Глава 49

Мысль об искусстве проклятий не отпускала меня несколько дней. Изведя Яни и убедившись, что тёмная магия ему неподвластна, я смирилась с тем, что придётся идти на поклон к Эмесу. Но прежде всё же решила испытать удачу самостоятельно.

Узнав, где проходит отбор в группу дополнительных занятий профессора Вакулина, поспешила туда.

Немного заплутав, уточнила дорогу у жителей картин, и всё же оказалась на месте, правда, с небольшим опозданием.

М-да. Ну, скажу я вам…

В общем, желающих глубже окунуться в магию проклятий и наговоров оказалось куда больше, чем я думала.

Много больше.

В небольшом холле на третьем ярусе замка ступить было некуда. Здесь собрались все: группа стихийных магов первого курса, менталисты в полном составе, целители, стихийники… Впереди в толпе мелькнула и одинокая коричневая жилетка.

У-у-у, тухляк.

Двери, ведущие в кабинет профессора, периодически открывались. Студенты заходили туда группами, а вылетали по одному. Но улыбок на их лицах я не видела. И это наводило на нерадостные мысли.

— Да он только тёмных отбирает, — уловила я чей-то разговор.

— Ага, если ты не владеешь чёрным даром и не толстосум, то и ловить нечего. А у меня родители еле на экзамен для поступления денег наскребли.

Покрутившись на месте, обнаружила шепчущихся в уголке девчонок магов-лекарей. А на их лицах столько злости и возмущения.

— Нечестно! Нам тоже нужно разбираться в проклятьях.

— Может, всё же к Портовски?

— А толку? Она сама может и сильный проклятийник, но учить явно никого не намерена. Одни её лекции чего стоят.

Все закивали и даже я.

— Ну да, а ещё поговаривают, что она отбирает только парней. И тех исключительно из знатных родов.

— Да замуж поди хочет: с двумя учителями облом, так она пошла по студентам кандидата искать.

— Жаба! — вынесли коллективный приговор учителю девчонки.

Я аж закашлялась, похоже, от молодого распрекрасного дарования все в «восторге».

* * *

Прошёл час, за ним другой…

Несколько раз я порывалась уйти, но что-то удерживало. Какая-то детская надежда на чудо.

Я ведь тёмная, а вдруг возьмёт.

Народ потихоньку расходился: кто-то проходил в кабинет, кто-то махал на отбор рукой.

Я же упорно стояла в очереди и, наконец, двери распахнулись и перед моим носом.

Мы небольшой группой ступили в кабинет.

Вакулин, облачённый в чёрный расшитый серебряными нитями сюртук, сидел за большим добротным столом в центре аудитории и даже не отрывал взгляд от бумаг, лежащих перед ним. Казалось, он был поглощён чем-то своим… На нас же ноль внимания.

— Сюда! — повернув голову, я обнаружила ассистентку профессора проклятий и уже знакомое мне магическое око. — Студенты, сейчас подходим по очереди ко мне и показываем свой дар.

И, собственно, всё!

Пристроившись в шеренгу последней, наблюдала за происходящим.

Начался отбор. Один за другим студенты касались ладонью холодной сферы и с надеждой смотрели на уже немолодую женщину. Но она лишь качала головой. Казалось, ей было даже чуточку стыдно перед нами.

В расстроенных чувствах ученики выходили из кабинета.

Но надежда во мне жила, я ведь видела, что ни один из них не обладал тёмным даром.

Так что да, теплилась ещё вера в чудо. Повезёт… Должно повезти…

Идти к Эмесу и просить совсем не хотелось.

Стыдно… Уж не знаю почему, но сердце вздрагивало от этой мысли.

Дождавшись своей очереди, я опустила ладонь на око и вновь почувствовала свою тьму. Теперь она была сильнее.

В сфере мелькнули три чёрных чёрточки.

— У девушки тьма, профессор Вакулин! — ассистентка обрадованно повернулась в сторону большого стола.

Но пожилой мужчина, казалось, и не слышал её.

— Тёмная, профессор, — повторила она, но никакой реакции.

— Ваш род, ученица? — нахмурившись, женщина снова перевела взгляд на меня.

— Миленина, — выдавила я из себя.

Она покачала головой.

— Мне жаль…

О да, я видела, что она искренне сочувствует.

— А если глава попросит? — шепнула я с надеждой.

— А кто он?

— Эмес Валынский.

— Можно попытаться, — её шёпот стал ещё тише, — дар, конечно, слабоват. Развивать нужно, но, помнится, по протекции и с меньшим брали.

Это меня воодушевило.

Выдохнув, я поспешила к выходу. Профессор так и не поднял головы.

Казалось, что весь этот отбор фикция, а состав его учеников давно там на отдельной бумаге.

И даже если ты трижды тёмный и силой наделён, то без демонстрации мешка золота главы твоего рода на тебя и не взглянут.

* * *

Что же пришлось плестись на поклон к своей «мохнатой лапе».

Постояв немного у кабинета Эмеса, сообразила, что его нет. Ждать ведуна дальше стало некомфортно: на меня постоянно глазели проходящие мимо студенты. Девушки издевательски хихикали.

Наверное, стоило не обращать на это внимание, но не смогла.

Развернувшись, я отправилась в большой холл.

Оттуда на улицу. Погода сегодня стояла просто по-осеннему замечательная. Лёгкий ветерок срывал с деревьев яркую жёлто-оранжевую листву. По небу неспешно плыли редкие, но тяжёлые тучки. Побродив немного в парке у теплиц с магическими растениями, никак не могла сообразить, как подступиться к Эмесу.

Отчего-то мне мало верилось, что он при первой же просьбе сорвётся с места и побежит, теряя тапки, молить за меня распрекрасную, даром уникальным наделённую.

Уже по привычке я жестом попыталась вызвать лёгкий ветерок, но магия воздуха молчала.

Сделав третий круг по парку, нашла большую гору листвы под старым клёном и как в детстве принялась распинывать её по клумбе.

В голове же выстраивался примерный диалог.

Слова-то нужно подобрать правильные, чтобы не отказал и потом ещё не припоминал.

Нахмурилась, вдруг вспомнила, что он как бы сам говорил — я должна ходить к нему и учиться контролировать свою тёмненькую сущность. Да забылось это как-то.

А что, если явиться под этим предлогом и как бы невзначай завести тему про проклятия и дополнительные занятия!

Может, Эмес сам предложит помощь или потребует, чтобы туда записалась.

Ой, хоть бы! Выбесить его, что ли?! Чтобы вот мне назло и к Вакулину…, и к Вакулину…

Я хитро ухмыльнулась и заспешила обратно в замок.

План окончательно созрел в моей голове…

* * *

Нет, Эмес в свою комнату не явился. Ну ладно, я упёртая. Не пропадать же плану!

Где там лаборатории артефакторов? Рядом с некромантами вроде.

Через несколько минут я уже спускалась в сырое тёмное подземелье. Сверху на меня поглядывали здоровущие пауки, по влажной каменной стене спешно пробежала сороконожка.

Жуть, конечно, но мило.

Заглянув в одну лабораторию… во вторую… смекнула, что и здесь пусто.

— Алевтина, — услышав знакомый голос, выдохнула и обернулась. — Рановато ты в мою обитель. Первая практика у вас только через неделю, а может, и через две.

— Добрый вечер, учитель Альтовски, я ищу…

— …Эмеса — понял он.

Я активно закивала.

— Обычно он работает в самой дальней девятой лаборатории, — некромант указал в противоположную сторону. — Возможно, тебе стоит заглянуть туда.

Обрадованно кивнув, поняла, что искала совсем не там и уже сделала пару шагов в нужном направлении, как вдруг споткнулась о собственную гениальную мысль.

— Учитель Альтовски, а вы ведь женаты на Злате! А она Миленина, как и я, — обернувшись, я резко закинула «удочку».

Попадётся или нет…?

— Ну и к чему ты ведёшь? — кажется, меня моментально раскусили.

— Вы ведь мне выходит тоже дальний родственник, — наводила я его на нужную мысль. — И вы наследник рода.

— Уже глава, Аль. Но так всё верно, а ты что-то хотела? Говори.

— Занятия у Вакулина, — одной фразой объяснила я всё.

Он, казалось, удивился, призадумался и склонил голову набок.

— Ты тёмная… в чём же проблема?

— Я бедна как церковная мышь, — как-то по-глупому улыбнувшись, развела руками. — Профессор Вакулин даже головы не поднял — не та фамилия прозвучала. А я очень хочу изучать эту дисциплину. Помогите мне, господин Альтовски. Вы ведь можете. Пожалуйста.

Удивительно, но вот просить его мне было совсем несложно, он даже на подсознании чувствовался своим, роднёй. И это уже само по себе было странным.

— М-да, проблема, — профессор растёр затылок. — Аля, твой опекун — Эмес. И я думаю, он легко согласится тебе подсобить.

— А если нет?

Эх, мне бы его уверенность.

— Значит, помогу я, — в его голосе не было и намёка на сомнения. — Но всё же нам не стоит прыгать через его голову.

— Да я бы прыгнула, но вы ведь друзья, — до меня, кажется, дошло в чём проблема.

— Да Аля. Лучшие друзья и не хотелось бы нарываться на конфликт. Но знай, если придётся, то я пойду на это ради тебя. Ты Злате очень дорога.

— Спасибо, — я просияла.

Этот разговор меня успокоил.

Приятно осознавать, что за тебя есть кому похлопотать.