носила высоченные каблуки.

Третья книга была о начинающей певице, поэтому я арендовала помещение в звукозаписывающей компании и вместе со Стефаном несколько дней записывала свои завывания. Перекрасилась в пепельный и остригла волосы до плеч.

Именно после одного из экспериментов в то время, мое тело все еще украшало два микродермала на ключице и пирсинг в языке. К счастью, все остальное уже заросло. Слава богу, хоть татуировки сделала временные и то, только потому что очень сильно поругалась со Стефаном. Он был сторонником чистого тела и даже к моим пирсингам отнесся негативно.

Если того требовала ситуация и веские обстоятельства, то я была и блондинкой, и ботаничкой, то гринписовской кошатницей. То рассекала на тачках без верха в норковой шубе. Я могла быть хулиганкой и скромницей, миллионершей и бомжом в одном флаконе. Во мне уживалось слишком много личностей и в свои года я уже прожила кучу жизней.

Это было весело. Ровно до тех пор, пока я не начинала уставать от людей вокруг…

Четвертая книга была о развратной жизни красивых людей и через что им приходится пройти для достижения своего богемного Олимпа. В этой книге было много пустого великолепия, дорогой одежды, эксклюзивного отдыха и эротических сцен.

Я готова была заплатить за все, чтобы ощутить это на себе. Кроме последнего. Хотя Стефан часто шутил, что мог бы мне с этим помочь, я все же предпочла сходить в магазины для взрослых и накупить соответствующих фильмов, родом, преимущественно, из Германии.

Как раз недавно я закончила просмотр одного из имеющихся у меня дисков, и в голове ожила сцена между главными героями, которую мне срочно нужно было записать пока я ее не забыла. Вдохновение накрыло внезапно, поэтому сейчас я не просто шла, я бежала по коридору на перевес со своими вещами, постоянно поправляя длинные волосы, которые мешали обзору.

Зайдя в лифт, я положила ноутбук и бумаги на пол, чтобы затянуть волосы в тугую гульку, закрепив их карандашом и едва успела отпрыгнуть назад, как двери открылись и в кабинку зашла группа парней. Они затолкали меня назад и практически припечатали к стенке.

Казалось, парни даже не заметили моего присутствия. Принялись обсуждать вчерашнюю вечеринку и девушек, с которыми они переспали во всех позах и подробностях.

И вот если я хотела эффекта погружения, то сейчас мои уши были больше похожи на локаторы. Я слушала все, о чем они говорили затаив дыхание. Словно попала в клондайк нужной информации. Секретный и никому недоступный кладязь познаний от первого лица…

Судя во всему, их вечеринка началась вполне прилично, но к концу уже была больше похожа на оргию.

Эти парни были идеальны, и я сейчас не о внешности. Стоя позади них, я не видела лиц, но понимала, что они почти в два раза выше меня и до жути накачанные, с широкими мускулистыми спинами и узкими бедрами. Прямо, как герои моей книги. И обсуждали они практически все то же самое, что происходило на моих страницах. Точнее то, что должно было происходить, если бы еще я знала как об этом написать…

Мне бы послушать их еще пару минут, потому что как будто сама судьба послала этих парней мне в помощь, как друг в моем кармане завибрировал телефон и раздалась громкая мелодия.

Ну, очень громкая. Я постоянно забывала телефон в разных местах, неоднократно его теряла, поэтому звонок стоял такой, чтобы я во всей округе могла определить, где его приткнула.

В одночасье все разговоры стихли, и все парни, как по команде, повернулись в мою сторону.

Закусив губу от смущения, одной рукой придерживая ноутбук, второй я полезла в задний карман шорт, чтобы сбросить вызов.

Кабину лифта пронзило звенящее молчание. И жуткая, просто дичайшая неловкость. С моей стороны.

— Ну, и сколько ты слышала, кучерявая коротышка? — надо мной нависал красивый брюнет, чье тело было полностью покрыто татуировками. И, судя по голосу, это и был тот самый успешный самец вечера, хваставшийся перед остальными количеством своих ночных побед.

Набрав в грудь воздуха, я втянула шею в плечи и попыталась спрятаться за ноутбуком, крепко прижатому к груди.

— Что? Я ничего не слышала, — только и смогла пропищать я в ответ и, подняв глаза, заметила, как парень пристально на меня смотрел, не отрывая взгляда, — совсем ничего. Честно-честно! — я снова попыталась заверить его в своих словах, но не думаю, что у меня получилось, потому что парень проговорил:

— Не дай бог ты сольешь это прессе, я тебя найду и тогда ты точно больше ничего не услышишь. И, тем более, никому ничего не расскажешь. Усекла, шмакодявка? — прозвучала очень вкрадчивая угроза, которая произвела на меня нужный эффект.

Честно говоря, я не понимала кто он такой и зачем мне нужно было что-то рассказывать прессе. Поэтому без промедления и с небывалым энтузиазмом я закивала так, что раз даже ударилась лбом об угол ноутбука. Было настолько больно, что потом я еще пол дня проходила с красным пятном чуть выше виска.

— Пошли, Ллойд, не пугай эту мелочь, она и так от страха дар речи потеряла, — заржал один из друзей этого самого Ллойда, когда двери лифта открылись на этаже, где располагался ресторан.

Чуть позже я узнала, что человеком, чей разговор я подслушала был Картер Ллойд — популярный британский футболист, выступающий за парижский футбольный клуб. Действующий чемпион. Золотой мальчик. Сын богатых родителей, развлекающийся в компании несметного количества подружек, вечеринок и алкоголя, дорогих авто и… просто очередной идиот, прожигающий свою жизнь.

В то время он серьезно встречался с дочерью владельца своего футбольного клуба, и эта дурочка была в него так влюблена, что не замечала ничего дальше своего носа, а именно то, что слова «моногамия» и «Картер Ллойд» писались параллельно и никогда не пересекались. Ни в одном языке. Ни в одной вселенной.

А еще чуть позже я узнала, что именно Картер прошлым вечером наблюдал за мной, когда я переодевалась, с балкона своего номера. Как оттуда, где проходила та самая шумная вечеринка.

Больной извращенец.

Парни, как и я, направлялись в ресторан, а я лишь семенила следом. Все так же опустив голосу и, смотрела себе под ноги. Юркнув за самый отдаленный угловой столик, я открыла меню, поставила его книжечкой на стол и, спрятавшись за плотным картоном, стала изучать блюда.

Сделав заказ, я отложила меню и попыталась включить ноутбук, но меня ждало разочарование: батарея полностью села, поэтому я сползла под стол, чтобы найти розетку.

— Что вы делаете? — послышалось сверху, но я была так увлечена поисками, что не сразу обратила внимание на сказанные слова, — Девушка! — это было произнесено гораздо громче, что я даже испугалась и от неожиданности подпрыгнула на месте, ударяюсь головой о столешницу.

Что тут поделаешь, голова, судя по всему, была моим слабым местом, и не только потому, что сегодня на нее сыпались все удары.

— Я ищу разъем, куда бы я могла подключить свой ноутбук, — проговорила я, вылезая из-под стола и оглядываясь вокруг. Ситуация была на столько смешной и неловкой, что привлекла внимание всех постояльцев гостиницы, находившихся в тот момент в ресторане.

— Простите, но здесь вы ничего не найдете, — вежливо ответил официант, — если хотите, то можете пересесть вот за тот столик, — и жестом указал на свободное место, находящееся по соседству со столом тех парней, так же с интересом наблюдавших за моим маленьким представлением.

— Нет, спасибо, я останусь тут, — извиняющееся пробормотала я в ответ, после случившегося, не желая снова оказаться рядом с этим Ллойдом, который еще совсем недавно мне недвусмысленно угрожал в лифте.

В тот момент я готова была пережить отсутствие рабочего ноутбука, только ради того, чтобы этот человек перестал бросать в мою сторону грозные взгляды и переключился на что-то другое.

И когда я уже думала, что этот татуированный кобель практически убил меня взглядом, в ресторан вошли «Lacolombe». Почти полным составом, чем привлекли всеобщее внимание. Однако, я сразу заметила, что Стефана среди них не было. Он подошел спустя несколько минут, чем вызвал еще больший ажиотаж и на время полностью переключил на себя внимание друзей обтатуированного.

Бросив быстрый взгляд в мою сторону, парень незаметно кивнул и подсел к своим товарищам, а я тем временем вернулась за свой столик и пыталась слиться со стенкой пока ждала свой заказ.

Спустя несколько минут на мой стол опустился бокал шампанского. И в тот момент я могла с уверенностью сказать, что это была за марка и кто мне его послал. Я не питала большой любви к алкоголю, но от бокала «Дома» не могла отказаться даже днем, когда обедала вне дома, и Стефан об этом прекрасно знал.

Пока я несла бокал к губам, я так же незаметно поблагодарила друга подмигнув в ответ. Сделав первый глоток, резким движением вытащила карандаш из волос, тем самым позволив им обрушиться на мое лицо и плечи. После чего принялась самозабвенно делать заметки о том, что услышала сегодня в лифте на уже исписанных листах.

Мой главный герой был отчасти похож на этого потаскуна из лифта на столько, что я то и дело поглядывала в сторону дальнего столика, чтобы, словно художник, нарисовать портрет Ллойда словами. Приправив это его же фразочками о проведенной ночи.

Я так самозабвенно писала, пытаясь как можно красочнее выразить свои мысли на бумаге, смешивая увиденное с услышанным, что снова не заметила, как кто-то подошел к моему столу и сел напротив.

— Слышишь, мышь серая, — его голос звучал очень тихо, пока парень, откинувшись на стуле, сидел и смотрел мне прямо в глаза, прожигая насквозь. Буквально через секунду сложив ладони вместе, начал потирать руки, наклонившись ко мне, — забудь, что ты слышала и видела меня сегодня тут? Усекла, крошка?

Я призвала все свои внутренние силы в попытке сохранить самообладание, когда Картер потянулся к моему шампанскому и, сделав глоток, спросил:

— Тебе не рановато еще пить, ты же еще мелкая совсем? — пренебрежительный тон меня немного разозлил ведь парень был не на много старше меня, ну, максимум лет на пять.

— Не рановато! — огрызнулась я в ответ, и, заправив волосы за ухо, склонилась над своими пометками. Тем самым ясно давая понять, что разговор исчерпан.

— Что это у тебя там? — и не успев даже толком договорить, парень сделал резкое движение вперед и вырвал из моих рук исписанные листы. Сразу принялся их читать.

— Отдай! — я тут же соскочила со своего места и подбежала к Ллойду. Вот только отобрать бумаги сразу так и не получилось. Парень одной рукой удерживал меня на расстоянии, не давая приблизится, а потом вообще встал со стула. Подняв руку с моими записями чуть выше, стал для меня просто недосягаемым.

Я начала прыгать, извиваясь под его рукой, из-за чего он просто взял и с силой прижал к себе, удерживая за шею так, что мне было сложно пошевелиться. Моя голова находилась на уровне его груди, поэтому недолго думая, я со всей силы впилась зубами в кожу, практически прокусив его дизайнерские шмотки. После такого ему ничего не оставалась кроме как разжать свою хватку и грубо оттолкнуть меня в сторону.

— Ты что, совсем бешеная? — заорал он, привлекая к нам новую волну внимания.

— Верни мои вещи, идиот! — меня почти трясло от злости. Я смотрела на него исподлобья, сжав руки в кулаки и готовая набросится на парня в любую секунду. Вряд ли бы я причинила ему хоть малейший вред, учитывая разницу в комплекции, но попытаться все же стоило.

Я ненавидела парней как он. Именно потому, что мир был полон таких самовлюбленных самодуров я предпочитаю вести закрытый образ жизни. Ненавидела, когда вторгаются в мое личное пространство. Ненавидела придурков, возомнившими себя пупами земли. Ненавидела Картера Ллойда!

Еще никому и никогда я не давала читать свои «сырые» наброски, тем более такого пикантного характера. А то, что этот самоуверенный индюк себе позволял было уже слишком.

На обращая на меня никакого внимания, с мрачным видом он снова принялся читать, отбрасывая на пол прочитанные листы. Мне ничего не оставалось делать, кроме как, смахивая слезы, ползать по полу в попытках их подобрать.

Краем глаза я заметила, как с места привстал Стефан. Мора уже намеревался, как всегда, прийти на помощь, но я проигнорировала его взгляд, полный немого вопроса. Еще не хватало и его впутать в этот скандал, потому что, если сейчас вмешается Мора, да и при таком количестве свидетелей, кто-то обязательно сделает, а потом и сольет фотографии в прессу.

Но только и в этот раз все пошло не по плану.

— Отдай, пожалуйста, — наступая на горло своей гордости, я тихо проговорила, обращаясь к Картеру. Привстала с колен и теперь в упор смотрела на парня, стоящего передо мной.

Реакции не последовало. И только дочитав последнюю страницу, как раз написанную сегодня в ресторане, Ллойд склонил голову на бок и принялся изучать меня взглядом от макушки до пяток. Словно видел в первый раз. В глазах плескалось мрачное удивление и невысказанные вопросы, один из которых он, все же, задал:

— Ты извращенка, что ли? Я еще могу понять то, что ты подслушивала в лифте, а потом фантазировала обо мне, пялясь на наш столик, но что, блять, это? — он с силой сжал листок в своей руке прямо напротив моего лица.

И что мне нужно было ответить, чтобы это устроило Картера Ллойда?!

Как меня только не называли: маленькая леди, гений, странная, безбашенная, умничка, но извращенкой не называл никто и никогда. Кроме него. Вообще, как окажется, с этим человеком у меня многое произойдет впервые. И хорошее, и плохое…

— Отдай, — с обидой проговорила я снова, и потянулась к его руке, сжимавшей мои мысли в кулаке.

Почему-то именно в этот момент перевела взгляд на Стефана, который продолжал сидеть на своем месте и напряженно наблюдать за происходящим. «Пожалуйста, не вмешивайся», умоляюще посмотрела я на него и подняла голову, чтобы снова взглянуть на Картера. Парень, в свою очередь, проследив за моим взглядом, тоже смотрел с нескрываемым любопытством на Стефана Мора. Вот только кроме любопытства там было кое-что еще. И подобная реакция мне на подсознательном, интуитивном уровне не понравилась.

— Так, значит, ты описывала меня, но представляла его? — он смотрел на меня в упор и задал этот вопрос с каменным лицом. Обращаясь ко мне, оно абсолютно ничего не выражало. Непроницаемая маска, но за ней чувствовалась скрытая угроза.

Возможно, кто-то бы даже сказал, что парень заскучал от разговора с такой как я, но это было не так. Я услышала, как бумага в его руке захрустела, еще сильнее сжатая в его кулак, а взгляд вскоре наполнился опасным блеском.

— Да, все именно так! — с дуру ляпнула я, даже не успев подумать.

Где-то в сознании промелькнула глупая надежда на то, что он поймет, что как парень он мне был совершенно неинтересен. И я определенно не видела его роли человека, который в моих рассказах описывается словами «сексуальный», «брутальный», «неотразимый» и который то и дело сует свое мужское достоинство во все дырки, которые двигаются, в разных позах и в разном количестве.

— Безумная фанатка, повсюду таскающаяся за своим кумиром, — Ллойд смерил меня оценивающим взглядом, — готовая одеваться в лохмотья, лишь бы потратить все сбережения на то, чтобы снять номер в пятизвездочной гостинице для того, чтобы быть поближе к нему? — это было сказано пренебрежительно и брезгливо, и мне совершенно не понравилось то, как в тот момент Ллойд посмотрел на Стефана. Тогда их взгляды встретились и там определенно вспыхнуло что-то недоброе. То, что они пронесут еще через долгое, долгое время.

— Или ты репортерша из бульварной газетенки, рыскающая туда-сюда в поисках сплетни, которую можно продать подороже и окупить пребывание в таком месте? — снова посмотрев на меня, Картер зло сощурился, — иначе зачем ты практически слово в слово записала все, что я говорил там, в лифте?

Задав свой очередной вопрос, Ллойд ближе подошел ко мне и больно схватил меня за руку. Наклонился чуть вперед так, что наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга и замер, пристально смотря прямо мне в глаза.

От его непрерывного тяжелого взгляда по спине пробежал холодок. Его глаза гипнотизировали, заставляли полностью погрузиться в их дьявольский омут. Я сама ощущала себя как на допросе и, в тоже время, не могла понять почему парень не мог никак оставить меня в покое.

Я делала все лишь бы прекратить это нелепое общение, но это не стоило затраченных усилий. Все мои попытки были тщетны.

Я совершенно не знала, что еще можно было сказать и сделать лишь бы он отстал. Мне хотелось, чтобы он ушел. Его присутствие меня беспокоило. Тревожило. Переворачивало все внутри.

Не знаю как девушки сами на него вешались и что они в нем находили, но Картер Ллойд определенно был слишком сложным и жестким человеком, который пугал одним своим видом. Его татуировки еще больше подливали масла в огонь, и даже его красивое лицо не могло исправить производимого эффекта. Одним словом, само присутствие этого парня рядом меня пугало.

— Я преданный фанат «Lacolombe» — к горлу подкатил ком, поэтому, откашлявшись, я сделала над собой усилие, чтобы слова прозвучали как можно убедительнее. Для пущего эффекта даже опустила глаза на свою футболку с логотипом группы. Все для того, чтобы моя ложь выглядела более правдоподобно.

— Такая как ты должна прекрасно понимать, что такой как Мора никогда не обратит на тебя внимание! — это было сказано со злорадством. Как будто человек хотел унизить меня этими словами и получал от этого удовольствие, — его окружают слишком много телок гораздо аппетитнее тебя, — его взгляд снова прошелся по моей фигуре. Парень изогнул одну бровь, пробитую пирсингом, и, с плохо скрываемой брезгливостью, продолжил, — тебе даже предложить ему нечего…

— Что и кому предлагать я уж без тебя как-нибудь решу! — я начала злиться от обиды, вызванной его словами.

На этот раз его злые насмешки достигли своей цели, поэтому я с силой попыталась выдернуть свою руку из его хватки.

— Отпусти мою руку и верни мне мой лист, а потом можешь валить к черту, комикс ходячий! — сказав это, я на секунду испытала облегчение, но сказанные им в ответ слова заставили меня насторожиться с новой силой:

— Хотя, ты знаешь, — сейчас он даже не старался казаться спокойным, видимо его задело, когда я сравнила его татуировки с картинками из комиксов, — а ты темпераментная мелкая дрянь, может это компенсирует твою стремную внешность, — Картер с еще большей силой сжал мою руку. Боль так резко и неожиданно прострелила мое тело, что на глаза навернулись слезы. Еще чуть-чуть и он бы мне ее оторвал, — и я даже не против попробовать.

— Попробовать что? — свободной рукой я пыталась ослабить его хватку, но у меня не получалось.

— Тебя, — со злой усмешкой проговорил парень и его слова не предвещали ничего хорошего. Особенно после того, как он начал медленно приближаться к моему лицу, — не думаю, что Мора будет против, а вот мне стало любопыт….

Ллойд так и не успел договорить свою фразу, как резко дернулся назад и уже через секунду лежал на полу. Над ним возвышался Стефан.

Друг одним движением завел меня за спину, отгораживая меня от придурка, валявшегося рядом.

Все происходило с такой скоростью, что у меня не было возможности опомниться. Я и так едва успевала наблюдать за происходящим. Как Стефан наклонился к удивленному Ллойду, который сразу же прикрыл лицо руками, видимо думая, что его ударят именно туда.

Все же, Стефан этого делать не стал, а лишь со злостью выдернул лист бумаги из его рук и, больше не обращая никакого внимания на этого подонка, развернулся ко мне. Сделал шаг в мою сторону, подойдя вплотную, взял за руку и увел из ресторана.

Все это происходило молча. Никто из нас не проронил ни слова. Заставляя всех посетителей ресторана застыть на месте от шока. В ожидании того, что случится дальше.

Естественно, на следующее утро это было во всех новостях. Только новость значительно исказили и получилось так, что Мора и Ллойд подрались в ресторане миланской гостиницы из-за неизвестной девушки. И везде, в каждой статье, Стефан был представлен спасителем, а Картер Ллойд получил порцию дерьма, значительно подпортившую его имидж и взаимоотношения с его девушкой. Которая, как я узнала со временем, стала его бывшей девушкой…

Неудивительно, что лучше относиться после этого он ко мне не стал. Да и не виделись мы с ним достаточно долго, а столкнулись лишь спустя полгода уже в Париже.

И лучше бы мы никогда с ним не встречались…