Глава 35
Нужный стеллаж мы нашли далеко не сразу. Немного пришлось поплутать, прямо как в лабиринте. Но завернув в очередной проход, я заприметила над головой парящую и сверкающую радужным переливом табличку с номером «346».
— Я нашла! — моей радости не было предела. — Сюда!
— Ну наконец-то, — проворчал Яни и, приставив найденную тут же лестницу к полкам, легко вспорхнул на неё, кокетливо поправляя синюю клетчатую юбку с широким пояском.
— Эй, там внизу, чур под подол не заглядывать! — прощебетал он.
— Как же так! А мне так хотелось, — я картинно закатила очи к ярко-голубому потолку, на котором, кажется, собирались тучки. — Уже и пенсне на глаз натянула, чтобы лучше всё рассмотреть. Ты жесток, змей!
Наг издевательски загоготал и принялся водить пальцем по истрёпанным немного пыльным корешкам книг.
— Слишком сложно… Слишком примитивно… Сплошная вода… — бормотал он про себя.
Я же, сгорая от любопытства, топталась на месте. Но надолго меня не хватило. Просто стоять, когда там такие книги…? Да у них одни обложки чего только стоили.
Ну нет уж!
Я рванула на поиски ещё одной лестницы и быстро обнаружила её буквально на следующем ряду стеллажей. Радостно ухмыльнувшись, дёрнула её на себя и утащила к Яни.
И чьи-то там вопли сверху меня не остановили.
Лестница же пуста, а где там кто лазает — меня не касается. Нужно было охранять своё добро.
Через несколько секунд я уже красовалась на лестнице рядом с нагом и крутила в руках толстый пыльный талмуд с изображением теснённой козлиной головы на обложке.
— Это тоже не то, Алька. Там сплошь практика, а нам бы теоретических знаний.
— А ты читал? — я взглянула на Яни.
— Конечно, и практиковал. Чуть детскую не спалил, вызывая огненных духов используя ведьминские круги.
— А ну, — я кивнула, — конечно. Чем ещё в детстве заниматься, как ни духов вызывать в шалаше из одеяла, натянутого на стулья.
— Так ты тоже практиковала? — змей, казалось, юмор мой не понял.
— Да, и домового, и пиковую даму, и зелёного гномика.
— И как? Являлись? — Яни приподнял бровь.
— Ну как тебе сказать, если верить двум моим подружкам, то одну из них гномик за ногу ущипнул, а вторую пиковая дама…
Рядом что-то тяжело брякнулось, прерывая мою речь. Послышался топот каблуков. Вспомнив, откуда притащила лестницу — криво усмехнулась и убрала талмуд с козлиной головой. Проведя пальцем по корешкам, достала следующий.
— Миленина! Ты совсем страх потеряла? — прямо подо мной нарисовалась Мамия собственной персоной. — Как ты посмела отобрать мою лестницу?
— Страх я не теряла, Муарти, нельзя потерять то, чего в принципе не имел, — я покрутила в руках серую книгу с выцветшей обложкой. — А лестницу забрала молча, без единого произнесённого слова. Тебя ещё что-нибудь интересует?
— Да ты… Ты знаешь, кто я? — прошипела она.
— Не-а. А надо? — я мило улыбнулась.
Кажется, у Мамии дёрнулся глаз. Хм, как приятно, когда ты кому-то настолько небезразлична и вызываешь в его душе такую бурю эмоций.
— Ведьма! Ты просто… просто… девка безродная!
— Чего это? — я бросила на неё вопросительный взгляд. — Я очень даже родовитая, Яни, скажи!
— Подтверждаю, — змей кивнул. — А что такая хорошенькая магичка вообще делала на верхних полках?
Яни прищурился и, облизнув раздвоенным языком нижнюю губу, медленно спустился с лестницы. Муарти отвечать не спешила. Сложив руки на груди, она высокомерно задрала нос, нервно поглядывая на нага. Ой, зря она так. Отложив очередную книгу, я замерла на лестнице, уже догадываясь, что сейчас сделает друг.
И этот питон чешуйчатый меня не разочаровал.
Нежно проведя тыльной стороной ладони по щеке Мамии, он склонился и впился немигающим взглядом в её глаза. Девушка подалась вперёд и расплылась в блаженной улыбке.
Хмыкнув, я достала следующую книгу с изображением жертвенной девы на костре.
«Преступления священной инквизиции XI–XVIII век. Великое переселение ведьм в Шаливар»
Хм-м. А вот это я бы, наверное, почитала. Интересно взглянуть на историю средневековья с точки зрения ведьм.
— Так что ты искала на верхних полках, душечка? Там ведь хранятся не самые безобидные книги, — прошептал Яни, обжигая дыханием ушко Мамии.
— Искала рецепты особенные, — выдала она как на духу.
— И что же за зелья волнуют столь прелестную особу? — не унимался змей. — Поделись со мной секретом, желанная.
— Приворотные, — сладким голоском выдохнула Муарти.
— И кого же ты привораживать собралась? — Яни обернулся на меня и вопросительно приподнял бровь.
В ответ я пожала плечами. Да откуда я знаю, на кого запала эта блаженная.
— Профессора Валынского, — не задумываясь, выдохнула Мамия. — Он такой… такой…
— Красивый? — подсказала я.
— Нет, — она отмахнулась.
— Хм, умный? — попыталась я снова угадать.
— Нет, — Муарти затрясла головой.
— Ну ладно, пусть будет обаятельный.
— Нет, ведьма, он такой… такой… богатый!
Э-э-э, открыв рот, я взглянула на нага. Тот откровенно веселился, разве что в голос не гоготал.
— Ой, как всё низменно, — сладко пропел он. — А как же чувства, душечка моя?
— Я уже люблю его состояние, — выдохнула магичка. — Оно такое… такое…
— Большое, — Яни ткнул указательным пальцем вверх.
— Тьфу, — я захлопнула историю переселения ведьм и зажала её подмышкой. — Никакой романтики. Нет, ну ладно бы там первая любовь… А тут банально золота не хватает!
— Ну, не скажи, Алька, здесь ведь сердцу не прикажешь, — Яни осторожно взял Мамию за подбородок и заставил смотреть ему в глаза. — Лапочка моя корыстная, сейчас ищешь профессора Валынского, затем встаёшь перед ним на колени, а после объясняешься в любви к его деньгам. Так и говоришь: дайте к перстню вашему губами приложиться, богатству вашему отдаться, а то серебра да золота в организме не хватает.
— А он не прогонит? — она бестолково хлопнула глазками.
— Нет, конечно, как можно. Ты же с искренними чувствами, без лжи и обмана, — хохотнул вредный наг.
Может и стоило вмешаться. И была бы сейчас на месте Мамии другая девушка, то, не задумываясь, открутила бы я змею голову.
Но…
А я ведь помнила, как мать её в дирижабле на наследников родов натаскивала. Не учиться она сюда прибыла — на мужчин охотиться. Хищницей себя возомнила. Колечко ей подавай к Новому году, а чувства того, кто ей его на пальчик наденет, ей неинтересны. В глазах одно богатство и статус.
Так этой выскочки чистокровной и надо.
Таких учить нужно.
Вот поэтому я и смолчала.
Развернувшись, Муарти скрылась в проходе.
— Надеюсь, Эмес, шею нам не намылит, — пробубнила я ей вслед.
— Не-а, — отмахнулся наг. — Не поймёт, кто подослал.
— А она не скажет?
— Не вспомнит ничего, — он хищно оскалился.
— Опасный ты тип, Яни… — улыбнувшись, я раскрыла следующую книгу.
— А ну, покажи, что у тебя.
Я повернула талмуд, демонстрируя ему обложку.
— То, что нужно. «Ведьмовство. От теории к практике. 1390 год». Хватай книги и пошли. Там, наверное, уже и остальное собрали.
— Но, Яни, она же такая старая.
У меня руки задрожали, когда я поняла, что держу.
— Ну и что? Да не переживай ты так. Каждая книга защищена магией. Ты её хоть топи, хоть жги. Ничего ей не сделается.
После этих слов мне стало как-то легче.
Спустившись с лестницы, я всё же сунула обе книги нагу.
— Всё, Алька, — он приобнял меня за плечи, — будем из тебя ведьму ваять.
— А это обязательно? — как-то не чувствовала я его уверенности в своих силах и возможностях.
— Конечно, через месяц с закрытыми глазами элементали будешь призывать.
— Хм, — я улыбнулась. — И матрасы сушить?
— Ну, тут побольше времени надо, — взор Яни снова стал змеиным. — Но не бойся: не высушишь, так подпалишь!
— Да действительно, — рассмеялась я.
На нашем столике уже стояли две стопочки книг, тут же обнаружился и довольный собой домовой.
— Вот! — он поднял верхний учебник. — Для девицы нашей самые лучшие издания.
— «История Шаливара. Войны временного приграничья» — прочитала я.
— Да и вот, — домовой поднял следующий учебник.
— «Культура, традиции и быт магических рас»
— То, что надо, милейший, — Яни, не церемонясь, подхватил книги.
— Это только на первое время, — низенький мужичок потёр ладони. — Я ещё подготовлю.
— Буду вам благодарна, — я покосилась на эти толстые учебники. — Вы меня очень выручили.
— Обращайтесь. Служить Милениным — это честь!
— Лучше не служить, а дружить, правда?! — меня покорёжила его последняя фраза.
— Радуете старика, юная госпожа, — домовой и вовсе засверкал как начищенная монетка. — Ну, идите, детки, учитесь.
Поклонившись, он заспешил к другому столику.
— Всё! Считай в библиотеке у нас всё схвачено, Алька. Пойдём, оттащим всё в комнату и в столовую. А то опять толпиться придётся. А я если не поужинаю, таким противным становлюсь аж жуть.
— Поверь, друг милый, я когда голодная — не лучше. Давай половину, помогу.
Учебники тут же взлетели выше моей головы.
— Иди рядом, рохля. Ещё не хватало, чтобы в моём присутствии женщина тяжести таскала.
— Галантный змей — это уже какой-то новый вид, — съязвила я. — Может ты королевская кобра?
— Нет, душечка, я чёрная мамба. Шевели ногами, язва!
Мы вышли из библиотеки и почти миновали большой центральный холл, как вдруг услышали ну просто неприличный хохот. У входа на северную башню толпился народ. Любопытство наше взяло верх. Протиснувшись туда, мы с Яни, не сговариваясь, гаденько захихикали.
И было с чего.
На лестнице на последней ступеньке замер статуей учитель Валынский и взгляд у него был такой ошарашенный, я бы даже сказала — прибитый. Рядом, ползая на коленях, пыталась поймать его руку Мамия. При этом она что-то с придыханием щебетала. Слова до нас не долетали, но вот Эмес их слышал очень хорошо. Глаза ведуна становились всё больше и выразительнее, а челюсть буквально отвисала от потрясения. Он моргнул, словно не веря в происходящее, и резко прищурился, глядя на свою новоявленную поклонницу. Между тем неугомонная любительница чужих состояний наконец схватила ладонь мужчины и как пиявка присосалась к огромному серебряному перстню на его среднем пальце.
— Ну ты, Яни, страшен, — прошептала я. — Такие чувства из девицы на поверхность вытащил. Там, как я посмотрю, уже любовь до гробовой доски!
Словно услышав мои слова, Эмес повернул голову и впился в нага ну очень недобрым взглядом.
— Кажется, профессор Валынский сложил два плюс два, — шепнул змей.
— Значит, валим, пока в ход не пошли более сложные математические вычисления, — тихо выдохнула я.
Яни кивнул и юркнул в толпу, я следом.