Глава 37

Теперь на меня в классе смотрели иначе, и мне это совсем не нравилось. Одноклассники явно пытались разглядеть, что же такое во мне нашли два будущих альфы. Постоянно оглядывались и косились, а некоторые откровенно водили носами, принюхиваясь.

Арр… Чтоб им всем нюх отбило! И не объяснишь ведь, что это не будущие альфы, а два тупоголовых осла, с которыми я обязательно поговорю, как только представится возможность! Так меня подставить! И ради чего?! Зах мне просто друг, и я не верю, что у него так резко вспыхнули ко мне чувства. Вон сколько девчонок вокруг него вьется! Всякое, конечно, может быть, но… нет, не верю.

А Алекс… Вот тут я мысленно осеклась. Наш поцелуй все никак не выходил из головы, и от воспоминаний о нем даже губы закололо, и я с силой прикусила нижнюю. Ну уж нет, Алекс — это просто Алекс!

В мысли подло прокрались воспоминания о накаченном торсе парня, который я хорошо разглядела, сидя у него в шкафу, шрам на брови, который почему-то так и манил к нему прикоснуться, необычная глубина его янтарных глаз, в которую я так неосторожно проваливаюсь… И чуть не застонала прямо на уроке. Нет! Так нельзя! Нельзя думать об этом вредном типе, который портит мне жизнь!

Я со злостью уставилась в учебник, стараясь не замечать постоянные шепотки одноклассников. В какой-то момент учительнице это надоело, и она дала нам самостоятельную. Денис поначалу на что-то дулся, но проверочная работа заставила его быстро забыть о подобных глупостях, и он бессовестно подсунул мне примеры своего варианта, с которыми не мог справиться. Свои я сделала быстро — математика всегда давалась мне легко, — а потом решила и его.

Перемены я ждала с содроганием. И не зря. Оборотни оказались не только азартными, но и жутко любопытными.

Еще до того, как учительница покинула класс, я была на низком старте, но все равно не успела убежать. Меня обступили девчонки и с горящими разной степенью любопытства зависти и даже ненависти глазами начали допрос:

— С кем из них двоих ты встречаешься?

— У Заха с тобой серьезно?

— Алекс решил сделать тебя своей девушкой?

— Почему ты никем из них не пахнешь?

— Или ты еще не выбрала, с кем встречаться?

— Что в тебе такого, что они из-за тебя дрались?!

Последний вопрос был натуральным криком души первой красавицы класса Ники Венцевой, вокруг которой всегда крутились почитательницы и вились поклонники. Этот крик души затмил все предыдущие вопросы, и девушки резко смолкли, ожидая ответа.

А я стояла в обнимку с сумкой, которую прижала к груди, и хлопала широко раскрытыми глазами. И вот что им ответить? Нет во мне ничего такого! Парни и без меня недолюбливали друг друга, а тут такая возможность подраться? Но никто ведь мне не поверит. А может, сказать, что я такая вся распрекрасная, что они вот так сразу это увидели и пали к моим ногам? Бред ведь. Но девчонки реально стоят и смотрят на меня, ожидая услышать рецепт уникального коктейля качеств, который обеспечил мне внимание двух первых красавцев гимназии.

— Я… новенькая просто, — выдавила, наконец. И вспоминая, что уверенность — а лучше самоуверенность в обществе оборотней — наше все, закончила: — Но это еще ничего не значит.

— Точно! Пройдет неделька-другая, и они о ней забудут, — пронеслось среди одноклассниц.

Оборотницы переглянулись и, не сговариваясь, кивнули друг другу. Такое объяснение их полностью устроило и все объяснило. Я чуть на пол не сползла от облегчения. У Ники во взгляде даже проскользнула жалость, замешанная на превосходстве. Все же быть бывшей это далеко не то же, что будущей, и той, которая навсегда. А судя по ее взгляду, она точно будет навсегда. Всего-то и нужно — добраться до тела предполагаемого возлюбленного. Хотя я еще не перешла в статус бывшей, но, по ее мнению, это всего лишь вопрос времени. Ну что ж, удаче этой длинноногой шатенке с голубыми раскосыми глазами в ее далекоидущих планах. Они с Захом будут неплохой парой.

Представила ее рядом с Алексом и поняла, что нет, они хорошей парой не будут. Вот никак. Не смотрятся они рядом. Совсем!

Одноклассницы, переговариваясь и делясь соображениями, потянулись на выход из класса.

Внезапный хлопок по плечу чуть не заставил меня подпрыгнуть на месте.

— Ну ты сильна! Если бы эти фурии так на меня надавили, я бы такой шикарной отмазки в жизни не придумал! — на грани слышимости произнес Кедрин.

— А ты где все это время был? Мог бы и поддержать, — вяло смахнула я его руку с плеча, все еще не веря, что все обошлось.

— Я тут был. Притаился за партой и ждал.

— Чего ждал?

— Ну… если бы они собрались тебя бить, то я…

— Неужели бы помог?

— Нет, я на такой подвиг не готов. Становиться на пути разъяренных оборотниц — самоубийство. Но я бы позвал помощь. Можешь не сомневаться.

— Да уж, на большее этот оболтус не способен, — подошла Тася и взяла меня под руку. — Пошли, а то опоздаем на урок. — Географичка у нас — настоящий дьявол.

— Такая строгая?

Я попыталась представить, какой же должна быть училка, чтобы даже оборотни прозвали ее дьяволом, и не смогла. Круче директрисы я здесь вообще никого не могла представить.

— Да нет, она у нас во второй ипостаси тасманский дьявол[1]. Мне было интересно посмотреть на твою реакцию, — усмехнулась рыжая. — Но она правда не любит, когда опаздывают, и кричит так, будто в обороте!

— Тогда поспешим, — перехватила я сумку поудобней.

Но избежать пресловутого крика сегодня нам было не судьба — у самого выхода из класса нас поджидала Окси в компании подруг.

Ну почему я сегодня не осталась дома?!

[1] Тасманский дьявол (также известный как сумчатый дьявол и сумчатый чёрт) — млекопитающее семейства хищных сумчатых. Его чёрная окраска, огромная пасть с острыми зубами, зловещие ночные крики и свирепый нрав дали первым европейским поселенцам основание прозвать этого коренастого хищника «дьяволом».