Глава 61
Спускаясь в подземелье, где располагались лаборатории некромантов, я не могла удержаться от веселья. Нет, ничего страшного здесь не было.
Ну, стены сырые… Ну, пара пауков с потолка свисает… Да, глазки у них красные и лапки длинные.
Умертвия, что с них взять?!
Но это я так думала, а вот мои одногруппницы бледнели всё больше с каждой пройденной ступенькой.
Чувствую, если так дело пойдёт — живым до лаборатории вряд ли кто дойдёт.
Все со страха дух испустят!
— Вы на стены посмотрите… — севшим голосом прошептала Мамия. — Что это за разводы на гобеленах?
Нет, ну я так не играю! Вот как тут удержаться бедной чёрной ведьме? Правильно, никак!
Это натуральная провокация.
— А вы разве не знаете? — заговорщически шепнула я. — Мне Злата много чего рассказывала про работу мужа…
Девушки мгновенно окружили меня, жаждая услышать страшные подробности этих жутких подземелий.
— Он же твой родственник? — шепнула Лами.
— Да, — я закивала, — поэтому и разнюхала, что и как. Профессор Альтовски нежить здесь собирает, а запчасти с кладбища берёт, ночью разграбливая могилы. Ему ведь не дают человеческие останки, вот и крутится как может. Все об этом знают, но ещё никто не отважился запретить ему это делать.
— Да-да, — зашептала за моей спиной Марджи, — упокоит ведь!
— А-то, — я сделала большие глаза. — Он создаёт настоящих монстров. Все человеческие тела здесь же в стенах прячет. Там полки за гобеленом узкие, — я ткнула куда-то в неопределённость. Мол, вот где-то оно тут.
— Да я теперь к этим стенам не подойду, — простонала Мамия.
Прикусив нижнюю губу, изо всех сил старалась не засмеяться. Ну дурёхи!
— А ещё что-нибудь Злата рассказывала? — прошептала Гелиана.
— Конечно, много чего, — я мысленно пожала ей руку, ну что же сами же спросили. — Но самое жуткое это даже не тела, спрятанные в стенах. А то, что иногда «работы» Эрика Альтовски по ночам оживают. Ой, девочки! На рассвете тут такое творится порой. Отработчики полумёртвые выползают. Он же их за собой подчищать заставляет.
Все замерли на ступеньках, обдумывая мои слова.
— А чего они не пожалуются? — пропищала Мамия.
— А как? — я развела руками. — Зачёт же не поставит! Профессор Альтовски строгий до жути. Вот и оставляют на стенах немые послания нам, чтобы предупредить — нельзя на некромантии на отработки нарываться. И не дай небеса, какое задание не выполнить.
— Мне страшно, — дрожащим голоском выдавила из себя Кортни. — А вдруг он у меня дар к некромантии найдёт?
— Всё! — я закатила глаза и выдохнула. — Если дар есть, то сгноит здесь. Заставить с кладбища тела носить, разбирать их…
— Я не хочу-у, — Кортни позеленела со страху, — не хочу-у на погосты.
— Да кто тебя спрашивать будет? Раз есть дар, то обязана его развивать.
Она сглотнула и пошатнулась.
Ой, ну ей Богу как маленькие! Верят же каждому слову. Как же тяжко кому-то в жизни придётся.
Криво усмехнувшись, я взглянула на одногруппниц.
Трясутся, как кролики. Хм…
Надеюсь, профессор Альтовски, будет не в духе. Вот веселье будет!
Подойдя к двери в лабораторию, потянула её на себя и первой вошла внутрь.
Ну, а что? Колоритно так.
Столы разделочные как в больничных лабораториях. Шкафы, забитые банками, в которых плавало нечто, отдалённо напоминающее органы. Плакаты, макеты…
Да я как будто в родную школу на уроки анатомии вернулась.
Даже запах стоит такой же. У нас мальчишки часто баночки-то эти вскрывали без ведома учителя, а потом на весь кабинет формалином несло.
Вслед за мной гуськом в лабораторию вошли и остальные студентки в коричневых жилетках.
— И тут пауки! — Мамия указала на потолок. — Смотрите, жирные какие!
Подняв голову, я полюбовалась на действительно откормленную живность.
Хм… А может профессор Альтовски и, правда, их тут чем балует.
По помещению пронёсся глухой звук колоколов, оповещающий о начале занятия.
Дверь повторно отворилась, и домовые вкатили тележку, на которой покоилось нечто, прикрытое белыми тряпками.
Зыркнув на нас, низенькие мужички недобро так ухмыльнулись. Знали наверняка, что сегодня на практике будет весело.
Профессору, но не студентам…
Вслед за домовыми показался сам Эрик Альтовски и Злата.
Покрутив головой, она подскочила ко мне и встревожено так заглянула в глаза.
— Ты чего? — шепнула я.
— Не бойся только, — тихо произнесла она, — я на первой практике, вообще, в обморок грохнулась. Неприятно, но ты держись…
— Да не боюсь я, — мне стало даже смешно, — наоборот, интересно.
— Ох, ну ладно, побегу я тогда! У меня практика по Рунологии.
— Так, все отклеились от стен и выстроились в центре лаборатории, — громогласно скомандовал профессор.
Злата, сжав за меня кулачки, выскользнула в коридор.
Странная такая. Чего так переживать? Что я маленькая, что ли?!
— Итак, студентки, на первом практическом занятии мы должны определить, кто из вас наделён даром чувствовать жизнь. Кто способен зажечь её искру в мёртвом теле. Некроманты — могущественные творцы! Они выше на голову остальных магов, потому что одной рукой они сеют смерть, а второй дают жизнь. К сожалению, а может и к счастью, лишь единицы обладают этим даром в достаточной степени, чтобы показать хоть какой-либо результат. Ну, проверим, одарены ли вы?!
— Простите, профессор — проблеяла Лами, — но зачем бытовым магам некромантия?
Альтовски скривился, да сейчас он не выглядел как тот добрый и заботливый Эрик, что успокаивал меня в коридоре.
— Это самый глупый вопрос из всех, что доводилось мне слышать, — он смерил высокомерным взглядом девушек. — Но ещё хуже то, что слышу я его очень часто. Может быть, кто из вас сможет на него ответить, и я не буду утруждать себя?
В лаборатории повисло тяжёлое молчание.
— Алевтина? — я удивленно вскинула голову. — А у тебя есть какие-нибудь мысли на этот счёт?
Пожав плечами, прошлась взглядом по шкафам с банками, по плакатам… На одном из них, самом верхнем, была нанесена схема сборки некой лохматой живности… Хм…
— Ну хоть какая-нибудь мысль? — Альтовски прищурился и улыбнулся.
— Я могу и ошибиться, профессор, — немного неуверенно пробормотала, осматривая остальные наглядные пособия, — но думаю, чтобы правильно ухаживать за питомцами работодателей, особенно если они вот как на том ватмане, — я указала пальцем на стойку. — А ещё наверняка, в лабораториях мастеров-некромантов убираются бытовики…
— Молодец, ты верно мыслишь: оба попадания в точку. Кроме того, нежить часто используют в садах для отпугивания грызунов и птиц, для охраны приусадебных участков. И следить за ней должны именно бытовики. Ну и главное, изготавливают такую нежить тоже господа мастера бытовой магии.
— А как же факультет изящных искусств? — промямлила Гелиана.
— Вот тут и кроется подвох, — Альтовски подошёл к металлическим столикам, — мастер-некромант создаёт ради искусства, а мастер-бытовик для пользы дела, так сказать. Но таких умельцев единицы…
Ух ты! Я мысленно потёрла руки.
Нет, я, конечно, больше всего люблю зелья и магические отвары, но… смастерить чего страшненького тоже не прочь.
— Итак, приступим…
Профессор снял с трёх лотков белые пелёнки и продемонстрировал премилых монстров.
— Какая прелесть! — воскликнула я и обернулась…
Пять девушек, включая Мамию, Кортни и Лами, брякнулись в обморок.
Приподняв бровь, я взглянула на учителя.
Кажется, некромант удивлён не был.
— Так, сейчас встаём в очередь и по одному ко мне. Те, что на полу, будут проходить тест последними. Кто первый? — Альтовски обвёл нас взглядом.
Улыбнувшись в предвкушении, я подняла руку.
— Прошу, Алевтина.
Я, конечно, не без лёгкого волнения, подошла к тушкам неведомых мне животных.
На первом передвижном столике покоился поросёнок, криво косо обтянутый лисьим мехом. Несуразица полная! На втором железном подносе красовалась большая птица. Чёрное шикарное оперенье… Да, внушительные перья, а вот лапы явно принадлежали рептилии. Я чуть обошла стол и взглянула на голову — крыса! Всё так гармонично смотрелось и пришито надёжно. В третьем железном лотке покоилась с миром змея с кроличьей башкой.
— М-да! С фантазией у кого-то туго, — сделала я свои выводы.
— Соглашусь, неудачное решение, — кивнул Альтовски.
— Я бы голову и тело не трогала. Нарастила несколько конечностей, чтобы как сороконожка бегала, а на конце жало скорпиона. Непременно ядовитое!
Профессор призадумался и довольно кивнул.
— Один из трёх жив, Аля, — он указал на лотки. — Кто?
Незаметно для девочек, я уверенно ткнула пальцем на птицу.
— Почему ты так думаешь?
Эрик вопросительно покосился на пернатую.
— Я не думаю, учитель, я знаю.
— Молодец! Да, ты некромант. Я предполагал это. Тьма в тебе куда сильнее и это уже точно не те капли, что отдала тебе Злата.
— Я буду изучать вашу науку?
Моей радости не было предела.
— О да, со своим змеем на пару.
— Отлично!
— Мне бы твой оптимизм, Алевтина. Вы по отдельности-то дорогого стоите, а вместе…
Я тихо засмеялась и отправилась подпирать стену.
Практика прошла весело — ещё шесть обмороков в копилке нашей группы!