Глава 14. Жаркие развлекательные мероприятия в Хайклере.

Зои

О том, что меня навестит Мендлер, я едва ли задумывалась. Было приятно, я действительно краснела, вспоминая о герцоге, но насущные дела отвлекали от сердечных размышлений.

Понятия не имела, можно ли этих людей посвящать в тайну Счастливчика, а с другой стороны, я прогнала многих, кто о нем знал. Следовало быстрее раскрывать этот секрет. Как обидно, что в глазах маленького городка он был незаконным.

Боги, но дракон рано или поздно взлетит. Прятать бесконечно его не получится.

Распорядившись мужчинами, объясним им, чтобы к амбару не подходили, я отправилась к двум скучающим женщинам. Мне совесть не позволяла нагрузить служанок работой на ферме. Позволила им самим догадаться, что можно улучшить в нашей избушке. У нас, правда, имелись проблемы со стиркой, а когда служанки увидели кухню, а почувствовала их нервный тик.

Мы с Аспидой не свиньи, не утопали в грязи, регулярно мыли посуду и жаровню, но, как у многих хозяек, руки не доходили до пожелтевших штор, до полочек под потолком.

Мне было немного совестно, но обе дамы заверили, что они приехали на ферму помогать, я могу не стесняться.

— Спасибо, но в личные комнаты не заходите, — повелела я, собираясь в таверну.

За старших оставила Бурана и Файера. И хаски, и виверна восприняли охранный пост серьезно, пообещав никого не пускать.

Да, мои животные стали по-настоящему украшением фермы, на них можно было полагаться.

Буквально влетев на велосипед, перебирая по дороге педали, весь путь я обдумывала помощь от Йена.

Этот поступок дорого стоит. Вчера он извинился и ушел, оставляя меня в прострации, но он достаточно познакомился с моим характером. Я гордая, моя гордость не меньше, чем у Его Светлости. Предложение о прислуге я бы не приняла, то ли дело, когда она уже стоит у моих ворот. Он не спрашивал, он просто делал. Как нормальный деревенский мужик. Пусть не руками, но поступками.

Чувствовала внутри счастье, осознавая, что все: Аспида, Блуди — они ошиблись. Я не игрушка для местного аристократа. Я что-то для него значу.

Единственное, о чем сожалела, что не могла поблагодарить лично. Я утопала в задачах, не выкроила бы минутку, чтобы скататься в его поместье.

Приехав в городок, я столкнулась с нервной Аспидой и не менее психующим артефактором.

— Все столы заняты на вечер, — прикрывал веки мистер Миллер. — И это несмотря на твой развод, Зои.

— Сработал получше любой рекламы. Герман, поди, — поморщилась я, — локти кусает.

— Или думает о том, как тебя получше «уложить», — не радовал меня наш партнер. — Один суд ты выиграла, будет новое заседание. Поищешь поверенного?

— Спрошу об этом герцога.

— Он поможет, да, — кивнул маг.

Нагиня и артефактор радовались ажиотажу. А я, взглянув на список гостей, чуть в обморок не упала. Мы пользовались успехом. Но этот успех был обусловлен скандальным разводом. Некоторые лица, друзья графа Сандерса пожелали отужинать в нашем «Доме дракона».

Предчувствовала какой-то подвох.

— Зои, — окликнули меня у входа.

Я подняла голову на гостя, кому по-настоящему обрадовалась.

— Я думала, ты все утро будешь занят, — немного смущенно обращалась к Йену. — Спасибо за помощь.

— Это самое малое, чем я мог ответить за дракона. Я искал тебя на ферме, — закончил он фразу немного укоризненно.

— Ферма сейчас существует за счет поставок в таверну. Я обязана быть здесь, у меня долги.

— Ты знаешь, это легко решается, — отрезал мистер Мендлер.

Да, я могла бы попросить его со всеми расплатиться. Догадывалась бы, что он не станет меня третировать, но, как прагматичная особа, я считала, что любые любовные отношения портят совместные бизнес-предприятия.

Они и дружеские портили, Аспида не в счет. Вон, как все повернулось с Дарком. Я обратилась не к тому, я теперь жду от Блуди подвоха.

— Нет, я, пожалуй, откажусь, — замотала головой. — Не искушай меня.

— Зои, когда же ты поймешь, что есть вещи куда более важные, чем деньги...

— Да, но сами эти вещи стоят кучу денег.

На этом спор и завершился. Я планировала вернуться в Сандер-хаус к открытию таверны. Помогла нагине и артефактору с делами, но едва часы пробили о наступлении вечера, как я услышала невероятный шум, доносящийся с улицы.

К нашему заведению приближались ремесленники, купцы и обычные городские жители. Увы, голосили не они. С другой стороны, с богатых кварталов шли и возмущались аристократы.

Я протирала глаза, силясь поверить в происходящее.

Этим маршем богатых и благородных руководил мой знакомый темный маг, который никогда не пользовался успехом у местных жителей.

— Что он там несет? — встал позади меня Йен.

И мне моментально поплохело. Толпа скандировала: Попаданку в застенки! Прогнать иномирянку! Рыжих в темницу.

— Рыжих в темницу? — ужаснулась Аспида. — Держите меня, иначе я кого-то придушу.

— Про какую попаданку ведется речь? — искренне не понимал герцог, а я тушевалась.

Я до последнего надеялась, что Блуди хватит совести не раскрывать мой секрет. Он поступал куда хуже, куда страшнее нарушал закон, притащив ко мне дракона. Но дракона-то я любила, я бы про него и словечком не обмолвилась, а мистер Дарк ко мне теплых чувств не испытывал. Я довольно грубо отказалась плясать под его дудку.

Ремесленники, рабочие столкнулись с аристократами.

— Эй, — возмутился мистер Миллер. — А вы о ком? Что за бездоказательные обвинения.

— А они доказательные, — вытащил палец Блуди, направляя на меня. — Эта женщина иномирянка. Ее следует отдать дознавателям. Она умеет разговаривать с животными. У меня куча свидетелей.

В такт с ним кивали Эланор, Герман и наш сосед Эдвард.

— Вы кому верите? — поражался артефактор. — Зои и мухи не обидит, а вы доверяете Дарку, намеревавшемуся сместить нашего короля.

— Одна ошибка не делает его изгоем, — защитил мага мой бывший муж. — Да, он горазд, монархические строи ломать, да девок портить, правда потом починяет. Строи в смысле, не девок. С девками это уже не работает.

Мистер Дарк на такие обвинения только ухмыльнулся.

— Вы мне мстите? — краснела я от злости.

— Что вы, миссис Сандерс, — заявила Эланор. — Мы взываем к справедливости. Много кто готов подтвердить, что вы болтаете с животиной. А мистер Дарк признался, что потворствовал вам ради выгоды. Но чистосердечное признание учитывается. А вы... — Она задыхалась от гнева... — А вас в застенки.

У меня не успела включиться паника. В сложные минуты мозг размышлял, как выбираться из передряги.

— А вы согласны с моими обвинениями? — оглянулась на другую толпу, к тем, кого благородные презирали.

— Нет, их на мыло, рыжих в политику, — выкрикнул одинокий молодой парень, естественно, обладавший огненным цветом волос.

Впрочем, его возглас поддержали. Купцы, рабочие и ремесленники подняли кулаки вверх.

Зачем-то вспомнила, что городская тюрьма пристроена прямо к местной ратуше, что очень упрощало смену администрации. А в администрации состояла Эланор, и Миллер, и мой герцог, туда зачем-то вступил граф Сандерс.

Аааа, революция всегда несет какие-то потери.

Я обернулась, чтобы спросить мужчину, что мне делать, но мистер Мендлер куда-то пропал. Исчез. В воздухе растворился.

Аспида пожала плечами и указала на заднюю дверь. Нагиня мне сочувствовала.

Получается, Йен меня бросил. Оставил, выяснив, что фермерша-Зои является попаданкой.

В прошлом мире я жила независимой жизнью и плевала на мнение мужчин, а сейчас... меня подкосило его предательство.

— Позаботься о Счасливчике и Буране, ладно? — умоляла подругу. — Отдай дракона герцогу, не препятствуй.

— Зои, ты что удумала? — ощерилась она.

А я... Я не хотела уличных схваток, столкновений, и чтобы кто-то из рабочих пострадал. Я так расстроилась. Диву давалась, что не расплакалась.

— Да, согласна, — протянула вперед руки, обращаясь к Блуди. — Я иномирянка. И да, я умею разговаривать с животными. Что теперь?

Несмелые стражники, сопровождающие алчную, жадную свору благородных, надели на меня наручники.

— Вас ждет новый суд, миссис, — отрапортовал один из них. — Потом, скорее всего, ссылка. Не бойтесь, иномирянок мы не убиваем.

Какая сногсшибательная новость.

***

Йен

Кажется, я услышал достаточно. Я ведь и раньше подозревал, что Зои Сандерс не совсем от мира сего. Видимо, я был прав, и интуиция не подвела. По глазам понял, что толпа не ошибается, она иномирянка.

В первые пять секунд я впал в прострацию, а потом резко задумался, как можно ей помочь. Аристократы под предводительством Эланор и Германом никогда не примут Зои в свои ряды. Слишком большие различия в менталитете. От новоприбывших в прошлом было много проблем.

Попаданцев в нашей стране не обижали, но ссылали на острова. А я не мог позволить им разлучить меня с леди Сандерс, хотя какая она Сандерс, вот-вот вернет себе девичью фамилию. Впрочем, с получением новости у меня язык не поворачивался назвать ее и Хоммерфильд. Раз она иная, она достойна собственного имени.

Я скрылся, пока обо мне не вспомнили, понимал и переживал, как Зои воспримет мой уход, наверняка подумает, что я ее предал, но если я замедлюсь, то я не смогу ее спасти.

Закон на стороне Эланор, графа Сандерса и иже с ними, но эти деятели не учли одного. Их подстрекатель, мистер Дарк, тоже совершил непоправимое. Он, а может и не он, но кто-то из его предков, стащили из моей семьи яйцо с драконом. Оно проклюнулось вблизи рыжеволосой фермерши, уверен, что без ее влияния этого бы не произошло.

И этот дракон принадлежал мне, по сути был наследием всех Мендлеров. Несколько веков назад мы потеряли драконью ипостась, но рядом с девушкой вновь ее обрели. Она дала шанс на это.

Мне не нужна армия, судопроизводство и прочее, мне хватит одного дракона. Дело оставалось за малым, слиться с ним.

Пока две негодующие толпы скандировали свои речевки, я велел возничему доставить меня в Сандер-хаус. Сердце замирало в тревоге о девушке. Но если я вернусь, то будет поздно.

Догадывался, что звери Зои не встретят меня с распростертыми объятиями, намотал защитное заклинание против пса и виверны, но жутко удивился, обнаружив, что собака с волчьим окрасом и пронзительными глазами, голубого цвета ящерица провожают меня к амбару, где прятали дракона.

Мои же слуги меня отвлекали, но я их отгонял нетерпеливым жестом. Упрямо шел к Счастливчику, ну и имя ему подобрали.

Пес Буран будто знал, для чего я явился, бросился распахивать дверь, носом снимая хилый замок. Виверна боднула створку головой.

Я замер...

Увидел дракона, изрыгающего пламя.

Он появился, как зарево на горизонте, как раскат грома, который не слышишь, но чувствуешь каждой косточкой. Спал до этого, но при суетливых звуках проснулся и показал себя.

Красный. Не просто цвет — воплощение ярости, силы и чего-то древнего, что спало в земле задолго до того, как люди научились строить хижины и бояться грома.

Он смотрел на меня. Нет — в меня. Сквозь кожу, сквозь страх, сквозь все мои глупые человеческие представления о том, кто я есть. Его глаза были, как два угля, в которых плясали звёзды. И в этой тишине, среди огня и пепла, я понял: он не враг. Не совсем. Он — я, которого я ещё не знал. Мы переглянулись. И всё изменилось.

Сначала — боль, словно меня выворачивали наизнанку, но не физически — глубже. Душу, разум, сны — всё растягивалось, ломалось, трещало, как лёд под ногами. Я, не выдержав, закричал, но возгласа не было. Лишь рев — не мой. Наш. Глубокий, древний, как сама магма. А потом — тишина. И… я.

Но другой.

Ощутил, как под кожей пульсируют чешуйки. Как лёгкие перестраиваются, чтобы вдыхать не только воздух, но и жар. Как мышцы наливаются силой, которой раньше не было. Я мог... мог стать драконом. Просто пожелай — и тело вытянется, крылья расправятся, когти щёлкнут по камню, как капли ртути. А не захочу — снова человек. Снова я. Почти. Почти. Потому что во мне теперь жил он. Дракон. Не просто инстинкт, не просто зверь. Сознание. Ехидное, коварное, ленивое, похожее на дворового кота, но с огнем в пасти и тысячелетиями воспоминаний за плечами.

«Ты жалок», — говорил он, когда я колебался.

«Ты храбр», — когда я пошёл вперёд.

«Ты мой», — когда я засомневался, кто здесь главный.

И всё же… он не подавлял. Не пытался вырваться. Мы были как два голоса в одном теле. Один — разумный, осторожный, смертный. Другой — дикий, вечный, с крыльями и огнём внутри.

Пытаясь захлопать крыльями, я прочувствовал конечности, до конца не поверив, что эта магия свершилась.

Зрение заострилось, нюх улучшился, а слух улавливал, как бабочка взлетела с цветка, растущего в лесном массиве за забором. Вместе с этим пришло понимание речи других обитателей фермы.

Ругались петухи через преграду, волновался скот.

— Думаешь, он разумный? — вопрошала виверна, глядя на меня.

— А есть разница? — почесался Буран. — Прошлый не жрал псов, уже хорошо.

— Так этот тебе ничего не гарантирует, — разбирал я слова маленькой синей ящерицы. — Может Счастливчик до этого не жрал, а в новой ипостаси герцог нами не побрезгует. Он мне никогда не нравился.

Я попробовал ответить, но вместо фраз и предложений из меня вышел... огонь. К счастью, виверна увернулась.

— Вон, — заверещал крылатый проходимец, прячась за спиной пса, — он прожаренных любит.

Вновь сделав попытки, я разделил речь и желание плеваться пламенем. Впрочем, наглеца я бы действительно поджарил.

Я выпрямился, собирался двинуться в сторону улицы, медленно расправляя крылья, но меня отвлек питомец Зои.

— Уважаемый, — мда, с собаками я никогда не беседовал. — У нас животрепещущий вопрос. Насколько вы голодны и чем предпочитаете питаться? — пролаял Буран. — Обозначим сразу, на этой ферме прикорма нет.

— Я друг вашей хозяйки, — прохрипел я в обличье дракона.

— Это все отлично, но вы не дали мне ответ.

Пути богов неисповедимы. Каков хозяин, такое и животное. Зои всегда билась за точность формулировок.

— Вас есть я не планировал.

— Отлично, Файер, ты слышал, мы не в меню, — опять почесалась собака.

— Это он пока сытый так говорит, — не верила в меня вивера по имени Файер. — А как проголодается...

Старался не обращать внимания на зверей, но то и дело доносились шорохи от цыплят, растущих где-то рядом, от коров и коз. Все ощутили, что красный дракон изменил сущность. Не сказать, что им это понравилось.

Если верить Блуди, то Зои постоянно болтала с ними, она и с моими лошадьми, видимо, болтала. И это оказалось очень утомительным занятием. А ведь девушка с огромной любовью относилась к каждому из питомцев.

— Ваша хозяйка в опасности, — произнес я. — Ее забрали в тюрьму.

— Да ну, — тявкнул Файер, — но этого следовало ожидать. Врагов рыжая завела немало.

— В тюрьме, — засуетился Буран и присел, наконец, на задние лапы, прекратив мельтешить перед моим носом. — Надо ее вызволять.

— Надо, — кивнул я, мотнув неподъемной, тяжелой головой. Было очень сложно привыкать к новому телу, чувствовать потоки ветра по чешуе, что хвост дает направление к движению.

Да, я мог взлететь, инстинкты призывали к этому, но смогу ли я помочь Зои в новой ипостаси? Я не знаю ничего о полетах и о посадках. А с другой стороны боялся, что преступно задерживаюсь.

Родилась очень шальная и отчаянная мысль. Зои вывозила свои тяготы одна, почти никогда не обращаясь за помощью. Я могу раскурочить всю темницу, и в ней ни одного камешка не останется, но почему бы не притянуть мистера Дарка по букве закона?

— А кто из вас может свободно перемещаться по территории и не побоится постоять за свою хозяйку? — предложил я.

— Да все, — гавкнул Буран. — Она многим жизнь спасла.

— Все не нужны. Нужны те, кто может бесшумно пробраться в помещение, взломать замок, например...

Делегировать миссис Сандерс, хотя какая она Сандерс, не умела. А зря. Ради хозяйки питомцы были готовы пойти на что угодно. И как показала короткая перепалка с ними — разумом звери обладали отменным. Если у них получится, а я потренируюсь...

Наскоро пересказал им свой план. Когда мистер Дарк приехал в Хайклер, я уже напрягся, зная подноготную темного мага. Он не чувствовал за собой вины, не испытывал сожаления из-за совершенного, скорее он страдал, что у него не получилось... В первый раз.

Сойдясь в чудаковатой дружбе с Аспидой и Зои, притащив с десяток мускулистых, одаренных магов, я догадался, что он на что-то собирает силы, а уж когда выяснилось, что он выкрал драконье яйцо, я перестал сомневаться в его мотивах.

Он намеревался взяться за старое, сместить правителя и забрать себе власть в стране. У него имелся ум, исключительная магия и умение вычислять одаренных попаданок. Если добраться до столицы, предупредить Его Величество, отыскать доказательства вины...

— Надо звать крыс, — заключила виверна.

— И ворон, те пройдохи отменные воры, — согласился с ним пес.

Все больше ощущал, что я схожу с ума. Крысы, вороны, драконы, куда катится моя нормальная жизнь?

***

/Отдадим должное Йену, делегировать он умел. Правда, понятия не имел, кому делегирует важную задачу/

Любимые питомцы Зои (не все)

Ночь опустилась на город с такой решимостью, будто была нанята лично Блуди Дарком для сокрытия особо секретных дел. Она была густой, как варенье из чернослива, и столь же липкой, особенно если вы — хаски по имени Буран, которому строго-настрого велели не издавать ни звука, но который всё равно не удержался и тихо, почти стыдливо, завыл в сторону луны.

— Ты, кусок псиного идиота, совсем с ума сошёл? — прошипела Мисс Мяу, изящная, как стилет и столь же опасная. — Нас же услышат, дурень ты северный!

Она не жила в доме, но две леди Сандерс периодически ее кормили и гладили котят

— Я проверял акустику, — буркнул Буран, виновато глядя на неё. — Вдруг придётся подавать сигналы. А вой — это универсальный язык. Его даже люди понимают.

— Да, но нам не надо, чтобы его понимали, и не под окнами городской стражи, — вмешалась Профессорша, одна из двух ворон, и явно та, у которой в голове больше, чем просто клюв. — Ещё один такой концерт — и нас не то что не пустят в лавку, нас в неё зацементируют.

— Важное уточнение, а цемент можно жрать? — с надеждой спросила крыса по имени Пип.

— Только если ты хочешь, чтобы тебя съели раньше, чем ты доберёшься до штукатурки, — мурлыкнула Мисс Мяу, бросив на Пипа взгляд, полный гастрономического интереса.

— Мы же договаривались, — строго сказал Буран. — Никто никого не ест. Мы команда. Мы работаем ради Зои. Если кто-то кого-то съест, это будет... неэтично.

— Этика — это то, что мешает кошкам быть счастливыми на этой ферме, — вздохнула Мисс Мяу, но когти убрала.

— Тихо! — оборвал всех Файер, сидящий на карнизе книжной лавки. — Я почти справился с замком.

Сегодня все непримиримые враги собрались ради своей хозяйки. Владелец лавки ушел по своим делам, позволяя животным творить вакханалию, но за ним следило с десяток гусей и уток, готовых сообщить о том, что мистер Дарк возвращается.

— Ты же дракон. Почему просто не выжечь его? — удивлённо спросила другая крыса, Скок.

— Почему бы не впихнуть тебя туда? — заполыхала виверна, не отрываясь от дела. — Он магический. Если что-то сделать неправильно, наша затея пойдет прахом.

— Но ты справишься? — уточнил волнующийся Буран.

— Если заткнетесь.

— Жуткое место, — пробормотала третья крыса, Сырок, и поёжилась.

— Я там был. Один раз. С Зои. До сих пор чувствую запах пыльных страниц, когда нервничаю, — сказал Файер.

С замком он справился изящно: выдохнул на него лёгкое, почти ледяное пламя, отчего руны на поверхности зашипели, вспыхнули синим и погасли, как обиженные светлячки. Дверь скрипнула, приоткрылась, и звериная команда юркнула внутрь, словно давно репетировала этот момент.

Лавка Блуди Дарка внутри пахла древней пылью, чернилами, затаёнными знаниями и слегка — плесенью, которая, судя по всему, тоже умела читать. Маг ненавидел уборку, так что никто бы не удивился восставшим грибам.

Полки возвышались, как книжные горы, а сами книги были не просто собранием страниц, а существами с характерами: некоторые шептали, другие ворчали, а одна, особенно толстая, с надписью "Справочник по некромеханике для начинающих", при виде Клёпы попыталась укусить её за перо.

— Отвали, макулатура! — возмутилась ворона, клюнув книгу в переплёт.

Та зашипела и, обиженно захлопнувшись, превратилась в словарь.

— Так, — скомандовал Буран. — Файер, веди к сейфу. Остальные — осматриваемся. Профессорша и Клёпа — на стреме. Если кто-то идёт — каркаете дважды. Если это стража — трижды. Если Зои — поёте "Оду к свободе".

— А если булочник с пирожками, каркаем один раз и хватаем пирожки, — хором ответили крысы, никогда не терявшие надежды что-то получить.

— Как хорошо, что мы петуха не прихватили, — поделился Файер Бурану. — Я уже крыс готов сжечь.

— Да? А я кошку, — почесался хаски.

Файер, как и положено существу с врождённым чутьём на магию и волшебство, быстро нашёл фальшивую полку. За ней — сейф, украшенный рунами, светившимися и бренчавшими что-то про "недопустимую попытку доступа" и "возможное проклятие на пятую лапу".

Учитывая, что у зверей было максимум по четыре, хвост в погрешность, это звучало особенно угрожающе.

Виверна выдохнула холодное пламя, руны затрепетали, как нервный библиотекарь, и исчезли. Сейф открылся с глубоким, утомлённым вздохом. Внутри — свитки, чертежи, схемы, один бутерброд с салями и записка: "НЕ ТРОГАТЬ! МОЙ ОБЕД! — Б.Д."

— Он хранит еду в сейфе? — удивилась Клёпа.

— Скорее возникает вопрос, от кого он ее прячет, — буркнул Сырок. — Работает-то он один.

Все поежились и вернулись к задаче. Блуди Дарк и на зверей навевал ужас.

Файер аккуратно извлёк нужные чертежи. На них крупными буквами значилось: "Проект: Взятие столицы. Рабочее название: «Магическая баллиста".

— Это оно, — прошептал Буран. — То, что поможет нам спасти Зои и развалить весь этот заговор.

— А теперь — ноги в лапы и бегом! — скомандовала Профессорша. — Я слышу шаги!

— Это я просто нервно топаю, — призналась Скок.

— Всё равно бегом!

Все выскользнули из лавки, бесшумно растворяясь в ночи. Вороны взмыли в небо, крысы юркнули в щели, Мисс Мяу и Буран помчались по крышам, а Файер парил рядом, держа свитки в зубах.

— Не урони! — крикнула Профессорша.

— Я дракон, а не чайка, — обиженно ответил Файер.

— Всё равно не урони! У нас нет запасных чертежей!

Ближе к рассвету делегация добралась до Сандерс-хаус — обветшалого, но уютного уголка на краю цивилизации, где пахло сеном, яблоками и надеждой. В старом сарае, полном паутины и заговорщических шепотов, Буран аккуратно разложил чертежи на столе, ожидая появления взрослого дракона.

Конечно, ему больше хотелось, чтобы пришел человек, но на безрыбье и жабы в роли соловья.

— Мы это сделали, — сказал он, глядя на остальных. — Мы добыли то, что поможет нам спасти Зои. И, возможно, столицу.

Как ни странно, читать хаски умел.

— И я всё ещё не могу никого съесть? — с досадой спросила Мисс Мяу.

— Нет, — ответил Файер. — Но ты можешь погрызть угол свитка.