Глава 6

— Так что, расскажешь мне правду? — Я усмехнулся, медленно проводя пальцем по лезвию широкого ножа.

Честно говоря, калечить девчонку не хотелось, но ее упрямство меня уже достало. Так мы и до утра не договоримся.

Она молчала, наблюдая за моей рукой с ножом, которая начала плавное движение в направлении ее лица. В глазах страх пропал, оставив лишь недоумение.

Один взмах — и на ее правом плече небольшой порез. Она схватилась другой рукой за рану, но не произнесла ни звука. Еще один резкий взмах — и острие ножа разрезало футболку, оставив небольшой порез на руке чуть выше локтя.

— Урод, — произнесла девушка, скривившись и не поднимая глаз, глядя на то, как кровь медленно стекает по руке.

А меня посещает чувство дежавю. Хоть это было давно, но в памяти всплывает аналогичная сцена — кухня, нож в моих руках, и пристальный взгляд синих глаз.

Правда, девушка была другая, но тоже очень красивая. И также стойко держалась. Они чем-то похожи. Нет, не внешне. У них есть чувство собственного достоинства, хотя они сильно отличаются друг от друга.

Тогда я всерьез думал, что Света за мной шпионит — как-то слишком резко она ворвалась в мою размеренную жизнь. И я так же, как сейчас, пытался добиться от нее информации. А в результате…

Воспоминания так сильно давили на сознание, что я на пару минут выпал из реальности. Боковым зрением поймал женский силуэт, который уже резво поднялся на ноги, и подскочил следом. Поймал девчонку за руку и дернул назад, второй раз бросая ее на пол.

Она скривилась, а я снова присел рядом на корточки. Дежавю, мать твою. По-другому не назовешь.

— Надумала? — произнес с неприязнью в голосе, собирая остатки выдержки в кулак, чтобы не сорваться.

Глаза девчонки пылали ненавистью. Не гневом, а именно ненавистью. Дай ей волю — она разорвет меня на части, даже глазом не моргнув.

— Да пошел ты, — она снова скривилась, прижимая левую руку к правому плечу, откуда еще текла несильно кровь.

— Значит, продолжим, — я тяжело вздохнул. — Резать тебя нет никакого желания, но, честно говоря, ты мне надоела со своим стойким молчанием, а ответы на вопросы узнать очень хочется. Поэтому, чтобы ускорить процесс, придется применять другие средства.

Я выпрямился и подошел к креслу, где за спинкой был прикреплен пистолет. На всякий, как говорится, непредвиденный случай. Увидев оружие в моих руках, глаза девчонки округлились. Она по очереди перевела взгляд с меня на пистолет и обратно. Сглотнула слюну и посмотрела мне прямо в глаза.

Снова вернулся к ней, присаживаясь на корточки. Теперь она была напугана — это четко читалось в ее глазах. Усмехнулся, проводя дулом по ее щеке. Девушка замерла, даже перестала дышать, но упорно продолжала сверлить меня взглядом своих черных как смоль глаз.

Вот откуда такие упрямые берутся, скажите на милость?

— Ну? — первым прервал молчание. — Я жду, красавица. Только недолго.

— Хорошо, — тихо произнесла спустя полминуты и опустила глаза в пол.

— Не слышу, — пальцами свободной от оружия руки взял ее за подбородок и заставил поднять голову.

— Договорились, — выдала она мне прямо в лицо. — Я буду вести себя хорошо.

Мы снова встретились взглядами. В глубине души я понял, что ее смирение далось ей нелегко. И при малейшем моем промахе она мне, не задумываясь, станет мстить за сегодняшнее унижение.

— Тогда стоит тебя подлечить, а то я немного психанул. Но ты сама виновата, — я встал и подал ей руку, помогая подняться, другой рукой убирая пистолет назад за ремень брюк. — Если хочешь, можешь об меня опереться.

— Обойдусь, — она направилась в сторону выхода из кухни. А я, все-таки проигнорировав ее выпад, пристроился сбоку, придерживая за локоть.

В ванной девушка уселась на бортик, наблюдая, как я достал перекись и пластырь.

— Футболку придется снять, — улыбнулся, и только после этого сообразил, как нелегко мне сейчас придется.

Боже, дай мне сил это вытерпеть!

Она, ни минуты не сопротивляясь, подняла руки вверх, давая мне возможность самому снять с нее футболку, которая местами покрылась кровавыми пятнами. Я старался не дотрагиваться до ее тела, но все равно случайно задел рукой грудь.

Наблюдать ее прелести прямо перед носом — это пытка для меня, но ничего не поделаешь, сам виноват.

— Я не пойму, ты работал в Красном кресте или в Гестапо? — девушка задала вопрос, наблюдая, как я промыл ее ранки перекисью и заклеил их пластырем.

Верхнюю часть нижнего белья тоже пришлось снять. Девчонка даже глазом не моргнула, следя за моей реакцией на ее грудь.

Давно у меня не было женщины, пора с этим что-то решать.

— Согласись, что я просто слегка попугал.

Опять дежавю.

И сцена та же, и фраза повторяется. Правда, у этой красотки грудь больше.

— Соглашусь. Но получается у тебя ловко — и ножом, и ватой с пластырем. Научишь? — в глазах темноволосой красотки заплясали черти, но меня этим не возьмешь. Она пыталась настроить все на несерьезный лад, но второй раз я на эту хрень не поведусь.

Хватило и часов, и кулона, из-за которого сегодня она чуть не попалась. Да и меня бы крепко подставила, потому что те люди, которые знают о моей слабости, шутить бы не стали.

И красивое женское тело с шикарной грудью третьего размера оказалось бы прямо на столе перед патологоанатомом.

— Всё, почти как новая, — я отвернулся к шкафчику, убирая назад медикаменты. — Сейчас чистую футболку тебе принесу. Извини, джинсов твоего размера нет, — кивнул головой, указывая на пару грязных пятен на ее одежде.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌- Перебьюсь.

Поднялся на второй этаж, взял чистую белую футболку и вернулся назад. Девчонка стояла возле окна, спиной ко мне. Протянул ей одежду и отошел от греха подальше.

Она надела ее, даже не поворачиваясь лицом в мою сторону. Чтобы хоть чем-то себя отвлечь, налил в бокал коньяка, уселся в кресло, сделал глоток янтарной жидкости и подкурил сигарету, которую оставил на столе, когда ловил свою строптивую красотку.

— Кто ты такая? — первым нарушил тишину. Девушка молчала, упорно продолжая демонстрировать мне свою спину. — Допустим, — я выдержал очередную паузу. — И как же тебя зовут, прелестное создание?

— Мирослава, можно просто Мира.

— То есть, по сути, ты должна мир нести? — усмехнулся, глядя на ее ровную спину.

— С этим как-то у меня изначально не заладилось.

— Я заметил, — стряхнул пепел, делая еще один глоток янтарной жидкости. — Мало тебя в детстве мама с папой ремнем пороли.

— У меня нет мамы с папой, — жестко ответила девушка. — И не было, — резко повернулась ко мне лицом и посмотрела в упор. — Вместо этого был детский дом, со своими законами выживания.

— Пытаешься на жалость надавить? — очередная затяжка и тонкая струйка дыма. — Зря. Я на такую хрень давно не ведусь, красотка. Сам могу рассказать кучу душещипательных историй.

— А мне пофигу, веришь или нет. И свою жалость можешь засунуть себе в задницу, — ничего не осталось от дурашливого тона. Стальные нотки в голосе, полные ненависти и презрения.

Загадочные все-таки женщины существа — то шутит с тобой, заигрывая, то уже через пару минут люто тебя ненавидит.

— Воровать тебя в детдоме научили?

Мирослава молчала. Видел прекрасно, что она злилась и с удовольствием выцарапала бы мне глаза, но девушка просто продолжала сверлить меня взглядом. А я курил, выпуская тонкие струйки дыма, пытаясь вывести ее из себя окончательно, чтобы узнать хоть какую-то толику правды.

Девчонка быстро взяла себя в руки, улыбнулась, как ни в чем не бывало, но глаза — это зеркало души. А они все также метали молнии, как и пять минут назад.

— Послушай, психолог хренов, ты со своими нравоучениями опоздал лет так на восемь. Поздно воспитывать. Даже это, — тыкнула пальцем в рану на плече, — не поможет. Некоторые уже пробовали, бесполезно.

— Ну, это смотря как воспитывать, — общение с ней доставляло мне огромное удовольствие. Давно уже никто не вел себя со мной так нагло. — На востоке за воровство отрубают руку. Может, попробуем и мы, в качестве воспитательных целей? А то, смотрю, предыдущий опыт нашего общения тебе мозги не вправил, — ее глаза уже вовсю метали искры, чем вызвали лишь очередную улыбку на моем лице.

Да уж, с ней точно скучать не придется.

— Ладно, уговорил, — сдалась девушка. — Будем считать, что ты второй раз победил. Задавай свои вопросы. Обещаю отвечать правду и ничего кроме правды, — она приложила правую руку к груди в области сердца, а левую согнула в локте и подняла ладошкой вверх.

— Соврешь хоть раз, продолжу свои развлечения. Только теперь парочкой царапин ты не отделаешься, уяснила? — в моем голосе появились стальные нотки, улыбка пропала, а глаза впились в лицо девчонки. А что, пусть не расслабляется и отчетливо понимает, с кем имеет дело. — Повторяю свой первый вопрос, кто ты такая?

— Имя мое ты знаешь, — она засунула руки в карманы и уселась на подоконник. — А обо всем остальном, думаю, догадываешься.

— Догадываюсь или нет, это не важно. Хотелось бы знать поточнее.

— Ладно, — Мирослава развела руками. — Я — профессиональная воровка, этим зарабатываю себе на жизнь, доволен? — посмотрела на меня с безразличием.

Видимо, я в очередной раз задел ее за живое, заставив покаяться. И судя по ее выражению лица, ей это не нравилось — так сильно, что точно выцарапает мне глаза, если подвернется такой случай. А также, не задумываясь, засунет мне нож в спину — с нее станется. Женская месть — страшная штука, посильнее той же красоты. Мир не спасет, но неприятностей доставит немало.

— Уже похоже на правду, — кивнул утвердительно головой. — Давно этим занимаешься?

— Еще с детдома. Это только в кино показывают, какие замечательные воспитанники выходят во взрослую жизнь и становятся олигархами. Ну, или девчонки замуж удачно выскакивают.

— А в реалии вас выбрасывают, как котят на улицу, — скорее констатировал факт, чем задавал вопрос.

— Детдомовский? — девушка прищурила один глаз.

— Бог миловал, — я потушил окурок в пепельнице, делая еще один глоток коньяка. Понемногу начал расслабляться, не теряя бдительности, потому что не знал наверняка, какой очередной финт выкинет моя красавица. — И ты пошла по кривой дорожке, выбрав самый доходный “бизнес” — отнимать у богатых и класть себе в карман.

— Надо было полы идти мыть, по-твоему? А может, сразу в проститутки? А чего, там тоже неплохо платят, — фыркнула Мира в ответ.

— Пробовала? — я усмехнулся, наблюдая, как лицо девчонки опять запылало гневом.

— Девчонки рассказывали, — негромко произнесла чуть ли не по слогам. — Никогда в жизни не буду продавать свое тело всяким уродам и извращенцам.

— Ну, милая, от сумы и от тюрьмы не зарекайся.

Ее дерзость не знала границ. Вот уж точно, давно мне не было так весело и спокойно. Но бдительность терять еще рано, так что пусть лучше думает, что я повелся на ее откровения.

— Сам-то, небось, на заводе всю жизнь вкалывал, чтобы на хоромы такие накопить? — подмигнула и улыбнулась. — Не ел, не спал, всё деньги под подушку складывал?

— Не хами, а то могу разозлиться, — выдал довольно резко, а то, не ровен час, на голову сядет. Вопросы сегодня задаю я, так что отвечать на ее дерзкие и ехидные комментарии не собирался.

— Так и ты не лезь со своими советами и нравоучениями. Достали уже, учителя хреновы.

— Ладно, замечание принято. Перейдем к делу. Давно в Сочи?

Мирослава усмехнулась, но как-то слишком уныло. Видно было, что правда ей не по душе, однако мне она была крайне необходима.

— Больше недели тут торчим. Задолбал уже этот город и его обитатели.

— Что мешает смыться? — она пристально посмотрела на меня, не отводя взгляда. Однозначно, девчонка мне нравилась.

Только вот, боюсь, меня она презирает. Но, как говорили когда-то умные люди — от ненависти до любви…

— Ты, помнится, выпить мне предлагал? — наконец-то на ее лице появилась естественная улыбка.

Я встал с кресла, взяв свою пустую тару, подошел к кухонному столу, достал из шкафчика второй стакан и наполнил оба янтарной жидкостью. Подошел к девушке вплотную и протянул ей бокал с коньяком.

— Слушай, а как у тебя так ловко получается с твоими штучками? “Твое сердце разбито, ты встретишь другую”, - я постарался максимально скопировать ее интонацию. — Хрень полная, а смотри, повелся, как идиот.

— Понравилось? — она повторно улыбнулась, а в глазах черти заплясали. — Могу повторить.

— Попробуй, только второй раз я на эту чепуху не поведусь.

Девушка замотала головой из стороны в сторону, усмехаясь, поставила свой стакан на подоконник, забрала мой, а я всё это время внимательно за ней наблюдал, внутренне напрягаясь.

Было безумно интересно, что же она задумала. Парень я любопытный, а в данный момент любопытство било через край, так мне не терпелось посмотреть очередное шоу.

Когда второй стакан отправился на подоконник вслед за первым, Мира подняла на меня глаза и медленно приблизилась, спрыгивая с подоконника. Я стоял, не шевелясь и не прерывая зрительного контакта и тишины. Наши тела не соприкасались, но я чувствовал ее жаркое дыхание. Она провела рукой по моей щеке, немного наклонив голову в сторону. Ее движения были плавные, а прикосновение женских пальчиков вызвало бурю непрошенных эмоций. Но я держался из последних сил, давая девчонке возможность показать себя во всей красе.

Молчаливая пауза затянулась, а ее смелые пальчики уже спустились мне на грудь. Она поднялась на мыски, другой рукой обвивая меня за шею и притягивая к себе.

Каюсь, я позволил себе расслабиться, встречаясь с ее губами. Руки непроизвольно поднялись, обнимая девушку за талию. Если так и дальше пойдет, то сегодня ночью мою постель согреет темноволосая красотка, которую, чего душой кривить, я давно хотел.

Эмоции зашкаливали, языки сплетались, поцелуй становился все жарче. Она гладила рукой по шее, зарываясь пальчиками в короткие волосы, другой обвивая меня за талию. Такими темпами мы скоро окажемся в спальне — хотя и кухня подходящее место для секса.

И тут, в самый разгар поцелуя, когда моя рука уже лежала у нее на шее, а в голове три раза прокрутился сценарий страстной ночи любви, мне в живот уперлось что-то твердое.

Вот это мастерство! И я опять попался, как лох!

Нельзя с ней расслабляться!

Никак нельзя!