Глава 1

— Убить… — продолжал мямлить зомбированный Матвей, нажимая на спусковой крючок, но ни щелчка, ни выстрела не последовало.

Карыч успел. Он вовремя материализовался, подставляя в зазор между спусковым крючком и скобой сложенное крыло.

Времени на обдумывание тактики не было. Я ударил Матвея в челюсть, затем ещё раз, но ему хоть бы хны. Он застыл как вкопанный и продолжал бормотать под нос, что должен меня убить.

Елизавета умирает на полу, а Матвей левой рукой отбросил Карыча в сторону и вновь направил на меня пистолет, отходя на дистанцию. Он сейчас выстрелит.

Я отправил ментальный приказ пернатому, и тот сразу же выпустил Шустриху.

Ворона была на низком старте, порхая неподалёку. Получив приказ, она немедленно приступила к его исполнению.

Окна в архиве на втором этаже закрыты решётками, хотя магией и явно не усилены, как на первом. Но что такое обычная решётка для разогнавшейся до скорости звука вороны?

— БАХ-Х-Х! — в помещение влетели стёкла, щепки от высаженной оконной рамы, изуродованные стальные прутья.

Шустриха на полном ходу, блестя защитным куполом, врезалась в Матвея, отбрасывая его на стену.

— Ох-х-х-хо-о! — вылетел воздух из грудной клетки начальника охраны, но затем он встал.

— Тах! — раздался выстрел, обжигая мне щёку. А вот это было очень опасно.

«Делаю! Готовься!» — крикнул пернатый, и я увидел его астральный силуэт. Из этого силуэта вылетели яркие искры, впитываясь в голову Матвея.

Тот как-то странно дёрнулся. Еле осязаемый барьер перед ним, который защищал его от моей магии, распался на фрагменты.

А вот теперь погнали!

Первым делом я усыпил Матвея, следом накрыл его сетью «Нейтрализатора», в то же время погружая в его грудную клетку диагностический щуп, который и дал понять, что убирать из его организма. Частицы зомбирующего токсина были похожи формой на деформированные подковы. Их то я и принялся нещадно растворять.

«Если сможешь, вытащи из него информацию», — бросил я Карычу, а сам кинулся на помощь журналистке.

Елизавета сипела, из её рта текла струйка крови. Одна пуля пролетела мимо, вторая попала слева чуть ниже груди.

Я поделился с журналисткой анестетиком, облегчая её страдания, следом тут же погрузил диагностический щуп, обнаружив сильное внутреннее кровотечение. Жуткая картина. Пуля попала в селезёнку, превращая её буквально в сплошное месиво.

Этот орган с очень обильным кровотоком, вот и получается, что крови собралось очень много. Хорошо, что не задета ни почка, ни поджелудочная железа, ни сам желудок.

Выбора особого не было. Я применил «Феникс». Сосредоточившись на том, что осталось от селезёнки, выплеснул большое количество энергии, формируя несколько сот нитей, и те собрались в подобие крыла. Через пару секунд крыло накрыло селезёнку и через полминуты восстановило её. Параллельно я регенерировал селезёночную артерию, которую порвало в трёх местах.

Затем убрал скопившуюся кровь и нейтрализовал инфекцию. Втянул в «Экстрактор» пулю, застрявшую в одном из рёбер задней стенки. Восстановил и само ребро.

Следом регенерировал мягкие ткани и кожный покров.

Сил я потратил много, а точнее почти все, что у меня были. Но подступающий откат так и не ударил по мне.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы провели операцию по восстановлению селезёнки!

Зафиксировано: использование уникального навыка «Феникс».

Зафиксировано: комплексное использование навыков «Нейтрализатор», «Экстрактор», «Регенеративные лучи», «Веселящий анестетик».

Награда: +10000 очков опыта.

Применяется множитель ×3…

Итоговая награда: +30000 очков опыта.

Текущий уровень: 13 (81420/75000).

ВНИМАНИЕ! Получен новый уровень!

ВНИМАНИЕ! Получен новый профессиональный ранг!

Идёт обработка данных…/.

Ох, как же меня накрыло энергией. Я растянулся на холодном полу, глядя в потолок. Перед глазами мерцали искры, а тело напитывалось силой.

Через секунд десять я вскочил на ноги, убрал анестетик из организма Елизаветы, и та охнула, дёрнувшись, попыталась меня ударить.

— Спокойно. Это я, Алексей, — остановил я её.

— Он в меня выстрелил! Кто это был⁈ — всхлипнула журналистка, испуганно оглядываясь. Затем её взгляд остановился на тихо посапывающем Матвее. — Что с ним? Ты его ранил?

— Усыпил, и, надеюсь, он уже не кинется на нас, — вздохнул я.

Только сейчас Елизавета обратила внимание на дыру в своём платье, погрузила в нее палец, затем нервно сглотнула и взглянула на меня.

— Он попал в меня. Я помню жуткую боль, — сообщила она, пытаясь рассмотреть рану, которой не было.

— Я тебя вылечил. Всё нормально, — успокаивающим тоном сообщил я.

— А что с окном? — Елизавета бросила удивлённый взгляд в сторону высаженной оконной рамы.

— Сам не пойму, — пожал я плечами. — Что-то полегче спроси.

— Лёша, ты ведь снова спас меня, — ещё пару раз всхлипнула Лиза и зарыдала.

— Ну всё, всё. Сейчас, разбужу Матвея, и нам пора уходить.

— Матвея⁈ — охнула Лиза, вытирая слёзы. — Ты его знаешь?

— Ага, начальник моей охраны, — весело ответил я журналистке. — И почерк такой же, как и с тем Огарковым.

— Останин, — выдохнула Елизавета, затем встрепенулась. — Клавдия Игоревна!

Она исчезла на лестнице, а через несколько секунд вернулась.

— Она жива, но я почувствовала странный запах в помещении, — сообщила журналистка.

«Усыпляющий газ, — сообщил Карыч. — Ту женщину усыпили. Как и всю охрану».

— Она просто спит, мы скоро её разбудим, — успокоил я журналистку. — Ты все документы сняла?

— А, несколько страниц осталось, сейчас, — Елизавета кинулась к столу.

«Кстати, у меня получилось вытащить фрагменты его недавних воспоминаний, — вновь раздался голосок пернатого в голове. — Только не спрашивай, как я это сделал. Долго объяснять».

«Сможешь показать?» — произнёс я, и в сознании замелькали картинки.

«Мало того, могу вывести пространственный экран, — сообщил пернатый. — Чтобы не только ты это увидел».

«Хорошо, выводи», — произнёс я, и между мной и Елизаветой, которая уже отошла от стола и замерла в паре метров от меня, появились сотни искр, каждая из которых разделилась ещё на сотни. В итоге они собрались вместе, появились мелькающие кадры, словно на старой киноплёнке.

«Помедленней можешь? Вообще ничего не понятно», — обратился я к Карычу.

«Пожалуйста», — ответил пернатый.

Сразу же фрагменты потянулись один за другим, гораздо медленнее, чем прежде. Вот мелькнула чья-то физиономия, смахивающая на обезьянью. Коренастый мужик с мрачным взглядом держал в руке что-то вроде газового баллончика.

— Ты сделаешь… Ты убьёшь барона Логинова, — прогундосил мужик.

— Я сделаю… я убью… — монотонно промямлил Матвей, это его был голос.

Ракурс сменился. Впереди мелькнули ворота поместья, затем тонированный чёрный джип. Матвей, видимо, сел в салон.

— Гля, зомби… — захрюкал кто-то спереди.

— Дай ему пистолет, Лёня, — это вновь сказал тот, кто загипнотизировал Матвея.

— Ты серьёзно?..

— Живее… он нас не тронет… Что ты должен сделать, Матвей?

— Убить барона Логинова… — промямлил мой начальник охраны, который уже не принадлежал самому себе.

Затем мелькнуло здание архива. Следом обрывок с кричащей охраной, и как Матвей кидал что-то вроде дымовой шашки.

— Что это, Лёша⁈ — охнула Елизавета.

— Его воспоминания, — сообщил я ей. — У меня получилось вытащить их из его мозга.

— Ого! А я ведь одного точно где-то видела! — воскликнула журналистка.

— Кого?

— Того, кто говорил с ним в начале, — пробормотала Елизавета.

Её ещё знобило от перенесённого стресса. Трясущимися руками она выудила из сумочки смартфон и начала что-то изучать.

В это время экран распался на тысячи искр, которые медленно погасли в воздухе.

Я вернулся к Матвею, присел возле него на корточки, проверил диагностическим щупом, затем убрал из его крови остаток той дряни — продукт распада неизвестного гипнотика.

— Вот, смотри! — подскочила ко мне Елизавета. — Это же Илья Лазарь, личный помощник Останина!

Я взглянул на фото, которое показывала мне журналистка. Несколько телохранителей окружали князя Останина. Тот был чем-то недоволен, судя по искажённой физиономии. Рядом с ним стоял тот самый тип, который и гипнотизировал Матвея.

Точно, мы ведь уже встречались! Он был один из тех, кто похищал Софью. Теперь всё окончательно встало на свои места.

— Да, это он, — кивнул я. — И где ты с ним встречалась? В поместье?

— Нет, не в поместье, — Елизавету всё ещё била мелкая дрожь. — У входа в его ресторан, «Белая щука». Хотела взять интервью, но князь оказался не в настроении.

— Вот ещё одно доказательство. Останин подставил мою семью под удар. Скотина, — процедил я.

— Что ты будешь делать? Только не говори, что… — забормотала журналистка.

— Да, я поеду к нему, уже скоро, и побеседую, — многообещающе произнёс я. — И Матвея возьму с собой.

— Разбудишь его? — журналистка испуганно покосилась на моего начальника охраны.

— Он для нас больше не угроза, — успокоил я её, а затем убрал из её организма излишний кортизол. Елизавету перестало трясти, она задышала более спокойно.

— Но как он попал в архив? Как узнал, что ты здесь? — растерянно взглянула на меня журналистка.

Я вновь заметил странный блеск её броши.

— Позволишь? — протянул я руку. — Я только посмотрю.

— Зачем тебе? — растерянно хихикнула Елизавета. — Не самое лучшее время разглядывать украшения. Тебе не кажется?

— Не кажется, — хмыкнул я и принял брошку. А затем начал крутить её в руке. Карыч тут же ожил. Да так, ожил, что я сморщился.

«Это же, мать его, камера! Камера!, — заверещал он. — Ну конечно! Во хитрожопый ублюдок! Он закрыл антимагией объектив! А ну поверни ещё раз. Ну точно!»

— Это скрытая видеокамера, — произнёс я, всматриваясь в бледнеющее лицо Елизаветы.

— Но как⁈ Ты подозреваешь меня? — выдавила журналистка. — Я… я ничего не знала об этом. Заказала брошь через маркетплейс «Газон» с доставкой. Позавчера мне её доставили.

— Уверен, что курьер был подкуплен, — широко улыбнулся я, раздавив брошь в пальцах. Та хрустнула и распалась на несколько частей. — И ты даже можешь угадать, кем.

— Вот же тварь. Он всё подстроил, — зашипела Елизавета, затем вновь бросила напряжённый взгляд в сторону высаженного окна, где колыхались занавески. — Ладно, пора сматываться.

Елизавета оперативно вернула папки на места, затем закрыла на замо́к второй секретный отдел.

Я же в это время разбудил Матвея, убирая с его лица следы моих ударов. Два синяка, ссадина и гематома исчезли бесследно. Также срастил три сломанных ребра, память от встречи с Шустрихой.

Начальник охраны судорожно вздохнул, открыл глаза, заблуждал растерянным взглядом по комнате, затем кое-как поднялся, уставившись изумлённо на меня.

— Это твой пистолет? — поднял я с пола оружие.

— Алексей Михайлович, я ничего не помню, — просипел он. — Я лишь видел джип, и всё. Туман какой-то.

— Ещё раз повторяю вопрос. Твоё оружие?

— Да я впервые его вижу, Алексей Михайлович! — воскликнул начальник охраны. — Как я здесь очутился? Скажите, что происходит?

— Мы в имперском архиве в секретном отделе, — широко улыбнулся я. — Но довольно вопросов. По дороге тебе всё расскажу. Пока иди на улицу и вызывай срочно Пулю.

Оказываясь у ступеней, я оживил Клавдию Игоревну. Женщина поначалу не поняла, что с ней произошло, затем осмотрела секретку, увидела стёкла на полу и покорёженную решётку. Я рассказал ровно то, что она должна была услышать. Напал неизвестный, применил оружие и усыпляющий газ. Что хотел — непонятно.

— Так, я вызываю полицию, а вас здесь не должно быть, — сообщила она. — Быстрее. И охрану будить не надо.

Мы с Елизаветой вышли, когда к выходу подлетел на серебристом седане Пуля.

— Садимся, или как? — пробасил он нам из окна.

— Елизавета, я спешу. Вызывай такси. И никому о том, что произошло, ни слова, — попрощался я с журналисткой.

— Даже не сомневайся, Лёша! — бросила она мне, когда мы отъезжали от здания архива. — Я тебя не подведу!

Я проводил её пристальным взглядом из окна, кивнул в знак того, что услышал её слова, и мы на всех парах отправились в сторону поместья Останина.

Поместье Останиных, полчаса спустя.

— Илья, бегом в кабинет! — зарычал Останин, сбрасывая звонок.

Через минуту дверь открылась, и на пороге замер блондин, глядя на своего босса с каменным лицом.

— Что ты замер, присаживайся, — буркнул в его сторону князь. — А теперь говори, что там случилось. Что ты мне за отчёты шлёшь? Я ж ни черта в этих цифрах не понимаю. И что значит — с объектом потерян контроль?

— Это значит, что операция провалена, Ваше Сиятельство, — признался Лазарь, сжимая губы. — Матвей не справился.

— Что значит не справился? — обомлел Останин, снимая очки и красноречиво кидая на стол. — Ты кто, сопляк необученный, чтобы не справляться? Я сколько тебе плачу, Илья? Напомни.

— Много, Ваше Сиятельство, — вздохнул Лазарь.

— И за что я тебе много плачу, помнишь? — процедил князь, прожигая дыру в помощнике.

— Да, разумеется. За то, что я выполняю все ваши поручения, — чётко и даже с лёгкой напряжённостью в голосе ответил Илья Лазарь.

— Так какого рожна ты проваливаешь ещё одну операцию⁈ — вскипел Останин, ударяя кулаком по столу. — Уже второй твой прокол… — затем князь шумно выдохнул, успокаивая нервы, — Говори, что там произошло и почему всё пошло не так.

— Журналистка с целью вошли в архив, следом туда был направлен объект, — начал рассказывать Лазарь. — Отпустили Матвея, проследили за ним. Он зачистил первый пост, затем второй. Мы оставались в машине, следили через камеру журналистки.

Лазарь продолжал свой рассказ, и по мере того как выявлялись подробности очередного фиаско, у князя начала усиливаться головная боль. Поначалу ноющая, она перешла в жуткую мигрень.

Логинов выжил. Он всё-таки понял, что произошло двадцать с лишним лет назад там, на даче Державиных.

Князь же чувствовал, надо было сжечь всё, что только может указывать на него, но всё время откладывал нападение на архив. Вот и дооткладывался, что называется.

Сам виноват.

Теперь барон Логинов всё знает. У него есть доказательства причастности Останина к стычке между Святозаровыми и Державиными.

И то, что Логинов — это выживший наследник Святозаровых, князь узнал неделю назад и с этих пор назначил за этим мелким ублюдком постоянную слежку.

И вот, когда, казалось бы всё шло к устранению засранца, план рассыпался.

— Так, усиль охрану, выстави ещё один блокпост, на подъезде к поместью, — приказал Останин, холодно поглядывая на помощника. — Вперёд! Потом поговорим с тобой ещё на эту тему.

Помощник покинул его кабинет. Князь развалился в кресле, помассировал виски. Боль усилилась и уже постреливала в голове. Он достал из ящика таблетки, закинул из пузырька парочку себе в рот, разжевал, морщась от горечи, затем глотнул воды из стакана.

— Что ты будешь теперь делать, мелкое отребье? — задумчиво пробормотал вслух Останин, изучая лепнину на потолке.

Всё ведь шло отлично. В его лаборатории подобрали идеальный гипнотик, а его лучшие умы превратили его в спрей, запаковав в компактный баллончик.

Матвей был в его руках. Он добрался до любопытного выродка. Но связь потеряна, и скорее всего Логинов захочет отомстить, причём в ближайшее время. Этого князь опасался, даже несмотря на то, что поместье охраняло более полутысячи гвардейцев, и лучшие бойцы находились недалеко от его фамильного дома.

Но князь должен нанести удар первым. Этот ублюдок не должен никому рассказать о его схеме, иначе к противостоянию с Державиными подключится против него ещё несколько князей.

Найти Логинова и Матвея, и тихо убрать. И журналистку тоже. Она была там и может разболтать всё. К тому же у неё фото из архива. Они не должны уйти в общий доступ, иначе всё будет плохо.

Останин вдруг напрягся, прислушался. За кабинетом послышался какой-то шорох, затем громкий смех. Что там, чёрт возьми, происходит⁈

Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился покрасневший Илья Лазарь. Он хохотал как сивый мерин, посматривая на князя.

— Ты чего ржёшь, идиот? С ума сбрендил? — прошипел князь.

— Ох-хо-хо! Ваш-ше С-сиятельство! К-к вам бар-рон Логинов, собс-сной персоной!

— Ты что мелешь, дурачина? — Останин вскочил из кресла, и тут же встретился взглядом с Логиновым.

Барон зашёл по-хозяйски в кабинет, ухмыльнулся.

— Доброго вечера, Ваше Сиятельство, — широко улыбнулся Логинов. — Ну что, признаетесь по-хорошему или как?