Глава 11

— Вы долго думаете, барон Логинов. Наверное… — Бурдуков так и не успел озвучить очередную колкость.

Мой анестетик влетел в его организм, проникая через магический барьер. Тот был настолько незначительный, что даже не пришлось добавлять энергии.

Хотя тот же барьер не давал анестетику быстро усвоиться в Бурдукове. Эффект от воздействия был медленным, и накрывало графа постепенно, что меня также устраивало.

Граф поначалу ухмылялся, посматривая на меня, затем улыбнулся, растягивая улыбку всё сильней и сильней. В итоге он потерял ко мне интерес и огляделся в поисках другой жертвы. Её он нашёл прямо перед собой.

— Пф-ф-ф, — прыснул старик со смеху, наблюдая за лысиной впереди сидящего пассажира. — Так и хочется щёлкнуть.

— Так сделайте это, — подбодрил я графа.

— Вы думаете? — широко улыбнулся он, взглянув на меня.

— Если вам так хочется, почему бы этого не сделать? — заметил я, достаточно тихо, чтобы меня больше никто не услышал, кроме Бурдукова. — Тем более ничего в этом нет преступного.

— Именно, это даже забавно, их-хи-хи, — почесал руки граф. Лицо его покраснело, глаза блестели, словно у мальчишки, который задумал некую шалость.

Он протянул руку и щёлкнул по лысине впереди сидящего соседа.

— Что происходит⁈ Что вы себе позволяете⁈ — воскликнул мужчина в пенсне. Он хотел вскочить с места, но энергоремень не дал ему это сделать, вернув на место.

Не знаю, кто этот пассажир, какому роду служит, но тоже целитель, судя по чемоданчику, который он прятал ещё недавно в багажный отсек для ручной клади.

Ремень не давал лысому мужчине подняться с кресла, но тот не сдавался, аж шею вывернул, ошарашенно глядя на Бурдукова.

Граф прыснул в рукав, пряча лицо, грудь его заходила ходуном от смеха. И для меня это означало лишь одно — градус весёлости продолжал повышаться.

— Потрудитесь объяснить, что это было, — зашипел лысый целитель, вцепившись взглядом в графа под анестетиком. — Вы смеётесь надо мной?

— Ваша лысина так интересно блестит, что я решил проверить, — выдавил Бурдуков.

— Проверить что? — процедил лысый сосед. — Вы в своём уме?

— Проверить, не стеклянная ли она… ваша голова, — Бурдуков вновь прыснул в рукав, захохотав. — Хотя она больше похожа на скорлупу яйца, натёртую маслом.

— Я вас предупреждаю, — лысый мужчина погрозил ему пальцем. — Ещё одна такая выходка — и вас арестуют.

— Да-да. Всё, больше не буду, — Бурдуков поднял руки в успокаивающем жесте.

Он уставился на блестящую лысую голову впереди сидящего пассажира и смотрел на неё так, будто снайпер смотрит на цель.

— Это же просто невозможно. Я хочу ещё раз проверить, — Бурдуков взглянул на меня. — А вы не хотите щёлкнуть по ней?

— Не дотянусь, — тяжело вздохнул я, с трудом сдерживая улыбку. — А так бы точно присоединился.

Бурдуков вновь протянул руку и на этот раз щёлкнул по лысине своей жертвы гораздо сильнее. Да так, что лысый целитель взвыл от боли.

— Полиция! — поднял он руку. — Есть на борту полиция? На меня напали! Какой-то сумасшедший!

— У меня получилось! — заливисто засмеялся старик Бурдуков, обращая на себя внимание рядом сидящих пассажиров. — Видели, да?

— Вы делаете успехи, — выдавил я, кашлянув пару раз в кулак, чтобы не выдать себя.

С одного из кресел слева от нас поднялся крепкий парень в джинсах и рубашке с короткими рукавами. Портупея и кобура, мелькнувшая в районе подмышки. Сбоку на поясе болтается разрядник.

— Я сотрудник службы безопасности. Что случилось? — напряжённо спросил он, когда оказался рядом с возмущённым целителем, затем окинул хмурым взглядом несколько ближайших кресел.

— Это я вас звал. Вот этот мужчина напал на меня, — показал на Бурдукова оскорблённый пассажир. — Ведёт себя просто возмутительно.

— Лысая башка, дай пирожка, — захохотал Бурдуков, ещё раз щёлкнув по лысине впереди сидящего целителя. Анестетик набирал обороты, а граф уже вошёл в такой раж, что и разрядом не остановишь. — Чем вы её натирали⁈

— Вы пьяны? Дыхните в трубку, — страж порядка протянул кран с раструбом.

Бурдуков ухватился за раструб, отломал его от артефакта, затем дыхнул в него и протянул стражу порядка.

— Я же говорил, что он псих! — воскликнул лысый пассажир.

— Сейчас мы во всём разберёмся. Пройдёмте со мной, — страж порядка нажал на поручне графского кресла кнопку, и энерго-пояс, стягивающий Бурдукова, исчез. — Вы нарушаете порядок.

В то же время безопасник включил разрядник. Тот тихо запищал, и сбоку молниевой дубинки часто замигал красный индикатор. Бурдуков, похоже, воспринял это по-своему, а не как предупреждение о готовности к действиям.

Графа накрыло окончательно. Я это заметил по частому дыханию и смеху, который тихо и без остановки изливался из его рта. Граф поднялся, не отводя взгляда от разрядника.

— Всегда хотел проверить одну штуку, — задорным голоском произнёс граф.

За долю секунды до того как страж порядка успел отреагировать, Бурдуков нажал на активационную кнопку разрядника. По электродам пробежали искры, которые тут же нашли цель. Ею была нога безопасника. От удара разрядом тот дёрнулся, упав на пассажиров, которые сидели на креслах через проход от нас.

Я заметил ещё двух стражей порядка и понял — что сейчас графа скрутят. Притом уже скоро к нему прицепят датчики и могут засечь мою энергию.

Граф сорвал разрядник с пояса поверженного безопасника, который пытался подняться, и начал приплясывать с ним, размахивая направо-налево и потрескивая разрядами. Именно в этот момент я вытянул из организма Бурдукова весь неотработавший анестетик.

— Чт-то это? — граф остановился, замер в проходе, замечая, как к нему с двух сторон идёт безопасники. Он бросил озадаченный взгляд на разрядник в своей руке.

— Он опасен! — закричал лысый мужчина. — У него оружие!

Надо отдать должное Бурдукову. Он всё же понял, что произошло.

— Это же ваша работа, барон, — злобно покосился на меня старик, затем повернулся к ближайшему стражу порядка, который оказался рядом. — Это не я! Меня заставили так себя вести!

Но больше граф не успел сказать ни слова. В него выстрелили из пистолета. Я заметил что-то вроде шприца, который врезался в шею Бурдукова.

Граф закатил глаза и завалился набок, растянувшись на рифлёном полу.

Безопасники подняли его и привели в чувство своего товарища. Тот взглянул на экран своего планшета, затем на меня, что вполне логично, ведь я его сосед.

— Что с графом Бурдуковым? Вы заметили что-то странное? — спросил он, всё ещё слегка подёргиваясь от остаточного разряда.

— Сам не пойму, — пожал я плечами. — Словно приступ какой-то. Возможно, на него так действует перепад давления.

— Перепад давления? — удивился безопасник. — Странная реакция.

— Скорее всего да, перепад, — кивнул я. — Вы обязательно уточните у него, когда он очнётся.

Безопасник удалился за ширму, куда утащили графа.

Бурдуков получил то, что заслуживал. Разумеется, он будет утверждать, что это я на него повлиял. Но переживаний на этот счёт не было. Энергию я вытащил полностью, и следов не осталось. Карыч об этом позаботился, подчищая то, что могут обнаружить на тонких уровнях.

Но самое главное — мне стало гораздо легче. Рядом никого нет, кресло свободно, и никто не будет болтать над ухом, а уж тем более плеваться ядом в мою сторону.

В этот момент ускорители загудели, а затем нас швырнуло вперёд. Меня вжало в кресло так, что оно заскрипело, хотя перегрузки я не чувствовал. Компенсаторы, которые стояли на таких самолётах — жутко дорогая и безумно комфортная технология — делали своё дело.

И двадцати минут не прошло, как мы уже приземлились на китайском аэродроме, удивительно похожим на тот, с которого стартовали. Серые здания, бетонка, и несколько самолётов, замерших в стороне.

Встречала нас группа китайцев в военной форме, во главе с важным офицером. А рядом с ним замер невзрачного вида парень в камуфляже.

Важный произнёс небольшую речь, и парень тут же отреагировал.

— Генерал Ши Вэньцзюнь приветствует вас, — сказал он, после небольшой паузы. — Он приглашает проехать на место трагедии. Почти всё готово к операции спасения.

— Передайте ему, что для начала нам следует лично оценить масштабы трагедии, — отозвался представитель нашей спасательной миссии, глава МЧС Юрий Сергеевич Федорцов.

В это время я заметил Бурдукова, которого выводили из самолёта два безопасника. На его запястьях мелькнули наручники. Он прошёл мимо, одарив меня очень недружелюбным взглядом. Да и плевать, пусть сколько угодно смотрит. Мне-то что с этого? Главное, что он получил своё, а полезет ещё раз — снова получит.

Мы разместились в бронированных джипах и приехали на место катастрофы. Несколько полуразрушенных домов, побитые падающими обломками автомобили, а чуть далее — та самая трещина, куда и провалился торговый центр.

Мы вышли у нескольких палаток, где вовсю суетились китайские спасатели. Они проверяли карабины, верёвки, ремни на своих костюмах.

Фартовый присоединился ко мне, когда мы направились к трещине. Земля всё ещё подрагивала под ногами. Последствия землетрясения давали о себе знать. Когда мы подошли к краю огромного разлома, стало не по себе. Я увидел разрушенную кровлю здания торгового центра в полусотне метров от поверхности. Оттуда доносились еле слышные крики о помощи.

Надо было срочно разведать обстановку, поэтому я отправил Карыча. Но пернатый вернулся через несколько минуто.

«Увы, я не смог пробиться на один этаж. Аномальный фон не дал пройти дальше. Но увидел тех, кого смог, — признался Карыч. — Несколько дипломатов, половина из них ранены. Они в большом зале, который завален обломками».

«Ярика смог найти?» — спросил я у питомца.

«Нет, но он может находиться как раз там, куда не получилось попасть, — печально вздохнул Карыч. — Придётся тебе его поискать».

Пока китайские коллеги не спеша устанавливали на краю разлома конструкцию, очень похожую на лифт, Фартовый усмехнулся, доставая из рюкзака несколько овальный артефакт.

— Полдня собирают свой чёртов лифт, настраивают датчики, — взглянул он на меня. — Надеются, что микро-толчки завершатся, и они сразу всех спасут.

— Но они не заканчиваются, — произнёс я.

— Вот именно. И эти горе-спасатели скоро поймут, что сглупили, — хмыкнул спасатель.

Он разместил в одной из небольших трещин рядом с провалом овальный предмет, затем вытащил пару антенн. По экрану прибора побежали цифры, а спасатель накинул наушники, во что-то вслушиваясь.

— Класс опасности — А. Причём у нас не больше получаса, — заметил Фартовый, отвлекаясь от своего занятия. — Надо сказать остальным.

— Ты уверен, Александр? — взглянул на него Федорцов, оказавшийся с нами рядом вместе с тремя экспертами. Те в таком же неспешном темпе, что и китайцы расплетали у края огромной трещины сеть датчиков.

— Да, учитывая динамику и подземные толчки, будет ещё один пик. Время я уже сказал, — ответил ему спасатель.

— Откуда ты знаешь? Уже сталкивался с таким? — озадаченно взглянул на него глава МЧС.

— Нет, но это и так понятно. Цифры не врут, — напряжённо сообщил ему Фартовый. — Надо реагировать, Юрий Сергеевич. Иначе всех потеряем.

— Я поговорю с Вэньцзюнем, — кивнул глава МЧС и отправился в одну из палаток вместе со своим помощником.

— Они будут болтать, а время идёт, — тихо произнёс Фартовый. — Я иду вниз.

Он разложил платформу, настроил её на пульте, который вытащил из кармана, и та зависла в воздухе.

Я бросил взгляд в сторону палатки. Из неё вышел возмущённый генерал, спорящий с Федорцовым. Смысл, который я уловил через переводчика — китайская сторона не собирается сейчас пускать нас в разлом. Надо подготовить лифт и датчики обнаружения, а также убрать астральный фон, который будет мешать им работать.

— Я спускаюсь с тобой. Есть ещё платформа? — всмотрелся я в замерший над провалом прямоугольник.

— Платформа одна, но места и тебе хватит, — Фартовый ухмыльнулся, щёлкнул пультом, и прямоугольник раздался в стороны.

Я встал на зыбкую поверхность платформы и понял, что это мне только казалось. В целом наш миниатюрный лифт справлялся со своей задачей.

— Ну что, готов? Погнали, — сообщил спасатель, и как только мы начали опускаться в разлом, наверху показалось раздражённое лицо генерала. Он выдал тираду, замахал руками, а Федорцов и ещё несколько целителей сообщили, что следуют за нами.

Наверху загудели платформы, и китайцам пришлось ускориться.

Преодолев половину пути, я заметил гравитационные установки. Восемь здоровенных кубов, четыре с одного края и четыре с другого, болтались на тросах и сияли. Их активные части, похожие на сетчатые глаза стрекозы, смотрели в сторону здания, застрявшего в разломе. Полупрозрачные связи как раз и держали дом. Пока ещё держали.

Как только мы добрались до полуразрушенного дома, китайцы всё-таки запустили лифт. Вниз отправилась их группа. С нашей стороны я заметил более десяти платформ, который также начали спуск в разлом.

Мы с Фартовым прошли к большому оконному проёму, который послужил для нас входом. Под нашими ногами похрустывала бетонная крошка. Куски арматуры торчали из дыр в стенах, и пришлось пробираться очень аккуратно, чтобы случайно их не задеть. Мы добрались до разбитого окна. Когда Фартовый расчистил раму от осколков стекла, я заглянул внутрь, слыша испуганные китайские голоса и детский плач.

В целом, пробраться можно,

— Да, фон здесь очень сильный. Смотри, — протянул мне экран прибора Фартовый, показывая значение. — Более пятисот по шкале Уверова. Это очень серьёзно.

Я и без него чувствовал фон настолько хорошо, что ощутил подступающую головную боль. Хотя мой «Ментальный щит» справлялся с угрозой.

— Маска, — протянул он мне прозрачный респиратор. — Надень её, будет легче.

Я натянул маску на лицо. Дышать было труднее, зато головная боль отступила, что мне было только на руку. Если кому-то будет нужна медицинская помощь в моменте, я окажу её, не отвлекаясь на внешние факторы.

— Знаешь, что это значит? — во взгляде Фартового я заметил лёгкий испуг.

— Скоро будут очередные толчки, как ты и сказал? — произнёс я.

— Они наступят гораздо раньше, поэтому надо шевелиться, — прогудел спасатель, пытаясь связаться с теми, кто остался на поверхности.

— Пш-ш-ш… на связи… идут ещё платформы… пш-ш-ш-ш, — донеслось из рации.

— Давайте быстрее! — гаркнул в динамик Фартовый. — Код — красный!

Далее мы забрались внутрь. Неудобно было передвигаться. Хоть гравитационные установки и держали дом, всё же этого было недостаточно. Вся конструкция содрогалась от заметных толчков. Бетонные перекрытия опасно похрустывали, со всех сторон доносились звуки осыпающейся строительной крошки.

Сбоку появилось ещё несколько трещин, и холодок пробежал по моей спине. Мы заперты в этой коробке. Если всё рухнет в пропасть, не успеем выбраться. И Небула тоже не сможет вытащить, ведь фон блокирует не только способности Карыча, к ней тоже это относится.

За минуту мы прошли одну комнату, затем миновали следующую. Я заметил семью китайцев. У отца рваная рана на боку, которую я тут же залечил. Супруга не пострадала, а у одного из детей сломана рука. Я восстановил кости, закрыл рану.

Тут же появились китайские коллеги, которые забрали их к лифту.

Началась интенсивная работа по поиску и лечению пострадавших. Людей находили, подключались целители, затем спасённых отправляли к лифту или платформам.

Ну а мы с Фартовым стремились дальше, вглубь здания. Туда, где были заперты наши и китайские дипломаты, и где-то находился племянник императора.

И в итоге нас услышали. Голоса донеслись из заваленного плитой дверного проёма, и Фартовый применил артефакт, который я бы назвал буром. Хотя больше он был похож размерами на канализационный люк с алмазными резцами по периметру. Спасатель установил его на плиту, затем включил питание. Мы отошли, наблюдая, как резцы вгрызаются в камень, с хрустом проворачиваясь по часовой стрелке. Уже через несколько секунд Фартовый выбил бетонный фрагмент, создавая лаз. И из него показалось окровавленное испуганное лицо нашего дипломата. На его лице ожоги, явно вызванные фоном, глубокое рассечение на щеке.

Пока Фартовый вытаскивал пострадавшего, я подлечил его. Так мы освободили и остальных семь человек. У последнего, седого мужчины, нога была зажата куском стены, и спасателю пришлось применять миниатюрный домкрат, который он разложил за пару секунд.

— Нога… она сломана, — ослабевшим голосом выдавил дипломат, корчась от боли.

Анестетик, регенеративные лучи, нейтрализатор — и после этого я передал его в руки Фартового.

Над нами раздался громкий треск. Вниз посыпался металл, падая на дом, который содрогнулся. Вокруг захрустели стены, здание проползло ещё пару метров, вновь замирая.

— Это все, Алексей, — взглянул на меня Фартовый. — Ярослава нигде нет.

— Но его надо найти, — заметил я.

— Ты ещё не понял⁈ — воскликнул спасатель, тараща на меня глаза. — Времени нет! Мы на последнем этаже, больше негде искать! И ты ведь слышал грохот? Это одна из гравитационных установок накрылась. Не выдержала нагрузки. Нам надо срочно уходить.

— Мне нужна ещё минута, — произнёс я, решив применить «Диагностический щуп» немного иначе. Выкину его в окружающее пространство и, возможно, замечу магический фон Ярослава.

— Минута, не больше, — выдавил Фартовый. — Догоняй, а я пока вытащу на платформы спасённых.

Спасатель покинул меня, и я сформировал щуп и вошёл в состояние предельной концентрации. Стоило мне это сделать, как я заметил как в стороне, что-то блеснуло.

— Хр-руп-п-п! — прямо передо мной появилась трещина, а от неё возникло ещё несколько ответвлений. Я машинально зажмурился от строительной пыли, хотя маска и так защищала меня. Надо спешить.

Оказавшись на этаже выше, я услышал глухой стук. Кто-то ещё жив, и этот кто-то пытается привлечь моё внимание.

Преодолел я длинный коридор за считанные секунды, а затем добрался до спасательной капсулы.

Оказывается, статусные китайские бизнес-центры были оснащены стационарными одноразовыми капсулами, по две на этаж. Они позволяли сохранить жизнь посвящённым во время пожара, либо ещё какого катаклизма, и дождаться прихода спасателей. По несколько капсул на этаж. Все, что мы с Фартовым обошли, оказались неисправными.

И, как ни парадоксально это звучало, спасательная капсула, в которой закрыт Ярик, оказалась для него ловушкой.

Изнутри через мутное стекло на меня отчаявшимся взглядом смотрел светловолосый парень. Он прижимал к себе полуобнажённую девушку, которая пыталась вырваться и что-то закричала, заметив меня. Это был Ярик, хотя от прежнего весёлого вида не осталось и следа. Лицо бледное, измождённое. Что-то пытается мне сказать, еле шевеля губами.

Они закрыты в сломанной спасательной капсуле. То, что та была сломана, говорили несколько арматурин, торчавшие из блока управления. Ещё одна арматура, окрашенная кровью, выглядывала из капсулы. Ярику, судя по тому, что я вижу, пробило плечо.

Наверху громыхнуло, что-то врезалось в строение, затем ещё раз. Просто замечательно. Ещё одна гравитационная установка не выдержала нагрузки.

А затем начались подземные толчки. Стена слева сложилась пополам, будто картонная. Хруст бетонных перекрытий ударил в уши. Дом продолжил сползать в пропасть.

Следовало срочно что-то предпринять. А для начала нужно умудриться освободить эту парочку.