Глава 10

— Попрошу вас покинуть площадку, — вновь проскрипел председатель комиссии, очень раздражённо посматривая на меня.

«Я понял, в чём дело, — сообщил Карыч. — Эта странная Система, что внутри тебя, спровоцировала перегруз идентификатора. Вот он и крякнул».

«Ты уверен, что он сломался именно по этой причине?»

«Да-да, именно по этой. Я почувствовал всплеск и выявил его источник», — уверил меня пернатый.

— У меня есть дар, — сообщил я комиссии. — А ваш прибор скорее всего сломался.

— Молодой человек, этого не может быть, — вновь проскрипел старик. — Данный идентификатор уже протестирован.

— Постойте, Игнатий Борисович, — обратился к нему граф Чернышёв. — Всё же мы не можем утверждать это.

— Я согласна с Антоном Сергеичем, — кивнула женщина в светлом платье, похожая своей осанкой и манерами на балерину. — Эти тесты были проведены в лаборатории, и они лишь приближены к реальным условиям.

— Вы понимаете, о чём говорите? — зыркнул на них старикан. — Компания «Прима». Качество — их главный критерий.

— Игнатий Борисович, мы ничего не имеем против «Примы», но у них уже были пару раз сбои, — заметил Чернышёв. — И почему вы злитесь? Вы производитель? Вы эту площадку своими руками собирали?

— Но ведь я председатель, так? А значит, моё решение превалирует над вашим, — нахмурился старик.

— Тогда я предлагаю проверить идентификатор ещё на двух претендентах, раз уж вы так упёрлись, — вздохнул Чернышёв. — Кто «за», поднимите руки.

Все потянули руки вверх, кроме упёртого старичка.

— Ладно, проверим, — буквально выдохнул старик. — Барон Логинов покиньте площадку, дайте другим возможность пройти замеры. В сторону отойдите, пожалуйста.

Последнее слово он буквально выдавил из себя. Думает, что я действительно пустой. Ну и ладно, посмотрим, как он запоёт дальше.

— Графиня Афонова! — вызвали следующего кандидата.

Я отошёл в сторону, пропуская на площадку хрупкую девушку в белом платье. Светлые косички были собраны на голове в причёску, а глаза поблёскивали силой и буквально кричали, что она боевой маг. Я даже уловил ауру над ней. Серую, клубящуюся словно вихрь.

Девушка вошла в капсулу, которая захлопнулась. От антенок потянулись к центру извилистые нити энергии, входя в капсулу, внутри которой замерла девушка.

Через пару секунд на экране вспыхнула цифра. Ноль.

Председатель комиссии запыхтел, спрятал взгляд, нервно постукивая шариковой ручкой по столу.

Девушка вышла, покосилась на экран и сморщила недовольную физиономию, покидая площадку.

— Этого не может быть! — возмущенно воскликнула она. — Я потомственный маг!

— Ну вот, что вы на это скажете, Игнатий Борисович? — покосилась на него ещё одна женщина из комиссии. Рыжеволосая, в бежевом костюме.

— Ничего не скажу, Анна Георгиевна, — пробурчал старик. — Мы договаривались на ещё одного кандидата.

— Княжич Борисов! — объявили следующего.

Грузный парень, вышел из толпы, нервно посматривая на капсулу.

— А смысл? Она ведь сломана! — обернулся он в сторону комиссии.

— Если и у вас покажет нулевой результат, вызовем техников, — сообщил ему председатель.

— Я уже их вызвал, Игнатий Борисович, — заметил Чернышёв, положив телефон перед собой.

Старик лишь недовольно посмотрел на него и взглянул на княжича.

— Зайдите, пожалуйста, мы ещё раз убедимся в том, что установка не работает, — проскрежетал председатель.

Княжич Борисов исчез в капсуле, энергия потянулась к ней, экран вспыхнул.

«0» — тот же результат.

Толпа кандидатов заволновалась.

— Прошу сохранять спокойствие, — обратился ко всем Чернышёв, поднимаясь со своего места. — Скоро прибудет техническая служба, и проблема будет решена.

Через пару минут к площадке подошла группа технарей, одетые в серые костюмы с логотипами «Светлых ночей» на груди — две чайки, парящие над волной.

Спецы раскрыли большие кейсы. Двое собрали прибор, напоминающий металлоискатель. Остальные оперативно раскрыли невзрачный короб, стоящий в стороне. Оказывается, это и есть управляющий блок.

Покопавшись в блоке ещё минут пять, они принялись закрывать кожух, используя шуруповёрты.

За это время Карыч пыхтел и старался изо-всех сил, чтобы скрыть мою Систему от мощных датчиков идентификатора. Причём питомец так увлёкся, что явно был уязвим. Если я чувствую его фон довольно чётко, то он может попасться на датчики охраны.

Я оглядывался, понимая, что если какой-нибудь охранник пройдёт мимо, у него сработает сигнал на астральную энергию.

Но пернатый уложился до того, как технари сообщили, что справились с поломкой идентификатора.

«Ф-фух, успел. Вот сейчас всё отлично, можешь не переживать», — обнадёжил питомец и тут же затих.

— Барон Логинов! Повторный замер! — звучно сообщил крепкого телосложения мужчина в униформе.

Я вновь зашёл в капсулу. Двери захлопнулись, и снова раздалось гудение, сгустился туман. Сердце опять сдавили невидимые тиски.

Ещё мгновение — и всё завершилось. Створки раскрылись, ну а я вышел, сразу же обратив внимание на экран.

'126.

Целитель. 4-й ранг' — прочёл я зелёную надпись.

— Ну вот! А вы говорили! — довольно воскликнул Чернышёв. — Поздравляю, барон Логинов! С подтверждением целительского ранга!

Пока снова вызывали девушку-мага, я подошёл к столу. Обменялся рукопожатиями со всеми членами комиссии. Все были в курсе того, что я ещё недавно находился в стартовой позиции лекарем. Алексей после Академии в обязательном порядке проходил проверку потенциала, что было отражено в списках проверяющих.

На месте вписали моё имя в гербовый документ, искрящийся от большого количества водяных знаков, полосок фольги и ещё нескольких мерцающих символов, которые подтверждали подлинность. Я расписался, как и члены комиссии, потом проставили печати. Затем мне вручили корочку и внесли в реестр целителей, где я также поставил свой автограф.

Особенно моим результатам радовался Чернышёв. Мы пожали друг другу руки, и он тихо сообщил:

— Не уходите, будет ещё торжественная часть, там мы и встретимся.

Напоследок сухощавый председатель пожал мне руку. Он был крайне смущен и даже взял паузу, чтобы подобрать слова.

— Барон, прошу прощения за то, что усомнился в ваших данных, — наконец-то смущённо проскрипел старик. — Всё же я был не прав. Вы талантливый молодой человек. Поразительный магический рост. Просто поразительный.

Я отправился в комнату ожидания и отдыха, которая наполнялась по мере прошедших проверку. Кто-то, как и я, был доволен и держал в руках файлики с документами, а были и такие, кто огорчился. Они проходили мимо нас, не говоря ни слова и исчезая в двери напротив.

Вот наконец-таки в комнату вошли крайние в очереди на проверку, затем нас посетил Чернышёв, приглашая всех пройти в зал для торжества.

Я вышел в радостно гудящей толпе из комнаты, поднялся по ступеням вслед за слугой в сером костюме и попал в большой зал, уставленный фуршетными столами. Вдали находились две зоны отдыха. Одна — каминная с креслами, вторая с диванами и столиками.

Я взял с одного из столиков бокал шампанского, попробовал закуску с беконом и зеленью, затем продегустировал вторую, с красной икрой.

— Что ж, а теперь уже хотел бы вас поздравить в неформальной обстановке, — услышал я голос Чернышёва и обернулся, встречаясь с его блестящим радостью взглядом.

— Спасибо, Антон Сергеевич, и за то, что выручили меня, а также поддержали в комиссии. Искренняя благодарность, — стукнулся я с ним бокалами.

— Да ну бросьте, — ещё шире улыбнулся граф. — Я уверен, что и вы бы поступили так же на моём месте. Мы, порядочные люди, тем и отличаемся от остальных, что держим слово и знаем цену поступкам.

— Приятно слышать, что мы на одной волне, — кивнул я.

— Вот за это и выпьем, — ещё раз чокнулся со мной Чернышёв.

Только я сделал глоток весьма неплохого игристого вина, как услышал кряхтение рядом.

— Обещали, что будут на вечере золотые жёлуди, — проворчал старичок, хватая тарталетку с паштетом и перекладывая себе на блюдце. — Обманщики.

— Думаю, что это был рекламный ход, — улыбнулся я ему.

— Я ж говорю — брехуны, — одобрительно кивнул старик, поправив на носу толстенные очки. — Ну вот и как им доверять после этого?

— Никак, Тимур Петрович, — хмыкнул Чернышёв. — Доверять в нашем мире можно только себе и близким.

— Мудрые слова, Антон Сергеич, — причмокнул очкастый старичок, затем прищурился в мою сторону, надвинул очки на глаза. — О, а вы тот самый талантливый лекарь, который стал целителем! Барон Логинов, если не ошибаюсь.

— Всё верно, — кивнул я, пожимая его старческую руку. — Алексей Михайлович Логинов.

— Очень приятно познакомиться с юным дарованием, — заскрипел старик.

— Познакомьтесь, барон, профессор магических наук, Черепанов Тимур Петрович, — представил его мне Черняев. — За плечами сорокалетний опыт работы в исследовательских лабораториях Южного округа. Пять патентов и госнаграда «Новатор Империи».

— Ой, хватит, Антон Сергеич, перехвалите ещё, — скривился старичок, вновь взглянув на меня. — Я обычный энтузиаст, который хочет сделать этот мир чуточку лучше.

— Это нас и объединяет, — добавил я, поддерживая профессора, затем взглянул на Чернышёва. — Кстати, что случилось с идентификатором?

— Да пустяки, — хмыкнул он. — Предохранитель сгорел на идентификационном реле. Удивительно, что у «Примы» произошёл такой сбой.

— Да-да, я тоже об этом подумал, — улыбнулся профессор. — В последнее время они выпускают отличное оборудование. Но модель новая, так что как раз неудивительно.

— Но что спровоцировало скачок, техники так и не сообщили, — добавил Чернышёв.

— Вы знаете, я уже пожил на этом свете, — скривился профессор Черепанов. — Что только после выпуска новинки из лабораторий не случалось. Даже такие, как «Прима», могут ошибиться. Не удивлюсь, если дело в генераторе. Это же источник, самое главное. Я даже статью написал на эту тему. Исследователи продолжают наступать на те же грабли, думая, что спиральный вид передачи связи лучше дискретно-последовательного.

— Профессор, эти ваши термины для нас тёмный лес, — засмеялся Чернышёв. — Так что предлагаю лучше поговорить на общие темы.

— Охотно поддержу, — Черепанов вновь взглянул на меня слезящимися глазами. — Как у вас проходила инициация, Алексей Михайлович? У каждого по-разному бывает. Некоторые даже слепнут на время или становятся парализованными. Данный феномен до сих пор не изучен, хотя и ваш покорный слуга прилагает к этому чрезвычайные усилия.

Я попытался вспомнить, что я чувствовал во время получения уровня.

— Чувство эйфории, лёгкости и в то же время осознание силы, — произнёс я.

— Это хороший признак, — закивал улыбающийся профессор. — Значит, у вас ещё всё впереди, и четвёртый ранг точно не предел.

Мы отлично пообщались, обсудили мировые новости, развитие Китая и угрозы со стороны Пятого рейха.

— Я не помешаю? — услышал я тонкий голосок.

К нам подскочила блондинка с двумя косичками и с файликом в руках.

— Антон Сергеич, рада вас видеть. Тимур Петрович, добрый день, я поклонница ваших трудов. Барон Логинов, приветствую вас, вы меня очень удивили. Поражаюсь вашему таланту, — улыбнулась блондинка, поблёскивая брекетами. — Графиня Инна Мещерякова. Я также повысила ранг, у меня тоже четвёртый целительский. Но мне передали родители по крови первый ранг, я всю жизнь шла к очередной ступени. А вы… просто удивительно, какой у вас талант.

— Спасибо, — кивнул я в ответ. Не люблю тех, кто тараторит без умолку.

С одной такой особой был знаком в прошлой жизни. Сокурсница, которая не давала даже слова вставить и очень любила умничать. Как только её прорывало, считай, можно будет уходить. Она обсудит с тобой учёбу, затем переключится на новости, следом начнёт рассказывать забавные случаи из жизни и переключится полностью на свою персону. Разумеется в этом потоке информации мне было делать нечего, и я постоянно уходил, ссылаясь на срочные дела.

Вот и сейчас Мещерякова с моих талантов переключилась на свои достижения, которые были основаны на статьях и диссертациях профессоров Мещерякова и Мечникова. В частности это касалось и её версии насчёт поломки идентификатора.

— И когда магическая волна внутри генератора входит в резонанс, вся нагрузка идёт на предохранитель, — Мещерякова продолжала беспощадно сыпать словесами, хороня на корню мой к ней интерес. — А предохранитель это что? По сути, более слабый участок энерго-связи…

— Милочка, вы немного путаете, — возразил ей профессор. — Раз мы общаемся на научные темы, «Прима» использовала инновационную методику. В предохранителе использована закрытая дуга Борэллия…

Мы с Чернышёвым переглянулись, и граф явно был со мной солидарен. Надо отсюда валить.

— Мы с бароном отойдём на важный разговор, — сообщил им граф, на что они кивнули, продолжая дискуссию.

Когда мы отошли к дальнему столу, Чернышёв с опаской посмотрел в сторону старичка-профессора и спорящей с ним блондинки с косичками. К ним присоединились ещё двое учёных, услышав что-то им не понравившееся. Завязалась ожесточённая дискуссия.

— Вот и оборотная сторона медали, — печально хмыкнул граф. — Учёные интересны и понятны ровно до того момента, пока не повстречают таких же как они.

— Это точно. И в такие моменты желательно удалиться, чтобы сохранить вечер лёгким и беззаботным, — добавил я, засмеявшись.

— Вы словно мои мысли прочли. Так и есть, — хохотнул Чернышёв, поднимая бокал. — Надо уметь отдыхать, я считаю.

Мы чокнулись за идеальный отдых, в котором нет даже упоминания о работе. Граф согласился со мной, что чем качественней отдых, тем это лучше для здоровья человека, что отражается на дальнейшей его продуктивности.

— Кстати, вы меня очень заинтересовали, барон, элитной клиникой, — заметил Чернышёв. — Я, пожалуй, загляну в ваше заведение. Как раз буду проездом в столице, через месяц.

Я прикинул по времени. Его хватит за глаза, чтобы запустить моё детище.

— А я вам обещаю в свою очередь, что к этому времени клиника уже откроется, — сообщил я графу.

На этом наш диалог перешёл в размеренное русло, где были разговоры лишь на лёгкие темы.

Я вернулся в «Жемчужину» под вечер. Добравшись до номера на крыше, понял, что Виктория ещё не вернулась с отдыха.

Включил свет в доме, у бассейна, затем заказал лёгкий ужин. Овощной салат и несколько бутербродов с большой кружкой чая с чабрецом и душицей.

После того как официант принёс заказ, я расположился в кресле перед большим экраном телевизора, который висел на стене. Подтянул к себе столик с едой, поставил кружку чая рядом и нашёл пульт от телика.

Тыкнул в пульт, и на экране появились дрыгающиеся словно в припадке парни с косичками. Нафиг такое.

Я переключил на другой канал, где шли новости.

На экране усаживали в полицейскую машину некоего мужчину в домашнем халате, на лице которого расплылась грусть мирового масштаба. Диктор сообщал, что скандал, связанный со скоростной дорогой «Москва-Владивосток» совершил новый виток. Арестовали чиновника Ростовской области, который отмыл на строительстве этой дороги два миллиона рублей.

Прям как в моём родном мире. Всегда найдутся те, что захочет набить карманы за счёт государства.

Этот сюжет сменился следующим. Балерина Рублёва замечена в компании Ярика, племянника императора, причём в прозрачном платье, через которое светила своими прелестями на общественном пляже в Крыму. Как сообщала балерина, Ярик напоил её неким неизвестным ей зельем, а вот племяш императора утверждал обратное, будто балерина решила его подставить и тем самым гнусно оболгала.

Звёзды с жиру бесятся, и непонятно, кто из них прав. Да ну их к чёрту!

Я щёлкнул на другой канал и вновь попал на новости.

Китайские власти вызвали нашего посла, вручая ему ноту протеста. А из-за причины, по которой это случилось, я засмеялся в голос. Всему виной блуждающая аномалия, которая прилетела со стороны Российской империи.

Дурачьё оно и в Африке дурачьё.

— Да чтоб тебя!.. — донеслось с порога, затем что-то упало. — Долбанная обувь!

Я не успел подняться с кресла, когда Небула разбросала по коридору босоножки, залетела в комнату, срывая с себя порванное платье и оставаясь в кружевном нижнем белье.

— Ты чего, Вика? — обратился я к ней, замирая в кресле.

— Ничего! — зарычала она в ответ, пролетая мимо, а затем исчезла в комнате. Дверь с грохотом захлопнулась.

Явно случилось что-то не очень хорошее. Я вздохнул и откатил от себя журнальный столик с недоеденным ужином. Пора выяснить, что стряслось. И, зная Небулу, я очень надеюсь, что обошлось без жертв.