Глава 9

Иглы так и не добрались до нас. Я поставил сразу несколько нейтрализующих барьеров. Половина растаяла на первой преграде, ещё треть на второй. Последние ледяные иглы исчезли в паре метров от нас.

— О как! — улыбнулся один из магов, небольшого роста, с зачатками бакенбардов на щеках и кучерявой причёской. — Виталя, помогай!

Второй, повыше и более неуклюжий, кивнул. Пуля зарычал, выстрелив в него, но мелкий заморозил пулю в воздухе, роняя её на асфальт.

Маг Виталя выставил ладонь, закручивая её против часовой стрелки. Меня будто погрузили резко в ледяную прорубь. Тоже маг льда или воды, чёрт их разберёт. Заморозить меня решил, но у него нихрена не получится. Я на рефлексах успел окутать себя коконом «Нейтрализатора», и про Пулю не забыл. В это время мелкий кучерявый гадёныш потянул из меня энергию, используя странные светящиеся чётки. Где-то я уже такие видел.

Я шёл к ним, чувствуя, как в меня вгрызается, словно сверло, иссушающее заклинание мелкого мага. Я разрывал одно сверло, но появлялось другое, вновь пробивая мой кокон и воруя энергию.

Пока Пуля отвлекал Виталю, стреляя, я почти добрался до кучерявого, который округлил глаза и попятился. Ровно в этот момент… появилась Небула сразу в облике кобры. Она напала с тыла, резко и беспощадно.

Атака была настолько стремительной, что я лишь увидел клыки, блеснувшую змеиную шкуру. Голова кучерявого слетела с плеч, на шее Витали раскрылась страшная рана. Он захрипел, упал на колени.

— На, жри! — Пуля выпалил в него пару раз по инерции, отбрасывая на спину.

Небулы и след простыл, а Пуля лишь проводил озадаченным взглядом тело без головы, когда мы прошли к входу в лабораторию.

— Это ты сделал? — спросил он по пути, всё ещё косясь в сторону поверженных магов. — И тот… у него же две дыры в плече. Кто его так?

— Я, больше некому, Олег. Думаешь, целители так не умеют? — хмыкнул я.

— Я ничего не думаю. Но ты их завалил, — хохотнул Пуля. — Магов завалил!

— Главное, будь сейчас внимательней, — предупредил я. — И пули не трать попусту.

— У меня ведь есть ещё эта игрушка, — оскалился здоровяк, вытаскивая разрядник. Пуля врубил его на полную мощность, заставляя прибор запищать, затем переложил оружие в левую руку. — Вот так будет получше. Не свинец, так молния попадёт в цель. Погнали.

Мы зашли в полутёмное помещение, и под ногами захрустели стёкла от разбитых ламп. Объективы видеокамер заморожены, на каждом по куску льда.

Коридор поворачивал направо. Оттуда лился свет, слышались глухие удары и грубые голоса.

Карыч мало того, что вывел из строя артефакт, который не давал Небуле ворваться внутрь лаборатории, но ещё и успел разведать обстановку. Я увидел его глазами, что творится впереди.

Пять человек у двери. Более двадцати мёртвых тел из охраны Державина, судя по гербам на рукавах, и ещё два лаборанта в халатах, изрешечённые пулями. Что же касалось угрозы: один из нападавших маг. Сильный маг. Остальные — головорезы с силовым тараном и буквально увешанные боевыми артефактами. А внутри, закрытый в лаборатории — князь Державин, двое слуг и трое испуганных сотрудников лаборатории. У входа оставшийся в живых телохранитель спешит установить у двери ловушку.

Она бы им не помогла. Слишком примитивная хлопушка против сильного мага. Уверен, что Державин и сам не думал, что попадёт в такую ситуацию.

«Маг огня, Лёха. Тут надо Небулу звать», — услышал я Карыча.

«А чего меня звать? Я уже готова, — радостным голоском откликнулась Виктория-Небула. — Всё, нападаю».

Мы не успели повернуть, как Небула уже сделала своё дело. Карыч вовремя подстроился и уже демонстрировал мне картинку. Смертельный и жуткий одновременно танец кобры, которая то свивалась кольцами, то распрямлялась как пружина, постоянно меняя своё местоположение, потрясал воображение. Пуля рванул вперёд, и в этот момент Небула получила несколько ударов фаерболами, напоследок укусив мага огня.

Она исчезла ровно в тот момент, когда здоровяк заскочил к разбитой двери, у которой валялись тела напавших.

— Пом-мгите-е-е, — хрипел маг, выплёвывая кровавую пену.

Он стоял на коленях, уже и не думая нападать.

«Ещё бы, я в него столько яда впрыснула. Его ментальный барьер вывернуло наизнанку», — довольно прошипела кобра.

— И это тоже ты? — вытаращился на меня Пуля.

— А то кто же. Я, конечно, — кивнул я, вглядевшись в мага. — Кто вас прислал? Отвечай!

— Он не… назвался, — выдавил из себя маг и упал вниз лицом, испуская последний вздох.

— Лёха, теперь я спорить с тобой буду аккуратней, — криво улыбнулся побледневший Пуля. Затем он осмотрел вмятую бронированную дверь, которая держалась на честном слове.

Рядом валялся силовой таран. Как по мне, обычная труба с рукоятями для хвата и уныло поблескивающим остаточной энергией конусным наконечником.

— О, в хозяйстве пригодится, — кряхтя, Пуля поднял артефакт, закинул его на плечо.

Я взглянул на то, что нас отделяло от скрывающихся в лаборатории. Казалось бы, двери открыть нереально. Сплошное месиво. Но достаточно было чуть поднажать, как створки слегка поддались.

— Это я, Иван Тимофеевич! — воскликнул я. — Больше вам никто не угрожает!

— Алексей! — радостно воскликнул князь, приказывая своим: — Немедленно уберите засов. Быстрее!

Минуты две тужились по ту сторону измочаленной двери люди Державина, пока створки не хрустнули, и одна повернулась на петлях, а вторая ухнула внутрь лаборатории.

Меня встретил телохранитель с мерцающим мечом. Лицо — каменная маска, рука окровавлена и уже перебинтована, но пуля явно прошла навылет.

— Убери оружие! — рявкнул на него князь Державин, затем поздоровался со мной крепким рукопожатием. — Вот видишь, Алексей, что значит оказаться не в то время не в том месте.

— Не было бы вас и вашей охраны, лабораторию бы точно разнесли, — заметил я.

— И то верно, — криво улыбнулся Державин. — И камня на камне бы не оставили.

Чуть позже он увидел тела своих подчинённых и тяжело вздохнул, присаживаясь рядом с одним из них.

— Я не смог их спасти. Те сволочи налетели словно разъярённые звери, — выдавил князь.

— Есть предположения, чьи люди напали на вас? — спросил я, и Державин покачал головой.

— Нет. Никаких, — вздохнул Державин, поднимаясь на ноги. — Я не хотел тебя тревожить, но больше звонить было некому. Позвонил тебе, потому что Меньшиков недоступен. Опять, наверное, на своей даче, — вздохнул Державин. — Там у него вечно связи нет.

— Служба безопасности? — поинтересовался я.

— Не отвечает. Её заперли в отдельном здании, как только что выяснилось, — вздохнул Державин. — Эти негодяи всё предусмотрели.

В этот же момент рация одного из телохранителей ожила. А чуть позже в лабораторию зашли несколько человек в тёмно-серой форме. С ними же находился и усатый мужчина в лабораторном халате. Судя по чемоданчику со змеёй и чашей — целитель.

— Иван Тимофеевич, с вами всё в порядке? — спросил усатый у князя, оглядывая его.

— Помогите моему телохранителю, — бросил он, и целитель переключился на охранника.

Чуть позже мы покинули место нападения. Сюда подтянулись ещё полсотни гвардейцев князя, оперативно поставили защитные контуры, так что беспокоиться уже было не о чем.

— Давно надо было так сделать, — взглянул в ту сторону Державин, когда мы устроились в салоне его лимузина. — На этот раз обошлось малой кровью. Но сколько ещё будет нападений?

— Кто бы это ни был, он уже упустил свой шанс, — произнёс я. — У Михаила Александровича три лаборатории.

— Туда не полезут. Они под надёжной охраной, — тихо произнёс Державин, взглянув на меня более уважительно, чем прежде. — Ты спас меня, Алексей, и я этого не забуду.

Мы вкратце обсудили поставки сырья в лабораторию. Я уверил князя, что никто и ничто на это не повлияет, и на этом мы распрощались.

— Всё, погнали на Весёлковскую, — бросил я Пуле, когда мы очутились в «Ниве».

— А там что? — удивился здоровяк.

— Я выследил кое-кого по ментальному следу, — подчеркнул я.

— Да ты ещё и сыскарь! — улыбнулся Пуля, заставляя свою ласточку сорваться с места.

Выследил тех, кто был в тени, именно Карыч. Он довёл их до того места, где они кого-то ждали — до переулка, который примыкал к Весёлковской. Пуля бубнил что-то под ухом, ну а я отрешился от всего, переключаясь на канал пернатого.

Двое невзрачных мужчин, одна худенькая девушка. Все одеты по-простому, ничем не отличались от среднестатистического столичного жителя. Они тихо переговаривались.

— Рита, и где твой заказчик? Мы провалились. Едва ушли, — прошипел рослый мужчина.

— Я уже вызвала его, не суетись, — прошептала девушка, напряженно уставившись в мою сторону. Точнее туда, где спрятался пернатый. — Что-то не так. Я чувствую, что за нами следят.

«Карыч, где Небула?» — отправил я ментальный запрос.

«У них ловушка, — донёсся голос кобры. — Появлюсь — сразу попаду в сеть».

«Карыч, можешь аккуратно вывести из строя ловушку?» — поинтересовался я у питомца.

«Нет… Эта девчонка. Она отреагирует раньше. У неё на пальце замедлитель. Видишь? Мерцает», — сообщил пернатый.

И я увидел. Кольцо со скорпионом на среднем пальце левой руки. Девушка нервно потирала поблёскивающий металл, готовая в любой момент применить артефакт.

«Тогда не рискуйте. Я скоро буду», — сообщил я.

— Тебе кажется, Рита. Это всего лишь крысы, — хохотнул плечистый.

— Ты-то мне не рассказывай… Крысы, — усмехнулась девушка, а затем напряглась ещё сильней.

Мы остановились с Пулей в полусотне метров от подворотни, когда в неё влетел мотоцикл. Настолько это быстро произошло, что я даже не успел рассмотреть, кто им управлял. Чёрный силуэт в капюшоне.

— Быстрей, подъезжай ближе! — бросил я Пуле, через несколько секунд выскочив чуть ли не на ходу.

Карыч охнул, картинка пропала, из подворотни донеслись хрипы.

Ещё полсотни метров, и я добрался до лежащих у мусорного бака тел. Они уже были мертвы. По их лицам расплелась тёмная паутина яда, глаза выпучены.

— Мы не успели, — тихо произнёс я.

— Кто это? — растерянно спросил Пуля.

— Те, кто контролировал нападение на лабораторию, — печально произнёс я, изучая состав крови диагностическим щупом. Резкое отмирание эритроцитов, из-за чего транспорт кислорода прекратился, и наступила гипоксия. Неизвестный яд вызвал такую реакцию. Он же отравил мозг, превращая его в кисель. Но этот яд уже распадался, исчезая на глазах.

Хорошо бы взять образец, но я не в лаборатории и даже не в своей клинике, где тоже можно попытаться это сделать в хорошо оборудованной операционной.

Хотя… я заметил, что на коже девушки всё ещё висела густая капля маслянисто-чёрной массы.

«А вот и тот самый яд», — подтвердил мои догадки Карыч.

Я достал один из пузырьков. Он был стерилен и покоился в одном из кармашков на поясе — просто я ещё не успел его наполнить бустером. Вот в него я аккуратно и поместил чёрную каплю, затем закрыл пробкой.

— Их отравили, точно тебе говорю, — прогудел надо мной Пуля.

Я вскочил на ноги.

— Придётся вернуться. Нам нужно отдать Державину на анализ то, что я нашёл, — я направился к выходу из проулка.

— Лёха! Ты хочешь сказать?.. Ты как это сделал? — догнал меня здоровяк, посматривая на меня, будто я совершил очередное чудо.

— Я всего лишь нашёл каплю яда, который не попал в организм, — произнёс я.

— А, тогда понятно. Глазастый ты, конечно… Чёрт, номер мотоцикла я не запомнил, — горестно признался мне Пуля, устраиваясь на водительском сиденье и нажимая на кнопку зажигания. «Нива» взревела и сорвалась с места.

«Скажи ему, что на мотоцикле номер был закрыт иллюзией», — сообщил мне Карыч.

«Это не обязательно, — заметил я. — Ты хочешь, чтобы он тонной вопросов меня закидал? Я не смог бы увидеть на такой скорости. Он ведь буквально пролетел мимо нас!»

«Это точно, — вздохнул Карыч. — И что теперь?»

— И что теперь? — точно так же спросил меня Пуля.

— Пока непонятно кто это, — сообщил я. — Нужно провести анализ, который может дать нам зацепку.

— Вряд ли, — скривился Пуля. — Перекупы на чёрных рынках какой только дрянью не торгуют. Хрен разберёшься, что это и откуда.

— А мы разберёмся, — произнёс я.

Не они, так Карыч с Небулой разберут состав этого странного яда по косточкам.

Через полчаса мы передали яд в лабораторию Державина и вернулись в клинику.

Захарыч свирепствовал в приёмной, отчитывая Рому, который собрал очередь из двадцати человек, застревая на тяжёлом случае. Он-то справился, колики в животе оказались отравлением, который Рома залечил. Но собравшиеся в коридоре пациенты были недовольны.

Пришлось срочно идти на выручку и переключать их на себя.

Работал я в поте лица и не жалея сил почти до вечера, а когда выдохнул, оказалось, что ужасно хочу есть. Благо Настюха сразу прочитала по моему взгляду моё состояние, и на быстро-плите приготовила за пару минут курочку гриль, которую я уничтожил на пару с вовремя оказавшимся рядом Захарычем.

— Олег сказал, что вы там отбили нападение, — взглянул на меня старик, вытирая жирные губы салфеткой. — И кто это мог быть, я скажу тебе и без всяких твоих расследований. Гильдия лекарей. Точнее этот подонок Ковригин с таким же ублюдком Аргамаковым. Завистливые сукины дети.

— Ты так уверено об этом говоришь, будто рядом стоял, — ухмыльнулся я.

— Мотивы, Алексей, — заметил Захарыч. — Всегда обращай внимание на мотивы.

— Это может быть и Лисовский, — предположил я. — И Останин. И Трубецкой.

— Только не Останин. Ему уже крышка, ты же лучше меня это знаешь, — оскалился старик. — Ну а Трубецкому какой резон портить отношение с Меньшиковыми?

— Он хотел купить формулу. А когда я отказался… хм… это его очень сильно задело, — объяснил я ему. — Мотив, как ты сказал, есть. Он явный.

— Это всего лишь твои домыслы, — проворчал Захарыч.

— Как и то, что ты говоришь о гильдии лекарей, — хмыкнул я. — Притом я уже целитель.

— Ты расскажи это графу Резцову, — всмотрелся в моё лицо Захарыч. — Его как раз опустила на дно гильдия лекарей. Они просто забили его клинику комиссиями и штрафами.

— Но не нападали и не убивали княжеских гвардейцев, — заметил я.

— Не спорю, но мои слова запомни, — старик выставил указательный палец, помахивая им передо мной. — Они притихли. И эта тишина неспроста.

— Я подумаю, но в любом случае нужны факты их причастности, — произнёс я, и Захарыч матюгнулся, слыша голосок робота-мойщика, который доносился из коридора.

— И всё же, сударыня, я делаю более ценную работу, — роботизированным голоском произнёс мойщик. — Как бы вы елозили своими заготовками по грязному полу?

— Не скажите, сударь, — ответил дезинфектор женским голоском, заезжая в просторную обеденную комнату. — Мыть полы в помещениях, кишащих вредными бактериями, вирусами и грибками, очень неуютно.

— Сударыня, а вы, оказывается, ничего не смыслите в процессе очистки мраморной плитки, — радостно парировал робот-мойщик. — Бактерии, с которыми вы боретесь, ничуть…

— Дарья-а-а-а! — зарычал Захарыч, вскочив из-за стола.

— Что⁈ Я тут! — заскочила к нам испуганная техничка с пультом управления в руках.

— Это что? Я же говорил — заткни их, — Захарыч махнул в сторону замершего на посреди комнаты высокотехнологичного оборудования.

— Сударь, общение очень важно для нашей социализации в человеческом мире, — возразил дезинфектор женским голоском.

— Какой я те, к чёрту, сударь? — зашипел старик. — Железяка ты безмозглая.

— Егор Захарович, это ведь забавно, — протянула Дарья.

— Забавно будет, когда в твоём зарплатном квитке не окажется премии за этот месяц, — многообещающе сообщил ей Захарыч.

— Даш, сделай так, чтобы они убирали помещения в разное время, — обратился я к техничке. — И старайся не выпускать их в рабочее время. Некоторые пациенты хотят посидеть в тишине.

— Да я ведь их мозги сама собирала, — пробормотала расстроенная Даша. — Они ведь просто общаются.

— Вот пусть общаются у тебя в мастерской, — сообщил я ей.

Захарыч хотел что-то сказать резкое, но все же сдержался. Когда Дарья ушла, и роботы исчезли за ней в коридоре, продолжая спорить о том, кто же из них круче, старик взглянул на меня.

— И вот как с ней разговаривать спокойно? — раздражённо просипел он. — Я ей детали покупаю не для того, чтобы трепать свои нервы.

— Посмотри на это под другим углом, — произнёс я. — Она тренируется, приобретает опыт. Думаешь, если бы не эти эксперименты, она бы собрала тебе вторую купель?

Захарыч обдумал мои слова, сделал пару глотков зелёного чая.

— Пожалуй, ты прав. Я погорячился, — произнёс я. — Ладно. Пора идти работать. Мне ещё надо кучу бумаг разобрать.

После этого я переключился вновь на приём пациентов. Вылечил ещё десять человек, и Система просигналила сообщением, которое неслабо меня обрадовало.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы заработали ещё 1000 очков опыта.

Применяется множитель ×4…

Итоговая награда: +4000 очков опыта.

…

ВНИМАНИЕ!

Обработка данных завершена.

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получили новый уровень!

Статус: целитель 2-го ранга (высшая категория).

Специальность: целитель широкого профиля.

Ваши навыки «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи», «Экстрактор» усилены на 37%.

Пассивные навыки «Отражатель» и «Ментальный щит» усилены на 20%.

Уникальный навык «Феникс» усилен до седьмой ступени. Усиление: расход энергии на методику «Несколько крыльев» уменьшается на 80%.

Ваш резервный источник увеличен на 50%!

За достижение уровня вы получаете награду: +5000 очков опыта.

Применяется множитель ×4…

Итоговая награда: +20000 очков опыта.

Текущий уровень: 15 (76310/200000)/.

Через полтора часа я отпустил последнего пациента и отправился в поместье. Ни о чём не хотелось думать, голова слегка побаливала, и пришлось выпить пару пузырьков бустера. Я смотрел в окно на вечернюю Москву и просто отдыхал под тихую музыку, которая лилась из магнитолы.

Стоило мне переступить порог своего дома, как телефон ожил. Меня беспокоил начальник охраны.

— Алексей Михайлович, — голос его был слегка растерянным, — я не мог не пропустить таких гостей. Встречайте гостя из имперского дворца.

— Ты уверен? — эта новость меня слегка удивила. С какой стати я понадобился императору? За какие такие заслуги?

— Да, я знаю, как выглядят автомобили Его Величества, — ответил начальник охраны. — И номера настоящие, я успел проверить.

За окном я услышал тихий шорох колёс, тихий скрип тормозных колодок. Дверь в машине хлопнула, а я уже выходил на ступени.

Из представительной «Волги», которая имела покатые крылья и поблёскивающий номер с короной впереди, вышел худой мужчина в сине-золотистом сюртуке, вышитом золотистыми узорами.

Его холодный взгляд взглянул на меня. Он что-то достал из салона и подошёл ко мне.

— Алексей Михайлович Логинов? — вежливо спросил он меня, несмотря на не очень дружелюбный взгляд.

— Верно, — кивнул я. — С кем имею честь?

— Елизар Николаевич, чиновник по особым поручениям Его Величества Императора Пётра третьего Астафьева! — громко и величаво пропел он.

Он протянул мне конверт с гербовой печатью, переливающейся позолотой и пахнущей свежим сургучом. Затем слуга кисло улыбнулся, добавляя напоследок и уже тише:

— Его Величество велел передать вам лично в руки.